Проделки подростка-легиллимента

Драко очень гордился собой. Этим летом его мать натаскивала его в ментальной магии, и ему не терпелось опробовать ее в деле. Блэки сильны в ней. У каждого благородного рода были свои неоспоримые благородные достоинства, да-да, но это… Сколько возможностей! Конечно, он и раньше пытался, и даже получалось. Он сунулся в прошлом году к Флер Делакур, чтобы выяснить, кого из парней она выбрала для бала. Подслушал ее мысли, когда она трещала об этом с подружками. Чудом не заметила. Роджеру Дэвису тогда повезло, будь он проклят. Они все тогда по ней сохли. Но это было ниже достоинства Драко — позвать девушку на бал, которая могла и отказать не была из Священных 28. Но сейчас… Мама с гордостью говорила, что у него талант. Особенно делать это незаметно для субъекта. А кто он такой, чтобы с ней спорить. Они даже пробовали беспалочковый вариант летом, но это пока было трудновато. Неплохо для 15-летки да? На меньшее наследник Малфоев и, по мнению Драко, самый классный парень в школе, был неспособен. Слава Салазару, что министерские шавки не могут отследить его опыты из-за защиты Мэнора. Драко слышал, что Поттеру не так повезло этим летом. Его почти исключили. Жаль, что не вышло. Опять старик Дамблдор вмешался. Заняться ему больше нечем, кроме как прыгать вокруг этого очкарика? Да, Драко очень гордился собой и прямо на пиру 1 сентября решил действовать. Ему не терпелось опробовать новые навыки на ком-то кроме матери, Пэнси или Блейза. Он оглядел однокурсников. Кто заметит его щупальца за болтовней за столом? Точно не Крэбб. Мысленное Легиллименс и отработанное незаметное движение палочкой под шум кубков и задумчивое выражение лица Винсента. Наверняка что-то интересное. Глубокий вдох, нацеленность, открытый разум. Все получится. Ножка или крылышко?.. А обеды будут все такие в этом году или опять хуже станет?.. Глаза Миллисенты Булстроуд похожи на эту корочку, такие же золотистые и блестящие… Снейп в этом году опять оставит меня после уроков и придется намывать котлы?.. Драко вынырнул и чуть поморщился. Да, погорячился он с выводами. Его чуть отрешенный взгляд, который еще не до конца научился скрывать, заметил Блейз, и друг отработанным движением постучал по виску. Они втроем использовали эту мысленную игру, чтобы переговариваться втайне от других. Драко открывал что-то вроде канала между ними. Совсем легкий уровень. Мама еще в детстве этому научила.       «Ты палишься и сверлишь Крэбба взглядом». Драко напустил на себя безразличный и высокомерный вид.       «Просто тренировка. Ничего особенного».       «Да ну? И о чем думает наш малыш?» — чернильные глаза Блейза сверкнули лукавством.       «Скажем так, он в восторге от ужина… и от некоторых частей тела Миллисенты». Блейз не сдержал удивленного вздоха, и Драко на него шикнул.       «Прекрати. Пэнс что-то подозревает».       «А как ты считаешь… Ты сможешь подсмотреть… Ну, за девчонками?» Драко выкинул Блейза из сознания, и они оба густо покраснели. Хотя казалось, что Блейз на это физиологически не способен. Пэнси глядела на них прищуренным взглядом, но они не выдали ей ни слова, хоть она и применяла позже свои «особые методы» в виде точных и отработанных жалящих. Суровая и мстительная Пэнси.

***

Новой целью Драко выбрал главную зубрилу всея Хогвартса Гермиону Грейнджер. У нее он наверняка не обнаружит размышлений о курице. О, как же Драко ошибся с выбором. Он бы не полез в ее голову во второй раз даже за мешок галлеонов. Даже за новую метлу. Было похоже, что она думала обо всем одновременно. Если бы ее мысли были материальны, то они бы носились по коридорам как тысячи снитчей. Невозможно было это долго вынести. Драко начинал теряться даже в собственной голове из-за этого жужжания. Нумерология!.. Эссе по лунному камню… Гарри задумчив… А Виктор напишет мне снова?.. Сроки проекта по травологии истекают уже через две недели!.. Опять хорек таращится, опять ему Гарри спокойно дышать не дает… Зайти к Хагриду!.. Макгонагалл!!! Старостат!!!.. Легкий звон в ушах возвещал о возвращении в свой разум. Драккл. И что вообще в этой грязнокровке было такого особенного? Он даже перестал уважать Крама, но втайне от самого себя читал о нем в «Квиддичном еженедельнике». Драко прошел мимо их неразлучной троицы с самым неприступным и высокомерным видом, который был в его арсенале, не удостоив их и взглядом. Так-то. Чисто из духа противоречия Грейнджер, хоть она об этом и не знала. Надумает еще чего себе. Раз прощупал подружку, Драко решил не мелочиться и побывать в мыслях у самого Поттера. Он будет единственным и эксклюзивным обладателем знаний о том, что происходит в голове у шрамированного. Случай представился на паре по ЗОТИ, пока Поттер сверлил взглядом Амбридж. Все равно нечем было заняться. Поттер перестал развлекать слизеринцев своими высокопарными речами, а значит, пора найти себе развлечение самому. Волдеморт вернулся, но никто не хочет замечать этого… Почему я?.. Неужели никто не видит, что надвигается война?.. Надо объединяться! Мальчик-который-лжет. Так называют меня сейчас. Что думают Гермиона и Рон? Неужели они тоже не верят мне?.. Седрик… Орден не доверяет мне ничего важного. Неужели я мало сделал?.. Я сражался! Чертова Амбридж, непрошибаемая идиотка!.. Чертов бантик. Как большая муха, по глупости усевшаяся на голову крупной жабе… Мерлин, Драко чуть не стошнило от меланхоличности и безысходности, царящей в его разуме. Отец, конечно, делился, как же нет… Но Драко все равно почти ничего не понял. И не хотел. Отец сам разберется во всем на благо семьи. А эти героические речи и страдания Драко не нужны. Но отметил забавное сравнение с жабой. Ну точно, вылитая, все думал, кого она напоминает… Ему больше казалось, что она упала в ящик с детской одеждой и повредилась головой, словив гиперфиксацию на розовом цвете. Но об этом он никому не скажет.

***

Лучшая подруга вспомнила о его дарованиях на трансфигурации, незаметно для Макгонагалл почесав висок и бросив взгляд на Драко. Как старуха не замечала этот фокус, Драко не понимал. Но безнаказанность манила и больше чем устраивала. Пэнси отвечала на опросе, путаясь в показаниях все больше. Макгонагалл свирепела. Хорошо, что она не знала, что Пэнс на самом деле потратила вечер на разглядывание нового выпуска «Ведьмополитена». Иначе бы точно зашибла. Хоть разок.       — Какое движение палочкой мы используем для прямого, а какое для обратного полиморфизма при полной трансфигурации, мисс Паркинсон? Может хоть это Вы назовете нам?       — Ну, при полиморфизме движение… Палочкой, да… Гриффиндорцы издали смешки. Не в смену Драко.       «И для прямого, и для обратного полиморфизма базовое движение одно — вертикальный зигзаг с верхней петлей» — подсказал Драко. Пэнси невозмутимо повторила, сделав вид, что задумалась.       — Хорошо. Какие еще особенности? — поджала губы Макгонагалл.       — К нему нужно добавлять еще одно из движений, свойственных элементарной — нижняя петля — или сложной — полное круговое движение — трансфигурации. Это же совсем просто, профессор, почти для детей, — ответила Пэнси по новой подсказке, добавив авторского высокомерия от себя.       — Хорошо, садитесь.       «Пэнс, учи трансфигурацию, Мерлином заклинаю» — недовольно пробурчал Драко прямо в ее сознании, надеясь внести в ее голову немного серьезности.       «Не ворчи, я хороша в другом». О да, она была очень хороша в изощренных способах нанесения легких увечий, но кто со Слизерина ее осудит? Пока Драко раздумывал, что можно было бы и накинуть пару баллов факультету, и разглядывал возмущенное лицо Грейнджер, он не заметил, как Макгонагалл кинула на Драко оценивающий взгляд со скрытой подозрительностью. Она не была слепа, и отметила про себя, что такой талант может пропасть зря. Доказать же ничего не возможно. ***       — Тоска, Блейз. Я думал, что это будет веселее. На деле люди думают о какой-то ерунде почти круглые сутки. Потом еще и у самого все трещит, — жаловался другу Драко, плюхаясь в кресло в приятно прохладной и мрачной гостиной Слизерина.       — Брат, я тебе сразу намекнул, что ты используешь свои навыки не по назначению, — игриво пошевелил бровями Забини.       — Что ты предлагаешь? — нахмурился Драко.       — Как насчет пари?       — О, это могло бы развеять скуку. Что Драко этот мир, когда в нем и так все абсолютно понятно? А вот дружеская игра… Он заинтересованно подался вперед.       — Какое?       — Спорим, я первый узнаю цвет завтрашнего бюстгальтера Лаванды Браун? — Блейз напустил на себя вид заправского ловеласа. Как же.       — Фу, Блейз, она же из грифов. Тот же никак не выражал своего отвращения.       — А ты видел, как выросли ее девочки, — Блейз изобразил точные габариты на себе, — за лето?       — Блейз…       — То-то же. Вот мы и проверим, как ты хорош в своем этом чтении мыслей. Я уверен, что не так уж ты и великолепен. А против моей харизмы еще никто не устоял, — бросил вызов друг, и Драко никак не мог проигнорировать это заявление. Вот еще! На следующий день Драко следовал за Браун словно тень, надеясь застать ее одну в коридорах. Салазар, если кто-то заметит, позора он не оберется. Наконец, на пути в туалет с одного из занятий, он застал ее врасплох. Это было чуть сложнее, чем прошерстить поверхность. Драко кинул совсем легкий Конфундус для дезориентации, а потом сразу нырнул чуть глубже, вызывая воспоминания о ее шкафе с одеждой утром. Наконец, он нашел то, что хотел: воспоминания об отвратительном нечто в ее руках, и сразу обратно. Лаванда чуть споткнулась, начав что-то бормотать под нос.       — Эй, Браун, у вас все такие неуклюжие или ты особенная? — крикнул Драко и сразу ушел, крайне довольный собой. Вечером Блейз отозвал его в сторонку, сияя чуть распухшей отметиной на лице и чувством собственной важности.       — Я все выяснил, неудачник. У нее…       — … блевотно оранжевое рюшевое омерзительное нечто, брр. Гадость.       — Как давно ты узнал? — удивленно воскликнул Забини.       — Примерно после второй пары. А ты что сделал?       — Столкнулся с ней после ужина и как бы невзначай оттянул блузку. Мог бы и раньше сказать! Тогда я бы не получил это, — пробурчал Блейз и указал на свое лицо. Да, у Браун день не задался.       — Я хотел узнать, как ты это сделаешь, — пожал плечами Драко. — Но я все равно выиграл. Блейз обиженно надулся.

***

Когда заканчивается детство? Разве взрослый — это не большой ребенок, которого мы с годами заточаем в себе? Что есть время? С такими мыслями Драко пришел к выводу, что можно было бы получить пару бонусов и у преподавателей… не рассказывая им об этом. К Снейпу и Макгонагалл он не сунулся бы под страхом смерти. А вот кто-то попроще, вроде профессора Стебль, подойдет отлично. Повод проверить представился на опять же совмещенной паре с Гриффиндором. Проходили визгоперку. Как всегда, Грейнджер подрывалась с места так, словно хотела допрыгнуть до Астрономической башни, и выстреливала ответы с такой скоростью, что никто не успевал даже дослушать вопрос. Но и она, оказывается, не всесильна.       — Отлично, 5 очков Гриффиндору. Может, Вы расскажете так же историю выведения этого растения? Где, кто и когда? Это его момент. Как и Драко, Грейнджер застопорилась на имени ученого, которого не было в книгах. Забыли обозначить в учебнике, но у Драко было свое оружие. Очень удачно Стебль прокручивала в своей голове размышления о визгоперке, и ее проблема, что она не владела окклюменцией в своем-то возрасте. Драко поднял руку.       — Да, мистер Малфой. Грейнджер посмотрела на него с потрясением. Драко сверкнул победной улыбкой. Так-то.       — Ученый Тамбу Ириши из южной Африки в первой половине 20 века хотел создать растение, подобное свойствам умиротворяющего бальзама, то есть вызывающее своими звуками спокойствие. Но в итоге годы его эксперимента по скрещиванию флоры африканских степей дал противоположный результат. Так мы и получили визгоперку, профессор.       — Отлично, мистер Малфой! 10 очков Слизерину за углубленное знание материала, — одобрительно кивнула Стебль. — А теперь давайте займемся пересадкой саженцев… Грейнджер кинула на него раздраженный взгляд. Драко приподнял бровь и задрал нос. Блейз удивленно постучал по виску.       «Вы могли бы быть парочкой зануд, сводящих всех с ума, если бы объединились. Что это за переглядки?».       «Никогда не говори мне такого, Блейз. Просто я узнал кое-что, что ей недоступно в силу своей ограниченности».       «И как же?»       «Мне помогла умная голова профессора Стебль».       «Не может быть!». Забини восхищенно ахнул. Ну, а Драко… Кажется, нельзя быть еще более самодовольным. Но он очень старается.

***

Драко всегда подозревал, что у Уизела какой-то комплекс неполноценности на фоне более ярких друзей. Да и в целом он его очень недолюбливал. Такой прекрасный субъект для упражнений в остротах. Такие эмоции, такой накал. И в благодарность за вечно приподнятое настроение Драко решил уравнять его хотя бы в своих собственных глазах с героическими друзьями. Чтобы все трое были равны в своих условиях. И для него он даже приготовил нечто особенное. Хороший легиллимент умел не только читать мысли и воспоминания, но и оставлять что-то свое среди этого потока. Это не было похоже по механике на Империус, человек мог и не сделать этого, но при этом не чувствовал, будто ему это навязали, или был дезориентирован из-за этого. Такая смесь чтения мыслей и Конфундуса. Вот и Уизли стал объектом для тренировок. Драко наблюдал, как троица приступила к обеду. Далековато, но тоже проверка сил. Он шепнул заклинание и очень аккуратно, как перышко, встроился в поток его сознания (весьма пустое во время приема пищи, надо сказать, и наполненное лишь восклицаниями вроде «ммм» и «вкусно») и оставил незатейливую мысль о том, что нужно перепробовать все блюда на столе, наесться до отвала и даже утащить что-то по кусочку из тарелки друзей. Что тот и сделал. Пакость удалась, понял Драко, когда раздалось возмущенное грейнджеровское:       — Перестань лопать! Сколько можно! — прикрикнула она, дубася его учебником. Драко усмехнулся себе под нос. И все же было что-то требующее обдумывания. Нечто совсем противоестественное. Одно дело — подглядывать, но навязывать свою волю… Он решил, что будет проворачивать такое только уж совсем по мелочам и по его мнению безобидным. *** Создание инспекционной дружины было звездным часом для Драко. Наконец-то! Теперь он мог применить свой природный дар к управлению толпами, как говорил отец, и превратиться в карающий меч порядка. Ну и насолить раздражающим ученикам. Почему нет? Все бы так сделали на его месте. Вот только жабья голова не учла того факта, что чем больше давление, тем больше сопротивление. И студенческие ряды были не исключением. Ученики стали очень изобретательны в нарушении правил и новых декретов, выкручивая скрытность на максимум. И поймать кого-то после первых репрессий было очень сложно. Не то чтобы Драко так уж хотелось искать с лупой провинившихся по углам, как ищейка, но иногда руки просто чесались выплеснуть свое раздражение и растущее непонимание происходящего в магическом мире. И легиллименция очень помогала в поисках поводов. Так он подловил двух пуффендуйцев за 10 минут до отбоя, у которых прямо на поверхности бились мысли о свежепрочитанной «Придире». К этому моменту ему уже ничего не стоило скользнуть по самым ярким и недавним мыслям даже без помощи палочки.       — Так-так, кто тут у нас? — постучал Драко палочкой по скрещенным на груди рукам.       — Еще не время отбоя, Малфой, — выплюнул тот, что посмелее.       — Но как только вы дойдете до своих спален, уже будет. И еще вы читали запрещенную крамольную статью в «Придире». Так что с вас минус 20 очков.       — Нет у нас никакой «Придиры»! Журнал запрещен! — пуффендуйцы покраснели до кончиков ушей, выдавая себя с потрохами. Драко молча призвал и подвесил журнал в воздух над их сумками, снял трасфигурационное заклинание и приподнял бровь.       — И еще минус 5 очков, потому что вы пререкаетесь. Шагайте отсюда. Драко ушел, так и не забрав журнал, и не стал сообщать Амбридж о нем. По Декрету об образовании №27 их бы исключили. Но не сегодня. Пуффендуйцы с замешательством посмотрели ему вслед, подхватили журнал и побежали в подземелья, так и не поделившись ни с кем этим происшествием.

***

Наиболее разрушительные последствия ментальная магия имела вкупе с талантами Пэнси. О, вот кто поистине мог обернуть знание во зло.       — Драко, дорогой, ты меня любишь? — промурлыкала Пэнси, закидывая ноги на его колени и кладя голову на плечо. Он знал, что это значит, и вздохнул.       — Пэнс, чего ты хочешь?       — Ну почему так сразу? Я просто выражаю тебе свою привязанность. Люди так делают. Кажется, — она слегка стукнула его по плечу. Он зашипел и потер его. Для проформы.       — Да, но не ты. Так что случилось, что требует моего участия? Она рассмеялась и приняла обычное для себя положение, когда применяла угрозы.       — Ты должен мне помочь с Кассиусом.       — О, это который твой бывший, но еще существующий, но вроде как активно не действующий парень? — иронично усмехнулся Драко.       — Именно он, зришь в корень, — кивнула довольная понятливостью Пэнси. — Но мы опять сошлись недавно. И мне нужно, чтобы ты его проверил.       — Пэнс, легиллименция не создана для таких глупостей.       — О, а кто на пару с Блейзом подкидывал в разум несчастных жертв мысли о том, что розовые рубашки — это очень стильно? А потом хихикали над тем, как они получили от Амбридж, которая разрывалась от умиления и гнева из-за нарушения формы? Драко закатил глаза, но не сдержал улыбки.       — Пэнс, это было давно. Я был глуп и наивен. И мы не хихикали. Настоящие мужчины лишь слегка приподнимают губы в ухмылке, — наставил Драко и наглядно продемонстрировал.       — Ну как же, заливай мне больше. Так поможешь или нет? Вопрос жизни и смерти. Просто проверь, было ли у него что с той блондинкой с Когтеврана. Чьей смерти, сомнений не было.       — С какой именно? — нахмурился Драко.       — Ну с той, которая… — и принялась выводить какие-то движения вокруг своей головы и тела, которые не сказали Драко ровным счетом ничего.       — Ясно.       — Так ты согласен? Спасибо, милый, — чмокнула его Пэнси, и не давая вставить ни слова, начала уходить.       — Но я еще не согласился… — запротестовал Драко. Пэнси кинула в его руку слабенький разряд тока и послала угрожающий взгляд.       — А это за что? Я вообще-то помогаю тебе.       — Так-то лучше. И чтобы не расслаблялся. Иначе забалую вас своей нежностью, — на полном серьезе выдала Пэнси и удалилась, цокая каблуками.       — От тебя-то дождешься ласки, — пробурчал под нос Драко и стал обдумывать план действий. От нее так просто не отделаешься. Уже через два дня попыток и многозначительных взглядов подруги, Драко выяснил, что ее упырь действительно целовался с той блондиночкой на курс младше, имени которой он так и не выяснил. Но хотя бы понял, что значили те телодвижения. Симпатичная. Намного хуже Пэнси и непонятно, что в ней находят парни, как он сказал потом ей. Но самое главное то, что надо было заканчивать эту веселую карусель, которую Пэнси устроила со своей жизнью. Сходились, расходились, крики, приступы гнева, которые терпели все ее друзья, а ее выматывали до предела. Она даже поплакать, как все нормальные девчонки, не могла, чтобы выплеснуть это куда-то, а становилась лишь более вспыльчивой, что не шло на пользу никому. Драко обдумывал, как приукрасить этот доклад так, чтобы точно обрубить раз и навсегда. Преимущество было в том, что Пэнси не стала бы выяснять отношения и докапываться до правды. Маленькая ложь во благо, так думал Драко. Но ошибся.       — Значит так, Пэнс, — выдал Драко после долгих размышлений, взяв волю в кулак.       — Слушаю тебя. Скажи мне, что мои тревоги напрасны, и я успокоюсь, — посмотрела на него Пэнси с легкой надеждой. Вот дерьмо. Надо как-то помягче, но придерживаясь плана.       — Не могу. Они слюнявили друг друга так активно… и кое-что посерьезнее, — расплывчато начал Драко. — И я видел еще в недавних воспоминаниях какую-то брюнетку, но со спины. Он целовал ее шею и шептал что-то, я не разобрал, иначе он бы меня почувствовал. Извини, — тут же поспешно добавил он.       — Посерьезнее, значит. Еще и брюнетка. Большая ошибка, дорогой. Очень большая, — сказала Пэнси с каменным лицом и молча удалилась. Мерлиновы подштанники, Драко ему не завидовал. Пэнси ступила на тропу войны. Сначала она где-то раздобыла бородавочный порошок и подсыпала Кассиусу в одежду. Фурункулы высыпали в самых интересных местах, от чего тот несколько дней не мог нормально даже сидеть. С блондинкой случился небольшой коллапс с цветом волос, превратив ее в зеленоволосую нимфу, и несколько дней это не вымывалось. Драко подозревал, что Пэнси пробралась в башню Когтевран и залезла в ее косметичку. Благо на этом с ней Пэнси закончила. Но не с ним. Потом Кассиуса преследовала полоса неудач. У него проливались чернила, ломались перья, лопались кубки в руках. Он даже умудрился налететь на Снейпа, когда бежал в туалет из-за подсыпанного порошка блевательных батончиков, и, в общем, не дошел… Узнав о дополнительном наказании от Снейпа, Пэнси сверкала довольной как у кота улыбкой. В финале он проходил разбирательство у Амбридж по подозрению в хранении журнала «Придира» (по подозрению Драко, подкинутого Пэнси). Как слизеринца, его пощадили. И только после этого она успокоилась и поговорила с Кассиусом, бросив его раз и навсегда. Она рассказала о своих делах, вывернув все так, что он умолял простить его и пообещал больше никогда не обманывать женщин. У Драко были легкие сомнения в соразмерности наказания, но Пэнси была ему дороже. Только блондинку чуть жаль, она могла быть и не в курсе. Но она легко отделалась. Слава Мерлину, что он еще назвал ей тогда брюнеток. Подходящего возраста девушек было слишком много, и Пэнси просто не могла перебить их всех.       — А знаешь, я и так хотела его бросить. Мутный он, — спокойно выдала подруга спустя неделю и как ни в чем не бывало продолжила пилить ногти. Девушки странные. Он никогда их не поймет.

***

Вот так Драко Малфой постигал собственную магию и границы дозволенного. В будущем его еще ждет много проверок выученных уроков легиллименции, но это совсем другая история…