Вкус ночи

Тае проснулся на закате. Он сладко потянулся и вышел на балкон. Кажется, весь день шёл дождь. Ему вдруг очень захотелось вернуться в свою старую квартиру. Может прихватить пару мелочей из своей комнаты. Нужно было спокойно подумать. Провести чёткую черту между прошлым и настоящим. Он накинул халат и на цыпочках прокрался в номер Чимина. Тот крепко спал, спихнув на пол одеяло и обнимал подушку руками и ногами. Тае улыбнулся и выудил из его огромного забитого тряпками шкафа узкие чёрные джинсы и простой белый лонгслив. То что нужно. Он приоткрыл в комнате окно, впуская свежий воздух и так же бесшумно вернулся к себе. Принял душ, переоделся, взял ключи и спустился вниз. Машину подогнал к крыльцу Юнги. - Привет. Весёлая была ночка, верно? - он сунул озябшие руки в карманы форменных брюк. - Типа, ага — Тае сел за руль — Юнги продолжал понуро стоять, глядя куда-то в одну точку. - Юнги? Тот поднял взгляд. - Чимин. Он это не со зла. Он хороший. - Сам знаю — Юнги ухмыльнулся показав ряд мелких зубов - Тачка супер. - Сам знаю — Тае вернул ему улыбку, захлопнул дверь и выехал с парковки. Квартира встретила его полумраком и запахом каких-то протухших овощей. Может так было всегда, а он этого даже не замечал. Бедность — приятно не пахнет. Свет включать не стал. Он теперь отлично видел, даже в кромешной темноте. Чимин называл это супер геройскими примочками. Он несколько минут сидел на своей так и не заправленной кровати. Потом дал по комнате несколько кругов, распихал по карманам сигареты и зажигалку. Зашёл в тётину спальню и положил на покрывало пачку денег. Вдохнул напоследок кислый запах , закрыл за собой дверь и бросил ключи в мусоропровод. Всё прошло намного проще, чем он себе представлял. Без терзаний и сожалений. Хотя о чём это он вообще. Тае хмыкнул, перескакивая через несколько ступенек. - Привет. Вот кого точно не ожидал сейчас встретить. Возле подъезда стоял тот самый полицейский. Чонгук. Улыбается, так приветливо, будто они старые друзья. - А ты изменился. Я тебя еле узнал. - Как ты меня нашёл? - Ты есть в нашей базе данных. Всё законно. И чего он так смотрит. Тае поймал себя на мысли, что начинает дико волноваться. Приятно дико волноваться. Он подошёл ближе. Зря. В нос ударила мощная волна древесной туалетной воды, чернющих растрепанных волос и кожи. Его кожи. Тёплой, горячей в особенных местах. Тае коротко облизнул нижнюю губу. - Хочешь снова меня арестовать? - Нет, у меня нет запасных носов — на переносице у него была покрытая корочкой рана, после встречи с одним блондинистым затылком. Тае переступил с ноги на ногу. Чего ты стоишь?! Просто развернись и уйди сейчас. Но он продолжал стоять. Чонгук полез запазуху и вытащил от туда свёрток, убого завернутый в подарочную бумагу. - Это тебе. - Спасибо - Тае недоверчиво принял сомнительный подарок - Что это? - Разверни. Упаковка почти развалилась в руках и Тае вытащил из него свою старую худи. - Ха. Я нашёл это на мосту, когда мозги немного на место встали. Хотел постирать, но не успел. - Спасибо — вышло как-то слишком искренне. Тае прижал худи к груди. - Не за что. Чонгук скользил по нему взглядом. Хорошим взглядом. Тёплым, как августовское солнце. - У тебя новый стиль? - склонил голову к плечу. Когда он улыбается, показывает крохотные ямочки на щеках. - Мне нравится. - Да так ничего особенного. Интересно вампиры умеют краснеть? Кожу на щеках начинало щипать. - Нет. Ты другой. В хорошем смысле. - Ты видел меня всего один раз. - Моя профессия обязывает. - Чего ты хочешь, Чонгук? Тот вдруг перестал улыбаться. Глядит упрямо и смело. - Свидание. Люди очень хрупкие создания, Тае. Я не хочу причинить ему боль. Настоящую боль, понимаешь? Этому красивому полицейскому нужна та, выдуманная тобой прелестная маленькая девушка, которая будет бинтовать ему раны. Но не ты, Тае. - Если я соглашусь сейчас, обещаешь оставить меня в покое? - Почему? - хмурит брови. - Обещай или я ухожу. Чонгук что-то ищет в его глазах. Видимо находит. - Хорошо. Обещаю, Тае. Они сели в уютном уличном кафе с маленькими круглыми столиками, отчего их колени уже пару раз неслучайно-случайно столкнулись. Как в дурацкой дораме, ей богу. Тае сидел напротив, натянув на пальцы рукава лонгслива и крутил стаканчик с парящим кофе. Ничего особенного, да Тае? Да он выглядел так, будто его усыновила состоятельная парочка и увезла отдыхать в швейцарские горы минимум на год! Там его откармливали, холили и лелеяли. Кожа словно напудрена, никаких синяков под глазами. Волосы вились сочными кудрями до самых плеч. На нём была качественная дорогая одежда. Вот тебе и профессиональные заметки. - Как твои руки, кстати? Чонгук обхватил чужое запястье и оттянул рукав. Ничего. Идеально ровная тёплая ладонь. - Отлично, - ладонь не отнимает. Как компенсацию за враньё, да Тае? - На мне всё заживает, как на собаке. Чонгук кивает ему, очевидно не веря ни слову и медленно опускает ладонь. Что ты за человек такой, Тае. Сплошные загадки мадридского двора. Тае делает маленький нервный глоток кофе. Надо срочно что-то выдать. Отвлечь. - Расскажи, почему такой парень как ты работает в полиции? - Вау, - мягкий приятный смешок, - такой как я? - Ага, - прячет смущённую улыбку, за бумажным стаканчиком, - Ну, ты вроде нормальный. - Ох, спасибо большое, Тае, - смеется. - Ну, знаешь адреналин такой. Носишься по улицам на тачке с мигалкой, двери ногой вышибаешь, а тебе за это ещё и деньги платят каждый месяц. Круто же. Их тихий смех гармонично сливается. - Ну, а ты? С детства мечтал стать Бонни или Клайдом? - С эти покончено. - ъЭто хорошо. Очень хорошо, Тае. А мне хорошо с тобой. Здесь и сейчас. Где-то в груди приятно вибрирует, будто специальный датчик, который наконец поймал нужную волну. Чёрнющие глаза говорят — ты так нравишься мне. Побудь со мной ещё немного, пожалуйста. Светло-карие отвечают — ты тоже очень-очень нравишься мне. Но у меня вагон и маленькая тележка этих НО. - Не холодно тебе? Это модный тонкий свитер наверняка ни черта не греет. Не дождавшись ответа, Чонгук встаёт снимая с себя куртку и набрасывает на плечи. Зря. Тае, чуть заметно охнув, тонет в чужом аромате. Едва сдерживает себя от того чтобы закатить глаза и закутаться в ворот по самый нос. - Спасибо, Чонгук, - в благодарность очаровательно-мягкая улыбка. Ему совсем не холодно. Ещё одна супер геройская примочка. На столе коротко вибрирует телефон. Тае пробегает по сообщению взглядом и улыбка мгновенно гаснет. - Что-то случилось? От Намджуна: Весело проводишь время, Тае? У тебя очень хороший вкус. Тае невольно озирается. Весь вспыхивая инстинктом защитить, уберечь. Чонгук обеспокоенно заглядывает ему в глаза, вмиг посерьёзнев. - Мне срочно нужно уйти, - говорит Тае. Его глаза говорят — Прости меня тысячу раз и пожалуйста, пойми. - Жаль, - понимают. - Можно я тебя провожу? - Да, конечно. Они возвращаются на парковку у муравейника. Тае не прекращая, нервно озирается. - Прощай, Чонгук , - отчаянно. - Почему? Почему мы не можем общаться, это же дикость какая-то, Тае? - Мой парень, - слова, как болезненно-неприятный тычок в живот. - Думаешь, я сам могу позволить себе такие шмотки. - Ты совсем не умеешь врать, - достаёт из рукава последний козырь. Тае лезет в карман джинсов и достаёт автомобильный брелок. Жмёт на него. В ровном ряду машин на сигнал откликается и подмигивает фарами спортивная тачка. Это его последний козырь. Прежде чем развернуться и уйти смотрит, кромсая тёмными ресницами. Прощаясь и горя желанием остаться.

***

Тае пишет Чимину, получая ответ с геолокацией. Огни автострады сливаются мутными вспышками. Забытая в спешке куртка Чонгука, мягко обнимает. Тае жмурится, стискивая руль. Это сладкая пытка. Виноват, вот и мучайся. Настроение — вырезать половину города, а завтра с утра, оставшуюся вторую. Геолокация приводит его к ночному клубу. Тае паркуется, снимает куртку и бережно сворачивает, оставляя в машине. Внутри, как в любом другом клубе в три часа ночи. Душно, пьяно, раскованно. Чимин изящно вьётся в самой гуще танцующей толпы, собирая голодные взгляды. Намджун салютует ему стаканом с бара, болтая с какой-то девицей. Джина нигде нет. Тае поднимается на второй этаж с вип-зонами и находит его там в обществе виски и сигаретного дыма. Подсаживается на соседний диванчик, уставившись на беснующуюся внизу толпу. - Ночная жизнь тебе наскучила? - стряхивает пепел. Тае неопределённо ведёт плечом. - Он старается для тебя. Намджун, - смотрит наконец на Тае, но по прежнему холодно. - Меня он счёл слишком депрессивным. Чимина — слишком жизнерадостным. А ты у нас — золотая середина. Золотой мальчик. - Что за упаднические настроения, мои дорогие? - Намджун поднялся к ним. - Решили быть сегодня особенно капризными. - Ты нас избаловал , - Тае смотрит. Ищет что-то в глазах напротив. - Чтобы вас не мучили несбывшиеся желания — сладко-пьяно улыбаются. - Я скучаю по солнцу, - вскидывает подбородок, подыгрывая. - А я уж боялся, что ты захочешь чего-то такого, чего я тебе не смогу дать, прелесть моя. Они едут в аквапарк с искусственным пляжем и имитацией солнечного заката. Лежат на шезлонгах, потягивая коктейли. Они с Чимином пару раз сигают с самой высокой вышки, пуская кучу визга и брызг. Джин брезгливо морщился и прятал свою тлеющую сигарету и Намджун хлопал им и заливал в себя виски. Тае украдкой следит за ним. Вроде никаких наводящих вопросов и странных взглядов. Может он уже обо всём позабыл, сочтя неважным? Накупавшись, они забрались на надувные матрасы, дрейфующие посредине бассейна. - Вы что тут все делаете?! Тае вздрагивает, а Чимин валится в воду с надувного куска арбуза. Охрана аквапарка. Два молодых парня в тёмно-синей форме. - Здравствуйте, джентльмены! - Намджун салютует им стаканом — Спускайтесь к нам, я вам всё объясню. Те о чём-то тихо быстро совещаются и подходят на пляж. - Вы как сюда попали? - Я вам всё объясню, хотите выпить? Те переглядываются взвешивая все за и против. - Ей, красавчики давайте к нам! - Чимин машет им ручкой, слепя очаровательной улыбкой. - Ты же ничего им не сделаешь? - Тае напрягается, инстинктивно чувствуя стремительно надвигающийся пиздец. - Конечно нет, Тае - дует губки. Один из парней подсаживается на шезлонг к скривившемуся от такой наглости Джину. Второй раздевается, бросая одежду прямо на песок и плывёт ним. Подплывает фыркая, забирается локтями на матрас Чимина. - Привет — улыбается — Я Джим, как тебя зовут? - Угадай — Чимин сладко улыбается в ответ, убирая мокрые волосы со лба того парня. - Pêche Melba*? - Нет — хихикает, толкает парня с матраса и сам скатывается в воду. Тае нервно слазит со своего и плывёт к «берегу». Слышит позади тихий всплеск. Оборачивается. Чимин выныривает из под воды. Розовые пряди прилипли к лицу, как тонкая паутинка. Он облизывает пухлые губы, но по подбородку всё равно стекают мутные кровавые ручейки. Глаза горят наслаждением, которое мгновенно гаснет, сменяясь виной. Он растерянно жмёт плечами. Тае отворачивается и плывёт дальше. - Куда делся мой напарник? Эй Джимбо, ты где? Тае замирает, выйдя из воды. Второй парень вскакивает с шезлонга, начиная озираться. Намджун молча следит за всем, посмеиваясь в свой стакан с виски. Джин тушит сигарету в песке. Вырывает страницу и аккуратно откладывает книгу. Поднимается с шезлонга, позади паренька. - Нет! Нет Джин, пожалуйста! Молниеносное движение рукой и горло парня красит идеальная ровная алая линия. Джин ухмыляется, выпуская белоснежные клыки и тянется к «вскрытой бутылочке». Тае срывается с места. Хватает парня, отталкивая на песок Джина. - Ты что из себя строишь?! - вскакивает, рыкая. Парень судорожно хватается за руки Тае, издавая кошмарные хлюпающие звуки. Они валятся на песок. Тае беспомощно озирается. Намджун подсаживается рядом. - Нужно что-то сделать! Нужно вызвать скорую! - Конечно, конечно — кивает. Он чувствует, как сердце парня зайдясь, замирает. В голове звенит, как после падения с высоты. Он смотрит на свои руки, вымазанные в крови. Перекладывает тело парня на перепачканный песок и вскакивает. Джин закуривает новую сигарету, раздражённо смахивая с шорт песок. Намджун закрывает остекленевшие глаза парня. Чимин делает кроткий шаг в его сторону. Тянет ручку. - Тае... Тае срывается и бежит. Снова.

***

Возвращается в номер через балкон. Долго стоит в душе, не прекращая трястись. Выходит в предрассветный полумрак спальни. Горячие слёзы жгут холодную кожу щёк. Он забирается под одеяло, зарываясь носом в чонгукову куртку. Она впитывает в себя слёзы и боль, даря спокойствие и крепкий сон.

***

- Хватит уже так вздыхать! Ничего с ним не случится. - Да, Чимини не переживай — подмигивает в зеркало заднего вида Намджун — Он обязательно тебя простит, вот увидишь. Чимин ещё раз напоследок шумно вздыхает и обмякает на заднем сиденье. Глупый, глупый Чимин. У него ведь впервые появился настоящий друг, а он всё испортил. Они возвращаются в гостиницу. Он заходит в свой номер и валится на кровать. За стенкой, в комнтае Тае, идеальная тишина. Чимин тянется к прикроватной тумбочке и берёт телефон. - Да, что вам будет угодно? - Принесите мне, пожалуйста три бутылки шампанского и ведро мороженного. - Хорошо. Пять минут. - Хотя нет, постойте. - Да? - Два ведра мороженного, пожалуйста — страдать, так страдать с размахом. - Хорошо, как скажете. Бросает трубку на покрывало, продолжая гипнотизировать потолок. Через обещанные пять минут слышится тихий стук в дверь. - Извините, можно? - Да, входите. Тот парень с розой на парковке, закатывает в спальню тележку с заказом. Бросает на распластавшегося Чимина быстрый взгляд и отворачивается. - Кхм, вам открыть бутылку? Чимин перекатывается на живот и подпирает щёку рукой. - Да, пожалуйста. Парень достаёт запотевшую бутылку из ведёрка со льдом. Аккуратно обхватывает полотенцем. Убирает фольгу, вкручивая штопор. Пальцы у него длинные, проворные и сильные. Чимин жмурится, в ожидании громкого хлопка, но слышит лишь хриплый смешок. - Можете отрывать глаза. Он протягивает ему шипящий пузырьками бокал. - Спасибо эмм... - Юнги. - Спасибо, Юнги. Чимин садится, подгибая ноги по-турецки и делает глоток шампанского. Юнги складывает полотенце, открывает для него стеклянную вазочку с мороженным. - Приятного аппетита, Чимин — коротко улыбается, разворачиваясь к выходу. - Постой! - Да? - Юнги замирает. Чимин глядит на него и без того огромными глазищами. - Ты не мог бы немного задержаться? Нуу, вдруг у меня закончиться мороженное, а я не умею делать такие же красивые шарики этой специальной фигнёй, понимаешь — он залпом допивает остатки в бокале. - Да, конечно — снова улыбается, забирает бокал и наполнят его. Юнги. У него убаюкивающий низкий голос. Чёрные мягкие на вид волосы. Маленькая квартирка на окраине города и белый кот Мин. Чимин, несколько раз извинившись, убегает в душ. Смывает с себя косметику и запахи ночного клуба. Выходит в обычной огромной футболке и спортивках, ловя на себе потемневший на несколько тонов взгляд. Они забираются с ногами на кровать. Юнги снимает форменный пиджак, оставаясь в белой рубашке на которой расстегивает несколько верхних пуговиц и закатывает рукава. Он много и интересно говорит, имея при этом завораживающую привычку подпирать длинными пальцами подбородок и водить кончиками по изгибу губ. Чимин переспрашивает по несколько раз, безобразно отвлекаясь, как котёнок на блестящую новую игрушку. Шампанское стирает время, заботы, переживания, страхи, условности. Кожа у Юнги матово-бледная, будто у одного из нас, но Чимин чует её тепло и запах. Под ней течёт жизнь. - Можно? Юнги медленно тянет к нему руку, подтягивая край ворота сползшей с плеча футболки. Он не намерено - намеренно задевает прохладную невероятно гладкую кожу. Смотрит прямо и выжидающе. Чимин бросает пустой стакан на сбитое покрывало, не отводя своих глаз. - Можно. Он склоняется ближе, обвивая запястье Юнги и стягивает футболку обратно, вместе с горячей ладонью. Жмурится и кротко касается чужих губ своими. Отстраняется, распахивая глаза. Ему в ответ, горящее — ещё. Юнги отвечает. Напористо, со вкусом. Мягко валит на спину, задирая футболку. Кожа у Чимина, как камешки в горной реке. Он вздрагивает под ним, впиваясь в волосы на затылке. - Тебе холодно? - между поцелуев. У него самого всё сейчас просто сплавится от жара. - Нет, нет — заполошно — всё хорошо, правда. Не останавливайся. Юнги согревает холодную комнату, простыни и Чимина. Кровь снова бежит, закипая. Я живой. С тобой — я снова живу. Не искал, но нашёл то самое, что искал столько лет Намджун. - Позволь мне, позволь, пожалуйста — шепчет, изнемогая. - Да, да чего ты … ох чёрт. Острые клыки царапают изгиб шеи и впиваются в неё, как раскалённые иглы в масло. Чимин закатывает глаза, содрогаясь от двойной волны удовольствия. Юнги чувствует, как комната медленно погружается во мрак. Бля, такого охренительного оргазма отродясь не бывало, мелькает напоследок в затухающем сознании.

***

Тае слышит приближающиеся звуки, будто из-под толщи воды, а потом будто кто-то резко врубает всё разом. К нему на кровать валится растрёпанный Чимин. В одних спортивках. Размазывает по щекам слёзы. И кровь. - Тае! Тае, прошу тебя, помоги! - Что? Что случилось? Чимин хватает его за руку, выдергивает из постели и волочёт в свою комнату. Тае замирает. В нос оглушительно бьёт аромат тёплой крови. Тот паренёк, Юнги. Будто просто спит, видя хороший сон, раскинув руки. На шее аккуратный укус, красящий простыни в сочно-алый. - Что делать, Тае? - хнычет за его спиной Чимин, заламывая руки. Тае склоняется к Юнги, беря за запястья. Под кожей невесомый, как крылья мотылька, пульс. Достаёт телефон. Звонит, диктуя адрес. Хватает с пола рубашку, прижимая к ране. - Надо валить. Срочно, Чимин! Тот вздрагивает, отмирая. Шепчет одними губами — прости. Невесомо касается голой щиколотки, а потом прижимает ладонь к дрожащим губам. Холодная. Через пару минут, они выезжают с парковки отеля. Чимин уткнувшись лбом в окно, молчит, не прекращая громко хлюпать носом. Он бросил свою машину, молча забравшись к Тае. Вбитый со слов Намджуна адрес в навигаторе, ведёт куда-то за город. Солнце ещё не встало. Под стать настроению — раннее утро хмурое и пасмурное.