Ad fundum

В тот момент Рюсей не мог подозревать, что ненароком разбудил в Саэ нечто животное, первобытное, дремлющее под слоем таланта, безразличия и мелькающих мыслей о будущем, что вполне вероятно могло и вовсе никогда не проснуться. И все же волею судьбы во время обычного танца, на который Итоши лениво согласился, что-то в нем щелкнуло. Шидо игриво, но не до конца уверено держал руку на его талии и широко улыбался своей удавшейся выходке; он аккуратно топтался по заполненному полутемному танцполу, теряясь в толпе, уходя все дальше вглубь и уводя за собой Саэ. Казалось, что Итоши думал лишь о том, когда эта песня закончится, чтобы снова сесть за столик и сделать глоток безалкогольной Пасадены. Его руки свободно, безжизненно лежали на плечах Рюсея, пока Шидо внимательно всматривался в его лицо, по которому пробегали разноцветные полоски света, перекрывая настоящий цвет волос и путая оттенки в радужке, и думал о том, сколько же в нем внутренней силы и спокойствия, словно в глубинных водах океана. Саэ перестал осматривать людей вокруг и перевел взгляд на Рюсея, от чего тот на секунду затаил дыхание. Улыбка, не сходившая с его лица, на мгновение дрогнула, когда пальцы неожиданно сдвинулись с его плеча и коснулись сначала лопатки, а затем основания шеи, пересчитывая позвонки до затылочной ямки. Впервые Итоши прикасался к нему сам, мурашки ворохом пробежали по коже. Не хотелось спугнуть эти прикосновения, но Шидо не мог ничего с собой поделать, притягивая его в тот же момент ближе к себе. Шуточное расстояние для танца сократилось до нуля, можно было легко почувствовать чужое дыхание, но и этого было мало, ведь пальцы все еще были на его шее, перебирая отросшие волосы на загривке. Поэтому Рюсей склонил голову к плечу Саэ, открывая свою шею еще сильнее; их танец практически полностью остановился, но это Шидо уже мало интересовало. Он чувствовал слабый запах цитрусовых из коктейля, окружавший Итоши, и хотел полностью пропитаться им; все идеи, что когда-либо посещали его голову, всегда затем выливались в реальность. И сейчас он аккуратно потерся щекой о плечо Саэ, мягко коснулся его скулы, прикрыв глаза. Вместо того чтобы отстраниться, Итоши переместил свою вторую руку с плеча на бедро Рюсея, туда, где начинался пояс джинсов, и коснулся большим пальцем хлопковой ткани черной майки, ощущая, как Шидо замер на мгновение, тяжело выдыхая, чтобы в следующую секунду прошептать прямо на ухо: — Прикасайся ко мне еще, только не прекращай. И в глубине темного океана что-то поднялось со дна, пуская рябь по зеркальной воде; осознание того, что Рюсей был всегда в его руках. Волосы под пальцами жесткие из-за вылитого на них лака, но все еще мягкие у корней, куда скользнул Саэ, чуть надавливая на кожу головы, а затем немного оттягивая волосы, зажав их между пальцев, чтобы снова следом скользнуть пальцами вглубь. То ли басы из колонок пропитывали каждую часть тела, то ли сердце Шидо громко рвалось из груди. Рюсей лишь сильнее сжимал Итоши в объятиях и, словно кот, терся щекой о чужую щеку. Но песня уже закончилась, и пары потянулись обратно к своим столикам в ожидании следующей подобной песни. Итоши хотел шагнуть назад, но его не пускали. — Пойдем. — Не хочу. — Рюсей попытался прижаться еще ближе, когда почувствовал, как Саэ убрал руки и просто ждал. Диджей уже сменил песню, и рванули глухие басы. — Я согласился только на один танец, — произнес Итоши прямо у его уха, чтобы тот услышал. Объятия все же разжались, отпуская Саэ. Он шел впереди, прорываясь сквозь толпу и образуя после себя фарватер, в котором шел Шидо, неотрывно следящий за каждым его движением. За столиком в слабом освещении сидела еще пара людей из команды, охраняя их недопитые коктейли. Итоши сделал большой глоток, ощущая, как сводит зубы от настоявшейся кислоты фруктов, и кинул взгляд на Шидо, переосмысляя, что произошло на танцполе. Что-то очень странное, выходящее за рамки того, о чем он обычно думал. И если откинуть все неизвестные переменные и не думать о них, то те прикосновения отличались от каждодневных рваных и яростных, с которыми Рюсей накидывался на него при встрече или на поле. Касаться его было приятно, и особенно чувствовать, как Шидо реагировал в ответ. Рюсей был слишком тактильным. И если раньше с этим удавалось только мириться, то сейчас хотелось взять это под контроль. Впервые за долгое время что-то так сильно взбудоражило все внутри и помутило кристально чистые воды сознания. Эмоции разлились по поверхности бензином, образуя пленку и не давая нормально вдохнуть. В полутьме было едва ли заметно, как изменился взгляд Итоши: обычно спокойный, сейчас он напряженно, неотрывно следил за каждым жестом Шидо, практически не участвуя в разговоре с другими. Саэ медленно допивал Пасадену, чувствуя, как Рюсей, сидя напротив, то и дело специально цеплял своей ногой его. Когда на дне стакана остался только лед и куски лимона с апельсином, внутри уже все горело. Уронил ли он спичку специально или же по неосторожности, но бензин вспыхнул; громкая музыка продолжала давить со всех сторон, и игнорировать ее уже стало невозможно. — Я домой, — произнес Саэ, вставая из-за стола. Его взгляд зацепился только за Рюсея, который вскочил вслед за ним. Он следовал за Итоши, не отставая, словно тот держал в руке поводок и вел его за собой. Когда они вышли на улицу, было уже темно, Саэ спросил, увидев, что Шидо поравнялся с ним: — Домой? По выражению лица Рюсея можно было предугадать дальнейший вопрос, поэтому Итоши, едва заметно усмехнувшись, достал свой телефон: — Я закажу нам такси. Услышав короткое слово «нам», Шидо успокоился и наклонился к его плечу, наблюдая за тем, как на карте прокладывался путь от машины до их места ожидания. Водитель уже был близко. Саэ почувствовал, как тяжело опустился подбородок на его плечо и как выдохнул Рюсей. Каждую свободную секунду, находясь рядом, он старался прикоснуться к Итоши, с самого первой их встречи. В какой-то момент ему даже стало интересно, искал ли он прикосновений у других, поэтому издалека Итоши наблюдал за ним, отмечая, что с другими Рюсей вел себя совсем по-другому. Его действия лишь провоцировали, выводили, унижали, отталкивали, но стоило Саэ появиться в поле зрения, как аура вокруг него тут же менялась. В ней все еще оставались нотки вызова и провокаций, но уже не было былой агрессии. И сейчас, пока оставались минуты до такси, Итоши, не оборачиваясь, аккуратно провел пальцами по его щеке, отчего Рюсей не преминул ткнуть своим носом в его щеку и кончиком погладить по скуле, прикрыв глаза. Когда подъехала машина, Шидо залез в нее первым. Дорога не заняла много времени, но все эти минуты пальцы то и дело касались ноги Саэ, при этом действие было совсем незаметным, что было не характерно для Рюсея. Возможно, он предчувствовал, что еще возьмет свое, а потому ждал и не торопился. Чтобы похвалить его за это, Саэ коснулся его руки, провел пальцем по линии запястья и вызвал мурашки, двинувшись выше по предплечью. Шидо широко раскрыл свою ладонь и не смог отвести взгляд от кратких прикосновений к своим пальцам и ладони; Итоши знал, что ему хотелось сжать его руку в своей, но дразнил и не давал этого сделать. Казалось, что стоило им сплести пальцы, как оба забудут, что все еще сидят в такси. Саэ обхватил его запястье и большим пальцем зажал вену, прощупывая частый пульс. На секунду ему захотелось забыть о том, что они в такси, и притянуть его к себе за черную майку, прикоснуться к губам, но присутствие чужого человека блокировало это желание. Эмоции и потребность в них никогда не были в приоритете, а потому со временем это превратилось во что-то слишком личное, к чему Рюсей, наконец, смог прикоснуться. И все же то, что было в баре, — лишь капля в море, прорвавшаяся сквозь давнюю наложенную печать. Они оба, каждый по-своему, ожидали момента, когда окажутся наедине. И когда водитель повернул к нужному дому, Итоши скользнул рукой в открытую ладонь, сплетая пальцы и заставляя Шидо встрепенуться от неожиданности и сжать сильнее руку, наваливаясь на плечо. Пальцы Саэ показались ледяными в сравнении с его собственной горящей кожей. Он прекрасно видел, как Итоши искоса смотрел на него, предостерегая взглядом от лишних действий, вот только Рюсей был уже на взводе и не замечал, а точнее, игнорировал прищур бирюзовых глаз. Выходя из машины, Саэ отнял свою ладонь и направился к подъезду, даже не обернувшись. Он слышал, как хлопнула дверь такси и как торопливо зашагал следом Шидо. Квартира — на третьем этаже, поэтому в лифте нет смысла. Ключ еще не успел провернуться в замке, а Итоши уже чувствовал, как Шидо рвался в квартиру, напирая сзади и прикасаясь аккуратно пальцами к его спине. С последним щелчком Саэ едва ли успел вытащить ключ, как Рюсей затянул его с собой. Входная дверь все еще была приоткрыта, но это — всего лишь мелочи реальности, которые отрывали от долгих объятий в полутьме коридора. Шидо прижимал его к себе с такой силой, словно собирался сломать ребра или как минимум вывихнуть Итоши плечо; но Саэ позволял этим сильным объятиям продолжаться и обнимал в ответ, хоть и не так сильно. — Отпусти на секунду, — прошептал он, — я закрою дверь. Было видно, как нехотя Рюсей выпускает его, чтобы затем тут же снова обнять, как только щелкнул замок. Голова кружилась от переизбытка эмоций, в голове все плыло, ему совсем не хотелось ни о чем думать. Он закрыл глаза, чтобы полностью отдаться ощущениям: теплу тела под ладонями, знакомому запаху и тихому дыханию Саэ. Все это он не раз прокручивал в голове перед сном. Итоши удерживал его на месте, аккуратно делая пару шагов к стене, чтобы найти точку опоры. Но даже ощутив спиной холод, Шидо не открыл глаза, полностью отдаваясь на волю происходящего. Саэ медлил. Он уже давно привык к темноте и сейчас мог рассмотреть острые черты лица так близко, как никогда раньше. Итоши медленно провел большим пальцем по линии челюсти, ощутив, как внутри медленно загоралось желание, когда взгляд остановился на едва приоткрытых губах. В квартире, на своей собственной территории, где никто его не видел, он мог не контролировать свои эмоции. И сейчас ему хотелось того же, чего и Шидо: до сбившегося дыхания, до жара в костях, до крови на губах. Стоило лишь начать. Губы медленно соприкоснулись, совсем невесомо, на долю секунды, но даже это оглушило и заставило Саэ отстраниться и перевести дыхание, придерживая Шидо одной рукой за талию и сжимая ее сильнее, до красных следов. Рюсею этого было слишком мало, его горячие руки притягивали ближе, не давая передышки, а губы снова искали поцелуй, который Итоши дал ему, возвращая весь жар его прикосновений. Руки сами забрались под черную майку, вырывая из легких глухой горячий выдох. На этот раз поцелуй получился глубже, рванее, потому, чтобы остановиться, Саэ пришлось прикусить его губу и отстраниться тяжело дыша. Не то чтобы эта передышка была нужна, но ему очень уж хотелось подразнить Рюсея, не дав ему сразу все, чего тот хотел. В их крови не было ни капли алкоголя, они сами опьяняли друг друга, стоя в темном коридоре квартиры и наслаждаясь прикосновениями, которые каждый из них когда-то представлял. Это могло бы зайти дальше, вот только Итоши, в отличие от Шидо, не любил такой бешенный ритм. Грудь Рюсея тяжело вздымалась, словно после хорошего долгого матча, а язык то и дело касался прикушенной губы с привкусом крови, в ожидании, что Саэ вот-вот продолжит. Но вместо этого Итоши задал один лишь вопрос, отстраняясь с едва заметной улыбкой: — Ты будешь чай или кофе? — Тебя… и черный чай.