Две стороны одной Хистории

      У Хистории Рейсс будто было две личности.       Первая — утонченная и элегантная; а ещё — очень щедрая и добрая. Такая Хистория всегда была как при параде: дорогой парфюм, укладка, макияж и маникюр, всегда казавшимся свежим и только-только сделанным. Эта Хистория мимо нуждающегося не пройдёт, поможет всем и вся: начиная от бабушки, которой надо помочь перейти дорогу, заканчивая Райнером, которому нужно выплакаться в хрупкое женское плечо. Такую Хисторию любили все и она любила всех в ответ.       А вторая — грубая и эгоистичная. Вместо вкусного и яркого запаха духов от неё несло перегаром и жжёной тонкой сигаретой, которую Рейсс любила выкурить у Имир на кухне. Макияж у такой Хистории размазанный, как у самой последней шлюхи, а от одежды остаётся только растянутая футболка и заблеванные шортики. Этой Хистории палец в рот не клади — укусит и не подавиться, даже добавки попросит. Такую Хисторию любила только Имир и собственные головные тараканы.       — Блять, не успела в сеть зайти, как Райнер уже написывает… Как же он заебал, а.. — Хистория на кухню входит недовольная — голова болит, сушняк, ещё и Браун достаёт. Рейсс тут же хватается за бутылку воды, осушив её за раз. — Что смешного? — Хистория фыркает, когда замечает ухмылку на лице Имир.       — Ты такая лицемерная. Улыбаешься Райнеру, а сама так про него говоришь за спиной…       — Ты меня осуждаешь? — Хистория сокращает расстояние между девушками и встаёт на мысочки, с прищуром смотря Имир в глаза.       — Нет. Мне это нравится, и ты это знаешь. — Имир тут же хватает Хисторию в охапку, обнимая по медвежьи.       — Я могла бы тебя поцеловать, но… — Хистория пытается выбраться, и делает это вполне успешно. —… я сейчас блевану. — После этого Рейсс сматывается в сторону уборной, сверкая пятками.       — Я придержу тебе волосы. — Имир хмыкает и спешит за подругой.       Инстаграм Хистории — красивая картинка. Её верные подписчики свято уверены в том, что Рейсс — самая настоящая люксовая дива, питающаяся только в мишленовских ресторанах и пьющая кошерное вино. Её посты вещают про самопознание и саморазвитие, а фотография тоста с авокадо на завтрак — как ежедневный ритуал; только выкладывает она всё это тогда, когда поедает жирнющий бургер на заправке у дома Имир.       — У тебя все губы в соусе. — Озорно подмечает Имир, попутно откусывая и свой бургер.       Хистория собирает указательным пальцем часть соуса и тянется к губам Имир, размазывая чуть ли не по всему рту.       — Теперь и у тебя. — Подмигивает Рейсс, после того, как закончила свою маленькую пакость. Ответ Имир состоял из звонокого смеха, а после злодеяние закрепилось нежным поцелуем.       Хистория Рейсс у всех ассоциировалась с солнечными лучами, проникающие сквозь совсем маленькие щели, попутно освещая и внося краски в жизнь. Либо же она была розовым закатом, нежно переливающему в небе, внося нотки романтизма.       Имир же так не считала, Хистория для неё — тёмный туманный лес, скрывающий много тайн; но стоит пройтись чуть вглубь, не побоясь мрака темноты, как перед глазами возникает лесное озеро, освященное множеством светлячков. Картинка перед глазами сказочная — озеро отражает красоту луны и звёзд, а светлячки — словно маленькие феи.       Хистория себя считала ужасной, Хистория до чёртиков боялась, что если кто-то узнает её истинную личину — тут же отвернётся, не дав второго шанса. Хистория не понимала, что искренность и честность людям нравится больше, чем фальшивая вежливость или приторное кокетство. Хистория очень ценила, что несмотря на все факторы — Имир приняла и любит её любой. Хистория понимала, что довериться может только Имир.       И Хистория ценила Имир за это. И пока остальные тянутся к Хистории, желая получить хоть немного взаимности с её стороны, в сердце Рейсс было место только для одной — Имир.