И прах обернется телом

Почти сутки без сна и нескончаемых битв не прошли бесследно. Зрение затуманилось, замылилось от нескончаемого использования шарингана, а с недавнего момента и риннегана. Глаза, казалось, в любую секунду лопнут от напряжения и боли, чакры почти не осталось, тело двигалось с трудом, приходилось прикладывать усилия даже, чтобы дышать. Саске, шатаясь, медленно подошел к стоящему на четвереньках Наруто, создавая очередной чидори. Всё почти закончилось, остался последний удар, и он сможет отдохнуть. — Прощай, — говорить удаётся с трудом, — Мой единственный, — Саске замахивается, — Друг. Саске слишком поздно замечает чужой кулак, направленный на его подбородок, и не успевает увернуться. Удар оказался неожиданно сильным, откидывая Учиху назад. Его тело врезается в скалу, оставляя вмятину и трещины. В глазах потемнело, адреналин в крови падал, из-за чего боль охватила каждый сантиметр тела, заставляя поморщиться и стиснуть зубы. Стало тихо. Весь мир замер в напряжении. Лишь шум водопада и тяжелое дыхание подростков не позволяли миру полностью погрузиться в тишину. Поднявшаяся после продолжительной битвы пыль забила нос и мешала вдохнуть полной грудью, даже лёгкие, казалось, были наполнены ею. — Сколько бы раз я тебя ни ударил, ты не сдаёшься. Снова, — слова звучали хрипло, во рту, по ощущениям, была пустыня похлеще Суны. Саске только благодаря своему природному или, как это называл Суйгецу, ослиному упрямству поднялся, — И снова, и снова, — он подошёл к краю выступа, глядя вниз на Наруто, — Просто сдайся и дай мне победить тебя, чёрт возьми! — Учиха сорвался на крик, ударив кулаком по скале. — Не могу, — Узумаки и сам едва мог говорить нормально, — Такой уж я человек. Вздохнув как можно глубже, Саске прикрыл глаза, концентрируя чакру в руке. Её было достаточно для нового чидори. Пронзительный крик тысячи птиц разнёсся по долине. Добавив к молнии огонь аматерасу, Саске спрыгнул вниз. Наруто, не теряя времени, прыгнул навстречу, формируя расенган. На секунду Саске показалось, что он видел чью-то руку, направляющую его собственную. Сомнений, кому принадлежала рука, не было. Лишь один человек мог поддержать его самые безумные идеи, только он мог помочь ему, несмотря ни на что. Одна мысль о старшем брате вызывала боль. Стараясь не обращаться на неё внимания, Саске прикусил губу с внутренней стороны и посмотрел в глаза Наруто, замечая ту же решимость, что испытывал он сам. Вытянув руки вперёд, бывшие сокомандники соприкоснулись техниками, вызвав взрыв. Саске очнулся, лёжа на земле. Невыносимая боль пронзила всё тело, вызывая стон. — Очнулся, наконец-то, — слева донёсся голос Наруто. Саске посмотрел на него, разглядывая чужие ранения. На Узумаки живого места не было — всё тело покрыто синяками и ссадинами и измазано кровью, а правая рука отрублена по локоть — сам Учиха, должно быть, выглядел не лучше. Левая рука неприятно заныла, заставив Саске посмотреть на неё и раскрыть в ужасе глаза, — Да, всё верно, — Наруто вновь заговорил, — И глаза тебя не подводят. Они разговаривали. Впервые за все годы знакомства они смогли нормально поговорить, не доходя до драк. Этот идиот продолжал что-то говорить о дружбе, о том, что чувствует боль Саске, как не мог оставить его одного в этой ненависти. Учиха молча слушал, борясь с желанием уснуть. Тело постепенно становилось ватным, а боль притуплялась. Из-за крови, вытекшей из их оторванных рук, Наруто не заметил ранение на теле друга, но Саске знал о нём и знал, что умрёт до того, как придёт помощь. Не сдержавшись, Учиха рассмеялся. — Ты совсем с ума сошёл? — Наруто непонимающе посмотрел на него. — Я проиграл, — признать поражение удалось легко, а мысль о смерти не пугала, а приносила лишь спокойствие. После смерти семьи Саске с детства готовился умереть, и он несколько раз уже был на грани, а один раз даже погиб. Но в этот раз это ощущалось иначе. Саске чувствовал, что скоро все его мучения и боль закончатся, а он вновь встретит свою семью, которую ни на день не переставал вспоминать. Но самое главное, он увидит Итачи. Саске закрывает глаза, позволяя тьме поглотить его окончательно, отдаваясь в костлявые руки смерти. На его лице застыла улыбка, придавая его лицу умиротворённое выражение. Только после прихода Сакуры Наруто узнает, что его расенган задел не только руку Саске, но ещё и грудную клетку. Последний Учиха будет объявлен мёртвым, а клан Учиха — официально истреблённым.

***

Сознание возвращалось медленно, больше напоминая пробуждение ото сна. Лёгкий ветерок коснулся кожи, даря прохладу, тишину вокруг прерывал лишь шелест, напоминающий траву, а земля, вместо твердой скалы, была подозрительно мягкой. Трава? В Долине Завершения только река и камни, растительности там нет. Пыль, с начала битвы против Мадары мешавшая дышать и попавшая во всевозможные места, не ощущалась, наоборот, в воздухе витал ненавязчивый цветочный аромат, смешанный с землей. А тело после нескольких часов битвы и множества ранений, на удивление, не болело. Саске резко открыл глаза, уставившись в ясное небо, по которому не спеша плыли редкие облака, а затем встал с земли, осматриваясь. Со всех сторон простиралось поле, усыпанное цветами, поблизости не было видно ни деревьев, ни намёка на поселение, только на горизонте возвышались горы. — Ты рано, — за спиной послышался знакомый мужской голос. Саске медленно обернулся, в неверии смотря на человека. Несмотря на надежду, Учиха и не думал, что ему посчастливится вновь увидеть его. Итачи стоял перед ним. Он выглядел точно также, как в их последнюю встречу, но уже без тех уродливых трещин. На его лице была нежная улыбка, та самая, которую он показывал только ему в детстве и перед смертью. Взгляд Итачи был тёплым и любящим, но в нём была заметна грусть, вызванная столь скорой кончиной Саске. Младший Учиха впился взглядом в брата, запоминаю каждую деталь. Хочется подойти, прикоснуться к нему, прижаться всем телом, рассказать обо всём — как было больно, как было страшно, как скучал по нему каждый день, каждую секунду — но было страшно, что протяни руку и брат исчезнет, растворится, как наваждение. Саске боялся даже моргать, лишь бы не лишиться Итачи снова. — Глупый младший брат, — теперь Итачи говорил с легким упреком, — Мы совсем недавно попрощались, а ты уже, — он не успевает говорить. Желание прикоснуться оказалось сильнее, и Саске буквально кидается на брата и обнимает, — Тут. Саске чувствует, как чужие сильные руки обхватывают его в ответ, сжимают в объятиях. Он вжимается в ответ, не оставляя между ними ни сантиметра пространства, будто пытается слиться с Итачи в одно целое. Саске жмурится от переполняющих его эмоций, утыкается носом в шею брата, вдыхая слегка изменившийся с годами запах. Он мечтал об этих объятиях годами. Представлял их в темноте своей комнаты, проснувшись от очередного кошмара, после длительных тренировок в одном из убежищ Орочимару. Он нуждался в них, когда узнал правду об Итачи, и теперь, наконец, получил их. Хотелось разрыдаться, эмоций было слишком много, от радости от долгожданной встречи с Итачи до злости, что тот посмел бросить Саске одного в том жестоком и бесполезном мире. — Я так сильно скучал по тебе, — немного позже, когда успокоится, и эмоции перестанут разрывать Саске изнутри, он обязательно подумает о том, насколько же жалобно он звучал, и испытает отвращение, но сейчас ему было плевать. Важен был лишь Итачи, который начал гладить его по спине. — Я тоже скучал, маленький, безумно, — Итачи прошептал это, будто рассказал самое сокровенное, что хранил и прятал ото всех годами, вызывая дрожь в теле Саске. Старший Учиха слегка отстранился, не выпуская брата из объятий, и прижался своим лбом к чужому. Саске открыл глаза, которые с момента объятий были зажмурены, встречая взгляд брата. Это было как тогда, когда Итачи развеял эдо тенсей и прощался с ним, но теперь Саске не чувствовал страха и боли. Едва заметная улыбка тронула губы младшего, ему хотелось рассмеяться от счастья. Его брат прямо перед ним, говорит ему столь важные слова, прикасается, держит в своих руках. Ради этого момента, Саске был готов умереть ещё тысячу раз. Никто из братьев понятия не имел, как долго они стояли так — прижимаясь, смотря в глаза друг другу, улыбаясь и дыша друг другом — возможно, прошёл час, два или вечность. Самым важным было то, что стояли они вместе, только вдвоём, без кого-то постороннего, кто мог бы помешать. — Нам нужно идти, — тихо произнес Итачи. — Куда? — Саске неохотно отвёл взгляд, ещё раз осматривая поле. Вновь не увидев ничего, кроме гор вдали, он непонимающе посмотрел на брата. — В горы. Тебя уже все заждались, — Итачи сделал несколько шагов в направлении возвышенности. — Все? То есть.. — Да, они все здесь, — старший обернулся к брату, осознав, что за ним не шли. Саске не мог пошевелиться, он не ожидал, что сможет увидеть ещё и остальных членов семьи. Всё было похоже на сон, который он видел периодически. Там все были живы и счастливы, и теперь, пусть и в загробном мире, это стало реальным. Но кроме радости, был ещё страх. Какова будет реакция родителей, когда узнают, кем стал Саске? Что они скажут? Итачи, увидев волнение брата, понимающе улыбнулся, — Знаю, я тоже переживал. Не бойся, — он протянул младшему руку, — Родители тоже скучали по тебе. Саске, тяжело сглотнув, вложил свою ладонь в руку брата и подошел к нему. Его слегка потряхивает, но Итачи выглядел уверенным, а значит, бояться было нечего. Переплетя пальцы рук, братья отправили в сторону гор. — Но если все здесь, почему тут был только ты? — Погибших встречают те, кого они хотели бы увидеть больше всего. Больше всего ты жаждал встретить именно меня. Разве я мог проигнорировать пожелание любимого брата? Пусть для всех живых Саске и проиграл Наруто, он однозначно победил.