Я тебя слушаю

Они уже около двух часов сидят в небольшом, но крайне роскошном ресторанчике на окраине города. Почему они встретились именно тут а не в "Нью Инн", Хоб не знал. Но он всецело доверял Морфею и когда тот позвал его с собой - встал и пошёл. Хотя, после знакомства с интерьером заведения многое прояснилось. Здесь было немноголюдно, в меру мрачно и очень тихо. Прямо в стиле самого Морфея который, казалось, был очень доволен местом их сегодняшней встречи. Они устроились за самым дальним столиком и уже успели выпить по пару бокалов вина, ведя непринуждённую беседу о произошедшем с ними за последние пару недель, что они не виделись. Преимущественно, говорил именно Хоб, а Морфей, как и всегда, с лёгкой улыбкой на губах выслушивал рассказы старого друга. С недавних пор, бесконечный задался целью узнать обо всём, что происходило в жизни человека во время его столетнего отсутствия. А учитывая любопытство Хоба и его неуёмный интерес к жизни - произошло много чего. И специально для этого, Морфей регулярно выкраивал из своего графика свободные часы для того, что бы побольше времени уделить своему другу. Можно было сказать, Что Морфей всё ещё чувствовал вину за то, как обидел Хоба в 1889 и за то, что не пришёл на их встречу спустя сотню лет. И это, в принципе, было правдой. Он чувствовал свою вину перед этим человеком, хоть тот и пытался его переубедить доказывая, что Морфей не виновен в своём заточении. "Но я мог позвать кого ни будь на помощь", сказал ему тогда Морфей. И ведь был прав. Если бы не его гордыня и неумение принимать помощь, он бы мог выйти из своей "тюрьмы" гораздо раньше и тогда, можно было бы избежать многого из произошедшего. Но Хоб не был обижен на него. Он скорее винил себя в произошедшем и часто повторял, что абсолютно не умеет держать язык за зубами, что Морфей считал полной чушью. Хоб не должен молчать лишь из-за того, что не в меру хрупкое эго бесконечного может треснуть по швам. Наоборот. Это Морфею следует прикусить язык дабы не ляпнуть чего лишнего в сторону того, кто этого абсолютно не заслуживает. Что он собственно говоря и делает, сидя молча и внимательно слушая рассказы Гэдлинга. - И потом, эта самая студенточка поднимает руку и говорит: "Профессор Гэдлинг, а не могли бы вы нам поподробнее рассказать об Шекспире и его неоценимом влиянии на мировую литературу?" Хоб фыркакет и Морфей с улыбкой вспоминает, как же сильно на самом деле тот не любит данного поэта. - И что же ты ей ответил? - Что, что? Ничего. Прозвенел звонок и лекция была окончена. И я на самом деле был этому очень рад, потому что на все сто процентов уверен, что разломал бы несчастную указку напополам. Причём скорее всего - об её же голову. Хоб поднял взгляд на Морфея и слегка стушевался. - Прости. Мне не стоит говорить такие вещи. Ни Лиза, ни Шексберд не заслуживают такого отношения, но я ничего не могу с собой поделать. - Ты ни в чём не виноват, Хоб. Это скорее моя вина. Я не должен был пренебрегать тобой в тот вечер. Ты сотню лет ждал этой встречи, а я взял и провёл её с другим человеком. Я приношу свои извинения. Хорошие друзья не должны так поступать. - Ты хороший друг, Морфей. Правда. Не забивай себе голову подобными глупостями. Я никогда на тебя не обижался. Хоб сжал руку Морфея в своей ладони и лучезарно ему улыбнулся. В груди у бесконечного потеплело и тепло это, заставило сжать ладонь мужчины в ответ. А на другом конце зала стройная фигура в красном одеянии хищно ухмыльнулась, проводя юрким язычком по белоснежным зубам. - Как однако интересно.