Королевство для двоих

      ХВАН ДО САМ       Густая тишина обволакивала лёгкие, выбивая из них воздух. Тревожность вызывала мелкую дрожь. Время, казалось, покинуло мир и не собиралось возвращаться. Но всё встало на свои места после детского крика, пронзившего пространство. Крик был настолько отчаянным, что аж сердце, по ощущением, сделалось меньше.       Голова обессиленно упала на промокшие подушки, покрывшиеся небольшим слоем грязи. Тёмно-рыжие волосы завились ещё больше, но пропитались потом. Сколько длились роды? Четыре часа? И я смогла выжить? Или смерть ещё придёт? Наверное, лучше об этом не думать.       – Госпожа Хван, только не закрывайте глаза, – попросила какая-то девочка. Синее платье было чуть ниже колена, белоснежный фартук скрывал худощавую фигуру. Тёмно-русые волосы скрывались под чёрным платком. Дочь, видимо, одной из служанок, принимавшей роды. У неё милое личико, кругленькое, чуть румяное. Когда подрастёт – станет красавицей.       Не погружаться в сон. Для чего – уже не имеет значения. Если попросили, значит нужно выполнить просьбу. Люди, находящиеся в моих покоях, бегают из угла в угол, как тараканы. Хочется выгнать их всех, но это кажется второстепенным. Шторы до сих пор закрыты. Месяц уже не видела солнечных лучей. Хочется на улицу, но ноги подведут. Да и не время покидать обитель. Нужно набраться физических сил. Моральные придут позже.       Не погружаться в сон. Почему нельзя? Я родила ребёнка. Наследник, кажется. Почему нельзя просто отдохнуть? Нужно продолжать бороться со сном. Это тяжелее, чем тужиться. Намного тяжелее.       Дверь противно скрипнула. Видимо, кто-то вышел, или пришёл. Не имеет значения. По скорей бы дали поспать. Все силы потратила, чтобы дитя вышло наружу. Холодная рука? Приятно. А ещё приятнее чувствовать разливающееся тепло по телу. Маг-целитель? Скорее всего. Помогает восстановиться?       – Её Величество Хван До Сам будет жить. Ей нужно поспать, – прошептал мужчина. Ему, вроде, было около семидесяти, но магией владел отлично. А мне в радость погрузиться в сны, которых почти не видела в прошедший месяц. Надеюсь, что ребёнок тоже будет жив. Муж не переживёт двойную потерю, а народ поставит клеймо слабачки.       ХВАН РО УН       Ранее печальное солнце стало светить ярче. Голубо-сизые облака окрасились в персиково-алый, как будто предвещая беду. Я держал своего сына с такой бережностью, на которую был способен. Надеюсь, грубые руки способны передать все чувства, пылающие в душе.       Радости нет предела. До Сам оказалась сильнее, чем предполагалось. Мне кажется, что она могла бы справиться самостоятельно, но подстраховка в лице мага-целителя не помешала. Теперь её никто не посмеет побеспокоить, пока не восстановится. Даже мне придётся какое-то время обходить её и сына стороной.       Малыш слегка пошевелился, пару раз чмокнув. Его сон ничто, видимо, не могло нарушить. Пухлые щёчки, длинные ресницы, маленький носик. Можно подумать, что он – девочка, но нужно ведь просто подождать несколько лет, чтобы проявилась мужественность.       – Теперь на ваши плечи ляжет ещё больше забот, – произнёс лекарь, как мы называем его в узких кругах.       У него длинная серебристая борода, густые брови, изумрудные узкие глаза и лёгкая улыбка. Лысину скрывает небольшой стоячий колпак. Приятный человек, заслуживший доверие всего города при дворце. Как появился – уже и не припомнить. Самое главное, что его место теперь в нашем светлом королевстве.       – Значит, моя задача – быть сильным и справиться с новыми обязанностями. Какой я король, если не стану помогать супруге растить нашего общего ребёнка, при этом управляя государством?       Голос ровный, с хрипотцой. Вот что делают частые разговоры на большую публику. Если громкость ниже, то хрипа не слышно. Надеюсь, у сына связки сильнее, нежели у меня.       – Рад, что вы настроены со всей серьёзностью. Надеюсь, что будем видеться как можно реже.       Он слегка картавил, только эта особенность делала из него семейного старика, у которого могло быть множество детей и внуков. Почему выбор пал на служение людям в одиночестве – одна из загадок этого человека, но никто не задаёт вопросов, ведь главное – здоровье.       Мужчина ушёл после поклона, а я продолжал смотреть на закатывающееся солнце. Оно напоминало об ошибках прошлого, допущенных ещё нашими прадедами. Но кто я такой, чтобы их судить? На мне теперь лежит задача прекратить вражду с соседним королевством любой ценой. Молодость не даст плодов, поэтому придётся подождать до совершеннолетия сына. Надеюсь, к тому моменту все проблемы растворятся в ночи и не станут напоминать о себе.       Мотнув головой, направился в спальню. До Сам всё ещё спит. Малыша положил в специально подготовленную кровать. Дерево блестит как самый драгоценный метал, а на одеялке вышиты незамысловатые узоры золотыми нитями.       – Надеюсь, вырастишь достойным наследником.       Шёпот разносится эхом по слабо освящённому помещению. Мебель перестаёт мерцать, словно звёзды из-за наступающей ночи, а я отправился в кабинет, чтобы почитать наставления от ушедшего в отшельничество отца. Целая книга исписана ровным мелким почерком предыдущего правителя. Вечер предстоит быть долгим, но продуктивным.       ЛИ ЧАО СИМ       – Наследник, значит, родился, – прошипела девушка, держа в излишне тонких пальцах письмо, присланное голубем. В свои почти четверть века слишком суровая. Кудрявые короткие волосы завились сильнее, значит злится. Не люблю это состояние. Приходится прятаться, чтобы не получить побои. Верхняя губа подрагивает, жёлтые глаза сверкали в полутьме. Недобрый знак. Очень недобрый.       – У нас Бэк Хён есть, – хоть и не уверенно, но всё же решился промолвить я. Руки сильно потеют, из-за чего начал теребить край пиджака. Капля пота стекла за шиворот, неприятно охладив кожу.       – Он твой внебрачный сын от служанки, Бур Во, и слабый. Если бы родился с боевой магической силой – простила бы, но слабаков не прощаю. А ты, в придачу, трус, каких поискать нужно.       Её голос похож на звон стали во время ковки, а жесты рук слишком резкие. Как не бояться такую девушку? Что будет, если пройдёт лет десять? Из комнаты не смогу выйти без разрешения? Наверное, даже дышать нужно будет по специальной грамоте. А Бэк Хён… Я тогда был молод и закрутил роман с горничной, ухаживающей за отцом. Слишком красива была, чертовка. Теперь припоминается этот грех законной супругой, выбранной матушкой.       – Но мы ведь могли отдать сына матери, – в очередной раз попытался вразумить эту огненную бестию, только получил удар по затылку. Как она оказалась рядом настолько быстро? У неё же подол платья шлейфом тянется ко тёмному отполированному каменному полу.       Больно после удара, но что поделать? Она – глава королевства, а я предназначен для того, чтобы появлялись наследники.       – У нас должен быть ребёнок с крепким здоровьем. Если у меня не получится родить хотя бы способную дочь – тебя придётся казнить, а мне – искать другого мужа. Если хочешь остаться на этом свете, то старайся, любимый.       Страх сковал горло от интонации, выделявшей последнее слово, из-за чего в знак согласия пришлось начать быстро кивать. Какая же она агрессивная, но за ней пошёл после коронации, значит правильный правитель встал у руля.       А у соседей всё спокойно. Любовь ими правит уже несколько столетий. Боги их род любят. А чем наш прогневал Всевышних? Лучше об этом не думать. И нужно скрыться от её злости. Пойду, пожалуй, посплю. Чужая агрессия высосала слишком много энергии.       ХВАН ДО САМ       Солнечный свет настойчиво стучался в окно, прогоняя сладкий сон. Он как будто говорил: «Хватит спать! Настал прекрасный день для жизни!». И я ему верила безоговорочно. Веки распахнулись легко, в теле не было тяжести. Отсутствие живота сначала вогнало в ступор, но чуть позже осознала, что буквально вчера прошли роды. Кто появился на свет? Правитель или правительница? На кого больше похож? Что скажет провидица на счёт его судьбы?       Дверь тихо скрипнула. В щели показалась округлая худая голова с белым платком. Длинные редкие ресницы слегка подрагивали, щёки покрылись румянцем от смущения, верхняя тонкая губа чуть дергалась. Чего так боится – не понимаю.       – Ваше Величество, – опустив иссиня-голубые глаза, промолвила она, и настолько тихо, что даже пришлось напрячь слух.       – Слушаю.       Постаралась произнести как можно мягче. Не знаю, получилось ли, потому что служанка продолжала стоять в дверях и дрожать.       Сесть в кровати удалось, хоть и с небольшим трудом. В это время девушка тихо подошла к постели и слегка протянула комочек пелёнки, в которую был завёрнут мой малыш. Спящий, нежный, красный. Чуть юродив, но мне известно, что в будущем он будет самым красивым. Чувствую, что Судьба не станет преподносить к его ногам слишком жестокие испытания.       – Будущий правитель очень хорошо питается. Кормилица не успевает накопить молока, – в поклоне оповестила служанка, удалившись после моих благодарностей. Радость от того, что родился мальчик разлилась теплом по телу, прибавив немного сил.       – Не стань богатырём, сын мой. Ты должен быть в меру сильным, потому что это пригодится для самообороны.       Малыш спал на руках, а я стала думать над его именем. В скором времени присоединился муж – правитель земель Хабока Хван Ро Ун. Чёрные короткие волосы вновь взлохмачены. На солнце видны красные блики. Глаза зелёные, узкие, но такие добрые, всегда смеющиеся. Выглядит как прямоугольная коробка, но старается исправить фигуру. Кожа желтоватая, как будто он чем-то болеет, но это просто особенность, доставшаяся от предков. Губы тонкие, тёмно-малиновые, но настолько нежные до головокружения и тошноты.       Было предложено множество имён, но ведь именем будет определена судьба будущего осознанного человека.       – Мин Джу – яркая индивидуальность, сила, мудрость и справедливость, – предложил в очередной раз Ун, улыбнувшись полосочками-губами. – Для правителя прекрасное имя, дарующее идеальное будущее.       Перфекционизм с рождения, по словам родителей, тёк в его венах. Только хаос часто оставался за ним после работы, но слуги не смели притрагиваться ни к одной неправильно лежащей вещи, так как он самостоятельно мог всё убрать.       – Думаешь, это имя откроет ему хорошую дорогу в жизни?       Никогда не верила в значения имён и то, что они могли менять судьбу. Зато муж прекрасно в этом разбирался и оправдывал даже некоторых преступников. На удивление, эти люди в ближайшее время менялись и соответствовали тому, как их назвали.       – Уверен.       Спорить не стала. Имя, притом, звучало приятно, поэтому зачем отказываться? Началом хорошего пути может стать любовь, которую отдам я и Ун. Только почему так быстро бьётся сердце? Чего боится душа?       ЛИ ЧАО СИМ       Тишина оглушала. Отсутствие любой живой души навевало чувство траура, потому что само здание окрашено в тёмные цвета. Хотелось с кем-нибудь поговорить и поделиться своими горестями и переживаниями, но рядом не было тех, кому можно доверять. В голове уже несколько дней не укладывалась мысль о том, что у правителей Хабока родился сын. И этот трус Бур Во радуется за них. Предатель.       – У нас есть Бэк Хён.       Передразнить удалось, но вышло, скорее всего, комично. Когда в последний раз улыбалась? В детстве? Скорее всего, да. Улыбка пропала после начала обучения грамоте, арифметике, всем возможным точным наукам и правлению страной. Самые скучные времена, выбившие веселье и возможность радоваться жизни.       Звук каблуков ко мрамору отскакивал от стен и ударялся о кожу. Чувствовалось это с трудом, но ощущения всё равно неприятные. Правитель Ли вновь где-то скрылся, чтобы не почувствовать мой гнев, загорающийся как по щелчку. Спасибо матушке за такую черту характера.       – Ваше Превосходительство. У его Высочества вновь ухудшилось самочувствие, – маленькая девочка шла позади на шаг по левое плечо. Запомнила, наконец, как нужно себя вести.       Новость о здоровье пасынка вызвала искру гнева, которую удалось в ту же секунду потушить. Я ему заменяю мать, поэтому должна заботиться. Своему отцу была тоже не родная, но он даже виду не подавал и растил как собственную дочь. Значит и мне стоит так делать. Может, спустя время получу хоть какую-то благодарность, если смогу дожить.       – Отправь к нему чародейку-лечительницу. Она должна знать, что делать.       Девочка быстро удалилась. С поклоном или без – не важно. Они все меня боятся из-за дурной репутации семьи, где дедушка являлся деспотом, а в молодом возрасте убил всю семью бабушки, чтобы у неё не было выбора после прошения руки и сердца. Мои дети, конечно, будут жить в более мягких условиях, но страх всё-таки будет в них жить. Это чувство даёт контроль как над человеком, так и над ситуацией.       Солнце вновь спряталось за сине-фиолетовыми облаками. Запах дождя проникал даже за закрытые окна. Почувствовалось небольшое успокоение. Всегда хотелось жить в отдалении и не знать забот, связанных с правлением. Но матери всегда было плевать на мои желания, теперь приходится терпеть мальчика, застрявшего в возрасте десяти лет и воспитывать его сына достойным мужчиной. Интересно, а будущие поколения смогут избавиться от обязанностей правления и выбирать собственный путь?       МО ЛИ       Солнце светит слишком ярко, хотя уже вечереет. Люди, даже самые бедные, ходят с улыбкой по людным узким улочкам. Почему все такие счастливые? Неужели и вправду Всевышние вас настолько любят, что даже не позволяют бедам прикоснуться к государству? Завидую, при том очень сильно. В моих родных краях почти всегда пасмурно и промозгло, а зимой слишком холодно, из-за чего жители даже нос не высовывают на улицу. А какая у вас зима? Наверняка тёплая, мягкая, с весенним ветром.       Кажется, что многие подозревают, кем являюсь на самом деле. Приходится принуждать себя играть счастье, хоть такой эмоции и не испытываю. Слишком сложно притворяться местным. Слишком сложно подражать остальным и быть слишком разговорчивым.       Проход в замок не составил труда. Быть слугой во вражеском королевстве – самое удобное прикрытие. Зацепившись за слухи, можно доползти до правды. Только в этот раз идёт второй год сбора информации, чтобы узнать истину. Всем вокруг как будто известны мои намерения, что слишком сильно раздражает и иногда выбивает из колеи. Король мелькает слишком редко, а его жены с сыном вообще не видно, как будто их защищают от возможного нападения с целью убийства или их вообще нет в замке. Я же просто наблюдаю за тем, как растёт вражеский наследник.       На самом деле милый и смышлёный парень. Если не будет лениться, то сможет многого достичь и страна начнёт процветать. Можно будет ему как-нибудь об этом сказать, но когда станет взрослее, при том намного.       И все вновь косятся на меня. Что их так привлекает? Белый цвет волос? Так ничего удивительного: я альбинос. В родных краях с таким недугом очень комфортно жить, потому что нет сильной реакции организма на ультрафиолет, а тут приходится ходить либо в тени, либо с капюшоном на половину лица и полностью закрытым тканью телом. Хотя и вправду странно смотрятся волосы и бесцветная кожа, в прямом смысле слова. Таких вообще не видно в этих краях. И глаза тоже, как мне говорили, необычные – слишком яркие, алые, на солнце превращающиеся в рубиновый. Прокажённый, не иначе.       – Его Высочество уже ходить начал, – решилась заговорить одна из служанок. Сплетница отменная, но истины в словах слишком мало. Однако это заявление ближе к правдивому, потому что Мин Джу уже чуть больше года.       – Скоро у короля и королевы начнётся весёлое время, – произнесла другая. Всё время смеётся, доверяет каждому, при этом не умеет хранить секреты. Идеальный вариант для накопления информации, но имеет и отрицательные стороны. Например: шантаж или вымогательство.       – Не то слово. И нам работы прибавится: рубашку зашить, штаны постирать, во дворе за ним приглядеть и многое другое.       В словах сплетницы раздражение. Неужто детей не любит? Зачем тогда в фрейлины пошла, если понимала, что с дитём придётся возиться? Слишком глупо, хотя от неё иного и не ожидалось – из крестьянского рода ведь. Но иногда может и умные мысли излагать.       – Не думаю, что его Высочество будет хлопотным до семи лет: он не такой активный.       Доброта болтушку погубит. А может и права, что Джу не будет бегать из угла в угол, доставляя проблемы на каждом углу? Увидеть бы этого мальчика и посмотреть ему в глаза – тогда всё сразу всё выяснится. Только такой возможности, видимо, не подвернётся. Придётся ждать, и долго, хотя меня уже ждут на родине с докладом, а мне даже в письме нечего написать из-за одних лишь доводов на счёт королевской семьи.       – Через пять лет начнётся его подготовка к правлению государством, а в пятнадцать его Высочеству будет официально присвоен статус принца, – промолвила третья, стоя в тени. Всегда была незаметной, но вовремя напоминает о себе. И всегда прямолинейна, что в ней для меня ценно. Значит сейчас информация достоверна. Уже чуть больше, чем имелось ранее.       – Ми Ло, а ты чего до сих пор сидишь?       Обращение болтушки оказалось столь неожиданным, что я даже вздрогнул. Сбавил бдительность, тем самым допустив ошибку. И что мне теперь ответить? Хотя у них вода грязная – столько белья уже постирали, а жидкость так и не сменили.       – Жду, когда прикажете заменить грязную воду в ванных на чистую.       Надеюсь, что такой предлог убедителен. И вновь эти серьёзные шесть глаз разных расцветок. Ненавижу подобное, потому что по спине противно ползут мурашки, как в этот момент. Постоянно боязно оказаться головой на плахе и лишиться у её на глазах «солнечного народа», как называют жителей Хабока в моём родном крае.       – Ах, точно. Спасибо, что напомнил, – всплёскивая руками, говорит болтушка. Её квадратное пухлое лицо налилось краской сильнее, а толстенькие пальцы избавились от влаги с помощью серого фартука. Две помощницы последовали примеру и стали освобождать ванные с тазиками, а я без капли натужности принялся выносить ёмкости на задний двор, чтобы вылить мутную воду. Серая, как жизнь в этих стенах, хоть все и радуются.       До колодца иду проулками, потому что они в тени, что важно. Людей почти нет, и это тоже радостный фактор. Только нужно чуть больше информации. Да, собрать её сложно, но обещание есть обещание и его нужно выполнить даже ценой своей жизни.       Что в это время делают родители? Скучают ли по мне? Я по ним – безумно. По скорее бы всё это закончилось.       ЛИ БУР ВО       – Растёт наследник, – с пренебрежением произнесла королева. Под её помутневшими жёлтыми глазами залегли тени из-за недосыпания. Кожа, приближённая к смуглому цвету, сильно побледнела, покрывшись красноватыми пятнами от перенапряжения. Больше года ждала весточки от Мо Ли и только что получила отчёт, видимо. Есть ли положительные вести, или следует готовиться к худшему?       Нервный смешок нарушил тяжёлое молчание. Что же там написано? Очень интересно, но буду ли удостоен чести прочесть строки? Внутри всё вновь трясётся от мысли, что она может разозлиться. А вдруг настолько слаба, что гнев не проснётся? Стоит ли пробовать?       – Чао Сим, могу ли прочесть то, что прислали?       Руки вновь вспотели, кишечник скрутило до тошноты. Надеюсь, что не прилетит шлепок по затылку и резкое отрицание. Всё-таки мне нужно хоть как-то прикасаться к государственным делам. Или лучше оставить ей все формальности и неформальности, а самому сидеть в тени? В нашем государстве больше ведь правят женщины из-за своего гибкого ума и способности хитростью добиваться поставленных целей.       – Если будут вопросы – мне их не задавай, – прикрыв глаза рукой, произнесла девушка и протянула мне желтовато-коричневый конверт. Не верится, что всё могло быть настолько просто. Приятно чувствовать детскую радость, даже руки затряслись. В ином случае пришлось бы искать убежище, потому что даже такой пустяк мог быть причиной агрессии.       Аккуратно развернув конверт, увидел ровный крупный почерк. Некоторые буквы имели небольшие завитушки, украшающие присланные страницы. Где-то красовались капли чернил, сорвавшихся с пера.       «Ваше Величество Ли, – начал повествование шпион, которому доверяла моя супруга больше, чем кому-либо, – Мин Джу от роду один год и три месяца. Мальчик растёт здоровым, может чётко произносить сложные слова. Также имеется возможность понять, чего хочет. С семи лет его будут готовить к принятию престола, а в пятнадцать лет наградят официальным титулом принца. Подозревается, что у него имеется магическая сила, но это доводы не только слуг, но и самих родителей.       Короля почти не видно, королева с сыном скрываются в глубине замка. Лично у меня сложилось чувство, что они опасаются нападения врагов, думая о желании покуситься как на их жизни, так и на жизнь мальчика.       Сведения о наследном принце получены от слуг и проверены. Хван Ро Ун недавно приказал найти шпиона. Слухи о его предчувствии, видимо, правдивы. Подозрения на меня, пока что, не падают, но я, всё же, допустил одну ошибку – слишком активно расспрашивал о делах супружних и о том, как чувствует себя наследник, при этом высказав желание помочь наследному принцу в будущем овладеть мечом.       Если говорить о самом королевстве, то в этих краях почти всегда светит солнце. Редкий день бывает не то, что облачно, а пасмурно. Люди хвалят как предыдущих правителей, так и недавно вошедшего на престол короля. Все слишком счастливые. Даже крестьяне. Хозяева их розгами не наказывают, деньги на личные нужды выдают, учат грамоте и лечат их детей. Сплетников очень много, но судачат о ком угодно, только не о власти. Либо уважают, либо бояться оказаться головой на плахе, потому что здесь с этим очень строго.       Теперь прошу простить мою наглость, но можете ли Вы узнать, как поживают матушка и отец? Они живут на отшибе, в землянке. Хочется им хоть бы небольшую весточку отправить. Чую, что близка смерть моя.       Рад был служить,       Ваш верный шпион Мо Ли».       – Как думаешь, он вернётся обратно? И стоит ли отправлять ответное письмо с оповещением, что он добрался до поставленной цели? – вдруг обратилась ко мне Чао Сим, что стало слишком неожиданно. В течении всего этого времени она разговаривала сама с собой, а сейчас решилась просить совета? Только что ей сказать? В голове ещё не уложилась полученная информация, а тут ещё и думать нужно.       – Думаю, что ему нужно вернуться и через время вновь отправиться в замок Хабока. В то время принц уже подрастёт и можно будет по ближе подобраться к королевской семье, – немного поразмыслив, предложил я. Правильный ли выбор? Или же у неё есть свой вариант и нужно было только дополнительное решение проблемы?       Тошнота уколола горло. Почему так крепко обняло переживание? Или же это страх? Не понимаю собственных чувств.       Супруга только кивнула и приказала принести листок и ручку. Какие там были выведены слова Мо Лину – мне не известно. Зато тревожность стала успокаиваться, но всё равно, казалось, змеёй пригрелась на груди. Хочется её скинуть, правда вряд ли получится.       – Отправь голубя с хохолком на голове. Он не потеряется и узнает Мо Ли, – задумчиво произнесла королева. – А ты займись, наконец, сыном. Начни его готовить к поступлению в королевские войска. Титул принца он не получит, зато может сделать прекрасную военную карьеру.       Эти слова заставили вздрогнуть, при этом ощутив болезненную реальность нашего сурового мира. Супруга покинула тронный зал. Её движения были плавными, замедлёнными, выдавая усталость. Хотя, чему удивляться? Каждый прожитый день был соткан из хлопот и переживаний о человеке, который мог разузнать любую информацию. А голубь с хохолком – государственный фамильяр, перешедший к ней по наследству. Умная птица, жаль только, что не разговаривает.       Я же остался стоять на ступеньках, ведущих к креслу правительницы, чувствуя, как непонимание сковывает движения. Состояние Чао Сим волнует мозг, но не сердце и душу. Или же всё-таки у меня имеются к ней чувства, которые скрылись за стеной страха и уважения?       МО ЛИ       Лес казался нескончаемым, хотя конь скакал довольно быстро. Деревья скрывали багровый закат. Тёплый ветер сменился холодным, колющим, родным. "Скоро буду дома" - сразу пронеслась мысль в голове, но осознание, что нужно, в первую очередь, посетить замок слегка убавляло радость.       Письмо Её Величества удивило и поселило волнение, которое жило уже не первый день.Из королевства Хабок вырваться удалось с трудом, но ложная история, приправленная правдой, помогла добиться разрешения на отъезд у самого Хван Ро Уна.       Спина больное, голове гудела, конь устал, а дорога продолжалась. Как пройдет встреча с королевой Ли? Разочаровал ли её?       Но Чао Сим была рада нашей встрече, сказав, что я проделал большую работу.       – Мне нужно будет вернуться, как только Мин Джу исполнится десять лет, – проговорил стоя на одном колене перед той, кто вызывала трепет в душе и сердце.       Мы знакомы с детства, потому что наши семьи дружили: её – графская, моя – военная. Отношения изначально складывались тёплые, глубокие, понимающие. Её презирали за внешность, называя юродивой, а меня отшельником из-за нежелания общаться с посторонними. На этой почве, видимо, и родилась наша дружба, выбравшись, как река, в новое русло.       Мы мечтали о домике на берегу озера в дали ото всех, а внебрачный ребёнок Бур Во всё испортил: нам пришлось стать заложниками долга и политических игр, тянувшихся не одно столетие.       – Если ничего не изменится – вернёшься, – с усталостью и грустью проговорила королева. Один её вид прожигал в сердце дыру, которая могла не затянуться даже после смерти, – но запасным вариантом будет инсценировка твоей смерти.       Я не стал возражать и огляделся: высокие колонны из чёрного мрамора соединила высокая узорчатая перекладина. Высоту обозначали золотые канделябры с почти погасшими свечами. Самый большой висел над троном, за которым расположилось почти всегда занавешенное окно.       Чао Сим сидела на троне, окружённом шипами-кристаллами лилово-фиолетового оттенка. По рассказам предков их когда-то наполняла магия, которую присвоила старшая сестра второй королевы Бунно из-за затаившейся обиды. Ей не нравилось, что всё доставалось младшей сестре.       После кражи магии, старшая сбежала на противоположный конец континента и создала своё королевство, где все должны были иметь равные права в связи со своим статусом. Но и к низшим должно иметься уважение, чтобы не было распрей среди слоёв населения. Так появилось королевство Хабок: светлое, доброе, всеми любимое, а наше погрузилось в тень, став для всех врагом. Многие считали, что первые правители были виноваты в побеге старшей дочери, у которой единственным выходом являлось кража магии и побег для обустройства собственного счастья.       – Ты давно отдыхала? – выбравшись из своих мыслей и подойдя ближе, спросил тихо. Хотелось прикоснуться к её смугловатой пухлой руке, почувствовать то самое тепло, которое смело мог называть родным.       – В течение всего этого времени не могла спокойно спать. Переживала за тебя, – в тон ответила она, сверкнув своими выразительными жёлтыми глазами, под которыми залегли круги.       Как же сжималось моё сердце в это мгновение. Как хотелось прижать эту с виду сильную девушку и утешить, спасти от всех несчастий и подарить то, что жило внутри.       – Я тебя провожу до покоев, а сам займусь оформлением отчётности и схожу в город, чтобы навести порядок, – уже произнёс чуть громче, подав руку.       Её Величество не стала сопротивляться и позволила придерживать себя за талию, чтобы без происшествий дойти до спального места. А мне этих мгновений хватило для ощущения вновь вспыхнувшего огня и понять, что она тоже меня любит до сих пор.       Вот бы у нас появился ребёнок для закрепления этого запретного, в нашем случае, чувства.       ЛИ ЧАО СИМ       – Сим, это неправильно! – кричал Мо Ли, ходя от куста к кусту. В саду вновь темно, и только тусклая луна немного освещала скопившиеся силуэты. Его накидка развивалась при ходьбе. Повороты были резкими, показывая нервозность и непонимание в сложившейся ситуации.       – Мне нужен наш ребёнок, – с мольбой говорила я. – Бур Во ничего не узнает. Мы же всегда этого хотели.       Слёзы жгли щёки, а сердце пыталось вырваться из грудной клетки. Боль пронзала все конечности из-за его тона. Хотелось выть на ночное небесное светило, чтобы разрывающееся чувство вины успокоилось.       – У вас была близость, чтобы всё обыграть, что это его ребёнок? – спустя пару кругов спокойно спросил Ли, но в его тёмно-алых глазах читалась злоба, любовь и отчаяние. В них отражались яркие звёзды, дарящие надежду, но в ту же секунду исчезавшие, почувствовать негодование. Как же быстро он менял тон, видя, что в моём сердце что-то трескается.       Мы всегда хотели стать семьёй. Вернее, с того возраста, когда уже известна влюблённость. Родители тоже не были против, но как только появилась возможность занять высокий пост – сразу передумали. Я согласилась на брак по расчёту с одним условием: Мо Ли станет моей правой рукой как опытный военный. Возражений не последовало ни с одной стороны из-за осознания, что мне нужна защита в дали от дома, а мы теперь страдаем, не в силах что-то изменить. Не в силах отдаться любви, текущей в наших венах и артериях.       – Была, – призналась со стыдом, при этом с трудом сдерживая всхлипы отчаяния. Он же только обнял, подарив то самое человеческое тепло возлюбленного, которое обжигало из-за чувства долга перед страной. Как же хочется чувствовать его каждый день и не думать о том, как успешно править страной и вырваться из тени.       – Тогда подозрений не будет. Ты сможешь убедить его в чём угодно, а он и не посмеет ничего против сказать.       Правда резала по живому, но его безжизненный голос причинял намного больше боли. Ещё и ветер был как обычно холоден и не давал ощущения лета. Так хотелось услышать звонкий смех и почувствовать счастье, которое волнами исходило от него в нашем детстве, ставшего слишком далёким и чем-то волшебным, ненастоящим, потерявшемся во времени и случившихся событиях.       – Ты можешь стать крёстным отцом, – решила предложить я, но в ответ получила лишь отрицание. Неохотное, страдающее, чужое.       Он гаснет на моих глазах. С каждым днём его взгляд всё темнее, а во мне укрепляется желание всё бросить и сбежать, подделав собственную смерть. Бур Во всё равно слушается мать, которая быстро может найти мне замену.       Что же делать? Как не дать ему мысленно разбить себя?       ХВАН РО УН       – Мин Джу так быстро растёт. Не успеем оглянуться, как уже наступит день объявления его статуса, – с улыбкой на устах проговорила До Сам.       Сын, тем временем, строил из кубиков, подаренных Мо Ли, крепость. Золотые простые сверкали на полуденном солнце, оставляя небольшие блики на стенах. Он прекрасно знал, что нужно ребёнку, хотя у самого детей не было и не имеется в настоящий момент.       Наследник рос здоровым, смышлёным и, самое главное, счастливым. Нам же в радость было наблюдать за его взрослением. Конечно, много бессонных ночей провели около его кроватки, но теперь он спал спокойно, не доставляя никому хлопот.       – Как думаешь, Мо Ли правда вернётся к десятилетию нашего малыша? – вдруг решила спросить супруга. Зачем задавать этот вопрос, если ответ на него ей прекрасно известен?       – Не думаю, что после службы придворным слугой ему захочется уехать от семьи, где почти полная свобода и спокойствие, – спокойно ответил я, взяв её за руку.       Тяжёлый вздох означал разочарование, но в глазах читалась надежда, которая не покидала и меня.       Парень этот и вправду был хорошим, поэтому не удивительно, что многие девушки по нему томно вздыхали. Только он не обращал ни на кого внимания. Либо возлюбленная уже имелась, либо погибла, оставив в нём столько не выплеснутой любви, из-за чего у него не нашлось решимости найти новую подругу.       Мин Джу в очередной раз разрушил свою постройку, громко и заливисто рассмеявшись. Любовь зажглась в сердце, разлившись по телу. До Сам, видимо, почувствовала то же самое, потому что присоединилась к игре сына. Как хорошо, что сейчас спокойные времена и воины Бунно не пересекают границу с желанием заполучить наши земли и когда-то потерянную магию.       Жаль, что наши предки не смогли прервать многовековую вражду, начавшуюся из-за обиды родных людей.       ХВАН МИН ДЖУ       Солнце стучало в окно, напоминая о том, что наступило утро. Тёплый свет озарял мою небольшую комнату, имеющую из мебели только книжный шкаф и комод с одеждой. Мягкая кровать нежно обнимала, но пункта «остаться» у меня не было. Мо Ли не терпит опозданий и жестоко наказывает за них.       Я подошёл к зеркалу в мой рост и увидел растрепавшиеся белые волосы длинной чуть ниже лопаток, помятое, суженное к подбородку лицо, и небесно-голубые глаза. Многие девушки делают мне комплименты из-за них, но моё внимание на этом не заостряется. Они все хотят быть ближе к власти, а мне нужна искренность и любовь души, а не внешности.       Тёмно-коричневые штаны плотно прилегали к коже, но при этом не стесняли движений на тренировках. Край свободной белой рубашки был чуть ниже линии бёдер, только этот момент ни капли не смущал. Кожаные высокие сапоги со шнуровкой оказались новыми. Подарок от матушки, видимо.       Любой другой ребёнок, по словам фрейлин, стал бы избалованным, а я продолжал любить своих родителей и стараться стать лучшим наследником престола. Жаль, что им придётся покинуть замок после моего восхождения на трон.       Вспоминать об этом, конечно, было грустно-приятно, но времени до тренировки оставалось слишком мало, поэтому пришлось бежать на задний двор. Солнце слепило, но при этом дарило радость. Золото сверкало и на более тёмные участки стен падали блики. Пахло чистотой и летним ветром, который приносил запахи цветов и свободы.       Выбежав на улицу, вдохнул воздух до головокружения. Тело слегка расслабилось, но неожиданное нападение учителя заставило собраться и начать думать.       Мне ни разу не удалось одержать победу хоть в тренировочном, но поединке. Его движения были быстрыми и слишком резкими, из-за чего казалось, что они растворяются в воздухе.       Очередной удар по ногам поставил на колени, а острие деревянного меча уткнулось в грудь.       – Очередное поражение, – с улыбкой произнёс я, но Мо Ли было, видимо, не до шуток и веселья.       У меня всегда был вопрос: почему он такой? Что с ним могло произойти, чтобы на его лице застыла серьёзность и отчаяние?       – В этот раз лучше, – сухо проговорил он, смотря на небо. Чистое, светлое, но для него как будто чужое.       – Вы каждую тренировку это говорите, только мне не видны изменения.       – Когда окажешься на поле боя, Мин Джу – поймёшь, что изменения имеются.       Звучало смешно, но пришлось сдержаться и сохранить серьёзность. Ни одно королевство не смеет напасть на нас, так как мы самые тихие и спокойные соседи, готовые помочь в трудную минуту.       – Продолжаем, – поднявшись с колен и встав в боевую стойку, уверенно произнёс я. Мо Ли не пришлось просить дважды.       Удары были сильными, но уже походили на игру. Стараться всё равно приходилось, чтобы не быть поверженным в первые пару минут боя.       Тренировка продолжалась до заката. Усталость вновь закрывала глаза и сбивала с ног, но я не мог отправиться в покои: отец приходил на обеденном перерыве и попросил зайти на важный разговор в кабинет после тренировки.       Завтра меня официально провозгласят наследником. С одной стороны начал шевелиться страх, а с другой – уверенность в своих силах и возможностях. Жаль только, что предыдущие правители не смогут присутствовать на церемонии.       Интересно, почему они покинули королевство, как только отец взошёл на престол?       ЛИ МИ ЁНА       Очередной хмурый день встретил каплями дождя и промозглым ветром. Птицы не летали, природа молчала. Тоска холодными пальцами сжала горло. Некомфортно. Слишком некомфортно.       Хотелось солнца, тепла и счастья, а в этом месте процветали только грусть, ненависть и отчаяние. И я выросла в этой среде, пропитанная ею до мозга костей. Только чувства принадлежности к ней не было. Всё моё существо отвергало это место и молило убежать далеко и навсегда.       – Ми Ёна! – раздался грозный крик матери, заставивший вздрогнуть.       Она, сколько себя помню, постоянно обращалась ко мне и брату в приказном тоне. Отец вообще её боялся и старался избегать. Он вообще знал, что творится в стране и какие меры принимает его супруга, будучи правительницей не малой территории?       – Да, Ваше Величество, – встав перед троном на колени и склонив голову, твёрдо произнесла я. Это правило раздражало, заставляя чувствовать себя униженной. Никогда не любила это чувство.       – Где Бур Во?       Подняв голову, увидела жёлтые глаза, горящие огнём ненависти и моральной боли. Страх прожигал грудную клетку. Сердце билось с неимоверной скоростью, вызывая удушье. Желание сбежать родилось в мыслях, но пришлось их прогнать как можно скорее.       – Понятно. Ступай, – после моего долгого молчания, махнув рукой, промолвила мать и отвернулась.       Я удалилась с поклоном, стараясь делать вид, что в моей душе царит спокойствие. Это было трудно, но мне, видимо, удалось.       – Она вновь зла? – спросил знакомый мужской голос, раздавшийся за спиной.       Обернувшись, увидела старшего брата – Бэк Хёна. Узкие салатовые глаза блестели от счастья, губы растянулись в приветливой улыбке. Рад меня видеть? Или встретил ту, что завоевала сердце? Интересно.       – Да, – ответила, тяжело вздохнув.       Он взлохматил свои чёрные волнистые волосы, с трудом достигавшие длиной мочки уха. Нервничает перед встречей с собственной матерью. Хотя они никогда не были похожа. Чао Сим – вспыльчивая, агрессивная, властная, а Бэк Хён – мягкий, заботливый и дружелюбный. Наверное, из-за этого его долго не признавали в армии и строили козни.       Брат совершенно недавно стал генералом войска, но уже слегка изменился. Только перед королевой всегда дрожал от страха. По его рассказам, наша родительница стала безжалостной после ухода шпиона, который не появлялся больше десяти лет.       – Как думаешь, Её Величество когда-нибудь станет доброй? – вдруг спросил Хён.       На этот вопрос я не знала ответа. С помощью отсутствия положительных эмоций королева Ли смогла поднять страну, но не на много.       – Нужны выгодные союзы, чтобы выйти на политическую мировую арену, – несколько раз на дню могла произносить правительница, ходя из стороны в сторону перед троном. А я понимала, что в любой момент могла стать разменной монетой. Брак по расчёту меня не очень устраивал, но был ли выбор? Мне кажется, что нет. Если только сбежать и забыть о своих корнях, как это сделала основательница королевства Хабок.       – Никогда. Ей не свойственна способность радоваться, – ответила шёпотом, ведь у стен тоже могли быть уши.       Бэк Хён кивнул и прошёл мимо, оставив после себя запах леса и хвои. Он казался чужим, но в то же время привычным, ведь обволакивал уже четырнадцатый год мой разум. Но хотелось свободы, счастья и любви, потому что в стенах замка было душно, горько, страшно.       Пройдя в сад после пары минут размышлений, спокойствия не почувствовала. Дома ли я? Если нет, то найдётся ли место, где смогу почувствовать счастье и выдохнуть спокойно?       МО ЛИ       Полдень. Солнце, казалось, превратилось в печь раньше, чем наступила зима. Хотелось скрыться в тени и почувствовать колючий холод, но мне некуда было возвращаться: я ушёл из Бунно после рождения дочери, не видя смысля оставаться и существовать в море лжи.       Чао Сим просила подождать пару лет, чтобы сбежать, но я решил покинуть родные земли и присягнуть Хабоку. Правители были, на удивление, рады, поэтому почти сразу провели церемонию по посвящению меня в королевское войско. В тот же день был признан гражданином государства, из-за чего некоторое время съедало почти каждый день.       Прошло четырнадцать лет. Тоска по холоду и пасмурной погоде отступила. Улыбка стала чаще появляться на моём лице. Только чувства к королеве не ушли: они притаились, заняв самый тёмный уголок сердца и души.       Мин Джу считал меня дядей, а королевская пара стала доверять почти как себе. И я не собирался предавать их, потому что поклялся перед многочисленным людом. Даже любовь не сможет переубедить.       Выбравшись из воспоминаний, почувствовал, что принц стал активно атаковать, завидев, видимо, мою расслабленность, поэтому пришлось взять себя в руки и вернуть прежний темп. Мои удары стали сильнее, из-за чего парень упал спустя пару минут. Но как только я занёс меч для тренировочного заключительного удара, почувствовал, как холодный поток воздуха отбросил в сторону, покрыв одежду коркой льда и подарив долгожданную прохладу.       Наследник с удивлением смотрел то на свои руки, то на меня. Сразу стало понятно: у нас в голове вертелся один вопрос – что это было?       – Что здесь происходит?! – с криками прибежал Ро Ун. На его лице читалось беспокойство, но я заверил, что всё в порядке, не смотря на мой слегка потрёпанный внешний вид после небольшой потери гравитации. Только ожерелье на шее юноши заставило сомневаться в положительности ситуации.       – Это знак того, что у вашего ребёнка появилась магия, – произнёс чародей, прибежавший вслед за правителем.       Я смотрел на украшение: основа состояла из серебряной цепи, соединявшей шарики из мрамора. Слегка свисавшее сердце было, возможно, из голубого циркона, капли, связанные более тонкими вытянутыми звеньями, из топаза. Разбираюсь в драгоценностях, потому что в детстве перечитал в детстве все книги, имевшиеся в библиотеке прадедушки.       – Хотите сказать, что спустя только пятнадцать лет Его Высочество смог активировать магию? Решил спросить я, чтобы удовлетворить своё любопытство из-за отсутствия знаний в этой интересной области.       – Именно, – произнёс чародей, которому на вид можно дать не меньше семидесяти лет. На сколько помню, это единственный в Хабоке человек, знающий о магии почти всё. Его синие колпак и мантия с ярко-жёлтыми звёздами слегка раздражали. Мнение своё приходилось держать при себе. – При рождении ребёнок может стать сосудом, а магия будет накапливаться. Скорость накапливания зависит от крепости «сосуда» и силы вливаемой в него магии. Его Высочеству потребовалось пятнадцать лет. Теперь полученную способность нужно развивать, чтобы она стала полезной в делах государства.       – Какого характера сила у моего сына?       Голос правителя Хвана был сухим и глухим. Он как будто не понимал, или не хотел понимать, что происходит. Но ведь это был дар Богов. Надеюсь, в скором времени Его Величество этому обрадуется.       Мужчина-чародей подошёл к Мин Джу и положил на его голову свои костлявые ладони. Вокруг них заискрился воздух, но это продлилось не долго, хоть и сильно завораживало.       – Атакующий тип, вид – лёд, – рапортом ответил мужчина, отстранившись от наследного принца.       Зависть уколола под ребро, но я не позволил ей поглотить тело и разум. У каждого своя Судьба, поэтому грех жаловаться на то, что имеется с рождения.       – Как ему овладеть силой? – решил уточнить Ро Ун.       Оказалось, овладение магией зависит, в основном, из практики. Теория составляет малую часть. Практика могла занять несколько лет, а возможно и всю жизнь.       Принц согласился на обучение, а мне предстояло помогать ему с применением способностей во время боя, чтобы появилась способность защитить как себя, так и всё королевство.       Теперь у Хабока есть сильный будущий правитель, который мог закрепить королевство на вершине политической арены. Интересно, какое будущее ему уготовано? Надеюсь, что разочарования будет как можно меньше, чтобы сожаление не грызло душу каждое прожитое мгновение.       ЛИ МИ ЁНА       – Как ты посмела утаить от меня свои способности?! – кричала мать, ударив рукой по подлокотнику. В полутьме были видны только её горящие глаза, казавшиеся впалыми, и осознание, что выхода нигде нет. – И почему у тебя прядь волос алая?!       Способности появились год назад. С помощью библиотеки узнала, что во мне скопилась магия, рассеявшаяся после смерти основательницы Хабока. Поэтому в наше время владение магией является божественным даром.       Магия делится на типы: атакующий, целебный и защитный. Также удалось узнать, что магические способности индивидуальны, поэтому про них тоже можно узнать подробнее. Мне достался защитный тип под названием «Небесная защита». В теории, я могу создавать щиты из луны и звезд от самого маленького, до самого большого. За год получилось добиться размера щита с самое большое блюдце из сервиза (у нас оно достигает в диаметре двенадцать футов). Также могла оживлять и взращивать растения. И связь с природой, как оказалось, окрепла.       Матери решила не говорить из-за уверенности в том, что всё равно осталась бы самым никчёмным ребёнком. Даже Бэк Хён стал из-за карьерной лестницы в военной службе лучше, чем я.       – Вот твой брат ничего от меня не скрывает! – не унималась эта женщина. Из-за неё пришлось покинуть свои мысли и начать вслушиваться в слова, состоявшие из осуждения отца.       Одни и те же истории, слова и интонация. Чего она пытается добиться очередным осуждением? Моих слёз и мольбы о прощении? Неужели недостаточно того, что стою на коленях и впитываю, как губка, все оскорбительные слова? Вот бы сбежать и забыть о жизни в этих стенах, пропитанных ненавистью и являвшимися чужими.       – Ну вот что ты молчишь? Я не хочу разговаривать с пустотой! – Чао Сим сверкнула своими побледневшими жёлтыми глазами. Смугловатая кожа на лице слегка обвисла, меж бровей залегла глубокая морщина.       Ей было около сорока, но внешность обманывала, прибавляя минимум десять лет. После чего или кого она так изменилась, потому что брат помнил её другой? Отец не мог стать причиной, потому что редко попадался ей на глаза. Что же на самом деле произошло?       Вопрос пришлось отложить на будущее, потому что каблуки королевы стучали, казалось, не по полу, а по моему черепу. Благодарность можно передать головной боли, которая делала этот звук уже минут двадцать не особо приятным. Притом тело затекло за эти минуты, так как поза не менялась. Когда же это всё закончится?       – Умолчала о проявлении способности из-за нежелания слушать о своей никчёмности, – спокойно ответила я, напрягшись душой и телом.       Она могла ударить, мне это хорошо известно. До моих ушей донёсся только агрессивный каблуков в мою сторону. Только удара не последовало. Что произошло за тот короткий промежуток времени, который провела с закрытыми глазами?       Оказалось, что Бэк Хён держал руку матери. Его салатовые глаза потемнели то ли от гнева, то ли от страха за свои действия. Худощавая фигура напряглась. Каждый атом воздуха, казалось, пропитался раздражением. И каким образом брат оказался здесь?       – Сию же секунду отпустил мою руку, – прошипела женщина, глядя на парня снизу вверх. Они будто сцепились мечами, а не взглядами, на столько напряжённо смотрели друг на друга. Страх сковал грудь, а головная боль стирала грани реального и фантастического.       – Отпущу, если не тронешь Ми Ёну, – спокойно отозвался генерал. Неужели перестал бояться? С какого момента? Или сейчас ему приходится прилагать огромные усилия, чтобы не показать плещущийся страх внутри души?       Королева выдернула руку и, вздёрнув слегка оплывшим подбородком, покинула тронный зал. Хён помог мне подняться и несколько минут придерживал за талию, чтобы к моим ногам притекла кровь, наполненная кислородом, после чего ступни стало неприятно колоть, но это ощущение быстро прошло.       – Спасибо, что остановил её, – прошептала я, направившись в сторону комнаты отдыха. Сердце продолжало пытаться проломить рёбра. Голова закружилась, доказывая, что перенервничала.       Брат помог спуститься по винтовой лестнице и дойти до просторного дивана, обложенного разного размера подушками лилового оттенка. От этой части замка веяло спокойствием, но безопасности не было и в нём.       Тишина мгновенно окутала сознание, призвав за собой сон. Время позволяло вздремнуть пару часов, но мысли о цветной пряди не давали покоя. Что же она означает?       ХВАН ДО САМ       Прошло два года с момента объявления статуса Мин Джу. И прошёл год, как у него появилась магия. Мо Ли взялся за его тренировки с особенной серьёзностью, не давая даже дня отдыха. С одной стороны – это неправильно, но с другой – мужчина не хочет, чтобы сын потерял хватку и был всегда готов применить свои способности. Только дожди с тех пор стали часто обрушиваться на наши земли, как будто предвещая что-то плачевное.       Также Ун рассказал, что на наших территории стали часто вторгаться войска Бунно и ещё несколько государств. Нам пришлось поставить своё войско малыми группами на границе и отбивать неожиданные нападения. Потерь, пока что, не имеется, только на долго ли?       Я вышла на балкон и почувствовала тепло зимнего солнца. Больше похоже на весну, но это наша мягкая, приветливая зима. Свежий воздух обволакивал и вызывал головокружение. Подобные чувства были испытаны мной только в момент встречи с первой любовью и, в последующем, лучшего супруга.       Тогда тоже была зима, но уже более поздняя и холоднее, чем обычно. Я гуляла около озера, которое, по легендам, появилось из-за большого количества пролитых слёз сестры основательницы нашей первой правительницы. Насколько это является правдой – никому не известно. Но место посреди леса до сих пор является самым прекрасным.       Один раз показала его наследному принцу. Он решил, что будет иногда туда ходить, чтобы отдохнуть от государственной суеты. Я же приходила для воспоминаний о детстве и юности, поцелуев с Ро Уном, чувствуя, как всё тело наполняет счастье. Это место, похоже, стало судьбоносным.       Сейчас времени на выход из замка сильно ограничено: государственные дела забирают его большую часть, при этом отнимая ещё и энергию. У принца может быть больше времени на посещение озера, поэтому для него это место тоже может стать чем-то особенным.       – Мама! – послышался крик сына из-за тяжёлой деревянной двери, на который был вырезан узор солнца, обозначающего счастье. Когда увидела его взволнованное лицо, в голову стали посещать самые страшные мысли, на которые была способна материнская фантазия.       – Что случилось? – дрогнувшим голосом промолвила я, когда пошла к нему навстречу.       – Что это значит? – он взял прядь волос, окрашенных в алый цвет.       Паника стала охватывать меня. В нашей стране подобных случаев не было зафиксировано, на сколько известно. Что это может значить?       Муж, прибежавший следом, позвал и Мо Ли. В воздухе витал страх, но наш новый воин спокойно посмотрел на наследника и попросил отвести его в библиотеку.       Это помещение было большим и светлым из-за белых тонов, без золота. Книжные полки расположились на трёх этажах. На первом: несколько кремово-белых диванов, перед которыми расположились чайные столики. Канделябров не было, так как окно, размером со стену, хорошо освещало каждый угол.       Мо ли на пару минут замер, видимо, поражённый размерами этой части замка, после чего стал бегать от полки к полке, вытаскивая некоторые книги, чтобы лучше разглядеть название.       Сколько времени прошло – неизвестно, но мужчина, как мы поняли, нашёл то, что нужно. Он с трудом донёс фолиант с третьего этажа, с грохотом положив на дубовый и единственный большой стол. Несколько страниц он пролистнул.       Спустя минуту Мо Ли остановился, пробежался глазами по тексту и кивнул. Но взгляд у него выдавал напряжение.       – У вашего сына была возможность остаться одиноким, поэтому Судьба связала его с человеком, у которого схожая проблема. Следовательно, появилась метка в виде цветной пряди волос.       – Это плохо? – осторожно поинтересовался муж, старавшийся казаться спокойным, но я знала – у него сейчас смешалось множество эмоций, и он ни одну не может распознать. И что-то внутри подсказывало – ответ никого не устроит.       – С одной стороны – да, – отведя глаза, начал повествование Ли. – Если бы не эта прядь, то на лице вашего сына появилось клеймо отшельника, из-за чего ему бы пришлось покинуть земли государства. Повезло, что где-то не далеко оказался человек, с которым Судьбе его удалось связать.       Все тяжело вздохнули, кроме Мин Джу. Казалось, ему было плевать, что с ним произойдёт в будущем. Почему у него такое отношение к своей жизни? Ему ведь предстоит управлять страной! И вдруг его судьба – крестьянка, которой нужно подобраться к власти и перевернуть наш светлый мир? Как же всё осложняется, и это вызывает сильное беспокойство.       ЛИ МИ ЁНА       Очередной пасмурный день накрыл наше государство. Мелкий дождь навевал грусть и резал сердце. Мать, после ссоры, со мной не ведёт диалогов. От этого легче, но не на столько, чтобы почувствовать счастье. Хотелось найти место, в котором смогу уединиться и оттачивать свою магию.       Бэк Хён подсказал, что где-то в лесу находится озеро, на котором почти никто не бывает. Мне показалось это идеальным местом, чтобы почувствовать кратковременную окрылённость и избавиться от недовольных реплик королевы и взгляда короля, вечно наполненного страхом. Как он мог стать моим отцом? Бесхребетный мальчик, которому либо чуть больше сорока, либо около этой цифры.       Сборы заняли всё утро следующего дня, но меня это не волновало – желание погрузиться в одиночество было слишком велико, из-за для тщательной подготовки не было времени. Что может случиться, если пропаду на несколько дней? Никто не заметит, а моя душевная сила восстановится. Самое главное, что о планах знал брат, вечно переживающий за мою жизнь.       Накидка с капюшоном скрывала лицо и дорогое одеяние, предназначенное для повседневности. Вороная лошадь стояла около заброшенного двора по просьбе Хёна, поддержавшего мою затею. Она с нетерпением переступала с ноги на ногу, вызывая во мне желание поторопиться. Я быстро взобралась на неё и погнала рысью.       Холод резал лёгкие, отрезвлял голову, придавал бодрости. Ветер остервенело бил по лицу, отбрасывая пряди волос назад, при этом царапая щёки. Неуютно, но это не остановит меня в начале пути.       Открытая местность спустя час, или больше, сменилась лесом, скрывая от холода. Мурашки пробежались по телу, заставив вздрогнуть. Запах хвои и снега плавно втекал в организм, вызывая улыбку на лице. Здесь чувствовалась свобода. Её крылья, казалось, прикрепились к спине и помогали найти дорогу к месту, которое стало моим небольшим смыслом жизни.       Пение редких птиц и шелест верхушек деревьев были усладой для ушей. Вкус сладости наполнил ротовую полость, придав краскам яркости. Интересно, как выгляжу со стороны? Слишком глупо, наверное, радуясь таким мелочам.       Лошадь самостоятельно перешла на шаг из-за большого количества выпирающих корней. Радость поубавилась и появился страх встретить диких зверей. Он был липкий, горячий, колючий. Оставалась только надежда на лесную тишину и быстроту реакции для защиты. Лучше, конечно, добраться без происшествий, но это уже по возможности.       Минуты шли то ли быстро, то ли медленно – непонятно, но на небольшой заснеженный луг удалось выйти только к закату. Спина ныла из-за напряжения, ноги затекли, а животинка устала.       Небольшая хижина расположилась прямо на берегу озера. Она казалась ветхой, гнилой. Подойдя ближе, я поняла, что дерево, из которого это строение сделано, просто потемнело за неопределённое количество дней, месяцев, годов.       Оказавшись на земле, отправила лошадь на прогулку, зная, что далеко не уйдёт. Переступать порог строения было страшно. Ночь помогла оказаться внутри, а догорающий закат – рассмотреть, что находится внутри. Убранство оказалось скудным: дубовый толстый стол и небольшая табуретка стояли около окна, широкая заправленная кровать – в дальнем углу; рядом с ложем расположился шкаф, в котором, видимо, можно было разместить вещи, небольшое количество продуктов и посуду. Справа от двери стояла каменная печь, перед которой уже лежали расколотые дрова. Тут уже кто-то был?       Сапоги сменила на тёплые тапочки и заглянула в шкаф, оказавшийся пустым. «Значит, никого не потесню и не выгоню» – пронеслась мысль, расправившая крылья. С радостью стала раскладывать приготовленные вещи с продуктами, которых хватит примерно на неделю. Внутри разливалось спокойствие, а в груди что-то сгущалось. Ощущение, что рядом кто-то находится, начало давить.       Послышалось ржание, но не моей лошади. Глухо захрустел снег. Дверь тихо скрипнула. Кто мог прийти в такой поздний час в столько отдалённое, от городов, место?       ХВАН МИН ДЖУ       И вновь солнечный день. Хотелось чего-то нового, непривычного. Притом Мо Ли не раз рассказывал, что в его краях круглосуточно пасмурно, а зима холоднее лета. Мне удалось выбить обещание, что побываю у него в гостях. Интересно, когда настанет это время? И какого это – не видеть солнца и не чувствовать тепла?       И на текущую неделю удалось выбить выходной. Пришлось это сделать из-за того, что сказал родителям о желании отправиться на место их встречи. Они очень этому обрадовались и даже помогли со сборами: показали точное местонахождение на карте; проложили дорогу, рассказав о местах, в которых сделали метки, чтобы не заблудиться; объяснили, как правильно заготавливать дрова и топить печь. Не знаю, смогу ли применить в действиях теоретическую часть, но попытаться стоит.       Выдвинулся на рассвете следующего дня после сборов. Солнце было тёплым, радостным, но не приносило счастья. Чувство пустоты разрывало вены и душу, только приходилось каждый день надевать маску удовольствия чтобы не волновать родителей лишний раз. У них государственных проблем хватает. В данный момент есть возможность показать себя настоящего, ничего при этом не боясь.       Тепло обволакивало, неспешный ход белого коня позволял рассмотреть почти каждую травинку, потому что город пересёк галопом, дабы не отвечать на вопросы жителей столицы. Птицы пели о свободе, счастье и любви, а я им тихо завидовал. Хотелось обрести крылья, облететь весь мир и познать особенности каждого государства. Жаль, что такая возможность останется мечтой. Но обрести любовь обещала алая прядь волос, из-за которой многие тихо кликали прокажённым.       Свежий воздух старался выветрить грусть, но у него плохо получалось. Это чувство слишком глубоко пустило свои корни. Нужно было что-то более сильное, чтобы сжечь паразита дотла. Что же я должен испытать настолько сильное?       Сильно погрузившись в свои мысли, не заметил, как окончательно вышел за пределы города, редеющего к окраине. Места за ним не особо живописные, но локация сменилась, что придало немного бодрости. Снег небольшими кучками лежал повсюду, сверкая на солнце. Это резало глаза, но я не мог перестать смотреть, дабы не заблудиться.       Луга быстро сменились редким, но живописным лиственным лесом. Листья были большими, яркими. Пару раз удалось увидеть зайца, сливавшегося с зимним покрывалом. Животинка была милая, пушистая, довольная жизнью. И в его лапках находилась свобода.       Вновь чувство зависти ощутимо кольнуло в грудь. Пришлось приложить большие усилия, чтобы это чувство не начало пожирать изнутри.       Когда солнце начало скатываться к горизонту, стал замечать метки на деревьях в виде креста. Они затянулись со временем, словно раны. Где-то вдалеке выли волки, каркали вороны, хрустел снег. Я и мой конь не чувствовали напряжения, потому что даже дикие звери в нашей стороне не стали бы нападать. Настолько добрым является государство. Ну и как мне отец всегда говорил: «Доброго человека и в гору увезёт». Странное высказывание, но в данный момент являлось чем-то мотивационным.       Лиственный лес резко сменился хвойным. По коже пробежались мурашки, и, наконец-то, удалось почувствовать холод: величественный, незнакомый, агрессивный, но такой приятный, из-за чего даже смех вырвался наружу, рассыпавшись эхом по округе.       – Вот она – свобода! – вскинув руки, прокричал я, засмеявшись. Звуки, скорее всего, походили на истерику, но кто об этом сможет что-то сказать? В лесу только животные, не умеющие говорить. Как хорошо находиться в одиночестве, без суеты.       Конь продолжал идти медленно, но в данной ситуации ускориться мешали выступающие корни елей и сосен. Решимость не давала остановиться, и холод подгонял: утеплённая накидка не могла спасти таких низких температур.       На догорающем закате увидел арку из деревьев, о которой говорили родители, а за ней – озеро, по берегу усыпанное блёстками снега. Радости не было предела, но вдруг в груди что-то болезненно натянулось. Создалось ощущение, что кто-то решил вырвать душу из тела.       Чтобы ослабить это чувство, направился прямо к, по моему мнению, избушке. Она находилась на противоположной стороне хмурого водоёма. Душа с каждым шагом успокаивалась, словно пружина, которую натянули до предела, стала расслабляться. От волнения затряслись руки и разболелась голова, а я продолжал ехать на коне к этому чуть ли не кукольному домику.       Когда подъехал достаточно близко, отпустил животное погулять, отдохнуть. Сам же направился к небольшой двери, казавшейся наклонённой, старой.       Солнце почти спряталось за горизонтом. Закат пытался забрать с собой остатки ярких цветов. Уже не холодный, а ледяной ветер ощупывал мою кожу. Было неуютно, но хруст тонкого слоя снега слегка успокаивал, при этом не в силах пересилить чувство возбуждения из-за неизвестности, казавшейся опасной, привлекательной.       Взойдя на крыльцо, не стал медлить, так как тяжесть в груди превратилась в приторность на языке. Уверенно положил ладонь на шаровую ручку и потянул на себя крепкую, временем не тронутую дверь, казавшуюся из-за сумерек старой.       Сердце и душа задрожали. Кишечник скрутился в тугой узел. Лёгкие сжались до размера кулака новорождённого ребёнка. Мир погрузился во тьму. Интересно, что или кто сидит за этой дверью?       ХВАН МИН ДЖУ И ЛИ МИ ЁНА       Они смотрели друг на друга со страхом, быстро сменившимся на неподдельный интерес. Девушка с длинными чёрными волосами застыла рядом с небольшим шкафом, держа в руке сложенный зимний плащ. Свечи ещё не были расставлены и зажжены, и парень боялся сделать какое-либо движение в почти кромешной темноте. Единственное действие, которое было им сделано – закрытие двери, чтобы не остужать слегка нагревшийся воздух.       Незнакомка положила вещь на полку и закрыла дверцы. Спустя несколько секунд в её руках вспыхнула спичка, поделившаяся пламенем с тремя свечами. Тёплый свет озарил овальное бледное лицо незнакомки. Широкие сине-лиловые глаза в данный момент смотрели с настороженностью, но юноша видел в них россыпь звёзд, манящих в неизведанные дали и напоминающие о том, что его мечты несбыточны из-за полученного статуса.       – Кто вы и что забыли в этом доме? – спокойно, но властно спросила девушка, сложив хрупкие руки внизу живота. Её движения были плавными, завораживающими, но в то же время наполненными гордостью и, в малой степени, властью. Это поражало, вызывая уважение.       – Я – наследный принц Хабока Хван Мин Джу, – с лёгкой улыбкой проговорил парень, и попросил уточнить, кем является она.       Девушка же старалась унять возникшую дрожь, потому что поняла, что этот человек – её враг. Он – потомок сестры, покинувшей Бунно и забравшей всю магию, когда-то хранившуюся в троне. И как с ним разговаривать, зная историю? Стоит ли оглашать горькую, отравляющую правду, или лучше придумать правдивую историю, чтобы избежать разрушительных последствий?       – Ли Ми Ёна. Наследница престола Бунно, – глухо произнесла девушка, смотря уже не на собеседника, а в пол, дабы скрыть удивление, смешавшееся с животным страхом. Из-под опущенных ресниц ей удалось заметить, как потемнело лицо принца. Она приготовилась к защите, потому что не знала, как поведёт себя незнакомец.       Его белоснежные волосы слегка блестели в свете свечей. Смугловатая кожа казалась бархатной и мягкой, из-за чего к ней хотелось прикоснуться. Грудь, казалось, уменьшилась в размерах, но голова не начала кружиться, поэтому Ёна имела возможность трезво оценивать ситуацию.       Джу в это время тоже наблюдал за ней. Надежда убить одним ударом превратилась в прах, как только он увидел засверкавших пять аметистов. «Достигла пятого уровня владения магией» –подумал юноша, вспомнив, что камни начинают сверкать, когда маг готовиться либо к атаке, либо к защите (зависит от типа магии). Количество загоревшихся драгоценностей означает уровень. И этот факт вызвал зависть, которая кольнула где-то в желудке.       Молодая особа в этот момент усмехнулась, поняв, что сильнее противника. Рискнёт ли напасть? Если да – то бой будет коротким и бескровным, потому что ей хватит одного удара, чтобы выбить сбить его с ног, заставив истратить как можно больше маны. Такой исход слегка радовал, но ей не хотелось тратить энергию понапрасну.       Мин Джу не переставал смотреть на Ёну, но в один момент из его груди вырвался истеричный смех, после которого он вышел на морозный воздух и сел на крыльце, схватившись за голову. Ему не верилось, что кто-то женского пола может быть сильнее него. Не верилось, что кто-то может владеть лучше, чем он своей. Не верилось, что чувство ничтожества когда-нибудь настигнет.       Ми Ёна тихо вышла следом, держа одну руку на изготовке. Но внутри что-то оборвалось и резко взлетело, став тошнотой в горле. Почему его смех приносил боль? На этот вопрос юную особу ответ не волновал. Больше было интересно, почему этот человек казался частью души?       Юношу это тоже волновало, только не так сильно, как тот факт, что он оказался слишком слабым. Это глубоко ранило его эго, дав начало мотивации тренироваться без перерыва.       Они молчали, позволяя времени ускользать сквозь пальцы, а мыслям роиться в голове. Мыслям, не наделённым положительными чертами. Но всё это скрашивало чувство родственности душ. Или это просто попытка разума скрасить ощущение одиночества?       Джу решил поправить волосы, растрепавшиеся из-за ветра, и принцесса заметила меж его пальцев алую прядь, которая была слишком тёмной в лунном свете. Потом взяла прядь своих волос и заметила, как та стала сиять, приобретая неоново-синий оттенок. Что это значило – ей было неизвестно. Да и стоило ли узнавать, если человек, данный Судьбой, мог быть кем угодно и где угодно?       Парень в момент задумчивости как будто испарился. Куда решил отправиться – ей было неизвестно. Радовало только, что давящее чувство растворилось в груди и можно было приготовиться ко сну, который не обещал оказаться пустотой.       ЛИ МИ ЁНА       Звёзды гасли, словно человек тушил свечи во дворце. В душе с каждым погасшим светилом становилось холоднее, пустота увеличивалась. Ветер грустно завывал за окном. Сова гулко ухала, вызывая небольшой страх. И мне хотелось, чтобы этот парень вернулся. Но зачем? Почему внутри всё сжалось, начав ныть от резко возникшего бессилия?       Затопив печь и расстелив постель, забралась с головой под одеяло и стала медленно засыпать, но чувствовала только пустоту, всё больше высасывающую силу, из-за чего часто просыпалась и проверяла, не вернулся ли вражеский принц. Наверное, стоило оставить его до утра, а после помочь собраться и отправиться в обратный путь.       – Часто умные мысли посещают мою голову после странный, а порой и резких действий, – прошептала я, тяжело вздохнув. Из-за этого нюанса будет очень много проблем. Если будет возможность исправить, то буду очень этому рада.       Выбравшись из кровати, села около окна в одной ночной сорочке, сливавшуюся со светом в помещении. Тепло нежно обволакивало тело. Ветер за бревенчатыми стенами улёгся меж деревьев, а я переживала за юношу. Ещё волновала прядь волос, изменившая цвет после встречи с Джу. Нужно будет поискать информацию в библиотеке. Надеюсь, что ничего разрушающего это не принесёт.       Спустя несколько долгих минут ночь начала сдаваться под натиском Дня, окрашивающего небо сначала в фиолетовый, а затем в алый и оранжевый цвета. Птицы поднимались вместе с солнцем. Мне же пришлось вернуться в кровать, чтобы набраться сил для тренировки магических способностей. Оставалось активировать шесть камней для полного овладения магией.       Магический артефакт появился сразу, как только смогла создать небольшую россыпь звёзд, напоминающих паутину. В тот момент кисть, на пару секунд, оплело искрящееся облако. Страх настолько сильно впился в сердце, что создавалось ощущение, как будто жизнь вот-вот оборвётся. Но всё закончилось, не успев начаться, и я увидела дорогое украшение, усыпанное аметистами. Два кольца и широкий браслет соединялись витиеватым узором. Множество камней сверкали в тусклом свете дня. Они были тёмными, но когда сила стала увеличиваться, некоторые камни становились светлыми.       Тогда пришло осознание, что количество камней равно количеству уровней. Но до сих пор непонятно – каким образом происходит переход с одного уровня на другой.       Сегодня решила тренироваться до сумерек почти без перерыва, потому что пропустила один день. К указанному времени руки и ноги ломило от усталости. Печку удалось затопить с трудом, зато сон оказался крепким. В нём я гуляла с Мин Джу, чувствую себя самой счастливой.       На утро вся радость пропала, хотя за окном светило солнце, которое не видела несколько лет. Желание выбежать на улицу и начать искать юношу разрывало грудную клетку. Но к вечеру всё успокоилось, как будто и не было в моей жизни этого странного, но красивого человека.       Интересно, ему нравится жить в самом дружелюбном королевстве? Скорее всего – да, ведь там нет преступников и несчастных людей. Его родине сродни выдуманному человечеством Раю.       – Стоп, Ли Ми Ёна, – стала говорить самой себе для лучшего эффекта восприятия, при этом расхаживая по комнате, – Вы встретились случайно. Бэк Хён предупреждал, что это место может быть известно другим королевствам. Так почему тебя зацепил наследный принц Хабока? Того самого места, ставшего полной противоположностью твоей родины?       Ответ, казалось, лежал на поверхности, но я его не видела. И как он там? Жив? Добрался до дома? И должно ли меня это волновать, если мы можем не встретиться?       МО ЛИ       Наступивший день, на удивление, был пасмурным, прохладным, родным. Душа захлебнулась в радости, а тело как будто обрело отдельную жизнь, начав дышать спокойствием. Восемнадцать лет не испытывал ничего подобного. Королевство Хабок в последнее время стало часто удивлять. Хорошо ли это?       Вдруг сердце сжалось и, как показалось, перестало биться. «Что-то должно произойти» – сразу подумал я, смотря на сердитые облака, текущие мимо окна. Руки слегка затрясло, что подтверждало моё чувство тревожности. Каких происшествий ждать в ближайшее время?       – Капрал Мо, вас в кабинет вызывает его Высочество Хван, – быстро прошептал посыльный, мгновенно растворившись в стенах замка.       Сердце в этот момент решило напомнить о своём существовании, сжавшись до чувства тошноты. Что происходит в этом райском месте? Придётся ли вновь бежать, ища убежища в другом королевстве? Я не знаю, чего ожидать от аудиенции с королём, но надежда, что ничего отрицательного не услышу, придавала небольшой уверенности и смелости.       Покидать тёмную каморку, ставшую малым домом, не хотелось. Только Ро Ун не любит ждать, поэтому пришлось быстро облачиться в чёрную свободную рубашку, кожаные штаны и высокие сапоги со шнуровкой на большой подошве, и отправиться в кабинет правителя.       Внутри всё сжалось из-за напряжения. На долю секунды появилось желание вернуться в то беззаботное время, когда можно было любить, гулять и наслаждаться жизнью. Взросление как будто отняло ребячество, заставив стать серьёзным и собранным. Но ведь нам, старшим, тоже иногда нужно смеяться без повода и плакать из-за небольшой ранки. Почему же мы должны быть примером стойкости и готовности решать любые проблемы?       Тяжело вздохнув, решил не думать о прошлом, дабы не погрузиться в грусть-тоску, и стал осматривать коридоры, по которым шёл. Многие стены были голыми, но один был увешан портретами предыдущих правителей. Никогда на них не зацикливался, потому что они стали всего лишь отголосками начала развития королевства. Теперь их тела покоились в земле, почти забытые новыми поколениями. Но в памяти до сих пор были свежи воспоминания, как раньше по этим же коридорам бегал Мин Джу, иногда стукаясь об углы при резких поворотах. Он никогда не плакал, считая, что должен быть сильным. А мне хотелось плакать от осознания, что перед моими глазами пролетело его взросление.       Всё забылось, стоило переступить порог места, которое вызывало трепет. Свет из окон бил в глаза несмотря на хмурость Матери-природы. Большее волнение вызвало хмурое лицо правителя. Так ещё и наследный принц расположился на широком деревянном подоконнике. Неужели случилось что-то настолько ужасное?       – Мо Ли, ты пришёл, – задумчиво произнёс мужчина. Возраст и заботы о государстве давали о себе знать с помощью морщин на лбу, седины в чёрных коротких волосах и потускневшие зелёные глаза. Не удивительно, что престол быстро переходит в руки следующего правителя.       – Постарался появиться как можно быстрее, ваше Величество, – поклонившись, произнёс я. Торопить разговор не было смысла, потому что Ро Ун в последнее время стал слишком раздражительным и голос с изменившейся интонацией расценивал как попытку выставить его дураком, что оказалось опасным. Несколько человек уже гнили в темнице.       – Посмотри на Джу.       Переведя взгляд на юношу, сначала ничего не увидел. Когда стал приглядываться к привычной внешности, заметил, что когда-то алая прядь превратилась в неоново-синюю.       – Прядь волос изменила цвет, – констатация факта не вызвала никакой реакции. Чего от меня тогда хотят добиться?       – Ты знаешь, из-за чего это могло произойти?       Неужели они до сих пор не изучили информацию об особенностях людей, связанных Судьбой. Никогда не нравилось быть энциклопедией, потому что с детства знаю больше, чем люди, среди которых нахожусь. Только с этой семьёй, видимо, не получится делать вид, что ничего неизвестно.       – Его Высочеству удалось найти свою Судьбу. Они смогут чувствовать настроение друг друга, приближение. Если у Судьбы имеются магические способности, то их можно использовать. Но их нельзя развить до уровня совершенства, потому что они являются вспомогательными.       – Как будет чувствоваться приближение человека-Судьбы? – глухо произнёс принц, смотря в пустоту. Что же с ним произошло за одну ночь? И он же должен быть на озере. По каким причинам вернулся?       – В книге, которую нашёл в библиотеке, было написано, что тяга с уменьшением расстояния будет увеличиваться. Но если они не будут видеть друг друга, то будет казаться, что их тело ломается изнутри, как после долгого отсутствия расслабляющих веществ, вызывающих быстрое привыкание. Следовательно, связанные Судьбой должны находиться в поле зрения друг друга на коротком расстоянии.       Повисла тишина. Тяжёлая, удручающая. В глазах отца и сына нельзя было прочитать ни одну мысль, но оказалось возможным понять, что они думают о разном, выглядя при этом потерянными. Жизнь играет с ними, но вот в какую шутку – пока непонятно.       ХВАН МИН ДЖУ       Отец с дядей стали о чём-то спорить, а у меня из головы не выходил образ Ми Ёны: широкие сине-лиловые глаза до сих пор ассоциировались со звёздным небом, потерявшим свою луну; длинные шелковистые волосы, даже в темноте имеющие сиреневый перелив; небольшие губы, напоминающие сердечко и ровная осанка, показывающая внутренний стержень. Сейчас понимаю, что не против был с ней посидеть и поговорить. Она, вроде бы, не чужой мне человек. Или мне так кажется?       – С кем ты разговаривал, Хван Мин Джу, – грозно произнёс отец, которого, видимо, раздражала сложившаяся ситуация. Не удивительно, ведь его единственный сын оказался связан неизвестно, для него, с кем. Я бы, наверное, тоже ударился в негодование.       – Всех и не упомнить, – отвечаю достаточно спокойно, при этом осознавая, что прядь поменяла цвет после встречи с принцессой Бунно. Кроме неё разговоров ни с кем не вёл, но отцу об этом опасно рассказывать. Мало ли, как он отреагирует на то, что я связан с дочерью вражеской стороны. Смешная история выходит с помощью матушки-Судьбы.       – Собрался шутки со мной шутить?       Его голос оброс грозностью, из-за чего даже стало немного страшно, только это никак меня не задело. Больше было интересно, как можно встретиться с девушкой, чтобы обсудить нашу связь.       Отец, видя, что изменение цвета меня никак не волнует, стал ещё раздражительнее. Неужели думает, что сможет таким способом меня запугать? Я уставший после дороги. Чего пытается добиться?       – Произнесение правды для тебя является шуткой?       Он тяжело вздыхает, отворачиваясь к стене, где висел портрет предыдущего правителя – его отца и моего дедушки, которого ни разу не видел. Моё спокойствие же резко сменилось на переживание. Нужно было срочно обсудить произошедшее на озере с человеком, которому доверяю, и это был Мо Ли.       Отец во время моих размышлений о том, как преподнести дяде информацию, стал вспоминать историю образования нашего государства. Он почитал создательницу, а мне она казалась эгоистичной и избалованной. Но правителя не убедить ведь в обратном, поэтому продолжал молчать, слушая историю уже, наверное, в сотый раз за свои несколько лет осознанной жизни.       К закату повествование закончилось, нотации по поводу моей беспечности прекратились, наступила драгоценная и долгожданная тишина. Дядя не покинул кабинет вслед за отцом, как будто чувствуя, что мне нужно с ним поговорить. И именно в этот момент настрой испарился, словно лужица в солнечную погоду.       - Кто она? – повернувшись к окну, спокойно произнёс мужчина. Его короткие белые волосы лежали в беспорядке, военная форма оказалась помятой, на лице застыла усталость и желание отоспаться. В быстром темпе, видимо, собирался.       - О ком вы, дядя?       Сердце пропустило несколько ударов. Теперь появились вопросы: а могу ли ему доверить свою тайну? Обязан ли он доложить обо всём правителю? Или стоит соврать? Клубок слишком быстро и сильно запутался, хотя совершенно недавно казался одиночной нитью.       - О девушке, которая оказалась твоей судьбой.       Его спокойствие казалось подозрительным. Либо блефует, либо на самом деле настолько проницателен, что заметил всё раньше, чем я успел хотя бы подумать об этом разговоре.       Моё молчание разлилось на несколько долгих минут, сплетясь с отступившим доверием. То, что нужно обнародовать, может вызвать большие распри между нашими государствами. Мо Ли же ждал от меня ответов, а мне было страшно говорить правду, которая могла обернуться против меня. Как же сложно принимать взвешенное решение в подвешенных ситуациях.       - Мы можем простоять тут несколько дней, если тебе хочется. Но правда сейчас важна. И Ро Ун ничего не узнает.       - Хочется верить, что всё останется между нами, но в это не сильно верится.       Хоть дядя и являлся одним из самых близких людей короля, слухи о нём ходили разные. И только сейчас я задумался, а не является ли правдой то, что он – бывший шпион, сбежавший в попытке сохранения своей жизни?       - Понимаю. Слухи у кого угодно убьют доверие, но почему тогда твой отец не отправил меня в темницу? Почему я стал для него братом, а для тебя – дядей?       Хорошие вопросы, на которые ответ был виден сразу. Или это манипуляции? Как же быть7 Что делать?       - Мне продолжить играть провидца? Или включить манипулятора, чтобы вытащить из тебя хоть какую-то информацию? – жёстко спросил Мо Ли, сев на край стола: руки сложены на груди, голова слегка опущена. Поза кажется расслабленной, но я знаю, что он начинает злиться. Видимо, стоит рассказать всё, что случилось за эти несколько часов.       Правда вырвалась с тихим скрежетом, ударив в грудь колющим предметом. Иногда сказать или принять истину намного сложнее, нежели соврать. Вот и у меня сложилась ситуация, в которой хотелось преподнести только ложь, но уважение к мужчине не позволило это сделать.       Капрал, внимательно всё выслушав, не стал ничего говорить, но пообещал, что я смогу обрести счастье. Только как?       ЛИ ЧАО СИМ       Тронный зал с трудом освещали около сотни свечей. Глаза, конечно, за несколько лет привыкли к полумраку, но иногда хотелось света и ясности. Больше всего было привычно чувствовать пустоту и одиночество после ухода Мо Ли.       Прошло чуть больше восемнадцати лет с момента его ухода. Восемнадцать полных лет в попытках смириться с совершённой ошибкой и искоренить романтические чувства. Только ненависть к дочери никуда не уходила. Стоило после рождения отдать это исчадие проблем в монастырь, чтобы не чувствовать груз ответственности и тоски по прошлому.       - Позови Бэк Хёна, - приказала первому попавшемуся слуге, которое смогла заметить боковым зрением. Это отродье могло знать, куда запропастилась принцесса.       В замке её не видно уже около недели. Были мысли, что она решила погулять по городу, но и там, как оказалось, этой бестии тоже не было. Куда она могла уйти, не оповестив меня?       Парень пришёл довольно быстро и встал на одно колено. Уважения в этом действии не было, но оно стало совершенно ненужным. Самое главное сейчас – узнать, где находится эта несносная девчонка.       - Для чего вызвали, ваше Величество? – поднявшись с колена, спокойно спросил юноша.       Признаю – он красивый: высокий, с короткими волнистыми чёрными волосами и узкими салатовыми глазами, при этом со слабо подтянутым телом. Характером вышел мягкий, но при этом боязливый, как его отец.       - Где Ли Ми Ёна?       Стены слегка вибрировали из-за громкости голоса, но я уже не обращала на это внимания, ведь мне важна сейчас дочь, которую никогда не волновали королевские обязанности. Стыдно, что именно она стала наследницей трона.       - Мне неизвестно, королева Ли, - смиренно ответил Хён, смотря за мою спину. Когда перестал меня бояться? И врёт ли сейчас? Эти двое всегда были близки. Но в нём что-то изменилось. Что именно – пока понять трудно.       - Тогда найди её, коль не врёшь, - приказала я, смотря на него сверху вниз.       Молодой командир только кивнул, покинув тронный зал. Почему он такой спокойный? Где этот трепещущий страх? Зря, видимо, поставила его на высокую должность. Власть развязывает людям руки.       Но вот есть индивидуумы, которым власть не стоит доверять. Примером является Бур Во – хитрость отсутствует, к анализу ситуаций не способен, навыком переговоров не владеет. Интересно, он вообще жив? Хотя, это не важно. В нашем государстве уже не первое столетие царит матриархат из-за того, что женщина считается более приспособленной к ведению государственных дел благодаря своему гибкому уму. Но всё равно интересно, чем промышляет этот тюфяк за моей спиной. Надеюсь, не собирается устроить переворот, дабы свергнуть меня и подружиться с соседями, отказавшимися от нас во время побега старшей дочери нашей первой правительницы.       - Зачем тебе малышка Ёна? – послышался слабый, дрожащий голос из тени. Не трудно было догадаться, кому он принадлежит.       - Во, тебя это волновать не должно, - устало произнесла я, подперев подбородок кулаком. Вспомни о проблеме - она появится.        - Потому что это и моя дочь, - всё также оставаясь в тени, говорил мужчина, чем вызывал раздражение.       Он никогда не мог противостоять, смотря в глаза. Всегда прятался за кем-то и надеялся на помощь со стороны. Когда его родители уехали, чтобы мы могли совершать свои ошибки, у него случилась истерика и мне стало понятно, что придётся всё брать в свои руки и стараться вести государство к просветлению и поднятию в экономике. А теперь что он делает? Пытается напомнить, что тоже является правителем?       - Ты ни дня не потратил на её воспитание, - стала громко говорить, поднявшись с трона. - Теперь смеешь говорить, что являешься её отцом? Хочу разочаровать – ты ей отец только на бумагах.       Последнее вырвалось криком. Чувство, что гнев обволакивает каждую клеточку, стал покидать спустя несколько минут после слов, сказанных во время вспышки агрессии.       В тени стало тихо. Видимо, можно начинать сожалеть о чувствах к Мо Ли А ведь когда-то Бур Во выслушивал осуждения с моей стороны из-за того, что имел внебрачного сына Пришло время и мне испытать тяжесть этой ноши в полной мере.       ЛИ БУР ВО       Слова Чао Сим ударили обухом по голове, после которых последовала звенящая тишина. Свечи, казалось, потускнели. Реальность потеряла свои границы со сном.       - Кто отец? – только и смог вымолвить я, продолжая прятаться в тени.       Внутри что-то оборвалось. Лёгкие, казалось, сдавили тисками, из-за чего перестало хватать воздуха. Для чего было задавать этот вопрос? Она не посчитает нужным отвечать на него       Пока было не поздно, решил покинуть своё убежище, научившись ходить бесшумно. Страх одной рукой сжал горло, а другой вцепился в сердце, вогнав когти как можно глубже. Но чего боялся? Пока сам не понял.       Единственное, место, в котором чувствовал безопасность – окраина сада. За пару месяцев в начале брака с этой женщиной удалось построить небольшую избушку, а после обустроить всё внутри. Она стала родной за столько лет, но теперь превратилась в чужеродный кусок земли, вызывавший обиду и боль.       - Отец, - обратился ко мне сын, бесшумно подойдя со спины. Он часто сидел со мной по вечерам в этом небольшом помещении, рассказывая, что происходит в королевстве. Последние новости не обрадовали, но что Хён мог рассказать сегодня?       Оказалось, что положительных вестей не имеется: в городе не успевают подавлять восстания, Ёна в замке не появлялась уже несколько дней, королева заперлась в тронном зале. Ей всё время нужно решать какие-то проблемы, которых, как мне казалось, нет. Но вот её раздражительность правда пугала.       - Чувствую, стоит покинуть пределы королевства, чтобы не оказаться головой на плахе, - предложил я. Сын согласился, но в его салатовых глазах читалось сомнение.       Как же хочется спрятаться и ни о чём не думать. И не хочется выслушивать речи Чао Сим о своей беспомощности и безнадёжности. Что я могу поделать, если меня не готовили к правлению государством? Мамочка всегда говорила, что моя задача состоит в зачатии наследников или наследниц. А нынешняя королева первое время требовала активности в делах государства и злилась, что ничего в них не смыслю. Почему моя мамочка не кричала на отца, который даже читать не умел? Не понимаю этих женщин.       Тётушка часто говорила, что мы, мужчины, слабее них, женщин, поэтому королева главнее. И теперь я боюсь любых лиц женского пола, потому что они могут быть слишком жестокими и коварными. Королева Ли в первый год правления отправила на эшафот три десятка людей, которых подозревала в государственной измене. Как тут не бояться?       - Если покидать королевство, то вместе с Ёной, - смотря в окно, проговорил Бэк Хён, выдернув меня из мыслей.       - Мы не можем её забрать, - с ужасом проговорил я. – Она единственная наследница престола, имеющая магические способности.       Понимаю, что ей тоже тяжело, но она не боится матери и может ей противостоять. И почти полное отсутствие эмоций помогало ей в этом, при этом у меня вызывая вопрос – в кого из родственников у неё такой характер? «Ты ей отец только на бумагах» - сразу пронеслась фраза в голове, давая ответы на вопросы.       Кто же отец девочки, которую я считал частичкой своего маленького внутреннего мира? И почему Чао Сим поступила подобным образом, если презирала меня за внебрачного сына?       ХВАН ДО САМ       Уже несколько дней стояла пасмурная погода, вызывая волнения у народа – поведение природы никому не давало покоя. Все привыкли видеть только солнце, а хмурые облака выбивались из привычного уклада жизни. От Ро Уна требовали объяснений, но он не мог дать им ответы, потому что сам их не знал. И Мин Джу после разговора с ним куда-то пропал.       - Ваше Величество, - послышалось из-за спины. Медленно обернулась, оторвав взгляд от окна, и увидела капрала, обеспокоенно смотревшего в даль наших земель.       - Проходи, - проведя рукой, промолвила я, и села на край кровати.       В последнее время стала чувствовать усталость намного чаще, из-за чего больше времени провожу в покоях. Возможно, причина в недостатке солнечного света, но уверенности в этом не имеется. При том настал возраст, в котором пора покинуть пределы замка и начать жить как жена графа, заботясь о домашнем быте.       Мужчина во время моих размышлений расположился на стуле около туалетного столика. Ему было чуть больше сорока, но выглядел гораздо моложе, чем привлекал внимание многих девушек и женщин. Мне в нём больше всего нравилась готовность к любому труду и выносливость. И рубиновые глаза, в темноте приобретавшие алый оттенок. Если бы не любовь к мужу, то давно попалась бы под чары этого человека.       Внутри что-то сжалось, заставив почувствовать ноющую боль. Неужели влюбилась? Но это чувство не сможет заслонить многолетнюю любовь, ведь так? Или же сможет?       - Почему вы улыбаетесь, ваше Величество? – безэмоционально спросил Ли, опираясь подбородком на сложенные руки. Слегка выпирающие вены на кистях показывали его внутреннее напряжение, завораживая ещё больше. Жаль, что он не маг. Тогда бы я не покривила душой, чтобы признаться в своих чувствах и попробовала бы сделать его своим любовником.       - Просто промелькнула мысль, вызвавшая лёгкое веселье, - уже с грустью ответила я, после чего задала вопрос о местонахождении принца.       Как оказалось, капрал тоже не ведал, где находится его подопечный, с которым давненько не было тренировок. Меня это начинало тревожить, но мужчина заверил, что найдёт сына, и я успокоилась. Почему верила ему безоговорочно – сама не понимаю. Даже у Ро Уна никогда не получалось так быстро привести моё состояние к спокойствию. Этот человек точно не владеет магией?       ХВАН РО УН       - Вы хоть понимаете, какие сейчас времена настают?! – кричал я на полководцев и их подопечных, собравшихся в зале переговоров. Это место когда-то было большим и светлым, но в данный момент давило своими стенами и казалось серым, потускневшим. И после крика горло стало першить, а воды рядом не оказалось.       Совет был собран из-за того, что вражеские войска стали намного чаще пересекать границу. Некоторые приграничные поселения перебили в попытке захватить земли, но моя армия подоспела вовремя, из-за чего удалось сохранить множество жизней и отбить территорию, изначально принадлежавшую моему королевству.       - Мы всё прекрасно понимаем, ваше Величество, - говорил самый молодой полководец. Он хороший стратег, как говорят остальные, но в поле боя себя ещё не показал. Надеюсь, и с оружием сможет справиться. – Но жители взволнованы как последними нападениями, так и пасмурной погодой, которая стала преобладать над солнечной, хотя раньше подобного не случалось. Народ не чувствует себя в безопасности.       - При том было подавлено два восстания во время шествия и одно до его начала, - проговорил самый старший и уважаемый полководец. Он начал службу во времена правления моих родителей. У него имелось множество наград, а правый, когда-то серебристый, глаз рассекал шрам, придавая суровости. Его морщинистое лицо и седые волосы до плеч не давали возможности усомниться в том, что опыт на его плечах лежал огромный. Поэтому моё доверие к нему было безграничным.       – Значит, нам стоит отправить больше рядовых в город? – устало произнёс я, опустившись в кресло. Не думал, что трудности начнутся за год до коронации Мин Джу. Нужно как можно быстрее всё решить, чтобы сын мог начать править в спокойствии.       Полководцы ещё несколько часов дискутировали о сложившейся ситуации, но в моих мыслях строился план по поиску девушки, которая оказалась связана с наследником. При этом что–то подсказывало, что мне не удастся осуществить задуманное.       ХВАН МИН ДЖУ И ЛИ МИ ЁНА       Тёмная гладь озера слегка колыхалась, чувствуя слабое тепло весеннего солнца. Животные подбегали к воде, чтобы охладиться и получить лакомства от людей, которые уже больше месяца не покидали избушку.       Он ради неё почти в тот же день отправился в обратный путь с помощью дяди, который обещал не рассказывать тайну, а она сидела и ждала его в тёплом помещении, осознавая, что юноша ей очень понравился. Девушка чувствовала, что кто–то приближается, но когда увидела его – сердце вздрогнуло, а во рту появился вкус крови и яблок. Значение этому не было предано, зато чувства при встрече накрыли с головой.       Мин Джу объяснил, что именно она – та самая девушка, связанная с ним самой Судьбой. Та, с которой он должен быть из–за одинаковой судьбы. И Ми Ёна не отказалась, почувствовав, что где–то внутри зарождается симпатия. А решение пожить вместе было принято сразу же.       Между ними слишком быстро стали развиваться романтические отношения. Может, виновата Судьба, а может, их просто покорила влюблённость, позволив чувствам медленно перев любовь.       За этот короткий промежуток времени они смогли узнать жизнь друг друга; у них часто возникали споры, быстро решавшиеся смехом и объятьями, ведь обоих готовили к правлению государством. Теперь они не могли определиться, кто займёт главенствующее место в паре.       И в один из солнечных дней они собрали вещи, но так и не решались расстаться, потому что привыкли друг к другу.       – Мне пора возвращаться домой, – с трудом произнесла Ми Ёна, кормя маленьких лисичек. Ей не хотелось покидать это место, но и оставаться было опасно.       Девушка на протяжении месяца радовалась каждому дню, который смогла провести с юношей. Они научились частично пользоваться силой друг друга, при этом договорившись, что будут её использовать в крайних случаях. Научились договариваться и уступать. Научились готовить блюда, заготавливать дрова и жить как крестьяне. Они познали прелести простой жизни, в которой захотели находиться каждую минуту.       – Не хочется с этим соглашаться, но я тоже должен отправиться в своё королевство, – почти без звука ответил Мин Джу, сидя на крыльце с двумя дорожными мешками.       Он за короткое время привык чувствовать запах роз и слушать по утрам шуршание мягких тканей простого платья. Привык видеть злящуюся по пустякам принцессу, но при этом собранную при распределении обязанностей на день.       У них было желание рассказать обо всём родителям, когда вернуться, но спустя время они поняли, что их любовь может забрать слишком много жизней за свою свободу, поэтому решили повременить с оглашением отношений и вернуться со спокойными лицами в родные края.       Им было больно расставаться. Их души разрывались из–за того, что накопилось слишком много положительных моментов. Обоим не верилось, что всё это останется только воспоминанием.       Ёна и Джу долго стояли перед крыльцом избушки в объятьях друг друга. Каждый сдерживал слёзы, потому что им было неизвестно, когда встретятся в следующий раз.       – Не забывай иногда отправлять письма о том, как ты себя чувствуешь и в какой момент сможешь приехать в наше место, – тихо проговорила принцесса, вдыхая запах льда и хвои.       «Да, мы быстро вступили в серьёзные отношения, – каждый день думала она, – Но ведь это не повод вешать на себя грех? Притом Судьба сама дала понять, что бы должны быть друг у друга».       Влюблённые отстранились одновременно. Было ли у них желание сбежать куда–то далеко, где о их жизни никто и ничего не знал? Там, где никому неизвестно, кто их родители? Было, но для осуществления этого желания им нужна подготовка, чем они решили заняться после возвращения домой.       Лес с грустью принял гостей в свои объятья. Ему нравилось наблюдать за забавами слегка повзрослевших детей. Нравилось видеть, как слова о любви меняли действия. Нравилось чувствовать их счастье и делиться успокаивающим запахом свежести.       Но теперь им пришлось разъехаться, дабы продумать свой побег. Лес понял, что ему придётся помочь молодой паре, скрыв в своих дебрях от чужих глаз. Это ведь доброе дело – помочь любящим людям из вражеских королевств обрести свободу, о которой они давно мечтали?       МО ЛИ       Солнце вновь светит над Хабоком, но большинство людей взволнованы частыми нападениями на границе. Король Хван подозревает королевство Бунно, но я знаю, что их войска не смогли бы напасть даже один раз, потому что почти все силы уходят на подавление восстаний. И у меня нет возможности рассказать об этом, потому что никому неизвестна правда, тесно связавшаяся с ложью. Для правителей являюсь человеком, у которого умерли родители, а из–за отсутствие других родственников решил отправиться на постоянное служение королевству, при этом официально приняв гражданство. Последний момент никого, почему–то, не смутил.       Переживание терзало душу, при этом оно вновь казалось беспочвенным. Но оно иногда помогало обнаруживаться чуть ли не природные катаклизмы. Значит, что–то должно произойти.       И проблема пришла на своих двух ногах в растрёпанном и уставшем виде.       – Что с тобой случилось? – подбежав и усадив юношу на кровать, спросил я.       При виде Мин Джу создалось ощущение, что ему пришлось бежать от диких животных, которые в этих краях навряд ли могут напасть.       – Пытался удержать себя, чтобы не последовать за Ми Ёной в её дом, – с тоской произнёс юноша. Не ожидал, что людям, натурально связанным Судьбой, приходится настолько тяжело.       Я сел рядом и вдруг мне стало казаться, что его приворожили, потому что при искренних чувствах такой тяги не происходит. Или мне что–то неизвестно?       – Мы оба думали, что это ворожба, но с помощью брата Ми Ёны узнали, что ощущение притяжения будет чувствоваться в первые несколько месяцев, после чего всё станет как у обычных людей, – хрипло произнёс он, подпирая голову руками.       «В королевской библиотеке Бунно имеется много работ, посвящённых изучению подобных случаев, поэтому не удивительно, что они смогли найти и такую информацию. Библиотека Хабока сильно отставала по наличию подобной информации, хотя она является полезной. Немного радует, что в моих родных краях больше пар, связанных Судьбой» – пронеслась мысль в голове, вызвавшая мимолётную радость.       Спустя пару минут молчания наследный принц стал делиться чувствами и эмоциями, которые накопились за месяц. Рассказывал об их прогулках по заснеженному лесу, о кормлении животных, готовке и длинных сравнениях двух противоположных государств.       Его эмоции в начале не были видны, но под конец их стало настолько много, что на моём лице невольно расцвела улыбка. Этот светлый парень заражал своим счастьем. Было радостно видеть его отдохнувшим и полным решимости, при этом несчастным.       – Я, конечно, одобряю твоё поднявшееся настроение, но будь добр объяснить, что успел задумать за то время, проведённое вдали от родных стен?       Джу сразу поник. Ему никогда не нравилось моя способность чтения людей из–за того, что ему от меня ничего не удавалось скрыть. Наверное, с помощью этого сложились доверительные отношения, которые не пошатнули даже правдивые слухи.       – Хочу сбежать с Ёной. Но в следующем году моя коронация. В ближайшее время мне нужно разработать план, как покинуть замок, границу и найти место, где нас никто не найдёт.       Представить себе не могу, насколько сильно округлились мои глаза. Такое заявление оказалось слишком серьёзным и неожиданным. Он хоть понимает, что ему нельзя пропадать из–за того, что наследников больше не имеется?       Я поднялся с кровати и стал нервно ходить по своей норе. Мне не верилось, что этот юноша говорит об этом, при том с настолько серьёзным лицом, что аж страх стал тонкой плёнкой обволакивать душу.       – Надеюсь, такое решение было принято не под действием притяжения Судьбы.       Постарался произнести это как можно спокойнее, но дрожь в голосе передала моё волнение за его жизнь. Принц мне ведь и вправду стал племянником, хоть и не по крови.       Юноша помотал головой и стал объяснять, что однообразие Хабока его душит, слишком счастливые люди вызывают раздражение, а родители стали помешаны на его восхождении на трон.       – Мне не хватало воздуха до встречи с Ёной, а с ней я как будто погрузился в Рай, частично созданный из хаоса, – говорил Джу со светящимися глазами. – Возможно, мы спешим, но если не решимся сейчас, то когда предоставится возможность? Может, через пару месяцев станет уже поздно?       У меня не нашлось слов, чтобы возразить, потому что он глаголил истину, напомнив о том, как я уговаривал Чао Сим сбежать за несколько дней до её свадьбы. Но она медлила, из–за чего мы оба стали заложниками собственной глупости. Если им дать возможность осуществить план, то у них может появиться шанс на счастье.       – Я помогу тебе сбежать, – произнёс тихо, но уверенно, при этом остановившись напротив наследного принца.       Юноша впервые минуты, казалось, не верил мне, но мой спокойный вид его, видимо, убедил. Надеюсь, этот поступок несёт в себе положительную энергию и в Преисподней зачтётся для очищения кармы.       ЛИ БЭК ХЁН И ЛИ МИ ЁНА       Над королевством Бунно впервые светит солнце, грея ласковыми лучами убитую землю. Девушка старалась ехать как можно медленнее, потому что возвращаться в место негатива не хотелось. Птицы напевали грустную мелодию, раня душу ещё больше. Насколько же сильно ей хотелось вернуться к озеру и не покидать его. Но вот показались очертания замка, давая понять, что дороги назад не имеется.       – Ми Ёна! – раздался радостный мужской крик, который она бы узнала из тысячи.       – Бэк Хён! – с улыбкой выкрикнула принцесса и, спрыгнув с лошади, побежала к брату.       Они с детства были близки, потому что прятались от гнева матери в саду, усыпанному ночными ядовитыми цветами. Девушка за такое поведение себя презирала, но не могла ничего изменить. А юноше просто нужен был кто–то рядом для душевного спокойствия.       Теперь они взрослые, самостоятельные, и абсолютно разные. Она – наследница королевства, оставшегося для всех в тени, а он – её личный слуга и командир войск.       – Съездила, называется, на недельку, – с улыбкой на лице произнёс парень.       – Зато теперь готова какое–то время терпеть взрывной характер матери, – без тени забавы сказала наследница, чем вызвала настороженность у молодого командира.       Хён осмотрелся по сторонам, и, убедившись, что их никто не видел и не видит, повёл сестру на задний двор, схватив за запястье. Юная дева не стала сопротивляться, позволив привести себя к месту, в котором брат любил отдыхать.       – Что ты задумала? – обеспокоенно прошептал юноша, заперев дверь. Его сердце быстро и сильно билось о рёбра, вызывая острую боль. Шестое чувство не предвещало ничего хорошего.       – Я собираюсь бежать, – спокойно ответила Ми Ёна, смотря в сторону и подтверждая его опасения.       Ей не хотелось оставлять брата с женщиной, которая никого не уважала. Но ради счастья в ней была готовность пожертвовать всем. Только оправдана ли будет эта жертва?       – Ты этого человека даже не знаешь, – то ли прохныкал, то ли простонал юноша.       Ему не хотелось оставаться одному рядом с королевой Ли. Рядом с сестрой у него получалось быть сильным, а кем он будет без неё? Без неё он ничего не сможет. Осознать это получилось в полной мере.       – Понимаю, но этот человек дан мне самой Судьбой. Почему я должна отказываться от возможности обрести счастье, о котором так долго грезила? – не унималась девушка. Она не хотела повторять судьбу матери, которая погибала с каждым днём в отчаянии и разочаровании.       Бэк Хён молчал, понимая, что сестра даже без его разрешения сделает то, что задумала. Эта черта характера ему нравилась, но не всегда из–за неё находился положительный выход из сложившейся ситуации.       Она поцеловала парня в щёку и побежала в свою комнату со словами: «Я тебя люблю, но мне нужно уйти».       В его душе образовалась пустота. Юноша не верил в происходящее, но мог ли он что–то изменить? Мог ли заставить собственную сестру остаться с ним в месте, где царила только негативная энергетика и не было места счастью?       – Я никогда не был эгоистом. Неужели в этот раз придётся изменить собственным устоям? Но мне же всегда хотелось видеть её счастливой. Что же изменилось?       Хён не знал ответ на последний вопрос, но понимал, что ему предстоит вырасти и научиться противостоять матери без кого–либо. «Это будет слишком трудно» подумал командир и почувствовал, как щёки обжигают слёзы обиды и страха. Ему не было понято, почему мир вокруг стал стремительно меняться.       Надежды на то, что всё останется на своих местах, с дребезгом разбились о скалы. Осколки изрезали душу, заставив всхлипы вырваться наружу Пустота заполнила не только тело, но и мир вокруг, погрузив всё в серые тона.       ЛИ ЧАО СИМ       Серость вновь опустилась на государство, а моя тоска по Мо Ли увеличилась. Дочь слишком сильно похожа на него. Она может стать отличной королевой, но в последнее время, где–то скрывается, как будто защищаясь от разговоров на счёт её восхождения на трон.       Столько сил вложила в этого ребёнка: учителя по разным научным и математическим предметам, обучение этикету, ведению переговоров и обучение способам, которые могут помочь добиться правды и поклонения со стороны недоброжелателей. И что получаю взамен? Скрытность и отсутствие интереса к дому в государственных масштабах? Считаю это неприемлемым.       Бэк Хёна тоже почти не видно. И от него стало веять раздражительностью и неповиновением. В глазах читалось опустошение. Неужели с сестрой поссорился? Она ведь недавно объявилась, а ко мне так и не подошла. Странно.       Ещё и с Хабоком начались политические ссоры. Хван Ро Ун считает, что я уже не раз отправляла войска на границу его королевства, дабы увеличить свои территории и вернуть былое величие. Если бы он знал, сколько сил уходит на подавление восстаний в городах, то не стал бы грозиться, что отправит ответные войска на мои территории.       Бур Во вообще перестал появляться в стенах замка. Его несколько раз видели в главном городе. Говорят, выглядит он болезненно, и я не удивлена: новость о том, что дочь ему не родная сильно ударила по сердцу. Почему же до сих пор не сбежал? Страх эшафота держит, как собаку останавливает железная цепь?       Теперь такое чувство, что они все решили проучить меня, оставив в одиночестве. Мо Ли бы никогда так не поступил ни при каких обстоятельствах. Он умел уступать. А они могут только бояться и молчать, за спиной вытворяя, кому что в голову взбредёт.       Интересно, как Ли живётся вдали от родных краёв? Комфортный ли климат? Ему никогда не нравилась солнечная погода, в особенности жаркая. Смог ли найти новую пассию? Надеюсь, что нет, потому что мы поклялись любить друг друга до гробовой доски.       Весенний ветер завывал за окнами, нагоняя тоску. Когда–то эти звуки меня радовали, но после ухода любимого человека всё померкло, умерло. Прошлое не отпускало ни на секунду, стирая грани реальности. Как бы хотелось всё изменить и сбежать с ним, когда он это предлагал.       – Позови сюда Ми Ёну, – щёлкнув пальцами, приказала я, услышав, что мимо тронного зала кто–то из слуг пытался пройти незамеченным.       Мне хотелось поговорить с дочерью о её скорой коронации и о том, что придётся найти другую партию для брака, так как было неизвестно, когда объявится назначенная Судьба.       – Её Высочеств попросила не беспокоить, – дрожащим голосом ответила служанка.       Я медленно повернулась и увидела маленькую девушку. Она казалась меньше из–за платья, сшитого не по размеру, и вжатой в плечи головы. Насколько помню, ни разу её не наказывала. Неужели остальные рассказали, какие наказания могут последовать за невыполнение каких–либо поручений? Похвально.       – И чем же она занята? – решила уточнить больше из родительского долга, вздёрнув подбородок.       – Мне неизвестно, ваше Величество, – тихо ответила девушка. Кожа на лице побледнела, на лбу у неё выступил пот. Знает, что не люблю неизвестность. Но тут она не виновата, значит может остаться без наказания.       – Хорошо. В какой комнате она находится.       – В библиотеке, ваше Величество.       Я отвернулась и махнула рукой, отпуская человека, больше напоминающего овцу, завидевшую волка. От одной мысли, что предстоит идти по тёмному коридору заставляло сердце биться сильнее и быстрее. Хоть библиотека находилась недалеко от тронного зала, идти было страшно. Темнота могла скрывать что угодно. Больше всего не хотелось видеть собственные скелеты, которые удавалось прятать с большим трудом. От мрака не спасал даже взятый канделябр.       И все мои усилия по преодолению страха оказались напрасными, потому что Ёны в библиотеке не оказалось. Она как будто была предупреждена о моём приходе. Что происходит в этом месте? В какой момент всё стало скатываться в яму?       ПИСЬМО ОТ ЛИ МИ ЁНЫ       «Дорогой Хван Мин Джу,       Пишу спустя эти несколько дней с целью оповещения: моя мать, королева Ли Чао Сим, догадывается о моём возможном побеге, потому что за мной стало наблюдать намного больше слуг, нежели раньше.       Также пару часов назад закончилась дискуссия о том, за кого мне стоит выйти замуж. Да, я до сих пор не рассказала о тебе. И в данном её состоянии лучше об этом разговоры не заводить, потому что моя коронация может пройти намного раньше, нежели планируется. Но в мои планы вообще не входит восхождение на престол.       Также твой отец, Хван Ро Ун, обвиняет наше государство в нападениях на ваши территории в попытках захвата. Это удалось узнать у брата, который является командиром одного из войск. Могу заверить, что войска королевства Бунно непричастны, потому что все силы уходят на подавление восстаний во всех городах.       Не имею понятия, как эту информацию донести до вашего правителя, но это нужно сделать в ближайшее время, потому что моя мать ищет помощников из–за военно-оборонительной подготовки.       Прошу, помогите предотвратить войну, которая кому–то, я в этом уверена, выгодна, иначе наш план может перейти на стадию «мечта».       И я скучаю. Не из–за того, что мы связаны мистическим способом, а как по человеку, с которым удалось прожить короткий промежуток времени. Хочется прижаться к твоему плечу, ощутив запах хвои и льда. Надеюсь, скоро сможем вновь увидеться.       Люблю немеренно,       Твоя Звёздочка».       Девушка стала дуть на письмо, чтобы чернила высохли быстрее. После их полного высыхания аккуратно сложила лист в прямоугольник и поставила печать, состоявшую из двух сплетённых сердец. Джу смог создать её с помощью магии.       Тоска начала царапать душу, тёмные стены давили со всех сторон. Ей хотелось сбежать прямо сейчас, и как можно скорее. А письмо, тем временем, было отправлено с помощью придуманного ими заклинания для быстрой отправки. «Надеюсь, оно дойдёт до получателя» – подумала девушка. Прячась в тени, она отправилась наружу, чтобы продолжить получать уровни магии. Их осталось два, но они могли стать решающими в любой ситуации в настоящем.       ПИСЬМО ОТ ХВАН МИН ДЖУ       «Дорога Ли Ми Ёна,       В моём государстве тоже неспокойно. Король готов в любой момент выступить вместе с войском, дабы прекратить нашествия на наши территории. Как переубедить его в том, что королевство Бунно не причастно – не имею соображений. Но с помощью дяди смог узнать, в какую сторону следует двигаться при побеге. Все тонкости уточню чуть позже. Надеюсь, на это «позже» у нас имеется время.       Главным сейчас является разработка маршрута, чтобы избежать столкновений с людьми из какого–либо королевства, где нас могут знать. Ну и тебя нужно каким–то образом забрать. При том нужно подготовить вещи на дорогу, а что будет дальше – уже будем разбираться по мере поступления проблем.       Безумно люблю тебя, госпожа моего сердца. Подожди немного, и мы сможем провести всю жизнь рядом друг с другом.       Твой на веки покорный слуга,       Мини Принц».       Грустная улыбка расползлась по лицу юноши. Он скучал по девушке, как по самому любимому существу во Вселенной. Радует, что они были связаны, видимо, с самого рождения.       Ему хотелось вернуться в домик у озера и забыть о том, что является принцем. Хотелось стать хотя бы дворянином, не знающим о том, что происходит в замке и какие трудности преодолевают правители для сохранения власти над большим государством. «Я избавлю себя от это участи» – подумал Джу и с помощью магии отправил письмо той, кто мгновенно стала смыслом жизни.       АВТОР       Шли дни. Над двумя королевствами, являвшимися противоположностями, висели разъярённые грозовые тучи. Природа показывала всё своё недовольство из–за действий, которые исходили со стороны двух правителей. Королева Бунно и король Хабока собирали армии, готовые к атаке. Они разрабатывали планы отступлений, планы нападений и планы действий во время боя. Проводили над картой дни и ночи, забыв о еде и об остальных делах, которые требовали внимательности.       Наследники двух сторон предлагали объявить мирные переговоры, но их никто не слушал. «Что вы можете знать о том, как поступать в сложившейся ситуации?» – говорили они, продолжая советоваться с полководцами и командирами разных войск.       И в один день Чао Сим донесли, что на вражеской стороне шпион, покинувший их государство почти двадцать лет назад.       – Мо Ли, – произнесла женщина, вспоминая вкус когда–то горячо любимого человека, носившего это имя. Теперь он для неё умер, обретя клеймо предателя. Неужели он вправду мог так поступить? Или это кто–то похожий на него?       Боль пронзила тело, вцепившись в каждую клеточку раскалёнными крючками. Желудок скрутило до степени, когда чувствуется, что разрываются ткани. Гнев разливался медленно, оставляя голову трезвой, при этом смешиваясь с ненависть. У неё в голове не укладывалось, что преданный человек, являвшийся другом её семьи, мог уйти туда, где всегда светит солнце и царит счастье.       Стук кулака о подлокотник трона эхом разнёсся по пространству, ударившись о потускневшие стены. Те, кто находились в тронном зале, вздрогнули, сразу упав на колено. Для них королева в гневе была самым страшным кошмаром, потому что жизни было лишиться легче, нежели когда она была поглощены спокойствием.       Спустя несколько минут молчания последовало требование об отчёте насчёт армии противника. Полученная информация не сильно порадовала. «Мы слабее, но может взять количеством» – подумала Чао Сим и отпустила всех, оставшись в темноте и одиночестве. Гнев не позволял расползтись страху, а значит можно было обо всём хорошо подумать.       В это время Хван Ро Ун сетовал из–за того, что предстоит участвовать в кровопролитии. Добрая и эмпатичная натура не позволяла в это поверить, но реальность показывала суровые стороны жизни, спрятав один козырь в рукаве. Желание уговорить королеву Ли на переговоры не покидало его. Следовательно, можно было бы попробовать уговорить её прямо на поле боя. Если не получится, то придётся развязать войну, которую его предки избегали всеми возможными способами.       – Война неизбежна, – только и твердил король, смотря на всё обезумевшими глазами.       Из прислуги его никто не узнавал, но и не трогал. Даже жена перестала с ним вести беседы, при этом стараясь найти поддержку в капрале, который стал для её мужа кровным братом. Правильно ли было идти на поводу у своих чувств? Она не знала, и не хотела над этим задумываться. Самое главное было – не переступать черту, нарисованную её руками. Как долго сможет сдерживаться – было непонятно.       Мин Джу, тем временем, искал лазейку, чтобы выбраться из замка незамеченным. Нервозность подняла свой уровень, но стала зашкаливать после письма Ёны, в котором говорилось о том, что её мать собирается завтра или послезавтра напасть на Хабок.       Она просила бежать как можно скорее, пока не стало слишком поздно. «Мне не хочется драться против тебя, Джу, – писала она, при этом плача. Парень понял это по расплывшимся чернилам. – Если не готов покидать свой дом в ближайшее время, то просто не приходи к домику у озера. Я уйду сама, чтобы обрести свободу, которая стала тянуть к себе тёплыми руками». Принц не смог отказаться от этой затеи, поэтому стал собираться в ускоренном режиме.       Найти коня и повозку помог дядя. Он, конечно, был недоволен, но желал ему только счастья, поэтому отправил в путь на закате, пообещав скрыть следы и врать до момента, пока не узнает, что они уже далеко от двух враждующих границ. А что случится на поле боя – их уже заботить не должно.       ХВАН МИН ДЖУ И ЛИ МИ ЁНА       Ми Ёна бежала сквозь лес, чувствуя, как ветки бьют и царапают лицо. Испуг из–за подслушанных слов матери о наступлении на вражеское королевство не давал остановиться. В мыслях набатом звенело: «Лишь бы он пришёл».       Девушка не знала, придёт ли юноша к домику у озера. Не знала, согласится ли бежать сию же секунду, потому что за пару недель, как ей казалось, невозможно было разработать подходящий план. Но она всё же взяла небольшой мешочек с одеждой, чтобы попробовать уйти, в случае чего, самостоятельно.       Выли волки, ухала сова, ярко светила луна. Деревья как будто расступились перед ней, давая возможность спокойно добраться до места, ставшего частичной свободой. И расступались они на протяжении нескольких часов. Жаль, что у неё не было способности подпитываться их энергией, чтобы спокойно добраться до назначенного места встречи.       Сверкающая гладь показалась ближе к полуночи. Сердце пыталось покинуть грудную клетку, а лёгкие разрывались, не пытаясь впустить хотя бы каплю воздуха, ноги просили отдыха. Рыдания почти не удавалось сдерживать, но ей не хотелось показывать природе свою слабость.       – Ёна! – послышался крик Джу, который прибыл одновременно с ней. Он успел подбежать к девушке, чтобы подхватить и отнести на крыльцо избушки.       – Нам нужно бежать, – хрипела принцесса, пытаясь отдышаться. Длинное лиловое платье порвалось в подоле, чёрные волосы с сиреневым отливом выбились из косы, бледные руки тряслись, слёзы градом покатились по щекам.       – Значит, она правда решила начать наступление, – глада юную деву по волосам, прошептал парень. Он чувствовал, как разрывается её душа от негодования. Чувствовал, как она устала. И эмоции были настолько сильными, что ему стало казаться, что они принадлежат ему, а не передаются с помощью связи.       Ми Ёна стала повторять свои слова из письма, а Мин Джу её не перебивал. Ей нужно было сейчас выговориться и почувствовать от него поддержку, которую он мог дать только своими прикосновениями и решением, принятым ещё во дворце. Девушке в этот момент казалось, что он пришёл с ней проститься, но когда оказалась в повозке, поняла, что они прямо сейчас поеду навстречу счастью.       – Мы не должны решать проблемы взрослых, не являясь правителями, – только и произнёс принц, вызвав улыбку на лице принцессы. Как же быстро слёзы сменились радостью, обретя крылья свободы.       Юноша чувствовал себя как во сне, но его это не сильно волновало, потому его дорога лежала вслед за крыльями счастья вместе с девушкой, с которой ему было предназначено встретить старость с запахом леса и земли.       А может они поспешили и не следовало так резко покидать родные края? Это молодая пара решила узнать там, где их теперь никто никогда не найдёт. Там, где они будут вдвоём строить свою любовь, закрепляя большим, чем поцелуи и объятья. Закрепить, но чтобы об их истории никто не узнал.       АВТОР       Известие о пропаже молодого наследника пронеслось над всем Хабоком. Хван Ро Ун бегал по замку в поисках сына. Он нужен был ему со своими магическими способностями, потому что не собирался проигрывать, но юноши нигде не было. Даже Мо Ли не мог понять, куда запропастился наследник.       До Сам слегла с головной болью и слабостью в теле из–за переживания. Ей не верилось, что её кровинушка мог так внезапно пропасть. Все слуги бегали и заглядывали в каждое помещение в надежде обнаружить наследника, но все усилия были тщетными. Парень как будто растворился в воздухе. В каждом городе на каждом столбе и на каждой стене висел портрет белокурого наследника, улыбающегося самой светлой улыбкой.       Королева Ли с такими же успехами искала свою дочь, которую тоже собиралась привлечь в военные действия. Каждый житель тёмного строения бегал с канделябрами и кричал её имя, только безрезультатно: наследницы не было ни в замке, ни в городах.       Злость душила женщину, а короля Хабока спустя несколько часов поисков стало разрывать чувство вины перед своим чадом. Он понял, что зря старался сделать принца королём в таком раннем возрасте. Понял, что следовало учитывать и его желания на жизнь, а не запирать во дворце, дабы с молодого возраста Джу смог привыкнуть к королевской атмосфере. Понял, что устои предков перестали работать в их время.       – Не переживайте, господин Хван, – остановив мужчину на винтовой лестнице, проговорил капрал. – Думаю, он решил следовать за сердцем и обрести свободу, о которой мечтал и рассказывал мне. Мы его теперь не найдём. Остаётся только отпустить.       Король не хотел мириться с этим фактом, но решил согласиться и отпустить своего единственного сына в счастливое будущее, в то время как королева Бунно собрала военный отряд и заставила людей искать наследную принцессу. Ей было невдомёк, что дочь нашла любимого и сбежала вместе с ним в края, которые были никому неизвестны. Сбежала туда, где сможет почувствовать себя счастливой и никому ничем необязанной. Туда, куда не сможет ступить захватчица Свободы.       Молодых не мучила совесть за свой поступок. Они пересекали леса, не боясь встретиться с хищниками. Останавливались в небольших деревушках, где о них никому ничего не было известно, и просто наслаждались жизнью. Наслаждались теми моментами, которые дарила им Свобода. Хоть они и были молоды, но поняли, для чего живут и что хотят видеть в своём далёком будущем.       Ближе к осени забрались в самую чащу леса в неизвестном государстве и смогли обосновать там доб, созданный с помощью магии льда и звёзд. Они смогли создать своё маленькое королевство, где не будет ни слуг, ни подчинённого народа, никого. Они смогли создать королевство только для двоих и почувствовать неимоверную любовь, растянувшуюся до гробовой доски.