Hatefully Bitter

Минхо считал себя терпеливым и добрым человеком. Однако были моменты, когда он обнаруживал, что злится (качки в фильмах были получше), мысль ударить любого, кто побеспокоит его, всё ещё не покидала его разум.       — Сколько раз я тебе говорил не загораживать мой чёртов шкафчик? Хан Джисон. Капитан команды по плаванию, «красавчик» кампуса и огромная заноза в заднице Минхо. Альфа считает своим долгом нажимать на все его кнопки пока он окончательно не сломается. Чудо, что они ещё не подрались. Минхо закатывает глаза и пинает шкафчик, прежде чем отойти от него.       — Любой нормальный человек бы вежливо сказал: «Извините», не переходя на мат. — ответил он, — Кстати, если ты не заметил, мой шкафчик находится прямо над твоим. Единственным предупреждением перед падением была насмешка, прежде чем его грубо оттолкнули. Его правая нога запуталась в левой, из-за чего он упал на пол. Когда Минхо поднял голову, он увидел ухмылку Джисона, прежде чем тот повернулся и открыл свой шкафчик. Ли почувствовал, как его гнев начинает нарастать, и неосознанно поднял ногу и толкнул альфу в бок, заставив его упасть и выронить несколько книг из рук. Джисон бросил на него убийственный взгляд через плечо, и Минхо ответил ему тем же. Джисон шикнул, прежде чем выхватить сумку из шкафчика и захлопнуть ее.       — Тебе повезло, что мне нужно идти на занятия.— он поднял упавшие книги и унёсся прочь, поворачивая за угол, в последний раз окидывая Минхо взглядом. Минхо просидел на полу чуть больше положенного, пялясь в сторону куда ушел Хан, вздыхая. Ли знать не знал что альфа имел ввиду, и он точно не хотел думать о том, что за этим последует. Он встал, отряхнулся и взял рюкзак, прежде чем закрыть свой шкафчик и тоже пойти в класс.       — Сегодня будет долгий день. — думает он.

★

Минхо направился в кафетерий, чувствуя себя намного лучше после экзамена. Он был уверен что сдал, и не мог дождаться отпраздновать это с новым вкусом пудинга, который вышел сегодня рано утром. Когда Минхо вошёл, он увидел горячо спорящих Чонина и Феликса, однако он уверен, что они снова восторженно обсуждают Марио Карт. Он направился к десертам и вытащил свой телефон, пока ждал.   хлебная лиса :] ух... у нас проект в классе и я в паре с самыми худшими людьми в мире   брауни бой не унывай, йенни! они не могут быть настолько плохими ^^   хлебная лиса :] ты говоришь так потому что ты не знаешь их поверь мне когда я говорю: они УЖАСНЫЕ  

кошачий шептун

по крайней мере у тебя не было часового экзамена

*грустный смайлик*

  брауни бой о боже я забыл что у тебя экзамен! как всё прошло?   хлебная лиса :] пожалуйста, просто используй актуальные смайлы как все остальные сейчас 2024, а не 1304  

кошачий шептун

на удивление всё прошло хорошо

я самый первый закончил экзамен лол

и нет, я не буду использовать такие смайлы

оставь меня в покое!

  брауни бой ты всех уничтожиллл поздравляю хён!   хлебная лиса :] что за старик но поздравляю  

кошачий шептун

*смайлик с закатанными глазами*

спасибки

Минхо отложил телефон и подошёл к кассе, когда человек перед ним ушёл. Когда кассирша подняла глаза чтобы принять его заказ, она удивлённо вздохнула и улыбнулась ему.       — О! Вот и мой маленький сладкоежка, монстр пудингов. Сколько лет, сколько зим! Минхо залился румянцем, когда она заговорила. Хотя все в курсе, что он регулярно бывал в отделах с десертами, это не мешало его щекам неизменно краснеть, когда об этом упоминают.       — А, да. Я был немного занят подготовкой к экзаменам. — усмехнулся он. Это правда, у него не было тяги к пудингу или к сладкому когда он учился. Это может объяснить, почему в последнее время он немного напряжённый и раздражительный. Минхо просовывает руку в карман, доставая кошелёк и карту.       — У вас ещё в наличии новый вкус? Шоколадно-мятный вихрь? — спросил он.       — Конечно, — улыбнулась кассирша, доставая что-то из-под кассы, — Я надеялась, что ты заглянешь, и сохранила самый последний для тебя! — она протянула ему десерт и ложку, — Сегодня за счёт заведения, мы все тут соскучились. — затем она слегка наклонилась вперёд, прикрывая рот ладонью, и прошептала: — Только никому не говори, но ты - наш самый любимый гость. — после этого она подмигнула, выпрямилась и позвала следующего покупателя. Минхо одарил её лучезарной улыбкой и повернулся, чтобы пойти к Феликсу и Чонину. Подойдя к столику, он заметил, что к ним присоединились другие друзья. А вместе с ними, к сожалению, и Хан Джисон.       — Привет, ребята, — он радостно поприветствовал всех, садясь рядом с Чонином, что сейчас играл в «Cooking Mama» на своём нинтендо. — как вы? — Хёнджин, также известный как драмаквин, плюхнулся на Чанбина и издал самый громкий стон, известный человечеству. — Это было ужасно, Минхо! У нас сегодня была контрольная, а я ничего не знаю! — заныл тот, повернувшись, чтобы ткнуться лицом в шею Чанбина. Рядом с ним Чонин усмехнулся, а затем поднял глаза на Хёнджина и ухмыльнулся.       — Ты бы всё знал, если бы тратил столько же времени на учёбу, сколько тратишь на то, чтобы щипать бицепсы Чанбина. — он хихикнул. Вскоре стол заразился смехом, Хёнджин завопил, в то время как Чанбин схватился за голову.       — Хорошо, хорошо, ребят, давайте успокоимся. — сказал Чанбин, — я уверен, что Хёнджин сделал всё, что в его силах, верно? Минхо посмотрел на Хёнджина, который надулся, и рассмеялся.       — Да не, это однозначно не так. Все сидящие за столом снова начали смеяться, заставив Хёнджина спрятать лицо на плече Чанбина.       — Вы все такие злые. — всхлипнул он.       — Мы просто хотим, чтобы ты выпустился вместе с нами, Джинни, — повторил Сынмин. — Нас восемь человек вместе, хоть и некоторые не могут даже находиться в одной комнате. — он посмотрел туда, где сидел Хан, а затем бросил взгляд на Минхо. Минхо нахмурился и принялся поедать свой пудинг.       — Не смотри на меня. Это не я веду себя как придурок из-за дурацкого шкафчика. — Хан усмехнулся и посмотрел на Минхо, тоже нахмурившись, — Как скажешь. Я ничего не делал. Глаза Минхо расширились, как только слова из уст Хана дошли до него, он перевёл яростный взгляд на Джисона.       — Ничего не делал? Ты этим утром толкнул меня на пол!       — Ты был прямо перед моим шкафчиком и не двигался! — Джисон встал и наклонился над столом, стараясь быть как можно ближе к месту Минхо, — Ты нарочно меня провоцируешь, не строй из себя невинного ангелочка. На эти слова ноздри Минхо раздулись, и он начал смеяться. Провоцирует Джисона? Он? Нарочно? О чём он говорит? Его смех становился все громче и громче, приближаясь к безумному.       — Зачем мне нарочно провоцировать тебя перед всеми? Я не веду себя невинно, я и есть невинный! Ты только и делал, что обращался со мной как с дерьмом, я даже не знаю что сделал тебе плохого! — Голос Минхо дрогнул, когда он закончил предложение, но он был слишком занят Хан Джисоном, чтобы беспокоиться об этом. — Ты реально кусок дерьма и чертовски ужасный альфа! Видимо, этого не стоило говорить, потому что вскоре передняя часть толстовки Минхо оказалась зажата в кулаке Хана, а их лица оказались в нескольких дюймах друг от друга.       — Только не снова...       — Ребята, харэ...       — Не делайте этого!       — Хочешь сказать это снова? — спросил он угрожающе, — Хах? Повтори свои слова. Я прямо здесь, повтори, чтобы я мог хорошо тебя расслышать. Хан презрительно усмехнулся, глядя ему в глаза. Минхо застыл на месте, а его губы не могли пошевелиться. Джисон ухмыльнулся, поняв, что Минхо молчит, и фыркнул.       — Язык проглотил? — он отпустил худи Минхо и Хан отступил. — Не говори хуйню если не можешь сказать в лицо. Минхо стоял как вкопанный, щёки пылали, губы приоткрылись. Его мозг затуманен, а в животе ощущалось необычное растущее чувство. Набрал воздуха, готовый ответить, но обнаружил, что по какой-то причине не может этого сделать. Он застыл, быстро моргая и уставившись на Хана. Ухмылка Джисона стала ещё шире, когда он понял, что Минхо больше ничего не скажет, и он уселся обратно на своё место. Минхо тоже сел на своё место и до конца обеда просто смотрел на стол. Остальные пытались продолжить нормальный разговор. Что только что произошло?

★

Телефон Минхо зажужжал на тумбочке как раз в тот момент, когда он дописал своё эссе. Он догадывался, кто пишет ему, но не понимал, зачем. Не прошло и тридцати минут с тех пор, как Феликс и Чонин проводили его до общежития после встречи за чашечкой кофе. Он взял телефон и зашёл в сообщения, чтобы посмотреть, что они ему написали, и был удивлён, увидев приглашение.   брауни бой www.youareinvited.com  чан устроил вечеринку, придёшь? Чан. Он никогда не встречал и не видел Чана. Он мало что знает о нём: только то, что он был популярен, а также лучший друг Хан Джисона. Минхо не знал, что Феликс хорошо его знает. Придётся спросить его об этом, когда они увидятся в следующий раз. Он открыл ссылку и обнаружил, что там указан адрес, а также время проведения вечеринки. Удивительно, но вечеринка пройдёт в новом жилом комплексе, всего в шести минутах езды.  

кошачий шептун

конечно

буду через 10 минут

  Он решил просто накинуть кардиган поверх одежды, так как не похоже, что это будет большая или грандиозная вечеринка. Пока Минхо шёл к многоквартирному дому, он задавался вопросом, почему приглашение было отправлено так поздно. Всё таки приглашения на вечеринку следует рассылать заранее, как минимум за три дня. Звучит подозрительно, хотя это Феликс его пригласил. Приблизившись к зданию, он заметил балкон на втором этаже, из которого выходили стробоскопы. Это должно быть оно. Минхо поднялся по лестнице, направился к квартире, где, как он предполагал, должна была проходить вечеринка, и постучал. Никто не пришёл, и он постучал сильнее, приложив ухо к двери, чтобы услышать, не идёт ли кто-нибудь.       — Заходи! — Вот он. Дверь открылась, чтобы раскрыть незнакомого кудрявого мужчину, на вид возраста примерно с Минхо. — Здравствуй. Ты Минхо, если не ошибаюсь? — это должен быть Чан, тот, кто устроил вечеринку. Минхо неловко пошевелился в дверях и посмотрел вниз.       — Да, это я. Я Минхо, — он смотрит вверх на Чана, — Феликс пригласил меня сюда. — Чан пялится на него пару секунд до того, как издает звук, похожий на «эврика», прежде чем подвинуться, чтобы впустить Минхо.       — Добро пожаловать на вечеринку! Mi casa es su casa. — говорит Чан. Минхо сдержанно улыбается и входит в дверь. Осмотревшись, он увидел, что квартира оказалась немного меньше, чем он себе представлял. Кроме красочного светового оформления, здесь также не так много праздничного декора. Из дальней комнаты доносится смех, и Минхо направляется туда, чтобы найти Феликса. Когда он заглядывает внутрь, его встречает не только Феликс, но и все остальные, включая Джисона.       — Приветики, — Минхо здоровается, входя в комнату. Феликс и Чонин встают и бросаются его обнимать. Хёнджин, Чанбин и Сынмин остаются на месте и просто машут руками. Джисон молчит и берет банку пива из пачки на полу. Минхо присоединяется к ним и наблюдает, как они возобновляют занятие, которым занимались до его прихода.       — Вот почему вам всегда следует приберегать свои зелёные ракушки на тот случай, если вы окажетесь на последнем месте. — гордо сказал Чонин. На это, Феликс громко хохочет и бьёт Чонина, называя его богохульником за то, что он даже позволил такому предложению выйти из его уст. Остальные смеются, глядя на происходящее перед ним, и Минхо тоже улыбается. Он смотрит на Хана, на лице которого играет улыбка, прежде чем он переводит взгляд на Минхо. Они оба смотрят друг на друга, и никто из них не хочет первым отводить взгляд. Однако их взгляды переключаются, когда в комнате раздается громкий хлопок.       — Окей! Теперь все здесь, время поиграть в «правду или действие», — заявляет Чан, — Вы можете придумать что-то на месте или воспользоваться этими карточками, — Чан держит стопку карт, прежде чем положить их на пол, — если не можете ничего придумать. И, чтобы добавить остроты, в этой игре нет никакого лимита. Абсолютно никакого. По комнате раздаются охи и ахи, и все рассаживаются вокруг карт на полу.       — Я буду первым! — говорит Хёнджин, прежде чем схватить карту сверху. Он высовывает язык и оглядывает группу в поисках кого-нибудь, кого можно было бы выбрать, прежде чем остановиться на Сынмине, — Сынмин! Правда или действие? Сынмин ухмыляется и откидывается на ладони, прежде чем ответить.       — Правда. Хёнджин смотрит на карточку в своей руке, затем снова смотрит на Сынмина и снова улыбается.       — Кто украл твой первый поцелуй? Услышав этот вопрос, Сынмин побледнел и нервно усмехнулся.       — Ещё не поздно выбрать действие? — Группа освистывает его, когда он пытается отступить, прежде чем Сынмин наконец смягчается и отвечает. — Это был Саймон, — тихо мямлит он.       — Извини, кто говоришь? Не расслышали тебя. — дразнит Хёнджин.       — Саймон! Это был Саймон в пятом классе. — громче сказал Сынмин, явно смущённый ответом. Вокруг раздается хор смеха, когда Феликс кричит: — «Дрыщь» Саймон?! Он?! Сынмин громко стонет и морщится, а затем поднимает голову и злобно смотрит на всех остальных.       — Мы можем уже вернутся к правде или действию?       — Да, пожалуйста, чтобы нам не пришлось слушать о том, сколько слюны Сынмин смог проглотить, целуя Саймона. — кринжует Хан. Минхо фыркает, и группа возвращается к игре. Спустя еще несколько раундов, в которых каждый выбирает правду, Чан добавляет новое правило, согласно которому действия должны выполняться каждые три раунда. (— Это нечестно! — скулит Хёнджин. Чан закатывает глаза и всё равно устанавливает правила.) Когда очередь дошла до Минхо, у него не было выбора, кроме как выбрать действие. Феликс напевает, придумывая задание для Минхо, а затем смотрит на Джисона и дьявольски улыбается.       — Я придумал идеальное задание, — хихикает он. — Минхо, я бросаю тебе вызов, — он делает паузу, улыбка на его лице становится шире, — провести «семь минут на небесах» вместе с Джисоном. Минхо замирает. Он смотрит на Джисона, чтобы оценить его реакцию: широко раскрытые глаза и разинутый рот. Кажется, прошло несколько часов, прежде чем они оба начали протестовать, и Минхо умоляет дать ему другое задание.       — Пожалуйста, Феликс, это преступление! Я думал мы друзья, — дуется Минхо.       — Нет. Правила есть правила, Минхо, и правила говорят, что ты должен выполнить действие. — широко улыбается Феликс и встаёт. Он выходит из комнаты, чтобы найти чулан, в котором они будут находится, однако Минхо продолжает сидеть на своем месте. Он отказывается даже рассматривать идею проводить с Джисоном больше времени, чем нужно. На пару мгновений повисает тишина, а затем Чонин вздыхает и тоже встаёт. Он подходит к месту, где сидит Минхо, и просовывает руки ему подмышки.       — Действие есть действие, Минхо. Если мы выполнили свои задания, то и вам придётся, — говорит он, поднимая его и начиная тащить в сторону, куда ушёл Феликс. — Ты только всё усложняешь, — тяжело вздыхает он, чувствуя сопротивление. Краем глаза он замечает, как Чан закидывает Джисона себе на плечо, чтобы тоже отнести его в чулан. Со стороны это выглядит смешно, и если бы не обстоятельства, Минхо наверняка бы показал пальцем и рассмеялся. Они двигаются к другой стороне коридора, и он видит, какой именно чулан выбрал Феликс. Когда они останавливаются перед дверью, Чонин разжимает руки, а Чан ставит Джисона на ноги. Минхо сразу же выпрямляется, чтобы его не пришлось тащить туда, но, прежде чем он успевает подумать о побеге, путь ему преграждают Чанбин и Сынмин.       — Вы двое должны пробыть тут, пока не пройдёт семь минут. — Феликс открывает дверь и встаёт позади них. — Возражения? — Минхо открывает рот чтобы заговорить, но их обоих вталкивают внутрь как раз в тот момент, когда он произносит первый слог. — Идеально! Мы вернемся, чтобы проверить вас, как только пройдёт семь минут. — Слышен звук защелкивающегося замка. — Повеселитесь там! Минхо оглядывается. В чулане темно и тесно, в нем едва могут поместиться четыре человека. Здесь полно полотенец и одежды, а на противоположной стене есть прачечный люк. Интересно, смогу ли я туда пролезть? Когда Минхо начинает обдумывать, как бы ему выбраться отсюда, он слышит фырканье и ругань.       — Это пиздец, — говорит Джисон. Он пинает какой-то металл, судя по звуку ящик, и начинает ходить по комнате. — Задание даже не для меня, так почему я должен его выполнять? — на секунду Минхо забыл, что он не единственный, кого затащили в чулан. — Семь минут. Я должен провести целых семь минут, застряв здесь с тобой. Что за херня. Услышав это, Минхо ощетинился и обернулся.       — Что ты имеешь ввиду под «со мной»? Если уж на то пошло, то это я должен говорить. — он начинает злиться. С него достаточно дерьма от Джисона.       — Ты прекрасно знаешь что я имею ввиду, — отвечает Хан. Он направляется к Минхо, начиная вторгаться в его личное пространство. Минхо сверлит его взглядом, едва не закатывая глаза от близости. — Ты ничего не делаешь, но всё равно действуешь на мои ёбанные нервы. — говорит он, тыча Минхо в грудь. — Каждый. — тык. — божий. — тык. — День. — На этот раз Джисон тычет пальцем сильнее. Если Минхо до этого не злился, то теперь он определенно злится, а Хан, тыкая ему в грудь пальцем, только больше его разозлил.       — Ты наглый, — цедит он сквозь зубы. — и это я тебя провоцирую? — Он бьёт по руке Хана и отталкивает его назад. — Ты только и делаешь, что вызываешь у меня неприязнь с тех пор, как мы познакомились. — Он снова его толкает. — Это ты вечно затеваешь со мной споры. — И снова, прямо к двери. — Это ты отказываешься попытаться вести со мной нормальный разговор. Он снова пытается его толкнуть, но Хан был быстрее. Ему удаётся поймать его запястья и повернуть их так, что Минхо оказывается прижатым к двери. Хан пристально смотрит на него и крепче сжимает чужие запястья.       — Держи свои чёртовы руки при себе. — он усмехается. Запястья Минхо начинают гореть, и он пронзает его собственным взглядом. — Не пытайся свалить все наши споры на меня, когда это ты всегда пытаешься высмеять меня или сделать подлые замечания. — Хан перемещает руки так, что запястья Минхо теперь находятся над его головой. По его телу прошлась дрожь и он чувствует, как кровь приливает к щекам. Джисон, не осознавая риск, наклоняется ближе. — Ты думаешь, что ты невинный, самый хороший и добрый, — шепчет он, — когда на самом деле ты просто фальшивка. — Их носы находятся в нескольких сантиметрах друг от друга, их дыхания смешиваются. Сердце Минхо готово выпрыгнуть из груди. — Ты не больше чем злая, бессердечная сучка, которую нужно поставить на место. Лицо Минхо полностью покраснело, а запястья горят в тех местах, где их сжимают ладони Хана. Он пытается придумать ответ, но сейчас чулан кажется меньше, и такое ощущение, будто кто-то увеличил температуру. Он быстро моргает, пытаясь прочистить разум, но это кажется невозможным, поскольку между ними слишком мало расстояния. Такое же чувство было после их спора в кафетерии. Как раз в тот момент, когда он собирался ответить, он почувствовал, как по его ногам растекается что-то холодное и мокрое. Его глаза расширились, когда он понял, что это, и Минхо пытается выйти сухим из воды прежде, чем Хан успеет это заметить. Однако когда он пытается освободиться, Хан усиливает хватку, и из него начинает вытекать ещё больше жидкости. Минхо замирает и смотрит в глаза Хану. Он видит тот самый момент, когда другой понимает, что происходит, и ему хочется похоронить себя на глубине трёх футов.       — Ты...       — Заткнись. Минхо отворачивает голову и зажмуривается, пытаясь взять себя в руки, но чужая ладонь хватает его лицо и поворачивает обратно.       — Посмотри на меня. — говорит Хан. Он не хочет смотреть, правда не хочет, но его глаза кажется живут своей жизнью. Они смотрят друг на друга широко раскрытыми глазами, и всё, что чувствует Минхо в этот момент - унижение. Хан смотрит на него так, словно он - недавно открытый вид.       — Прекрати на меня смотреть, — скулит он. Хан продолжает пялиться на него, пока на его лице не начинает медленно появлятся ухмылка.       — Почему? Потому что ты наслаждаешься этим? — Он ещё сильнее сжимает запястья Минхо и медленно сокращает и так малое расстояние между ними. — Если другие тебя сейчас увидят, что они о тебе подумают? Что они скажут? Минхо закрывает глаза и пытается сосредоточиться на дыхании через нос. Это не помогает. Если честно, становится только хуже. Запахи, которые они испускают, вызывают у него головокружение, и смазка начинает вытекать из него всё быстрее. Он ведет безнадёжную битву с самим собой - его гордость и достоинство борются за контроль над его нуждой и возбуждением. Он даже не осознаёт, что между ними больше нет пространства, что губы Хана находятся прямо у его уха, пока он не шепчет прямо в них.       — Ты ведь на самом деле не ненавидишь меня, верно, Минхо? — Он дрожит под давлением тела Джисона. — Нет. Нет, ты не ненавидишь меня. Ты просто хотел, чтобы я поставил тебя на место. — Минхо чувствует, как дрожат его бёдра, и не может сдержать вырывающийся стон. Хан отклонился от его уха и улыбнулся, прежде чем развернуть его так, чтобы его грудь оказалась у двери. Он прижимается к нему пахом и трётся об него, прежде чем снова наклониться к его уху.       — О, детка, ты мог просто попросить. Минхо скулит и выпячивает свою задницу, надеясь, что Хан поймёт его.       — Пожалуйста. — умоляет он, — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. — Хан устраивает свои ладони на его бёдрах, но не двигается. — Пожалуйста. — пробует он снова. Хан всё ещё не движется, и на глаза Ли наворачиваются слёзы.       — Почему я должен тебя трахать? — спрашивает он, — Скажи мне, Минхо. Почему ты думаешь, что заслужил это? Минхо хнычет и пытается придумать что-нибудь, что заставило бы Хана пошевелиться.       — П-потому что...       — Потому что?       — Потому что я хочу этого. Хан усмехается и сильнее прижимает его к двери.       — Тебе надо получше постараться, детка. Минхо чувствует, как слёзы вот-вот хлынут из его глаз, и он разочарованно стонет. Он снова ломает голову и останавливается на ответе, который, по его мнению, удовлетворит Хана и даст ему желаемое.       — Потому что меня... — он задерживает дыхание, — Потому что меня нужно поставить на место. Хан задумчиво хмыкнул и крепче обхватил его ляжки.       — Ну, я думаю, это веская причина. — Минхо вздыхает с облегчением. — Но не думай, что я просто дам тебе то, что ты хочешь. Тебе придётся поработать ради этого. И прежде чем Минхо успевает спросить, что, чёрт возьми, это значит, его разворачивают и ставят на колени. Он смотрит на Хана и ждёт, что тот будет делать дальше.       — Хочу увидеть, для чего ещё годен твой маленький ротик, — говорит Хан, начиная расстёгивать свою ширинку, — кроме того, чтобы нести хуйню и бесить меня. Он одним махом снимает нижнее белье и штаны, хватая свой член ладонью. Сказать, что Хан был большим, было бы преуменьшением. Минхо не уверен, поместится ли он где-нибудь в его теле, не говоря уже о рту.       — Открой рот. — Хан прижимает головку к губам Минхо и в ту же секунду, как они раскрываются, вталкивает её внутрь. Минхо стонет от тяжести во рту и начинает мотать головой, пытаясь принять его глубже. Он сосал член раньше, в основном на вечеринках и когда был достаточно пьян, чтобы уверенно отсосать кому-нибудь, но это казалось нереальным. Он взял член Хана настолько глубоко, насколько смог, прежде чем отстраниться и пососать кончик. Он поднял взгляд и увидел, что глаза Хана закрыты, а рот приоткрыт, стоны вырываются наружу. В этот момент Минхо отстранился, схватил его за руку и запустил её себе в волосы.       — Трахни мой рот. Пожалуйста? — умоляет он. Джисон открывает глаза и смотрит вниз, а затем кивает и укрепляет хватку на его макушке. Минхо снова взял его в рот и позволил ему взять над собой контроль. Хан медленно двинулся вперёд, ударяя по задней стенке горла, прежде чем отвести бёдра назад и сделать это снова.       — Блять, — пробормотал он, — Полагаю, твой рот годится не только для разговоров. Минхо заскулил и захныкал, когда Хан снова двинулся вперёд. Он схватил другую руку Хана и запустил её в свои волосы, а затем начал быстрее качать головой, пытаясь дать Хану знак ускориться. Джисон понял, чего он хотел, и, схватив его за волосы, начал еще быстрее толкать свой член. Все мысли Минхо превратились в пустышку и он начал тихонько дышать через нос. Сделав ещё несколько толчков, Хан вытащил свой член и прижал Минхо к двери, прежде чем впиться губами в чужие. Минхо вздохнул и ответил на поцелуй с таким напором, открыв рот, дабы впустить язык Хана.       — Пожалуйста, — сказал он. Минхо поворачивается, стягивает штаны, нижнее белье и прижимается грудью к двери, — пожалуйста, трахни меня. Он слышит тихое «чёрт» сзади, а затем чувствует, как чужие руки раздвигают его ягодицы.       — Посмотри на себя, — шепчет Хан, — Ты всего лишь отсосал мой член, и уже так отчаялся? — уши Минхо горят от этих слов, и он скулит, еще сильнее выпячивая свою задницу назад в руках Хана. — Если бы я знал, какая ты шлюха, давным-давно бы вытрахал из тебя всю твою дерзость. — Минхо стонет и выгибает спину, желая получить что-нибудь-хоть-что-то внутрь себя. — О? Тебе нравится, когда тебя называют шлюшкой? — усмехнулся Хан. Минхо прижимается лбом к двери и кивает. Он чувствует чужие пальцы в своих волосах, а после его неожиданно тянут назад за волосы, оттягивая. — Слова, детка. Мне нужны слова. Минхо выскуливает слабое «да», перед тем, как Хан отпускает его и прижимает его голову к двери. Он чувствует пальцы возле своей дырочки и пытается насадиться, пока они не исчезают внутри, и он не чувствует острое, жгучее ощущение в своей заднице.       — Не двигайся — требует Хан. Минхо прикусил нижнюю губу и делает всё возможное, дабы оставаться на месте, когда Хан вводит в него первый палец. — Боже. Ты действительно этого хочешь, не так ли? Минхо на автомате кивает, прежде чем вспомнить, что ранее сказал Джисон.       — Да, — говорит он с придыханием, — Я хочу этого. Мне нужно, пожалуйста. Хан входит в него вторым пальцем и разводит их на манер ножниц. Минхо пытается заглушить стоны, прикусывая губу, но она тут же раскрывается, когда он снова чувствует, как ладонь Джисона опускается на его задницу.       — Позволь мне слышать тебя. — говорит Джисон прямо тогда, когда он сгибает пальцы внутри него. Минхо громко стонет и умоляет его сделать это снова, вновь насаживаясь на пальцы Хана. Джисон обхватывает его талию и несколько раз надавливает пальцами на эту точку, заставляя Минхо стонать еще громче. Минхо чувствует приближение оргазма и снова пытается насадиться на пальцы Хана, несмотря на то, что он в данный момент крепко сжимает его талию. Как только он чувствует, что вот-вот кончит, стимуляция прекращается, и пальцы убираются. Он скулит и умоляет Джисона вставить их обратно, но затихает, когда чувствует что-то гораздо большее у своей дырочки.       — Ты готов? — спрашивает Хан. Он качает головой и чувствует, как головка входит в него. Затаив дыхание, он ждет, когда Джисон продолжит, но тот не двигается и удерживает Минхо на месте.       — П-почему ты остановился? — ноет Минхо.       — Я хочу услышать тебя ещё раз. — повторят он. Минхо разочарованно фыркает, прежде чем попытаться глубже ввести член Хана. Он чувствует, как чужая хватка на его талии становится крепче, и снова всхлипывает от того, что не может этого сделать.       — Минхо. — настаивает Хан. Минхо снова чувствует, как на глаза наворачиваются слёзы, но всё же сдаётся и даёт Джисону то, чего тот хочет.       — Пожалуйста, трахни меня, — умоляет Минхо, — Пожалуйста, трахни меня, Джисон. Мне нужен твой член. — Он останавливается и делает глубокий вдох, прежде чем сказать следующую часть. — Я хочу твой узел в себе. Хан грубо толкается, Минхо громко стонет от растяжения. Он чувствует, как его разрывают, и это приносит ему чувство эйфории.       — Так узко, — выдавливает Джисон. Вскоре он входит на всю длину, и они на секунду останавливаются. — Не думаю, что я выдержу, — усмехается он. Минхо улыбается, чувствуя, как гордость растекается по его груди, услышав это.       — Я близко, — отвечает он. Он опирается руками на дверь и пытается трахнуть себя на члене Хана, когда альфа не двигается в течение нескольких секунд. Чужие руки опускаются, чтобы схватить его ляжки, и Минхо чувствует, как Джисон начинает совершать ответные фрикции. Его снова толкают в дверь, когда движения Хана ускоряются.       — Отчаянная маленькая шлюха, — хрипло говорит он, — Ты даже секунды не мог подождать, прежде чем начать трахать сам себя, да? — Минхо стонет и сжимается вокруг него. Хан низко стонет и подносит губы к его уху, — В следующий раз, когда ты попытаешься спорить со мной, — фыркает он, — Я просто нагну тебя прямо там и в тот момент. — Он ускоряет темп и начинает двигаться сильнее.       — Ох, блять... — У Минхо отвисает челюсть, и он закрывает глаза. Он представляет, как они спорят в классе, перед всеми своими сверстниками. Представляет, как Хан толкает его через стол и наполняет своей спермой. Его член дёргается от этих мыслей, и он снова сжимается, заставляя Джисона вновь застонать. Он прекращает толчки, перемещая ладони на бёдрах Минхо, прежде чем возобновляет фрикции, на этот раз попадая точно по простате. Минхо издаёт крик и царапает дверь, ощущая наслаждение в полной мере.       — Я сейчас кончу... — предупреждает он. Хан кладёт голову между его шеей и плечом, перед тем как начать сосать его паховую железу, его рука хватает член Минхо. Достаточно сделать ещё несколько толчков, чтобы глаза Минхо закатились, и он издал пронзительный стон. Его зрение белеет, сперма разбрызгивается по двери и стекает на пол. Он чувствует, как Хан прекращает свои толчки, когда его узел начинает раздуваться. Минхо оборачивает голову и смотрит на него, сжимаясь.       — Не останавливайся. Хочу, чтобы ты продолжал. — умоляет он, — Хочу твой узел.       — Блять. Ногти Хана впиваются в его бёдра; он ещё немного трахает его, пока, наконец, его узел полностью не раздувается и не скрепляет их вместе. Минхо чувствует, как сперма растекается по его внутренностям, и блаженно вздыхает, прижимаясь к Джисону. Они сидят так некоторое время, прижимаясь друг к другу и переводя дыхание. Он думал, что будет неловкая тишина, но на деле это оказалось не так. Скорее, она мирная, почти безмятежная. Хан делает первый шаг - хватает первое попавшееся полотенце и вытирает свою руку, а также живот Минхо.       — Так, — начинает он, — что теперь? И, честно говоря, Минхо так далеко не думал. Он мычит, пожимает плечами и закрывает глаза.       — Мы можем решить это завтра. — говорит он. Чужие ладони снова обвивают его талию, и они наслаждаются ощущениями после секса.

★

Феликс и Хёнджин хихикают, в то время как на лицах остальных отражается разная степень удивления или смущения.       — Не могу поверить, что наш план сработал, — размышляет Феликс.       — Я думал они там поубивают друг друга. — говорит Чан, — Они действительно так спорят? Чонин делает глоток пива, прежде чем ответить:       — Честно? Да. Я просто удивлён, что они использовали свои тела в этот раз. Сынмин издает рвотный звук, прежде чем встать.       — Схожу-ка я в магазин. Думаю, мне нужно что-то покрепче пива, если я хочу не помнить ничего об этом вечере. Чонин тоже встаёт, заявляя, что хочет посмотреть, какие новые закуски появились в магазине.       — Эй, — икает Чанбин, — по крайней мере, нам не придётся слушать, как они всё время собачатся. — Он ещё глубже зарылся в кресло-мешок и откинул голову назад. — Победа есть победа, какой бы отвратительной она нам ни казалась. Всё же, с этим никто не поспорит.