Два короля

Следуйте за своей мечтой, несмотря ни на что. Независимо от того, старый вы или молодой, вы должны реализовать ваши самые смелые мечты.

Это единственная причина существования на этой планете.

© Джаред Лето

      Как же преображается человек, когда реальность оказывается лучше желания. Весна сама по себе прекрасна и волшебна, а тут будто кто-то ещё и палочкой взмахнул, произнося: «Биббиди-боббиди-бу!».       На крыльях вдохновения Ева прилетела в офис. Чёрное пальто немного разлеталось от энергичной ходьбы, а передние пряди покачивались, но главное, что не лезли в глаза и рот (даже здесь магия задействована).       — На работу как на праздник, — усмехнулась Яна, видя заряженный настрой новой подопечной и лёгкую улыбку на губах. — Правильно, так и надо.       Романова улыбнулась чуть шире и кивнула в знак согласия. Сняв и убрав верхнюю одежду, она приступила к знакомству с другими коллегами. Пока парни в другом помещении обсуждали ближайшие задачи, женский консилиум заварил себе чай и кофе и принялся за разговоры. Приоритетной темой была, конечно, работа, но потом главное место заняло общее любопытство о новенькой. Максимально комфортная обстановка и лёгкий теплый ветерок, задувающий через открытое окно и развевающий голубые длинные шторы. В этом мгновении хотелось раствориться. Запомнить его. Набить навечно, точно татуировку.       — Попов, кстати, просил тебя приставить к нему, — вдруг вспомнила Яна и обратилась к Еве.       — Даже не знаю, порадоваться за тебя или пожалеть, — сказала Алёна и хмыкнула.       — Почему?       Романова непонимающе вскинула брови, смотря на девушек и их неоднозначную реакцию. Неужели Арс тот ещё взъёбыватель и будет придираться по поводу и без? Не хотелось бы…       — Ну… Арсений у нас немного специфичный.       — Хотя, будем честны, все четверо — непростые парнишки, к каждому по-своему надо подходить.       — К кому-то подбегать.       Они обменялись кивками и засмеялись.       — Уверена, ты втянешься, — добродушно произнесла Яна и подмигнула Еве.       В это время как раз вошли парни. Чаепитие моментально оборвалось. Взгляды Романовой и Попова пересеклись почти сразу. Его губы медленно расплылись в ухмылке, из-за чего она немного нервно улыбнулась и сразу отвернулась к косметике, не выдерживая. У его поведения явно был какой-то скрытый смысл. Догадался, что она фанатеет? Даже если нет, Ева уже накрутила себя. Она рассчитывала на спокойную работу с Антоном. Он комфортный, с ним легко расслабиться. А вот Арс… Рядом с ним всё внутри встряхивается. Он волнует её. Ноги сами подгибаются.       — Тебе сказали, что ты гримируешь меня?       Девушка настолько утонула в мыслях, что не услышала, как Попов подошёл со спины, и вздрогнула от внезапности. Она вздохнула, собираясь и включая все свои актерские данные, и развернулась к нему с лёгкой ухмылкой.       — Сказали. А я Вас так зацепила, Арсений Сергеевич, что решили себе забрать?       Он не ожидал такого поведения, от чего удивлённо вскинул брови, а потом присоединился к этой игре и тихо засмеялся, кивая.       — Да. Захотел первым попробовать, что ты за фрукт.       — Уже не первый.       С наигранным сожалением она поджала губы и похлопала его по груди, обходя и направляясь к рабочему месту. Арс заинтересованно последовал за ней, сел на стул и, когда она приступила к гриму, спросил:       — Успела с Антоном сдружиться?       Ева усмехнулась и только молча кивнула, но это его не удовлетворило.       — Вам Ира не позволит сблизиться.       — А тебе?       Она избегала его пристального взгляда, а на своём вопросе подняла глаза и выгнула бровь. Слухов о его личной жизни ходило много, и вероятность того, что он не ответит, была огромной. Тишина усиливала уверенность в этом. Хмыкнув, Романова продолжила заниматься его лицом, а Арсений помолчал несколько секунд, рассматривая её, и спокойно произнёс:       — А мне некому запрещать.       После откровения он чуть прищурился, ловя любую сомнительную реакцию. Этот сверлящий взгляд она чувствовала кожей, понимая, что ошибка сыграет большую роль. Ева пожала плечами и коротко ответила:       — Хорошо.       Попов всматривался ещё какое-то время, а потом расслабленно усмехнулся.       — И что же, позволишь попробовать?       — Что? Папайю?       Они одновременно вскинули брови и удивлённо посмотрели друг другу в глазах, шокированные тем, что она действительно это сказала. Арсений засмеялся первый, и, расслабленно выдохнув. Романова поддержала его реакцию, а сама думала, какой же это позор. Ей точно нужно пройти курсы флирта с привлекательными мужчинами, иначе так и останется одна.       — Какой ужас… Прости…       Она обречённо покачала головой, а лицо покраснело от стыда, уши буквально запылали. Это она сама себя материт.       — Всё нормально, расслабься.       Арс с лёгкой улыбкой заправил выпавшую переднюю прядь Евы за ухо, а та испуганным оленёнком уставилась на него. Она весь вечер, как мантру, повторяла, что нет ничего необычного в нахождении с ними рядом. И достигла успеха в этом! (Почти). Но на физический контакт она не настраивалась. Сердце или выпрыгнет, или остановится. Или выпрыгнет, упадёт к ногам Попова и остановится.       Служба спасения, спасите-ка Еву…       Благо ей получилось отвлечься на чей-то сторонний разговор и взять себя в руки, чтобы продолжить работать. Только теперь молча. И под пристальным взглядом Арсения. Он всё-таки неглупый и заметил изменение в поведении девушки, однако тоже ничего не говорил. Пока что…       Это подобие попытки закончилось скоро, но осадок явно остался. Вместе с тревожными мыслями. Вот сейчас Арс подойдёт на съёмочной площадке к Шеминову, раскроет её тайну и с позором Романову выставят на улицу. Она даже сутки не проработала… Счастье было так близко, а она так глупо проебалась.       Пять минут, десять, пятнадцать… Дверь гримерки, где в одиночестве сидела Ева и пустым взглядом смотрела в стену, открылась. Дыхание девушки замерло. Отчаяние не позволяло сделать вдох. Ну вот и всё…       — А ты чего тут? Хватай «волшебный сундучок», и идём туда. Надо быть рядом, когда понадобится поправить грим.       Это всего лишь Яна.       Шумно вздохнув, Романова активно закивала, подскочила, взяла всё нужное и под несколько удивлённый взгляд коллеги вышла.       Атмосфера на площадке позволила расслабиться. Напряжение ушло, и Романова окунулась в процесс. Она улыбалась, наблюдая за парнями. Особенно взаимодействия Арса и Шаста отзывались теплом в груди. Такие они прелестные и нежные.       Как можно любить мужчину и одновременно с этим шипперить его с другим мужчиной? Очень сложно… Но возможно.       Если не мой, то будь хотя бы его.       А они смотрелись очень даже хорошо, гармонично. И эти их взгляды, направленные друг на друга. Такие взгляды обычно описывались в любовных книгах. Как тут не говорить про артон? Никакие эдиты, фанфики и теории не нужны, парни сами тут вытворяют. Но интересно, кто был бы активом в их паре?       Такие мысли увлекли её далеко от реальности. И Ева там бы и осталась, если бы не Маша, ещё одна визажистка. Она слегка подёргала за локоть, чтобы увлечь к парням на грим-паузу.       Квартет с гостем не обращали на них внимания, общаясь между собой, пока Серёжа не спросил шутливо у Арса:       — Его Привередливое Высочество довольно новой подчинённой?       Тот медленно перевёл взгляд на девушку и внимательно осмотрел. Эти чистые, пронзительные глаза когда-то доведут её (до могилы или до оргазма — узнаем позже). Поэтому быстро было принято решение не смотреть в них. Так меньше проблем: голос не имеет такого сильного влияния.       — Приемлемо, — хмыкнул он, заметив только равнодушное выражение лица.       Не выдержав лёгкой надменности в его тоне, Романова закатила глаза. Увидев это, Попов довольно усмехнулся. Видимо, именно такой реакции он и добивался. Хотелось закатить глаза повторно, но она только осмотрела его лицо, удовлетворённо кивнула сама себе и отошла.       — Так и что там с папайей? — вслед ей спросил Арс.       Вопрос как привлёк постороннее внимание, так и потерял его. Без контекста он не имел значения. А вот для Евы имел. Она резко вскинула брови и обернулась, однако нарушила своё правило и попала в плен хитрых глаз. Естественно, она тут же густо покраснела и смущённо ушла на место, оставляя его без ответа.       Сережа, наблюдавший за сценкой, пихнул друга локтем и вопросительно кивнул ей вслед, мол, что это было. Усмехнувшись, Попов только махнул рукой, однако тут же почувствовал на себе пронзительный взгляд. Антон. Посмотрев на него, Арс вздохнул и отвёл глаза. Спесь сбилась моментально. А ухмылка покинула его губы. Он сидел будто пристыженный. И это всё без слов. Удивительно.       И ладно бы, если на этом всё закончилось… Но после окончания всех моторов Арсений продолжил смущать Романову, а когда парни вышли из офиса, Шастун несильно пихнул локтем друга в бок.       — Перестань кошмарить Еву, Арс.       Тот в ответ хмыкнул и закатил глаза.       — А ты к ней так уже прикипел, что ревнуешь?       — Спугнёшь новенькую, и придётся снова искать гримёршу, — Антон тяжело вздохнул. Да, она успела понравиться ему, и было бы грустно потерять такую милую коллегу.       — Не придется, — серьёзно произнёс Попов. Он знал это наверняка.       Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, и в этот раз одновременно отвернулись.       Больше к этой теме они не возвращались даже в последующие дни, хотя ничего толком не менялось. Арсению хотелось бы злиться на Романову, что она так подружилась с Шастом, но не получалось. Он и сам с ней сдружился. Только с Антоном — или точнее будет использовать ласковую форму имени — Тошей — у неё милое и комфортное общение, легко сравнимое с маршмеллоу. А вот с Арсом… Это постоянные шутки, ирония и флирт. С чем можно сравнить? С кислыми мармеладками. Определённо с ними.       Вот и по итогу Попов злился больше на себя за сближение с новенькой и за непонятные эмоции в сторону друга. Такое было в году восемнадцатом… Когда Шастун знакомил с Ирой.       Нахмурившись, он активно, с нотками агрессии, замотал головой и потёр глаза.       — Арсений?       Моргнув, он вернулся в реальность и встретился с серо-зелёными глазами Евы.       — Что? — немного резко ответил он.       — Не шипи. Мы всего лишь спрашиваем, пойдёшь ли ты с нами в бар.       Арс проморгался и понял, что парни действительно выжидающе смотрят на него, а он снова провалился в мысли. Или уснул? С его загруженностью вполне мог просто задремать.       Он немного напряг извилины и вспомнил, о чём до этого шёл разговор и что за бар. Романова уже две недели работала у них, проблем с ней не возникало, а значит, она теперь полноценная часть коллектива, часть корабля. Это, естественно, надо было отметить. Девушки уже уехали на сборы, а они впятером задержались, чтобы обсудить это подробнее.       Несколько секунд Попов задумчиво смотрел в её глаза, а потом кивнул.       — Поеду.       Всё-таки клин клином вышибают.

━━━━━━♡♤♡━━━━━━

Не поможет вам ни бесчестье, ни измена или отъезд в дальние страны.

Вам придется себя убить.

© Франц Кафка «Описание одной борьбы»

      Компания собралась приятная, и никому не составило труда расслабиться. Только Арс не мог себя полностью отпустить, контролируя, чтобы меньше общаться с Шастом. Его надо было выкинуть из головы. Они просто друзья. Друзья. ДРУЗЬЯ. Стоило набить это слово на определённом участке мозга и выкинуть любое другое — с радужным переливом — куда подальше. Он акцентировал своё внимание на Романовой.       — У тебя красивая фамилия, я говорил? Импера-а-аторская, — наклонившись к ней, негромко произнёс Попов на ухо.       — А у тебя такая гра-а-афская, — подобно ему, Ева растянула гласную.       — Как оригинально, — тихо фыркнул он.       — Аналогично.       На близком расстоянии лиц друг друга они несколько секунд смотрели в глаза, а потом рассмеялись.       — Пьяные и дурные, — хмыкнул Серёжа, смотря на них.       За ними наблюдала ещё одна пара глаз, но оставила их поведение без комментариев, поджав губы и отвернувшись, якобы обстановка бара интересовала куда больше. Парочка же продолжила шутить и отвешивать друг другу комплименты и иногда шушукаться. Арс что-то нашёптывал Еве на ухо, как демон-искуситель, а она хихикала и розовела щёчками. Они продолжали пить, и вскоре остальные перестали существовать для них. На языке каждого вертелось: «снимите себе номер уже», но все тактично молчали. Почему? Потому что знали Попова достаточно хорошо: один шажок в его личную жизнь и от «булочки с корицей» не останется и следа. Вместо манящего, игривого запаха корицы все ощутят запах гари. Уничтожительный взгляд в подарок, не благодарите.       Никто не сказал, но уехали они действительно вместе. На прощание Ева обнялась со всеми, а Антона, пребывающего без настроения, она игриво щёлкнула по кончику носа. Выглядело ли это как издевательство? Весьма. Закладывала ли Романова такой смысл? Точно нет. Хмельным разумом она даже не понимала, что что-то не так, что что-то происходит и что она, возможно, часть чьей-то игры. И ей абсолютно не было дела до этого в такси. В такси, в котором Арс положил ладонь на её бедро и поглаживаниями забрался под юбку. Можно ли вообще о чём-то думать, когда Арсений Попов уделяет такое внимание? Вряд ли. А о чём? О грязных руках? Так в такси он и не лез в интимные места, а уже в квартире вымыл. Презервативы тоже имелись в наличии. Арс — тот мужчина, с которым можно не беспокоиться. Он как будто заранее готов ко всему, просмотрев 14.000.625 вариантов будущего. Из минусов только их нетрезвое состояние. Они могут и не вспомнить, ведь даже сейчас это было похоже на сон. Расплывчатые взгляды, порывистые движения, беспорядочные поцелуи, лукавые ухмылки. И одежда стремительно исчезла с их тел. Но кто бы был против?       Ева откровенно залипла на обнажённый торс Арсения, вызывая самодовольную усмешку на мужских губах. Однако они собрались здесь не для этого. И Попов учтиво напомнил об этом, наклонившись и несильно прикусив сосок девушки, а после пройдясь по нему языком. Романова вздрогнула и как-то машинально запустила пальцы в волнистые волосы, слегка сжимая и поощряя продолжить. И он продолжил. Посасывал и покусывал чувствительную грудь, пока пальцы требовательно раздвинули девичьи бёдра и скользнули между ними, в этот раз проникая внутрь. Размеренные толчки выбивали всё больше стонов.       — Арс… — тихо простонала она и потянула его вверх, а когда он всё-таки поддался, нетерпеливо впилась в губы. Попов хоть и ответил на поцелуй, но после того, как Ева закинула ноги на его бёдра и прижалась, отстранился. Она разочарованно вздохнула и непонимающе посмотрела, однако тот прервался только для взятия презерватива. Надев его, Арсений снова навис над Романовой, сам закинул её ноги и, огладив бедра, плавным движением вошёл. Протяжный женский — и свой — стон он заглушил страстным поцелуем. Немного привыкнув, он набрал сразу быстрый темп.       Пошлые шлепки, влажные поцелуи, несдержанные стоны — это всё хотелось запечатлеть на камеру. На будущее, так сказать. Но даже если бы была возможность, они вряд ли смогли бы оторваться друг от друга. Слишком уж было приятно. Слишком уж не могли насытиться. Они меняли позы, темп, жадно исследовали руками и губами тело партнера, будто это был единственный раз их наслаждения. (А, может, так и было?)       — Арс… Арс… Арс… — лихорадочно шептала Ева, чувствуя приближающийся оргазм. Попов просунул ладонь между их телами и, найдя клитор, добавил дополнительные ласки, из-за чего уже через несколько секунд девушка достигла пика, вскрикнув от удовольствия. Арсений продолжил интенсивно двигаться и сам вскоре кончил с хриплым стоном, прикусив девичье плечо.       Обессиленные и взмокшие они свалились на кровать, тяжело дыша и приходя в себя. Смущение возродилось в Романовой, и она неловко глянула на мужчину. А он, заметив взгляд, игриво подмигнул, вызывая на её щеках ещё больший румянец.       — Всё хорошо? — уточнил у неё и, получив кивок, улыбнулся.       Через пару минут Попов подхватил её на руки и унёс в ванную. Мыться пришлось быстро из-за невыносимой усталости, давящей тяжёлым грузом на всё тело. Собственно, из-за неё же они и вырубились моментально, стоило лечь на кровать. Голыми. Пробуждение обещало быть интересным?