Мой лёгкий дофамин

Парень специально игнорировал ее сообщения, прекрасно зная, что Кюджин ненавидит, когда так делают. Девушка в порыве злости написала быстрое сообщение Жизель, а сама пошла собираться. Она выбежала из дома, и в тот момент засветился экран телефона. Жизель: Да, у нас закончились занятия, Чан сейчас пошёл на тренировку по баскетболу в спортзал. Что-то случилось? Почему тебя сегодня не было? Быстро ответив подруге, Кюджин рванула в спортзал. Просто так войти, найти тренера и попросить, чтобы Чан отвлекся на минуту было нельзя. Ей пришлось дожидаться того момента, пока парни не закончат тренировку. Уставший и вспотевший до нитки Бан сначала даже не обратил внимание на стоящую перед ним девушку, но когда парень поднял голову, то остановился. Недовольная Кюджин сразу же захотела налететь на него с агрессией, но воздержалась. Девушка не начинала говорить, потому что ждущий сбоку Чанбин впился в неё грозным взглядом. — Ты иди, я приду сейчас, – наконец-то отозвался Чан, подходя к девушке. — Почему ты игнорируешь меня? Что вообще происходит? Я очень зла на тебя, – девушка скрестила руки. — Послушай, я не обижаюсь на тебя из-за вчерашнего или что-то подобное, но кое-что разузнал интересное из-за чего не очень хочу контактировать с тобой. — Чан, о чем ты вообще говоришь? — Кюджин, не злись так, ладно? Твой план на счёт меня провалился, да? Не удалось удержать меня на своем поводке? Не наигралась ещё? Мимо проходящие парни из раздевалки слегка притормаживали, чтобы уловить больше информации из разговора, но Бан специально стоял как вкопанный, ожидая когда они уйдут. Кюджин даже это не волновало, но слова парня неприятно заставили дёрнуться сердце. Всякие грязные сплетни о каждом будут слышны из всех уголков, и страшно представить, каким слухам поверил Чан. Парень взял девушку за руку, направляясь в спортзал подальше от раздевалки: их все равно было видно, но услышать хоть что-то мало кто сможет. — Не делай вид, что ничего не понимаешь. — Что они нашептали тебе на ухо? – недовольно пробубнила Кюджин. — Что ты водишь дружбу со мной только для того, чтобы пробраться ко мне в штаны, а весь флирт и подкаты —это твой чудесный тип общения. — Банчан, я не верю, что ты веришь в это всё, – девушка подошла к нему, но тот отступил. — Я же буквально первый человек, с кем ты познакомился в этой школе, взяла тебя с Чанбином в нашу группу с девочками, чтобы не подставлять вас с оценкой. А что я получаю взамен? — За это я очень сильно благодарен тебе и ты не представляешь как, но продолжать общаться с тобой я не горю желанием. Только в группе и все, – Чан уже хотел уходить, но девушка останавливает его. — Так не пойдет, – сквозь зубы произнесла Кюджин, толкая парня к стене. Спиной Бан прижимается к стене, но отходить не собирается, ждёт, что девушка будет делать дальше. Кюджин нависла над ним, прижимаясь руками к стене. Девушка внимательно следила за ним, ожидая увидеть обычную скромную реакцию парня как в те прошлые разы, но ничего не происходило. Перед ней стиля невероятно красивый Чан, особенно эти мокрые волосы, лёгкий взгляд и это ожидание чего-то. Она продолжала стоять так, пока он не решился снова заговорить первым. — Я лишь твой временный интерес, верно? Ты просто хочешь успокоить свой голод — вот и все, а чтобы это сделать нужен кто-то. — Это кто тебе такое напел? Не Чон Хосок ли это? — Да это он, – признается Бан. — Я не хотел сперва верить в это, но все оказалось слишком очевидным. Кюджин, мне нужно идти. — Нет, ты не уйдешь, – она опять прижала его к стенке, и почему-то парень продолжал послушно стоять, хотя мог спокойно уйти или легко оттолкнуть руку девушки. — Ты придурок, Чан, – Кюджин приблизилась к его лицу. То, что наговорил Хосок частично правда, потому что флирт, подкаты, шутки — это и есть тип общения Кюджин. И кому бы это не нравилось, она не перестанет это делать, потому что это уже как часть жизни, и Бан не является жертвой, чтобы затаскивать его в кровать. Про интерес может и верно, только вот непонятно: временно или нет, если временно, тогда чертяка Чон Хосок окажется прав. Чанбин, наверное, уже давно смылся куда-то, потому что интенсивные поиски своего друга с его стороны Бан не замечает. — Тебя когда-нибудь прижимали к стенке и целовали? – она залезла коленом между его дрожащих ног. — Первый раз в жизни сейчас происходит такое, – и если бы парень хотел сказать что-нибудь, то и так бы не успел, потому что Кюджин целует его. Чан кажется специально ждал этого, потому что найти оправдание его нежеланию уходить не получается. Руку он поставил на талию девушки, а другую приставил к стене, чтобы удержаться. Кюджин удивилась, что парень хорошо целовался: он ведь выглядит как стеснительный девственник, у которого первый поцелуй должен был произойти в двадцать пять лет. Чан легко прикусил её нижнюю губу, а потом повтрил так с верхней. Неохотно девушка на миллиметр отрывается от сладких губ, но через несколько секунд целует снова, проникая языком внутрь. Услышав, как тренер закрывает свой кабинет на ключ, парень легко оторвал от себя девушку, обращаясь к ней: — Нужно уходить, или ты хочешь, чтобы нас закрыли здесь? Полностью оправдаться у Кюджин получилось. Девушка еле сдерживалась, чтобы не пошутить над Банчаном или резко не прикоснуться к нему во время обеда. О поцелуе никто вообще не говорил, как будто его и не существовало. Но Кюджин довольно часто в красках вспоминала это перед сном. Никаких чувств у них к друг другу не было — так хотелось думать девушке, потому что она может своим поведением намекала на что-то серьезное, но на самом деле в глубине души ей ничего не хотелось, чувство прикольнутся как в спортзале было выше всего. Другой раз они целовались у неё в комнате, когда Чан пришел снова работать над проектом. Похоже, что парня тоже всё устраивает, потому что никакие баллады о любви он ей не пел, лишь делал вид, что все нормально. Обо всем кажется начал подозревать только Чанбин, ни Жизель, ни Нэтти не предавали этому никакого значения — девочки были заняты своими делами. У Жизель проблемы с парнем, а у Нэтти драма с девушками из параллели. Так продолжалось уже несколько месяцев, но никто из этих двоих не заикнулся о симпатии или каких-либо испытываемых чувствах. Кюджин в любой момент могла примкнуть к его губам. Это не симпатия, не отношения — это настоящая дофаминовая яма, как в прошлом году с старшеклассником Хосоком, только они успевали ещё потрахаться у него дома. Был один нюанс: Чон Хосок влюбился, а она — нет. Дальше поцелуев они не заходили. Кюджин может и фантазировала от скуки, но сама идея попробовать уже возбуждала. Даже если вдруг Чан бы не согласился, парень и так, наверное, думает, что испортил всю дружбу. К чему это приведет никому неизвестно, и никто не хочет думать о возможных последствиях, кого это волнует? Когда Кюджин начала приходить к нему на тренировки, тогда уже все начали думать, что они пара, но Бан лишь тяжело вздыхал и все опровергал. Проходили месяцы, а вместе с этим менялось абсолютно все. Банчан отбился от компании друзей и начал тусоваться с другими девчонками — для Кюджин это должен был быть первый намёк, что пора прекращать. Чан регулярно ходил на свидания, а девушка наблюдала за этим со стороны. Сейчас каждый из компании был занят чем-то своим, из-за чего Кюджин часто сидела за обеденным столом одна, даже не смотря на её популярность и внимание от парней. Вот так чувствовать себя одиноко для неё убого, унизительно. А вечером пятницы от Чана приходит пара ясных сообщений, обозначавших конец: Сегодня, 19:48 Чан: Думаю, ты заметила, что мы отстранились как-то. Мы давно уже прекратили все это, и я надеюсь, что ты поняла. Сейчас я активно пытаюсь наладить отношения с одной девушкой и оправдываться перед тобой не буду. К этому мы больше не вернёмся и забудем. Чан: И кстати Чан: Мы с тобой до сих пор друзья Ей перекрыли путь к лёгкому дофамину. Приходится искать другой, и Кюджин, быстро отвечая на сообщение парня, заходит в другой чат и печает Хосоку, что хочет с ним встретиться. Чон отвечает в ту же секунду. Хосок ходил к ней, она к нему, и иногда девушка ловила себя на мысли, что не понимает почему Чон соглашается на каждую встречу, прекрасно осознавая, что это просто развлечение и не больше, хотя возможно парень думает, что эти встречи перерастут в серьёзные крепкие отношения. Кюджин сбилась со счёта и не понимала, сколько уже продолжала ходить к Хосоку и соглашаться на свидания с ним. Даже так чувствовала она себя паршиво и одиноко. Их дружелюбная компания, мягко говоря, распалась, ведь каждый занят собой: во время обеда они теперь не собирались вместе, а это ведь единственное место, где они воссоиденялись. Кюджин продолжала общаться с Жизель и Нэтти, даже поддерживала тугое общение с Чанбином и уже вялое о общение с Банчаном. Чего-то ей все равно не хватало, наверное, того самого стеснительного Чана, когда тот переступил порог новый школы. Сердце, одарённое вниманием Хосока, все равно было пустым, не до конца наполненным чувством удовольствия. И Кюджин приходилось утешать себя только воспоминаниями.