Надпись на парте "Я тебя люблю"

- Азазелло! Даниэль! А ну прекратите разговоры! Не забывайте, что вы всё ещё на уроке! Вера Ивановна, учительница истории, а по совместительству - бабушка их одноклассника Демьяна, строго взглянула на мальчиков. Ей абсолютно не нравилось, что Азик своими фокусами постоянно отвлекал Даню от учёбы. - Простите нас, Вера Ивановна, - Дяня резко выпрямился и испуганно захлопал глазами, - мы больше так не будем. Правда ведь, Азик? Блондин с надеждой посмотрел на своего соседа по парте и тот, с нескрываемым раздражением кивнул. - Надеюсь на это, молодые люди, а не то мне придётся вас рассадить. Женщина повернулась обратно к доске и продолжила объяснять тему урока. Даниэль с облегчением вздохнул. Это было уже которое предупреждение от учителей за этот день. Если так и дальше пойдёт то обо всём узнает директор, а там уже и в личное дело записать могут. От одной мысли об этом парень побледнел. Ему не нужны были такие проблемы. Он хотел закончить школу с отличным аттестатом и поступить в приличный универ на бюджет, хоть Азик и говорил ему особо не париться на счёт этого. "Да чё ты паришься то, а? Любой универ твой, ты только скажи. У бати знаешь бабла сколько? Куда захочешь пристроит." Но Даниэль не хотел так. Он хотел сам, своими силами и знаниями, а не деньгами приёмного отца. И как так получилось, что человек зовущий себя дьяволом, стал опекуном такого светлого, во всех смыслах, ангелочка? Ответ простой. Это всё из-за дяди Гриши. Дядя Гриша был довольно жёстким и чрезмерно религиозным человеком, а наказания, которым он регулярно подвергал Даниэля, вгоняли в ужас даже Азика. Который узнал обо всём абсолютно случайно. Они с Даней сидели у последнего дома и выполняли совместный проект по географии когда входная дверь открылась и в квартиру вошёл мужчина. Он сразу же заприметил чужую одежду и обувь и поспешил в комнату племянника, дабы посмотреть кого тот привёл в дом. Внешний вид Митрохина его не впечатлил и как только проект был завершён, Азика тут же выставили за порог. Пройдя несколько сотен метров, красноволосый заметил, что оставил мобильный в доме Дани и поспешил обратно дабы вернуть его обратно, но от точно не ожидал дальнейшего развития событий. Подойдя к двери квартиры, Азик уже было хотел позвонить, но услышав странные звуки из-за двери, прислушался. Он приложил ухо к дверной щели и с ужасом распознал в звуках сдавленные крики и стоны, издаваемые голосом друга. Привалившись к двери, Митрохин абсолютно случайно нажал на ручку и та открылась, пропуская парня внутрь. Проследовав в направлении звуков, Азик заглянул через приоткрытую дверь в комнату Дани и его волосы встали дыбом. Блондин стоял на коленях прямиком на рассыпаной по полу гречке, его голая спина была вся исполосована, чуть ли не до крови, а сам он сложив ладони молился стоящим на столе иконам. Рядом с ним топтался Григорий с плетью в руках. Азика затошнило. Краем глаза он заметил свой телефон, сиротливо лежащий на тумбочке у двери, так что аккуратно приоткрыв её, он схватил гаджет и тихой сапой вышел из квартиры. Пулей вылетев из подъезда, он на всех парах помчался домой, где запершись в комнате, добрых часа четыре просидел вперившись в стену и пытаясь осмыслить увиденное. Что это мать твою было? Собственно говоря, этот вопрос он и задал Дане на следующий день после уроков. Белобрысый, в своей излюбленной манере, побледнел и спросил откуда Азику обо всём известно? Пришлось признаваться. И ещё раз повторить свой вопрос, предварительно схватив Даню за шкирку. Но тот лишь тихо пробормотал что-то про Христа и его страдания. Какое отношение это всё имеет к Дане, Азик так и не понял, и честно говоря понимать не хотел. Он лишь хотел, чтобы всё это прекратилось и парень перестал страдать по непонятным причинам. "Но причины были", так сказал ему тогда Даня и лучше бы Азик не уточнял какие именно. Оказывается, Григорию не понравился сам Митрохин и он решил наказать Даню за то, что тот притащил в его дом "эту нечисть". На слова Дани о том, что "Азик на самом деле хороший", Григорий стоически не обращал внимания и лишь хлестал плетью ещё сильнее. Азика передёрнуло. Он пытался объяснить Даниэлю, что так нельзя и что его Григорий сумасшедший сектант, но тот даже и слушать его не хотел. И так всё дошло до своего апогея. В один из дней, когда парни прогуливались вместе после уроков, Азик наклонился к Данечке, чтобы по привычке запечатлить на щеке того поцелуй, но откуда ни возьмись, выскочил Григорий и ударив Даню, уволок его в неизвестном направлении. Азик, конечно же пытался его остановить, но получив с кулака под дых, повалился на асфальт и пропустил тот момент когда те двое исчезли. Кое как поднявшись на ноги, Митрохин запаниковал. Куда этот старый хрен уволок Даню? Что он собирается с ним сделать? Мысли метались в голове словно рой разъярённых пчёл и не придумав ничего лучше, Азик отправился прямиком к своему отцу. Сатана, так мужчина предпочитал себя называть, удивился увидев сына в таком состоянии, но когда услышал о произошедшем - пришёл, просто, в неописуемую ярость. Никто не смел трогать его сына! Никто! Особенно, всякие сумасшедшие мужики обожающие калечить детей. Так что, оставив Азика на мать, мужчина собрал несколько машин со своими ребятами и отправился в гости к офигевшему сектанту. Дома, ни его ни пацана не оказалось и на следующий день, Сатана наведался прямиком на рабочее место Григория, попутно рассказывая всем об его нечестивых поступках. Полезной информации там, он не получил. Старый гадёныш не вышел сегодня на смену и не отвечал на телефонные звонки, а об его местоположении можно было только догадываться. Но Сатана не был бы собой, если бы не умел делать невозможное. У него везде были нужные связи и сделав парочку звонков, он получил нужный ответ. И вот, спустя пять с половиной часов, у него уже есть прямая наводка от нужного человечка. Азик же, тем временем, сходил с ума. Он не спал всю ночь и не пошёл сегодня в школу. Всё, что он мог, это сидеть на кровати и с тревогой пялиться на собственный телефон, в ожидании звонка от отца. Встревоженная Нелли, которая отпросилась с работы, с сочувствием смотрела на сына и мысленно умоляла мужа поторопиться. В её памяти всё ещё была свежа картина ночной истерики Азика: "Он же такой хрупкий, мама, такой нежный! Он не выдержит, мама, не выдержит! Григорий же его убьёт!" Сердце женщины обливалось кровью. Она не могла смотреть на такого сына. Её Азазель никогда не был таким. Он никогда не плакал, никогда не кричал и всегда сдерживал себя в любой ситуации. Ей уже и самой было интересно, кто такой этот Даня, раз он вызывает в её сыне такие эмоции. Задав этот вопрос сыну, Нелли получила весьма неожиданный ответ: "Даня? Он... он как солнышко. Смотришь на него и становиться так тепло. А ещё он мягкий, как облака. И волосы у него вьются так красиво... Он весь красивый. И добрый. Очень. Как этот ублюдок мог такое делать с ним? А? Он ведь невинный, светлый ангел." Азик всхлипнул и закрыл лицо руками. Господи... да её мальчик был влюблён. Но мысль прервала мелодия телефонного звонка. Азик схватился за него ка за соломинку и мгновенно принял входящий. "Нашли мы твоего ненаглядного, приезжай" и кинул адрес больницы следом. Нелли насилу запихнула сына в автомобиль и стараясь не превышать помчалась на другой конец города. В больничном коридоре было тихо, ярко до рези в глазах и адски воняло медикаментами. Азик словно птица подлетел к стойке регистрации и после непродолжительного диалога, помчался к палате, не обращая внимания на окрики матери. Всё, что оставалось Нелли, это мчаться следом, скользя каблучками по скользкому плиточному покрытию. Уже у самой палаты Азик затормозил, едва не врезавшись в отца, что вовремя подхватил поскользнувшегося сына. "Где он? Как он?" Азик затараторил нервно оглядываясь по сторонам и тараща свои подведённые чёрным глаза. Сатана ничего не ответил, лишь кивнул в сторону палаты, где под капельницами, весь в бинтах лежал Даниэль. У Азика перехватило дыхание. Он немигающим взглядом уставился на одинокую, неподвижную фигурку на постели. "Что он с ним сделал?" Вот тут-то и открылось самое страшное для Азика. Оказывается, старый ублюдок и вправду состоял в религиозной секте, и умудрился втянуть в это самого Даню. Когда он увидел, как его племянник целуется с парнем, то подумал, что в него вселился бес и его надо изгонять. Он притащил Даню к своим сектантским дружкам и они решили провести над парнем ритуал по изгнанию демонов. Только вот не такой, каким его описывают в интернете. Нет. Они привязали несчастного парня к кровати и пороли его розгами, читая молитвы и поливая его святой водой. За этим их всех и застали Сатана с подручными. Увидев вооружённых людей, сектанты кинулись кто куда, один лишь старый ублюдок остался стоять неподвижно. А дальше... и так понятно. Но, что в итоге стало с Григорием, Сатана так и не сказал. Хотя, зная своего отца... Вряд-ли тот теперь хоть когда ни будь сможет причинить кому-либо вред. Уж в этом Азазелло был уверен. Дальше их всех ждало много перемен. Затянувшаяся реабилитация Дани, которому понадобилась психологическая помощь, принятие их с Азиком чувств, разбирательства по поводу дальнейшей судьбы парня... Так как Григорий был признан без вести пропавшим, Дане понадобился опекун ведь в ином случае, его ждал бы детдом. Но Сатана и тут всех удивил. Чего уж говорить, Азик никак не ожидал получить на день рождения конверт в котором лежало свидетельство об усыновлении Дани его отцом. Радости Митрохина не было предела. Мало того, что его возлюбленного ангелочка никуда от него не заберут, так тот теперь ещё и жить будет вместе с ними. Дане выделили отдельную комнату которую тот обустроил по собственному вкусу (и очень даже неплохо), накупили много новых шмоток, в которых парень стал похож на настоящего ангела, а так же поменяли фамилию. По совету психолога, конечно же. Прежняя напоминала бы парню о пережитом, а новая позволила бы отпустить прошлое и идти вперёд. Так, что теперь в их классе появилось два Митрохина, от чего одноклассники были в полном шоке. Нелли, на удивление, приняла Данечку с распростёртыми объятиями и была в полном восторге от парня. И не удивительно, ведь это же Даня. Был конечно ещё моментик, когда ребята узнали, что Демьян является единокровным братом Азика, но тот отказался сближаться с новообретёнными родственниками и Митрохин забил на него болт. Вроде как. Жизнь вернулась в прежнее русло. Прозвенел звонок и ребята заторопились по домам. На дворе была поздняя осень и время близилось к ночи. Закатное солнце залило кабинеты ярким светом, создавая особую атмосферу и прежде чем Азик вышел из класса, Даня ухватил его за руку, притормаживая. - Дань, ты чего? Азик повернулся к возлюбленному и застыл на месте. Его ангел стоял рядом с партой и держал в руках фломастер, а на самой поверхности парты, аккуратным почерком, было написано "Я люблю тебя". От этой картины, сердце Азика сделало кульбит и на лице парня расплылась широкая улыбка. Он подскочил к Данечке и схватив его в охапку поцеловал. Чувствуя, как блондин смеётся в поцелуй, Митрохин и сам начинает смеяться. Прерывав поцелуй, и подхватывая парня на руки, Азик кружит его по всему классу, чудом не задевая парты и ничего не уронив. - Ну я балдею с тебя, Мурзилка. Это ж надо... и как ты вообще додумался то до такого? - Да я вот подумал, а почему бы и нет?