Опасные игры
14 марта 2025 г., 00:38
Смятая банка из-под «Монстра», описав идеальную дугу, пролетела через лабораторию и с громким металлическим лязгом приземлилась в мусорный бак. Харли вскрикнул и раскланялся. Мертв он был пять лет назад или нет, но был еще порох в пороховнице. Пробираясь между разбросанными вокруг незавершенными проектами, Харли, покачивая головой в такт рифмам Эминема, поглощал третью порцию кофеина. Он глубоко вдохнул, наслаждаясь острым запахом нагретого металла и сгоревших микросхем, и выдохнул с выражением глубочайшего удовольствия на лице.
Этот запах заслуживал отдельной ароматической свечи или еще чего-нибудь в этом роде.
Взглянув на голографический индикатор времени над дверью, он ухмыльнулся. До возвращения Питера оставалось еще более трех часов. Для него, Питера и Тони было редким удовольствием побыть в лаборатории в одиночестве, и он собирался использовать это время по максимуму. Осмотрев разложенные на полу перед собой доспехи Марк-42, он с отвращением сморщил нос. Он хотел привести в порядок это старье, и Тони дал ему свое разрешение поиграть с ним. Но он просто не смог придумать что из-под то достаточно креативное, чтобы занять себя этим. Просто починить это и заставить работать было чертовски банально.
А он не был чертовски банальным.
Переведя взгляд на ассортимент шкафов с надписями, расположенных вдоль стен лаборатории, он прошелся по ним в поисках вдохновения. Что-то, наконец, привлекло его внимание, и он перекинул гаечный ключ, который держал в руках, через плечо, прежде чем, танцуя, направиться к большому белому металлическому шкафу с надписью «Артефакты Асгарда».
– Ну вот, мы и приплыли, – пробормотал он и хрустнул пальцами, прежде чем открыть его. Неудивительно, что она была заперта, а панель с пин-кодом дразнила его.
Харли раздраженно прищелкнул языком: «Черт возьми, Механик. Какое недоверие.»
Разглядывая шкаф, как будто это была сложная математическая задача, он обдумывал варианты. Попросить Пятницу открыть его. План, конечно, простой, но без разрешения Тони он, скорее всего, провалится. И если он получит уведомление по тому или иному нелепому протоколу, его веселье может быть испорчено.
Достав телефон, он пожал плечами.
– Тогда план «Б».
Подпевая песне, которая в данный момент играла в лаборатории, он подождал, пока Тони возьмет трубку.
– Привет, Харли. Что-нибудь горит?
– Это было всего один раз, да забудь ты уже об этом!
– Ты не ответил на мой вопрос.
– Ничего не горит, Механик... Как жизнь в Калифорнии?
– Суетно. Мы в деловой поездке, а не в отпуске. Ты что, достаешь Питера?
– Ты же знаешь!
– Не мучай его слишком сильно, малыш. Помни, он главный. Никаких шалостей, пока я не вернусь, понял?
– Конечно, конечно. Я буду вести себя как обычно, как примерный гражданин. Эй, послушай, не мог бы ты попросить Пятницу предоставить мне доступ к лабораторным шкафам? Мне нужна куча вещей, а они все разбросаны где попало, и я не могу открыть их без булавки. Можно было бы взломать их, но это займет слишком много времени, а моя работа в самом разгаре.
Харли представил, как Тони подозрительно хмурится.
– Какие шкафы?
Харли, готовый к такому вопросу, ухмыльнулся: «Я же говорил, что их много, но если ты хочешь, чтобы они были перечислены, то ладно… Компоненты дуговых реакторов, передовые сплавы и металлы, Материалы для нанотехнологий, Экспериментальный искусственный интеллект и робототехника, прототипы энергетических щитов, а также...»
– Хорошо, хорошо. Я предоставлю тебе доступ. Мне одновременно и любопытно, и страшно узнать, что ты сделаешь. Мы пробудем здесь еще три дня. Всего три дня. Постарайся не взорвать лабораторию и город, пока меня не будет.
– Договорились.
– Поговорим позже, парень.
– Пока, старый пердун.
Закончив разговор, Харли дьявольски ухмыльнулся, глядя на ящики.
– Пятница, Тони разрешил доступ к шкафам?
– Да, доступ был предоставлен.
– Давайте посмотрим, с какими скандинавскими волшебными игрушками мы сможем поиграть, – ухмыльнулся Харли и открыл шкаф. Когда дверца скользнула в сторону, внутри показались полки с мягким освещением. Он наклонился ближе, рассматривая различные предметы. Первое, что он заметил, не вызвало восторга — доспехи странной формы с витиеватыми гравировками.
– Лучший способ сделать доспехи убогими.
Рядом с ним стояла крутая на вид техника в форме молнии.
– Кем бы ты ни был, ты мне нравишься, – улыбнулся Харли, поднимая его и поднося к глазам. – Ты чертовски странный. Я надеюсь, что ты не только внешне красив, но и внутри. Я познакомлю тебя с Марком, вот увидишь, вы оба сразу поладите.
На следующей полке стояла небольшая каменная табличка с выгравированным на ней замысловатым символом.
«Скууууукаааааа!»
Но прямо рядом с этим было нечто такое, что заставило Харли заинтересованно приподнять бровь.
– Черт возьми, – пробормотал он, разглядывая кристалл размером с ладонь. Он провел кончиками пальцев по гладкой, льдисто–голубой поверхности, ощущая покалывание на коже.
– Откуда ты взялся, маленький засранец? Шкатулка для драгоценностей Тора?
Оно мягко светилось, и Харли одобрительно кивнул. Сияние означало энергию. Чертова скандинавско-мифологическая-магическая-энергия. Он мог бы с этим поработать.
– А это что такое? Я, конечно, не сторонник модернизма, но кое–какие руны мне знакомы... – Продолжил Харли, щурясь на крошечные гравюры, которые, казалось, мерцали собственным светом. – Держу пари, Тони не знает и половины того, на что способен этот малыш, – ухмыльнулся он, представляя, как он мог бы с ним справиться.
– Может быть, он стреляет молниями, – размышлял Харли, и его глаза расширились. – Может быть, это заставит Марка работать как гигантский молот Тора. Это было бы круто! Чертовы доспехи Железного человека в стиле Тора-повелителя-молний! Только достойные могут носить его и все такое!
С возбужденно блестящими глазами он остановился, чтобы поразиться собственной гениальности.
– Я, черт возьми, создам нового героя! И угадайте, кто наденет эти доспехи? Их создатель! Харли, чертов, Кинер!
Харли, с кристаллом в одной руке и непонятным устройством в форме молнии в другой, поспешил к доспехам и скептически оглядел их, расхаживая перед ними.
– Я создам нового достойнейшего. Человек-молот... Нет. Человек-Мьёльнир! Нет… Может, обойдемся без типичных мужских псевдонимов, пишущихся через дефис? Ими слишком злоупотребляют. Пофиг, я разберусь с этим позже. Перейдем к делу! Эй, Пятница? Ты говоришь по-асгардски?
– Да, Харли.
– Ты можешь сказать мне, что это такое, что оно говорит, или делает, или что-то там еще? – Затем спросил Харли, указывая на кристалл.
– Это кристалл с рунами Асгарда. Он использует магию рун для передачи уникальной формы энергии, которая может усиливать физические способности и обладает свойствами, подобными силе Одина, хотя и в гораздо меньших масштабах.
– Что такое сила Одина? – Спросил Харли, чувствуя, как от волнения учащается сердцебиение.
– Сила Одина – это божественная сила, которой владеет Один, правитель Асгарда в скандинавской мифологии. Это источник космической энергии, который наделяет Одина невероятными способностями, такими как сверхчеловеческая сила, манипулирование энергией и способность творить могущественные заклинания.
– Значит, этот кристалл усиливает способности, подобные Силе Одина? – С энтузиазмом спросила Харли.
– Нет. Он усиливает способности, но в гораздо меньшей степени, чем сила Одина.
– Гипотеза: если его использовать в сочетании с дуговым реактором Марка-42, увеличатся ли потенциал костюма?
– Скорее всего это так.
– Я чертов гений, – Харли потряс кулаком в воздухе. – Я предполагаю, что повысится эффективность и производительность?
– Вполне вероятно.
– Увеличится скорость и улучшатся маневренность в полете?
– Звучит правдоподобно.
– Увеличится прочность?
– Предположительно да.
– Разовьётся сила, подобная молоту Тора?
– Маловероятно.
– Чтоб тебя! А что насчет этого? – Он указал на устройство в форме молнии.
– Асгардский громоотвод. Раньше принадлежал Тору. Он подарил его мистеру Старку, когда тот выразил заинтересованность в его тестировании. Он направляет и регулирует силу молнии.
Харли присвистнул: «А можно его еще и с костюмом сочетать?»
– Возможно. Это было бы совместимо с рунным кристаллом.
– Я собираюсь стать самым крутым супергероем, создавшим себя сам, – ухмыльнулся Харли.
Положив два артефакта на пол рядом с доспехами, он задумчиво уставился на них, затем еще немного прошелся перед доспехами, переключая свой мозг в инженерный режим.
– Сначала главное... Мне нужно выяснить, как происходит слияние кристалла с реактором. Проводник можно будет прикрепить к костюму в любом месте, как только я выясню, как встроить кристалл. Проще простого.
Поспешив к доске в дальнем конце комнаты, он начал выполнять ряд вычислений, время от времени останавливаясь, чтобы задать Пятнице вопросы по мере их поступления. Вскоре у него были необходимые цифры, и он перешел к следующему шагу. Схватив кристалл, он опустился на колени перед костюмом.
– Ладно, приятель. Давай посмотрим, что мы можем сделать, – пробормотал он, отстегивая дуговой реактор от груди доспеха. Используя небольшую паяльную лампу, он разогрел металл скафандра настолько, чтобы подогнать размер отверстия, в котором изначально находился реактор. Присоединив новые схемы и несколько кабелей, он поместил кристалл внутрь, подключив его к центральной системе доспехов. Когда голубоватый свет пробежал по внутренней части костюма, Харли присвистнул.
– Пока все хорошо. Супер. А теперь давай составим тебе компанию, малыш Руна.
Взяв реактор, он поместил его поверх кристалла и соединил два комплекта кабелей, чтобы связать два артефакта. Металлическая броня несколько секунд сильно вибрировала, прежде чем ее глаза засветились ярко–синим.
– Черт! – Взволнованно пробормотал Харли. – Пятница, слияние прошло успешно?
– Слияние прошло успешно, но устройство все еще нестабильно. Слияние этих двух элементов непредсказуема, и нет способа точно оценить вероятность успеха пробного запуска, – проинформировал Харли искусственный интеллект.
– А как насчет погрешности? – Спросил Харли, уже собирая части доспехов, которые он снял ранее, и пытаясь решить, куда поместить проводник.
– Вероятность успеха может составлять от 4 до 55 процентов.
Харли поморщился, услышав это.
– Это чертовски большой отрыв. Что ж, будем надеяться, что он ближе к 55, – пробормотал он.
Следующие пару часов он работал молча, полностью погрузившись в свои труды, давая музыке заглушать все вокруг и позволяя своему мозгу полностью сосредоточиться на поставленной задаче. Как только он закончил сборку доспехов и прикрепил проводник к левой перчатке, он подошел к ближайшему компьютерному столу и открыл окно для кодирования.
– Хорошо, Пят. Мне нужна твоя помощь, чтобы интегрировать руны в схему костюма. Я могу справиться с интеграцией, но тебе нужно зашифровать руны для меня. Ты можешь?
– Подтверждаю. Руны будут готовы к интеграции через 75 секунд.
Затем пальцы Харли заплясали по клавиатуре, интегрируя руны и гарантируя, что костюм сможет подключаться к кристаллу и взаимодействовать с ним так же, как с дуговым реактором — только так можно использовать новый термоядерный источник энергии.
– Круто, круто, круто. Теперь мы перекалибруем двигатели, репульсоры, защитные системы и все такое прочее, чтобы им было удобнее играть с их новым другом-Руном… И готово! – Харли посмотрел на свой шедевр программирования и ухмыльнулся.
– Все супер, – взволнованно сказал он, поднимаясь на ноги и вытягивая шею. – Вставай, Марк!
К восторгу Харли, глаза брони засветились еще ярче, когда она встала.
– Ну что, Пят?
– От 7 до 62 процентов.
– Чтоб его, – раздраженно воскликнул Харли. Его код был шедевром, показатели успеха должны были значительно возрасти.
– Хорошо, единственный способ исправить это – протестировать. Давайте проведем пробный запуск, Пят. Запишите все, чтобы мы могли выяснить, что нужно будет доработать.
– Я вынужден настоятельно рекомендовать вам не тестировать измененную броню с такими низкими показателями успеха и, особенно, без присутствия кого-то в качестве подстраховки. Я также должен напомнить вам, что желаемый уровень успеха для пилотного испытания должен составлять 90-95 процентов.
– Забей. Мы продолжим это дело. Что может случиться в худшем случае?
– Смерть, ампутация, тяжелые ожоги, поражение электрическим током...
– Это риторический вопрос, Пят! Боже! – Харли надел правую перчатку от доспехов и уставился на свою руку, на то, как механическое приспособление плотно обхватывает ее. Помолчав, пока в его голове не промелькнула мысль, он спросил: «Ты же не сдашь меня Тони, не так ли?»
– На данный момент нет действующих протоколов, обязывающих меня связываться с мистером Старком. Но если эксперимент в конечном итоге поставит под угрозу вашу физическую безопасность, будет активирован протокол «сохрани жизнь соплякам», и мистер Старк вместе с мистером Паркером, который в настоящее время является ответственным взрослым, будут уведомлены.
Харли понимающе кивнул: «Справедливо. Но, видишь ли, Пят, я очень везучий человек. Воскрес из мертвых и все такое. Я уверен, все пройдет потрясающе!»
С ухмылкой он повернулся к броне.
– Марк, иди к папочке!
Харли почувствовал прилив адреналина, когда части брони отделились и полетели к нему, обхватывая его тело. Его охватил запах моторного масла, свежеохлажденного металла и тепло, исходящее от измененной сердцевины брони. В тот момент, когда его голова была полностью скрыта маской, а голографический интерфейс появился перед ним, он громко присвистнул.
– Это просто охуительно! Ладно, давай посмотрим, что у тебя получилось, Рун-Марк. Пятница, подними тестовые мишени!
Голографические мишени появились в дальнем конце лаборатории перед глухой стеной, которая, как знал Харли, была укреплена для подобных процессов тестирования. Он поднял руку, целясь в первую мишень, и выстрелил энергетическим разрядом, который отрикошетил его назад своей силой.
Мишень поглотила энергию взрыва, и Харли спросил: «Какая разница по сравнению с Марк 52».
– На 46 процентов мощнее, – сообщил Пятница.
Харли просигналил: «Авиасимуляция, пятница!»
Перед ним предстал городской пейзаж в виртуальной реальности, и Харли почувствовал, как его сердце бешено заколотилось в груди. Возбуждение, адреналин и страх захлестнули его. Он всегда хотел испытать это, и несмотря на то, что знал, что это испытание в виртуальной реальности, он все равно испытывал в равной степени восторг и ужас, когда побежал вперед и бросился в полет над крышей, на которой находился. Он заставил броню увеличить скорость и проверил ее маневренность, резко меняя направление.
– Скорость и маневренность на 32 процента выше, чем у текущей брони Марк 52, – проинформировал его Пятница.
– Я не позволю Тони разочароваться во мне. Не смотря на то, что я нарушил правила, – возбужденно взвыл Харли.
– Хорошо, давай попробуем громоотвод. – Нажав на кнопку на перчатке, Харли восторженно взвыл, увидев, как под ним вспыхнул луч света.
Именно в этот момент голографический интерфейс стал красным и начал мигать, а внутри маски раздался звуковой сигнал тревоги.
– Неисправность системы. Перегрузка питания. Перегрузка питания. Перегрузка питания.
– Блядь! – Пробормотал Харли. – Пятница, заканчиваем симуляцию!
Стены лаборатории мгновенно окружили его, но звуковой сигнал не прекратился. Харли почувствовал, как броня сильно завибрировала, а внутри стало нестерпимо жарко.
– Марк, слезь с меня! – Закричал Харли.
– Системный сбой. Энергетическая перегрузка. Системный сбой. Энергетический перегруз.
– Блядь! Отвали от меня, Марк! Дерьмо! Пят, ты можешь выключить его?
– Нет, потому что он соединен с рунным кристаллом, который не позволяет мне взаимодействовать с костюмом или реактором. Активирован протокол «сохрани жизнь соплякам», – эхом отозвался мелодичный голос Пятницы.
– Блядь! Нет! Пят, я справлюсь, не надо...– Харли так и не успел договорить, поскольку перчатки сами по себе рванулись вперед, стреляя в полную силу, отчего доспехи откатились назад и ударились о стену.
***
Питер только что вошел в пентхаус после долгого дня занятий. Заметив тишину, он предположил, что Харли погрузился в работу в лаборатории, создавая что-то новое, разрушая что-то старое или и то, и другое одновременно. Питер был приятно удивлен тем, как хорошо прошли последние два дня. Он скептически относился к тому, чтобы присматривать за Харли, пока Тони, Пеппер и Морган будут в отъезде, но Харли умолял его согласиться. И он не винил его. Деловые поездки в «Старк Индастриз» были невыносимой скукой, особенно по сравнению с пребыванием в пентхаусе и играми в лаборатории Тони. Будь он пятнадцатилетним выскочкой, он бы тоже предпочел остаться здесь. К тому же, Питер должен был признать, что ему нравилось проводить время с этой «головной болью». Они с Харли смогли найти общий язык после того, как произошел «скачок». Все было не так, как раньше. Разница в возрасте от одного года до шести лет была непростой, особенно для Харли. Что стало еще одной причиной, по которой Питер согласился. Пять дней, проведенных вдвоем, за созданием роботов в лаборатории, долгими ночными поездками, видеоиграми и поеданием такого количества вредной пищи, которое они могли переварить, это было совсем неплохо. Главное, чтобы Харли удалось избежать серьезных неприятностей в течение оставшихся трех дней, чтобы Питеру не пришлось его отчитывать. Решив заварить себе чашечку кофе, прежде чем пойти проведать парня, Питер направился на кухню к навороченной кофеварке Тони и нажал на кнопки, чтобы приготовить тройной эспрессо. После двух идущих подряд занятий по квантовой механике и математике его мозг буквально вопил о том, чтобы выпить кофеин для поднятия настроения. Он только что взял в руки теплую чашку и сделал крошечный глоток крепкой горьковатой жидкости, когда на его телефоне зазвонил сигнал тревоги. Схватив его, он взглянул на экран, и его глаза расширились. Швырнув чашку на стол, он со всех ног бросился в лабораторию. Когда двери лаборатории открылись, он на секунду замер, оценивая открывшуюся перед ним картину: Железный человек в костюме мечется по лаборатории, ударяясь о стены, беспорядочно стреляет лазерными разрядами, каждую секунду сверкают ослепительные молнии, Харли выкрикивает ругательства, о существовании которых Питер даже не знала, и в лаборатории завыла сигнализация. – Пятница, отключи костюм! – Питер закричал, перекрикивая шум. – Это невозможно. Перегоревший реактор необходимо снять со скафандра, иначе он не отключится, – последовал ответ Пятницы. Питер не стал тратить время на расспросы о причинах; ответы он получит позже. Сейчас ему нужно было спасти шею его «головной боли». Он вскочил на костюм и, используя всю свою сверхсилу, отделил грудную клетку от брони. Куски металла начали отрываться, но он не мог снять его полностью. Изменив курс, изо всех сил стараясь удержаться на броне, он обхватил ее ногами за талию. Стараясь избегая взрывов и молний, он начал отрывать металл кусок за куском, пока не увидел внутреннюю часть костюма. Его глаза расширились, когда он увидел не только дуговой реактор, но и что-то под ним, излучающее интенсивное пульсирующее свечение. Схватив сначала реактор, он оторвал его и раздавил в правой руке, а левой взялся за кристалл. Он закричал от сильного жжения, но, превозмогая боль, вырвал и его из доспехов, с шипением швырнул на пол лаборатории и спрыгнул с костюма. И в этот момент Марк-42 рухнул на пол, как кукла, у которой оборвались ниточки. Тишина, воцарившаяся в лаборатории, после отключения сигнализации, была недолгой, так как песня, которая звучала до инцидента, зазвучала сразу после этого. – Ебать его в рот! – Голос Харли перекрывал громкую музыку, когда он взялся за маску костюма и снял ее с головы, глядя на Питера широко раскрытыми глазами. – Спасибо, чувак. Это было близко! – Пят, выключи эту чертову музыку! Крикнул Питер, чтобы его было слышно сквозь шум. Повернувшись к подростку, он вытянул руки, со скептическим выражением лица указывая на хаос, царивший в лаборатории Тони. – Что, черт возьми, случилось, Харл? Ты в порядке? Ты не ранен? – потребовал он ответа, тяжело дыша. – Нет, я... я в порядке. Ни царапины. Я пробовал кое-что новенькое с Марк-42, а потом он дал сбой, – сказал Харли, сумев вручную разблокировать броню, в результате чего ее части отделились от его тела и с лязгом упали на пол, когда он вскочил на ноги. – Что, черт возьми, происходит? Питер? Харли? С вами обоими все в порядке? Голос Тони эхом разнесся по динамикам лаборатории, прежде чем Питер успел продолжить расспросы о том, что именно произошло. – У нас все в порядке, – громко ответил Питер, стараясь, чтобы его голос звучал ободряюще, взглянув на свою левую руку и отметив, что началось ускоренное заживление, и ожог от кристалла уже выглядит лучше. – По–видимому, у Харли произошел инцидент с одним из его проектов. – Какой инцидент? – Ничего, ничего. Все в порядке, Механик. Никаких пожаров или чего-то подобного. Я тут поигрался с твоим старым Марк-42, но он немного расшалился. Я разберусь, – сказал Харли обыденным тоном. Глаза Питера сузились, когда он заметил едва заметные, но явные признаки того, что Харли Кинер лжет – как дышит: быстрое проведение рукой по светлым волосам, легкий наклон головы вверх, прочищение горла. – Я здесь, Тони. Все под контролем. Иди делай свое дело, мы поговорим позже, – решительно сказал Питер, подходя к кристаллу, который он отделил от доспехов и который теперь мягко светился. – Отлично, я сбежал с совещания как сумасшедший, как только зазвонил сигнал тревоги. Мне нужно вернуться и навести порядок. Это еще не конец. Я позвоню тебе вечером. И, Харли, помни... – Я не собираюсь взрывать лабораторию или город, Механик. Пока! – Нетерпеливо сказал Харли и облегченно вздохнул, когда Тони наконец повесил трубку. Присев на корточки, Питер проверил температуру кристалла, и когда он показался ему слегка теплым, он взял его в ладонь и внимательно осмотрел. Все еще сидя на корточках, он повернулся к Харли, внимательно разглядывая его. – Что это? Где ты это нашел? – потребовал ответа Питер. Харли пожал плечами: «В одном из шкафов». – В каком шкафу? – Какая тебе разница? – Пят, из какого шкафа это было взято? – Нетерпеливо спросил Питер. – Эй, так нечестно! – Закричал Харли, обвиняюще тыча пальцем в Питера. – Асгардские артефакты, – ответил Пятница. Глаза Питера расширились от осознания, когда он выпрямился во весь рост. – Ты что, совсем спятил? Тебе нельзя играть с асгардскими технологиями, Харли! Они чертовски мощные! – В том-то и дело, тупица! Я хотел создать мощную броню, поэтому мне нужна была мощная хрень. И я придумал, как это сделать, проверил теорию, которую никто раньше не проверял.… Это должно было быть немного сложно! – Немного сложно? Немного сложно? – огрызнулся Питер. – Если бы я уже не был дома, я бы нашел тебя мертвым! – Смерть была лишь одним из возможных сценариев, – раздраженно сообщил ему Харли. – Возможно, ты бы просто нашел меня... с ампутированной конечностью, убитым электрическим током или сильно обожженным! – Я сам тебя сейчас сильно обожгу, сопляк! Ты хоть понимаешь, насколько опасным было то, что ты сделал? – огрызнулся Питер, подходя на шаг ближе к Харли. – Я не дурак, Питер. Я закодировал эту фигню с рунами и перекалибровал костюм. Я принял меры предосторожности! – Выпалил в ответ Харли, в нем закипал гнев из-за поведения Питера. Конечно, Тони сказал, что он «главный», но это не означало, что Питер действительно должен был так себя вести… – Если бы ты принял меры предосторожности, Пятница смогла бы отключить Марка, Харли! Мне пришлось сорвать с тебя эту чертову штуку голыми руками, прежде чем она успела воспламениться или размозжить тебе голову! – Ты преувеличиваешь! – Раздраженно возразил Харли. – И тебе нужно остыть. Это уже не важно! Перестань вести себя как Тони! – Я перестану вести себя как Тони, когда ты перестанешь рисковать своей шеей, придурок! Ты хоть представляешь, что творилось у меня в голове, когда завыла сигнализация? Когда я понял, что ты в этом чертовом костюме и не можешь выбраться? Ты забыл, что был мертв целых пять долбаных лет? И ты решил, что это хорошая идея – выбрать что-то потенциально смертоносное для веселого проекта? Харли с трудом сглотнул от слов Питера и его угрожающего взгляда, неосознанно делая шаг назад, когда Питер подходил к нему все ближе и ближе. – Я мог бы прикрыть твою задницу, если бы ты пропустил комендантский час, или стащил пиво, Харл, но рисковать своей чертовой жизнью? Вот тут я и подвожу черту. – Голос Питера был полон эмоций и решимости, что явно заставило Харли снова нервно сглотнуть. Питер наблюдал, как парень отступил еще на шаг, и понял, что Харли прикидывает, к чему это все приведет — именно к тому, к чему бы это привело, если бы Тони был здесь. Питеру хотелось, чтобы Тони был рядом и разобрался с этой неразберихой. Но это было всего лишь рвение принять желаемое за действительное. Схватив Харли за руку, Питер увидел, как лицо подростка вспыхнуло, а глаза расширились. – Нет! Питер, блядь, нет! – Сопротивление Харли не шло ни в какое сравнение с суперсилой Питера. Не обращая внимания на протесты Харли, он потянул младшего брата за собой к ближайшему пустому рабочему месту. Усевшись на него сверху, свесив левую ногу с края и твердо упершись правой в пол, Питер перекинул Харли через левое колено, сильным рывком приспустив спортивные штаны и боксеры. Не теряя ни секунды, он опустил руку на обнаженную задницу с оглушительным шлепком. Он рассчитал свою силу настолько, чтобы произвести сильный удар, но не переборщить. – Нет! – Харли запротестовал, пытаясь высвободиться из-под ноги Питера, его лицо яростно покраснело, но в том положении, в котором Питер держал его, его ноги даже не доставали до пола, а левая рука Питера надежно удерживала его на месте. – Ты не будешь рисковать своей жизнью, Харли! – Рявкнул Питер, его рука набирала скорость и силу, пока он доводил до красна бледную задницу перед ним. Харли боролся изо всех сил, и его отчаяние взлетело до небес, когда он не смог избежать своего затруднительного положения. Ситуация была ужасной! Он ненавидел то, что Питер был тем, кто проводил этого, хотя это и входило в обязанности Питера быть «главным». Тони до боли ясно дал это понять им обоим, когда Питер согласился остаться здесь на неделю и присмотреть за Харли. – Это был эксперимент! Ты тоже все время экспериментируешь, чертов лицемер! – С трудом выговорил Харли. – Только не с асгардскими технологиями и ни разу без поддержки, Харли! Ты хотя бы прогнозировал успех? – Да, я это сделал! За кого ты меня принимаешь? За дилетанта? – И каков же был процент? – Спросил Питер, не переставая наносить удары. – 85 процентов, – бесстыдно прорычал Харли. – Это неверно, Харли. Было 7 к 62, – вмешалась Пятница. – Какого черта, Пят! На чьей ты стороне? – процедил Харли сквозь стиснутые зубы. – 7 к 62? 7 к 62? – Питер взревел, его шлепки усилились, отчего Харли начал непрерывно шипеть и повизгивать. – Черт возьми, Харли! Ты же знаешь, что мы допускаемся к пилотным испытаниям только при 90–95–процентном успехе! И даже тогда, никогда не остаёмся в одиночестве! Харли проиграл битву со слезами на глазах, его задница нестерпимо болела под рукой Питера. – Прости! Я погорячился! Просто прекрати, Пит, пожалуйста! Этого больше не повторится! Питер нанес следующие несколько сильных ударов по бедрам Харли и по сидячим местам. – Держу пари, что твоя задница больше не захочет, чтобы это повторилось! И, конечно же, ты пошел и устроил это дерьмо, когда Тони здесь не было! Ты думал, я накричу на тебя и закрою на это глаза, не так ли? Что ж, неожиданная новость, Харл, можешь не сомневаться, я буду надирать тебе задницу каждый раз, когда поймаю тебя на том, что ты так глупо рискуешь своей шеей. Ты меня слышишь? – Да, черт возьми, да! Прекрати, чувак! – Харли теперь открыто плакал, вся его сидячая часть тела уже пульсировала. Черт бы побрал Питера и его гребаную суперсилу. Это было хуже, чем любая порка, которую Тони когда-либо ему устраивал. Хотя, теперь, когда он подумал об этом, он понял, что раньше не делал ничего опасного для жизни. – Ты больше не умрешь у меня на руках, Харл. И особенно от такого идиотского дерьма, как это! – Сделал выговор Питер взволнованным тоном, подкрепляя свои слова звучными шлепками. – Я понимаю, клянусь! Это было глупо! Не пускай меня в эту чертову лабораторию, если нужно, просто... больше не надо! Прости! Услышав жалобный плач и искреннее сожаление в голосе Харли, Питер убрал руку. Задница и верхняя часть бедер парня пылали красным, и он по собственному опыту знал, что его доводы подтвердились. Действуя исключительно инстинктивно, в тот момент, когда он понял, что сделал Харли, до Питера даже не доходило, что это был первый раз, когда он оказался на грани того, чтобы выпороть кого-то. Это казалось нереальным. Но в то же время уместным, учитывая, что вытворял этот мальчишка. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Питер натянул на Харли одежду и наблюдал, как тот торопливо встает. Харли повернулся к Питеру спиной, яростно вытирая лицо и пытаясь взять себя в руки. Питер встал с рабочего места и, положив руку на плечо Харли, успокаивающе сжал его. – В этот момент Тони обычно раскрывает объятия, – сказал Питер чуть более спокойным тоном. – Обними меня, и я тебе врежу, – прорычал Харли, искоса поглядывая на Питера. Питер секунду обдумывал это, прежде чем пожать плечами: «Я рискну», сообщил он Харли, прежде чем обнять его одной рукой, взъерошив ему волосы свободной рукой. – Мудак! – Харли что-то пробормотал, но не попыталась высвободиться из его объятий. Питер только покачал головой. Отпустив малыша, Питер схватил кристалл и вернул его в соответствующий шкаф. – Пят, запри шкафчики еще раз, – крикнул он. – Мистер Старк разрешил доступ Харли, – сообщил ему Пятница. – Протокол «паук за главного», Пятница. Отмените приказ Тони, пока он не вернется, – ответил Питер, закрывая дверцу шкафа. – Протокол активирован. Доступ закрыт. – Да ладно тебе! Это так нечестно! С каких это пор ты можешь отменять приказы Тони? – Харли попытался произнести это обвиняющим тоном, но у него получилось лишь жалобно заскулить. – Скажи спасибо, что я не ограничиваю тебе доступ сюда полностью, – сухо сказал Питер. – Я надеюсь, теперь ты знаешь, чего ожидать, если снова выкинешь что-нибудь столь опасное? Приглушенная брань Харли подсказали Питеру, что он действительно знал. – Пиццу или бургеры? – спросил Питер следующим. – Бургеры, – пробормотал Харли, бросив на Питера равнодушный взгляд. – Отлично. Пятница, закажи нам бургеры, пожалуйста. Как обычно. И убедись, что Тони позвонит, как только освободится. – Повернувшись к Харли, он добавил: «Ты расскажешь ему, что ты сделал, в мельчайших подробностях!» – Чувак, да ладно! Ты только что надрал мне задницу, зачем говорить Тони? – запротестовал Харли, широко раскрыв глаза. – Потому что Пятница все равно пришлет отчет, поскольку протокол был активирован. Поверь мне, ты бы предпочел, чтобы он услышал все это от тебя. Я дам ему знать, что все улажено. Не похоже, что он не будет... – Нет, он же выбьет из меня всю дурь, чувак, – сказал Харли умоляющим тоном. – Если ты ищешь сочувствия, то не получишь его. Если ты не хочешь, чтобы тебе надрали зад и Тони не читал тебе нотации, выбивая дерьмо из тебя, не делай глупостей, которые могут привести к риску для твоей жизни! – Но... – Заткнись, недоносок. Будучи крутым и потрясающим старшим братом, я помогу тебе прибраться здесь. Принимайся за работу, – проинструктировал Питер, начиная собирать с пола металлические обломки. – Придурок, – пробормотал Харли, неохотно присоединяясь к процессу уборки. Продолжая собирать мусор, Питер заметил следы ожогов на полу и вспомнил о молниях. – Откуда, черт возьми, взялась молния? Харли только ухмыльнулся.
