Упоротые монологи богов

О, живой, подь сюды. Ещё и с музыкой пришёл, ну давай, забацай нам что-то весёлое. Я просил весёлое, а не унылое. Эх. Опа, Персефона, ты чего плачешь? Ну да, он поёт о любви и о кротком нраве своей Эвридики, и что? Говоришь, мы с характером Макарии её никогда замуж не выдадим, и она останется с нами навсегда. Блин, я теперь тоже плакать хочу. Так-с, а где моя дочурка Макария, где спонсор моих седых волос. О, нашёл! Это когда она успела с Танатосом спеться, что теперь рыдает ему в гиномантий. Э, э, э, куда руки тянешь, гад!? А, ты просто обнять, ну ладно. Так, смотри на меня, если ты её хоть тронешь не так, получишь двузубцем меж глаз. Почему ты не смотришь на меня!? Я тебе угрожаю, а ты не смотришь. Да повернись в ту сторону то, ё моё. Ладно, потом с тобой разберусь. Эй, пацан, у меня тут вообще-то суды, тени. И вообще у нас одного клиента нельзя больше двух минут обслуживать, следующий. Слушай, за то время, что ты пел, я мог бы разобраться с пятью тенями, не задерживай очередь. На тебе твою Эвридику, только не оборачивайся, а то она комплексует из-за своей бледности. Ушёл таки. Ишак какой-то, можно же было просто нож в живот и сюда, к Эвридике. Ну чистейший же ишак, тупой и ... О, ты уже вернулся, а я тут про одного ишака историю рассказывал. Нет, нет, нет, не надо петь, иди домой, потом сюда придёшь. Всё, работа у меня знаешь ли. Некогда мне песни слушать. Ух, наконец-то ушёл.