Хочу сожрать тебя

Стоя за кулисами, Чонхо заворожённо наблюдал за выступлением Ёсана под его сольную песню "Legacy" из недавно вышедшего альбома их группы. Элегантный, изысканный, манящий, - только эти слова приходили Чхве на ум. То, с какой грациозностью и пластичностью двигался Кан по сцене, вызывало восхищение и гордость. А его низкий голос, местами дрожащий от волнения и интенсивных движений, был усладой для его ушей. Он стоял неподвижно, скрываясь в тени закулисья и пытаясь не перетягивать лишнего внимания со стороны фанатов, и рассматривал его костюм: открытый аппетитный вид на его рельефный пресс, что оставлял не так много места для воображения и похотливых желаний. Он любовался его выразительной мимикой и преклонялся тому, как Ёсан отдавал всего себя выступлению. Как только прозвучали последние секунды песни, Кан вернулся за сцену, пытаясь отдышаться и успокоить бешеное сердцебиние. Из-за его тихих стонов и образовавшихся на лбу капель пота Чонхо словил себя на непристойных, развратных мыслях, невольно вспоминая как утром, перед началом саундчека, Ёсан извивался на его члене, бесстыдно хныча и прося о большем. Его тело напряглость от нарастающего возбуждения. Взгляд был прикован на обнажённый торс с привлекательными очертаниями мышц живота и груди, что словно были старательно слеплены из глины умелыми руками, как статуи древнегреческих богов. Не задумываясь, Чонхо последовал за Каном в его личную гардеробную комнату. До начала его собственного сольного испольнения оставалось минут пятнадцать. И этого времени было достаточно для него, чтобы восполнить свои фантазии в реальность. Ёсан удивлённо ахнул в губы Чхве, когда тот развернул его к себе и притянул в жадный неряшливый поцелуй, как только за Чонхо захлопнулась дверь. Его пальцы до вмятен сжимали талию, ногти приятно вонзались в смуглую кожу. Он попятил его назад, и потеря равновесия вынудила Кана плюхнуться на мягкий диван. Чхве не хотел терять ни секунды и, аккуратно встав на колени, потянулся пробовать на вкус каждый миллиметр открытого тела Кана. Пухлые губы нежно целовали дрожащий пресс, а язык слизывал солёноватость испарины. Ёсан не сдержался от тихого стона, его поясница выгнулась навстречу его рту. – Чонхо, твоё колено... – Обеспокоенным тоном пробормотал Ёсан, несмотря на усиливающееся желание. Он не мог не позаботиться о Чхве, зная о его травме. – Я потерплю, – он шепнул, успокаивающе поглаживая его бёдра. Чонхо был серьёзно настроен овладеть им, свести с ума и довести до экстаза. – Сними кофту, Ёсан-и. Когда Чхве говорил таким нежным голосом и смотрел на него таким ласковым взглядом, Кан не мог отказать ему в просьбе: потный торс предстал перед ним полностью оголённым. От нетерпеливости Чонхо не захотел больше сдерживать себя и заставлять Ёсана ждать. Он сразу же наклонился вперёд, губами захватывая каждый рельеф, мокрым языком проведя по твёрдым выпуклым мышцам желанного живота. Больше не пытаясь схватить за последнюю каплю самообладания, Ёсан застонал, откинув голову на спинку дивана. Его пальцы мгновенно затерялись в тёмных локонах Чонхо, дёргали за его волосы от неземного удовольствия. Рот Чхве принялся тщательно ласкать вставшие от возбуждения розоватые соски, каждому бугорку уделяя особое внимание. С губ Кана то и дело вырывались и нецензурные бормотания, и просьбы не останавливаться, и громкие хныкания. С каждой секунды его речь становилась неразборчивой и невнятной, но идеальный слух Чонхо умудрялся славливать только одно значимое для него слово, что с нарастающим возбуждением повторялось всё громче и несдержаннее изо рта Ёсана. Его имя. Чонхо, не останавливайся. Чонхо, умоляю. Чонхо, я хочу тебя. Это заставило Чхве наконец сорваться. Жадно полизывая и посасывая его идеальный пресс, он руками нащупал пояс его брюк и потянул их вниз, пока эрекция Кана не выскользнула из-под ткани трусов. Языком он влажно очертил его пупок в неровный круг и губами причмокнул это место пару раз, прежде чем решитья смаковать небольшое углубление, невольно прикусывая кожу зубами. На вкус это было ожидаемо неприятно, горько, но страсть застлила рассудок, отталкивала от каких-либо разумных мыслей, что Чонхо не смел останавливаться. Не желал. – У тебя странные фетиши, – подавив очередной стон, Ёсан лениво промямлил. – Не понимаю, о чём ты, – со знающей ухмылкой Чонхо поднял на него взгляд: Кан был таким стеснительным и таким очаровательным. – Я всего лишь поклоняюсь своему ангелу. Его мокрые поцелуи медленно опустились от его раскрасневшего пупка до выбритого паха. Взяв в руку основание члена, он принял в рот головку, языком играясь с уретрой. Как только сладкий стон дошёл до ушей Чонхо, он опустил голову ниже, расслабляя горло и впуская всю длину полового органа Ёсана. – Если я ангел... – его пальцы грубо сжали волосы на макушке Чхве, когда возбуждение пронеслось по телу, заставляя его задрожать сильнее и застонать громче, – то прямо сейчас я в раю. Вибрация от лёгкого смешка Чхве вынудило Кана дёрнуть бёдрами вверх, зарываясь в его горло глубже. Чонхо повиновался его желанию и позволил ему водить его голову так, как ему заблагорассудится. Губы так плотно облегали член Ёсана, что он чувствовал каждую выступившую вену, каждый паттерн его кожи. Почувствовав образовавшийся солёноватый предэякулят на его кончике, Чонхо отстранился с мокрым хлопком. Слюна с члена Кана вульгарно соединилась с его ртом. – Чонхо? – Ёсан взглянул на него непонимающим взглядом, широкие глаза выдавали его возмущение и недовольство. Чхве прервал минет именно тогда, когда он намеревался кончить. – Прости, скоро моё соло. Я не должен опаздывать, – с трудом поднявшись с колен, Чонхо взглянул на него с дразнящей ухмылкой. Как только Кан хотел возразить его уходу, Чхве согнул его ногу в колене и заставил его неудобно лечь боком. Сорвав с себя брюки и нижнее бельё по колено, он пару раз провёл по своему возбуждённому члену, уже готовый кончить от одиночной мастурбации. Но вовремя остановил себя, не хотя так быстро лишать себя удовольствия. – Ты думал, что я уйду и оставлю дело незаконченным? – Чонхо улыбнулся шире, смотря на надутые губы. – Я так люблю дразнить тебя. А знаешь, что я ещё люблю? – Меня? – Ёсан мгновенно испустил стон и зажмурился, почувствовав как кончик члена Чонхо намеревался вторгнуться в его сфинктер. – Верно, – нависнув над телом, буквально сложившемуся пополам, Чонхо полностью вторгся в его дырочку, сжимая кулаки по сторонам от Ёсана. – А ещё люблю, когда ты, как сучка в течку, просишь мой член, просишь трахнуть тебя. Я пытаюсь быть джентельменом, но каждый раз так хочется взять тебя у какой-нибудь ублюдской стенки и зверски выебать. Член с лёгкостью скользил внутрь и также без усилий выскальзывал из ануса, благодаря их утреннему сексу ранее. Его бёдра звучно шлёпались об попу Ёсана, образуя видимые волны на коже. Ягодица мгновенно покраснела от многочисленных шлепков руки Чонхо по нежной коже, а после на ней образовались красные следы от пальцев, грубо сжимающих его задницу. Взгляд Ёсана был прикован к привлекательным чертам лица Чонхо, из открытого рта каждую секунду вырывались стоны, что были своеобразной музыкой для Чхве. – А ещё люблю, когда твоя дырочка всегда готова для моего члена, – он прошептал в его ухо, вытащив свой член из него полностью и протягивая ему руку. – Встань. Без лишних вопросов Ёсан схватился за него и встал на пол босыми ногами. Он сразу же был грубо повёрнут к Чонхо спиной и наклонён над диваном. Его пальцы сильно вцепились в спинку, как только он почувстовал опять вторгающийся в него член. Бесстыдно руки Чхве блуждали по его телу, от бёдер до талии. – Просто расслабься и получай удовольствие, – Чонхо поцеловал его в родимое пятно около глаза, звучно шлёпаясь об его ягодицы. Ноги начали предательски подкашиваться от удовольствия. До синяков сжимая его мягкую задницу, он ускорил темп, с хлюпающим звуком проникая в его дырочку. – Чонхо, боже... – Пробормотал Кан, задыхаясь от невероятных ощущений. Он сжался вокруг его полового органа, как только ладонь Чонхо снова соприкоснулась с его ягодичной плотью. Из-за интенсивных движений член Ёсана начал выстреливать тонкими струйками на диван. От удовольствия он закатил глаза назад и громко застонал, ноги отказывались держать его. Чхве обвёл руки вокруг его талии, крепко удерживая на месте, пока сам кончал внутрь него. Выскользнув из него со стоном, Чонхо взглянул на лицо Кана: черты выражали лёгкую, но приятную усталость. – Всё в порядке? – На его вопрос Ёсан активно покивал головой и улыбнулся, притягивая в ласковый поцелуй. – Ты сейчас опоздаешь на своё выступление, дьявол, – захихикал он, как только они прервались. Чонхо потратил лишние минуты на приведение себя в порядок, влажными салфетками убирая остатки спермы, прежде чем быстро натянуть брюки обратно. – Ты справишься без меня? – Заботливо поинтересовался Чхве, с головы до ног разглядывая голого Кана перед собой, что устало сидел на диване. – Да, я... – Не дослушав его, Чонхо взял ещё пару салфеток из пачки, вытирая насухо Ёсана: пот с его живота и лица, сперму с члена и между складками ягодиц. После чего помог ему одеться в концертную одежду. Перед тем, как побежать на сцену и оставить Кана одного со своими мыслями, он быстро чмокнул его в губы. Ёсан расплылся в улыбке, задумываясь о том, что произошло ранее, о развратных словах и заботливых действиях Чонхо. Невозможно было не любить этого мужчину всем сердцем, когда он был для него таким идеальным. Он сделал ментальную заметку о том, что ему стоит чем-то порадовать Чонхо в ответ, после чего направился к визажисту подправить макияж, надеясь, что никто из участников не заметит его видимое удовлетворение на лице и приятную усталость в теле.