Точка кипения

Нил смеялся. Он даже не пытался скрыть это – тихий, но искренний смех, который вырвался у него после какого-то глупого комментария Мэтта. Они сидели в общей комнате общежития, вся команда, и разговор перетекал от одной темы к другой. Эндрю стоял в дверях, наблюдая. Он не участвовал в разговорах – ему это было не нужно. Но он видел, как Нил чуть наклоняется вперед, как его глаза сверкают азартом, как он невольно касается плеча Аарона, а затем — его губы снова растягиваются в улыбке, когда кто-то шутит над ним. Ничего необычного. Кроме того, что Эндрю чувствовал себя так, будто внутри него разгорается пламя. Он ненавидел это. Ненавидел, как легко Нил мог улыбаться другим. Ненавидел, как ловко он вписывался в этот мир, который должен был быть опасным для него. Ненавидел, что ему не нравилось видеть его с кем-то еще. Когда Нил наконец поднял взгляд и заметил его, смех на его губах угас. — Эндрю? Эндрю не ответил. Просто развернулся и вышел. *** Нил нашел его на крыше. — Если ты думаешь, что можешь просто уйти и… Эндрю резко схватил его за ворот футболки и притянул ближе. — Ты слишком много разговариваешь, — его голос был низким, опасным. Нил замер. Эндрю смотрел прямо в его глаза – пристально, требовательно. В этот момент между ними не было ничего, кроме напряженного дыхания и одного шага, который мог все изменить. И Нил сделал этот шаг. Легкое касание губ – осторожное, как проверка. Эндрю не отстранился. В следующий миг все взорвалось. Эндрю толкнул его спиной к стене, сжимая футболку в кулаках. Их губы встретились снова – не мягко, не нежно, а яростно, требовательно, почти грубо. Нил не сопротивлялся, только сильнее впился пальцами в запястья Эндрю, отвечая с той же страстью. Когда Эндрю наконец отстранился, его дыхание было тяжелым, а взгляд — потемневшим. — Ты мой, — прошептал он, голосом, от которого по спине Нила побежали мурашки. И Нил улыбнулся. — Всегда.