Ошибочная сделка счастья?

***

18 столетие - столетие королевств, так гласит история. Этот рассказ о парне, который хотел быть не только умным, но и красивым. Руфус - рыцарь Латинской империи который имел многое. И крыша над головой, и еда есть, и деньги. А самым главным его сокровищем была Сильвия. Она была любовью всей жизни Руфуса.

***

В один из чудесных осенних дней Руфус прогуливался по просторным залам местной библиотеки в поисках нужного материала. Книга, которую искал Руфус, получила название «Легенда дьявола». После часа блужданий между полками библиотеки Руфус находит нужную книгу и берёт её в руки, бережно сдувая с книги пыль. Рыцарь направился к пожилой женщине, которая вела учёт выданных книг и проверяла, возвращают ли их обратно. Выйдя из библиотеки, Руфус спрятал книгу — она была небольшого размера и легко поместилась во внутреннем кармане его плаща. Когда он пришёл домой, то увидел, что Сильвия ещё не вернулась с работы — она была поваром в замке королевской семьи. Достав книгу из кармана и повесив пальто на напольную вешалку, Руфус поспешил в место, куда редко кто заходит, — на чердак. Руфус решил сделать небольшую уборку на чердаке. Он убрал лишние вещи, освободив пространство для ритуала, затем заткнул маленькое круглое окошко и открыл книгу, не забыв зажечь свечу для лучшего освещения текста. Руфус погрузился в чтение информации о призыве дьявола. Запомнив все необходимые детали, он спустился с чердака и взял пять свечей. В его комнате, в коробке под кроватью, лежали заранее подготовленные предметы для ритуала. Взяв всё необходимое, Руфус снова поднялся на чердак и приступил к начертанию пентограммы, символы которой были описаны в книге. Через 15 минут он закончил с подготовительным этапом и начал сам ритуал. Проговорив заклинание, Руфус замер в ожидании. Свечи вспыхнули ярким пламенем, затем разом погасли, погрузив чердак в кромешную тьму. В следующий миг они вновь загорелись, но теперь в самом центре пентограммы стоял он — Дьявол Емельян. — Какой смертный на этот раз решил побаловаться? — произнёс он насмешливо, но, заметив перед собой взрослого мужчину в дорогой одежде, нахмурился. Такое случалось нечасто. — Дворянин? Любопытно... Что же тебе нужно, господин? — Господин, соизвольте одарить меня красотой, чтобы уродцем мне больше не быть, — взмолвился Руфус, опускаясь на одно колено перед дьяволом. Емельян усмехнулся. — Не бывает даров без платы. Я возьму у тебя нечто ценное. Руфус не раздумывал. — Бери что хочешь. Дьявол ухмыльнулся шире и растворился в завесе чёрного дыма. Руфус спустился с чердака и направился в ванную. Встав перед зеркалом, он застыл в изумлении. Перед ним стоял незнакомец — высокий, статный, с русыми волосами, подчёркивающие ярко-изумрудные глаза. Его черты стали изысканными, благородными. Он был прекрасен. Но тогда парень ещё не знал, что совершил свою самую роковую ошибку. Вечером Сильвия не вернулась домой. Поначалу Руфус не придавал этому значения, но когда часы пробили полночь, а её половина кровати оставалась холодной, тревога охватила его. Она никогда не задерживалась так поздно. Наутро он отправился к замку, где работала его возлюбленная. Но слова, которые он услышал от привратника, заставили его оцепенеть: — У нас никогда не работала крестьянка с таким именем. Ему показалось, что мир треснул и разлетелся на тысячи осколков. Вернувшись домой в полном смятении, он метался по комнатам, отказывался верить в происходящее. В отчаянии он вновь поднялся на чердак — и там его уже ждал Емельян. — Где Сильвия?! — закричал Руфус, едва переступив порог. Дьявол лишь усмехнулся: — Я её забрал. Ты сам сказал: «Бери что хочешь». Гнев и ужас смешались в груди Руфуса. — Верни её! — Сделка есть сделка, — с наигранной досадой пожал плечами Емельян. — Ты сам её мне отдал. Она больше не принадлежит этому миру. Чёрный туман вновь окутал чердак, и дьявол исчез, оставив Руфуса одного в тягостной тишине. — Что же я натворил... — прошептал он, оседая на колени. Но никто не ответил. Руфус пытался всё исправить. Он перечитывал древние фолианты, искал другие заклинания, пытался вызвать Емельяна снова и снова. Но дьявол не являлся. Ни в одну из ночей. Время шло, но Сильвия не возвращалась. Никто в деревне даже не помнил о её существовании, словно она никогда не рождалась. Все следы её жизни исчезли: ни вещей, ни писем, ни воспоминаний. Только Руфус помнил её.

***

Руфус пытался жить дальше, но его мир потерял смысл. Он ходил по улицам, заглядывал в лица прохожих, надеясь увидеть её — светлые глаза, мягкую улыбку, лёгкую походку. Но Сильвии нигде не было. Никто её не знал, никто о ней не вспоминал. Сначала он искал её. Спрашивал у соседей, у торговцев на рынке, у служанок замка. Он кричал, умолял, но на него лишь смотрели, как на безумца. Кто-то сочувственно качал головой, кто-то отводил взгляд, кто-то смеялся. Затем он заперся в доме. Всё напоминало о ней: её любимый платок, забытая на кухонном столе деревянная ложка, с которой она любила пробовать свои блюда. Но со временем и эти вещи исчезли. Платок он случайно сжёг в камине, ложка куда-то пропала. Всё стиралось, словно её никогда не было. Недели сменялись месяцами. Руфус перестал следить за собой. Его некогда богатая одежда стала мятой и грязной, волосы отросли, на щеках появилась неухоженная щетина. Он редко выходил из дома, а если выходил, то лишь для того, чтобы купить вина. Алкоголь притуплял боль, но ненадолго. Ночами он снова и снова поднимался на чердак. Читал древние книги, искал хоть какой-то способ вернуть её. Он рисовал новые пентограммы, жёг свечи, повторял заклинания, но Емельян больше не появлялся. Руфус перестал видеть сны. Он почти не спал, а когда всё же засыпал, ему снились лишь тени. Сначала он боялся, что забудет Сильвию, но теперь ему казалось, что это даже лучше. Что толку помнить её, если её больше нет? Однажды он услышал чей-то смех за окном. Женский смех. Сердце сжалось, он рванулся к двери, выбежал на улицу, но это была просто соседская девушка, смеющаяся над шуткой торговца. Он медленно развернулся и вернулся домой, закрыв дверь на засов. Руфус осознал, что не хочет больше жить. Он надел свой лучший наряд, тот, что когда-то нравился Сильвии. Почистил сапоги, привёл в порядок волосы, вымыл лицо. Затем сел за стол и налил себе бокал вина. Выпил его залпом, не почувствовав вкуса. Затем он поднялся на чердак в последний раз. Там, в центре старой, выцветшей пентограммы, он воткнул меч себе в грудь. Когда кровь залила пол, в воздухе раздался знакомый насмешливый голос: — Ну вот, теперь ты наконец стал по-настоящему красивым, Руфус. Чёрный туман вновь окутал комнату, и тишина поглотила всё.