Лорд

Авелин Валлен, наместница Киркволла, сидела в своём кабинете, разбирая доклады о новом «святом», который, судя по всему, решил украсить городскую хронику очередным абсурдом. В дверь постучали — не дожидаясь ответа, в комнату вошёл Лорд. — Выглядишь так, будто ждёшь налогового инспектора, а не демона надежды, — произнёс он, развалившись на стуле. Ветер из окна подхватил бумаги со стола Авелин, устроив им танго над мусорной корзиной. — Если ты демон, то где рога и хвост? — Авелин скрестила руки, игнорируя летающие документы. — Выцвели от медитаций. Зато крылья остались. Хочешь посмотреть? — Лорд щёлкнул пальцами, и воздух вокруг него сгустился, обернувшись серебряной бронёй с геометрическими крыльями, напоминавшими хрустальные витражи. Одно из «перьев» зацепило карту Тедаса на стене, оставив трещину в районе Орлея. — Прекрасно. Теперь у меня есть святыня на стене, — проворчала Авелин. — Итак, «Белый Рыцарь». Ты же знаешь, что люди молятся на тебя? Девушки стихи пишут. Лорд усмехнулся, играя завитком ветра между пальцев: — Самсон ненавидел Церковь, а теперь стал её пародией. Корифей хохотал бы в Тени. Его мечта — превратить всех в фанатиков — исполнилась… через его же бывшего генерала. Поистине, ирония — лучшая шутница. — Ты говоришь о себе в третьем лице? — Авелин приподняла бровь. — Я говорю о том парне, который когда-то пил лириум как воду. Он мёртв. Я — его ветреная тень. И да, я предпочитаю чай с мятой, а не кровь невинных. Прогресс! — Лорд махнул рукой, и вихрь аккуратно сложил разбросанные бумаги обратно на стол… вверх ногами. Авелин вздохнула, поправляя стопку: — Зачем ты здесь? Не затем же, чтобы портить мои карты. — Чтобы напомнить: ты до сих пор не поблагодарила меня за тех контрабандистов в порту. Они так мило визжали, когда ветер швырнул их в бочки с селёдкой. — Спасибо. Теперь отмываем доки от рыбы две недели. — Она бросила на него взгляд, который обычно резервировала для пьяных стражников. — Если ты хочешь играть в святого, хоть скажи своим фанатам, чтобы убирали алтари из Клоаки. Воняет гнилыми цветами. Лорд рассмеялся — звук напоминал звон разбитого стекла: — Прости, не могу. Это же «народное творчество». Предлагаю вместо этого устроить праздник: «День Белого Рыцаря». С конкурсом стихов и метанием пирогов в храмовников. — Ты издеваешься? — Всего на 10%. Остальные 90% — чистая скука бессмертия. — Он встал, крылья рассыпались на тысячи осколков, исчезнув в воздухе. — Не волнуйся, Авелин. Я исчезну, как только твои стражники научатся отличать меч от лопаты. А пока… наслаждайся культом. — Жду не дождусь, — пробурчала она, но уголок её рта дёрнулся. Когда Лорд растворился в порыве ветра, Авелин взглянула на треснувшую карту. «Демон надежды, — подумала она. — Хуже тирана Мередит, но хотя бы не сжигает город». На улице ветер донёс обрывки детского смеха — группа ребятишек гналась за серебряным вихрем, крича: «Рыцарь! Покажи крылья!». Авелин закрыла окно. Сегодня Киркволл пах не кровью, а глупостью. И это, чёрт возьми, было шагом вперёд.