Отступники

Серконос. Карнака. 1851 год, месяц Тьмы. Дарион сидел в пабе в квартале Авента после работы. Он пил пиво и думал о своей жизни. Сегодня был 10-й день месяца Тьмы. В этот день, восемнадцать лет назад, он родился в городе Коулкенни на острове Морли, в семье Беатричи и Михаила Ридпат. А теперь он живет в Карнаке. За четыре с небольшим года жизни в этом южном городе он пережил многое. Был беспризорником, видевшим смерть матери на корабле по пути в ее и его родные края. Был в сиротском доме, долгое время был вором, сбытником и скупщиком краденого для перепродажи, и даже работал долгое время на мафию головорезов и воров, которых сам же сдал фанатикам Аббатства. Сейчас он работает простым рабочим, получает за это скромное жалованье, которого хватает на еду, и иногда на одежду, книги и прочее. Он все же снял себе квартиру в бедном районе квартала Авента, но его более чем это устраивало. Есть вода, тепло, крыша над головой, и нет гуляющего ветра среди стен. Квартира была не большой, но Дариону было очень уютно в ней. Цена его устроила. Триста монет в месяц, при его жалованьи в сто двадцать монет в неделю, это более чем выгодно. Дарион по старой привычке, обживаясь в Нижней Авенте, нашел там несколько брошенных аристократами квартир и апартаментов, ведь район в основном был раньше дворянский, и обследовав их, нашел много чего ценного, что продал на черном рынке по привлекательной цене. Многие воришки-делитатнты не решались туда входить, по скольку в них было много гнезд трупных ос. Дарион же заранее запасся бутыльками с ворванью, или крепким алкоголем, типа рома или виски, что также были горючи, делал из них коктейли Роузберроу, поджигал и кидал их в гнезда, которые моментально спыхивали, сжигая трупных ос и личинок. Сегодня днем Дарион работал в районе доков, и Рой, местный владелец открытого бара, передал ему два письма, что были адресованы ему, когда тот пришел в обед перекусить. Одно от Честера, другое от Лейлы. Дарион решил, что придет домой, и прочитает уже их там. Дарион сидел за барной стойкой, погруженным в свои мысли, как услышал шум и ругань сзади. Двое мужчин о чем-то повздорили и решили устроить драку в пабе. -А ну выйдите на улицу, и там деритесь! – гаркнул бармен. – Устроили тут бойцовский клуб! Мужчины не услышали бармена и продолжили сыпать друг друга ударами. Шум и гвалт даже Дариону стали надоедать, не возможно собраться с мыслями. Тот встал, подошел к дерущимся, спокойно разлепил их друг от друга за шкирки и, с невозмутимым видом, стукнул их друг о друга лбами. Те потеряли сознание. Все в баре наблюдая за этой сценой дружно заулюлюкали и выкрикивали слова одобрения. Дарион также невозмутимо вытащил их за шкирки из бара и оставил на улице. Зайдя обратно, тот отряхнул руки друг о друга с хлопком, и подошел к барной стойке, услышав сзади голоса одобрения при виде парня. -Ну ты даешь, пацан, - сказал усатый бармен, поставив перед парнем кружку с пивом. – Двоих одним ударом. Это сильно. -Я не заказывал еще, - сказал удивленно Дарион. -За счет заведения. За то, что выставил этих драчунов из моего паба. Пусть с ними гвардейцы разбираются. Дарион лишь кивнул и отхлебнул пива из кружки. Ридпат еще больше раздался в плечах и оброс мышцами, поскольку тяжелый физический труд давал о себе знать, и с появлением работы он стал питаться лучше и по графику, но старался при этом не забрасывать тренировки. Привычка с воровской жизни тренировать скорость, силу и ловкость так и осталась. И в работе эти навыки ему очень помогают. Кто знает, где они еще послужат. Дарион только начинал наслаждаться легким шумом паба и уединением, как к нему подошла молодая дама. Хорошо одетая в черный брючный костюм, с уложено прической и макияжем, видно что из обеспеченной семьи. И что она делает в таком задрипаном пабе? Ищет себе мужчину для утех среди простых работяг? Возможно, такая практика нередка для аристократов. -А ты был хорош, - сказала она низким грудным голосом, с обольстительной улыбкой на лице. -Просто вытащил из бара двух драчунов, чтобы не мешали своим шумом другим посетителям, - пожал плечами Дарион, и отпил новую порцию пива из кружки. -Симпатичный, сильный и скромный, - протянула вальяжно дама. – Мне нравятся такие мужчины. Дама с лисьей улыбкой на пухлых губах, на которые была нанесена вишневого цвета помада, пошло провела по ним языком. -Прошу прощения, миледи, но я не тот, кто вам нужен, чтобы скрасить вам вечер, - сказал с ухмылкой Дарион. -От чего же? Неужели я тебе не мила? – изящно подняв бровь спросила дама, с притворной обидой в голосе. -Вы милы, и красивы, это бесспорно, но я немного другой фракции. Если вы понимаете, о чем я, - сказал с легкой улыбкой Дарион, ожидая бурной реакции, и что дама из-за этого от него отстанет. Но нет, дама лишь растянула пухлые губы в элегантной улыбке и деловито произнесла: -О, да ты еще интереснее, чем я предполагала, молодой человек. Я думала, что только в аристократических кругах мужчины спят с мужчинами, а удел простых работяг жениться и плодиться. -Ну, как видите, я не простой работяга, а с собственными… причудами, - пожал плечами Дарион и отпил из кружки. -Что ж, поскольку поиск мужчины для моего вечера растянулся, - начала дама, элегантно положив подбородок на кулак, украшенный перстнем. – Я бы хотела предложить тебе работу под стать тебе. -У меня уже есть работа, миледи. -Я готова платить тебе больше, чем ты сейчас зарабатываешь, милый, - сказала все также улыбаясь женщина. -И что же вы за работу такую предлагаете? – спросил без энтузиазма в голосе Дарион, поскольку эта дама, своим повышенным вниманием к его персоне, начала его утомлять. -Видишь ли, дорогой, я являюсь управляющей подпольного бойцовского клуба, и мои мужчины неплохо зарабатывают в боях. Столько, сколько им и не снилось, когда они работали простыми рабочими. И поэтому я ищу бодрых и сильных мужчин в этом убогом пабе. -Миледи, я в свое время тоже неплохо зарабатывал, но предпочел честный труд, пусть и за меньшее. -Оу, так ты раньше был вором? – протянула дама пошло и с придыханием. – Сильный, ловкий, симпатичный и скромный. Милый, с такими данными как у тебя, и твоим характером, успех в таком бизнесе тебе гарантирован. Дамы будут готовы поставить все деньги на тебя, а мужчины, особенно твоего поля, будут равняться на тебя, желая стать ближе к победителю, тоже будут ставить все, чем они богаты. -Спасибо, миледи, но… -Зови меня Жозефина. Жозефина Майнер. -Спасибо вам, Жозефина, за столь щедрое предложение, но, как я говорил, моя работа сейчас меня более чем устраивает. – ответил Жозефине Дарион, и встал со стула. Мадам Майнер схватила своими наманикюренными пальчиками Дариона за локоть и улыбнулась. -И все же, - протянула она со всей аристократической надменностью и элегантностью, - если передумаешь, приходи в бывший магазин мадам Руперт в Верхней Авенте, это на Мальдонеро-роуд. Буду рада тебя видеть. Как твое имя милый, не расслышала? Жозефина отпустила руку Дариона, тот посмотрел на нее и сказал, повернув голову к женщине. -Я вам его и не называл, мадам. Мое имя Дарион, и вряд ли мы еще с вами встретимся, Жозефина. Дарион направился к выходу из паба, а женщина, с улыбкой на губах, сказала ему вслед, но тот этого не услышал: -Поглядим, милый, поглядим.

***

Дарион пришел домой и прочитал письма от Честера и Лейлы. Честер прислал ему первое письмо через две недели после того, как уплыл в Куллеро. Его друг писал, что временно находится в гостинице при таверне и устроился работать грузчиком в порту Куллеро, где его с радостью приняли, и пообещали выделить комнату в кампусе рабочих для проживания. Также Честер писал, что скучает по Карнаке, потому как в Куллеро чуть прохладнее, чем в Карнаке, а еще у него никого из знакомых тут нет. Также писал, что скучает по Дариону и ждет от него вестей, когда тот найдет своих родных. А если не найдет, то с нетерпением будет ждать, когда тот приплывет в Куллеро и будет очень рад этому, и поможет обустроиться в новом городе. Лейла писала, что после последней их встречи пыталась его отыскать, чтобы предупредить о своем отбытии в Бастиллиан, но не смогла. Она вернулась обратно, руководит пабом и салоном красоты. Рэй ушел на пенсию и помогает в управленческих делах паба, вроде ведения гроссбухов и закупок товаров и продуктов в паб и салон красоты, поскольку его ослабевшие руки уже не способны ловко орудовать ножами и держать вес большой кухонной утвари. Также Лейла упомянула, что будет очень рада, если Дарион почтит ее и Рэя своим визитом в Бастиллиане, и готова предложить ему работу и жилье, если воровская жизнь Дариону надоест. Дарион читал письма от друзей и грустно улыбался. Он очень скучал по Лейле и Честеру. Дариону даже стало интересно, как Честер выглядит в простой форме портового рабочего. Наверняка также ходит в свободных, не сковывающих движениях, рубахе, штанах и высоких сапогах. Рубаха как обычно расстегнута на две верхние пуговицы, обнажая формы подкаченных грудных мышц, крепкую шею и кучу побрякушек на шее. Наверняка, также Честер не расставался со своими излюбленными серьгами в ушах и решил снова отрастить волосы, или же оставил их также короткими. Спросит у него, когда будет писать ответное письмо. Дарион этим же вечером сел за стол и стал писать ответ друзьям. Он предложил Честеру перебраться в Бастиллиан, где живет Лейла, познакомиться с ней и работать у нее. Так будет проще Честеру, поскольку Лейла дружна с Дарионом, и его другу она с радостью предложит работу, будет платить исправно, выделит комнату в пабе, и ему будет проще писать сразу два письма по одному адресу или одно письмо сразу на двоих. Утром Дарион отнесет письма в портовую почту, чтобы они отправились по адресу. Прошло две недели. Дарион исправно работал, чем заслужил уважение коллег и начальства, но в один из дней, начальство объявило о сокращении рабочих, поскольку заказчики перестали платить, а герцог Серконоса перестал одобрять проекты по благоустройству города, из-за чего существенно сократилось выделение бюджета на закуп материалов, а также на выплату жалованья рабочим. Дарион получил жалованье по сокращению и вернувшись в свою квартиру, оставил в почтовом ящике для хозяина триста монет, чтобы оплатить следующий месяц проживания. Он сидел и размышлял, куда можно пойти устроиться работать, как вспомнил про предложение мадам Майнер. Возможно, Жозефина не лукавила, что на подпольных боях он сможет заработать. В таких боях ему могут пригодиться костяные амулеты, которые он оставил себе, когда занимался воровством и давали ему некоторые преимущества. Например прыгать высоко, ходить намного тише, также при драках в кулаках и на теле было меньше ран и боли, также он мог прыгнуть с высоты и, словно кошка, тихо и мягко приземлиться. И он решился навестить контору Жозефины. Придя по адресу, что ранее ему озвучила мадам Майнер, его встретил верзила, который по комплекции был шире Дариона, но на лицо казался туповат. -Я к мадам Жозефине Майнер. Она мне ранее предлагала работу. Верзила кивнул и хриплым голосом, скорее всего от сигар и пойла, сказал: -Поднимайся на второй этаж, там будет кабинет мадам Майнер, постучи три раза с небольшой паузой после второго стука, так она поймет, что это по поводу боев. Дарион кивнул. Он вошел в бывший, просторный магазин мадам Руперт. Видимо тут ранее продавались костюмы и ткани для аристократов самой высшей пробы. Наверняка тут также эти костюмы шились, учитывая, что в углах стояли швейные машинки, окна были зашторены остатками элегантных тканей, видимо оставшихся после закрытия магазина. В центре зала располагался самодельный ринг, а за ним была барная стойка. Рядом с баром была лестница ведущая на второй этаж. Дарион поднялся и огляделся куда ему дальше идти. Он увидел что в конце коридора была массивная дверь из красного дуба, и на золотой табличке серебряными буквами, видно даже из далека, было написано: «Ж. Майнер» Он подошел к двери, постучал в нее условным стуком, откуда послышался протяжное и немного заигрывающее «Да, войдите!» Дарион открыл дверь и прошел к столу Жозефины. -Дарион! – воскликнула Жозефина, отрываясь от бумаг. –Какая неожиданная встреча. Что тебя привело ко мне? Ты же ведь ранее говорил, что доволен своей работой, но все равно пришел ко мне. -Там где я работал, нас рабочих, сократили из-за нехватки бюджета и неоплаты заказчиков. Я снова в поисках работы, которые могут затянуться. Вспомнил про ваше предложение и вот, я здесь. Жозефина встала со своего кресла, и покачивая бедрами, вальяжно прошла к Дариону, обходя его сзади. Дарион был в майке без рубахи, поскольку была жара, в льняных штанах и черных сапогах. Жозефина обошла его и оценивающе посмотрела на него, на его спину, ноги и пятую точку. Затем встала лицом к нему, и оценивающе посмотрела с ног до головы, чуть задрав голову, чтобы посмотреть в глаза Дариону. -Что ж, думаю ты уже готов к боям, чувствуется твоя тренированность, - обольстительным тоном сказала Жозефина, касаясь бицепса парня наманикюренными красным лаком ноготками. – Сегодня в восемь состоится бой, есть уже один участник по кличке «Рог». Думаю, ты его размажешь по рингу. Я как раз искала, кто сможет выйти на бой вместе с «Рогом». -И какие правила у этих боев? – спросил Дарион подергав желвками от касаний Жозефины. -Именно, что никаких. Но драться не насмерть. Мне ни к чему терять ценные кадры, которые мне и им несут деньги. Тебе тоже нужно дать боевую кличку. Что скажешь, если тебе дадим кличку «Ловкач? Вполне соответствует тебе. Жозефина также пошло улыбнулась, и покачивая бедрами вернулась в свое кресло. -Я согласен. -Отлично, - радостно хлопнула в ладоши Жозефина, от чего ее длинные серьги закачались в ушах. – Тогда в семь вечера жду тебя на подготовку. И да, драться нужно будет в штанах и сапогах, без майки и рубахи. Нужно чтобы бойцы продемонстрировали всей публики достоинства своего тела. -А как насчет использования костяных амулетов? – спросил Дарион. -Ну, если вы все верите, что эти побрякушки принесут вам удачу, или дадут какое-то преимущество в драке, то используй, дело ваше. Но сегодня ставки будут на тебя, и если ты победишь «Рога», от этих ставок ты щедро заработаешь. Все дамы будут виться вокруг тебя, мечтая заполучить сильного и красивого победителя. А может и не только дамы, если ты понимаешь о чем я. Жозефина также пошло растянула губы в ухмылке. Дарион кивнул и направился к выходу из кабинета этой мерзкой дамочки. Дарион по ее глазам видел, как манит ее недоступный и запретный плод. Она мечтала его заполучить, но Дарион не поведется на это. Да и он сам решил уже для себя, и принял, что ему нравятся мужчины, а заставить себя смотреть на девушек в сексуальном контексте он не сможет. Нет, он смотрит на красивых девушек и женщин, восхищается даже ими, но только с эстетической стороны. Возвращаясь домой, он погрузился в тяжелые мысли. Может все таки стоило поискать другую работу, а не идти на добровольную бойню, или вернуться к воровству, на котором он заработал бы больше, продолжая жить в квартире? Дарион чувствовал, что он запутался. Он решил прийти домой, поспать немного, ведь вечером состоится бой.

***

Полгода спустя. Дарион сидел в своей квартире и в очередной раз наносил себе мазь на раны после боя. Бои ему приносили хороший доход. Жозефина не лукавила и щедро платила ему деньги, даже сверху того, что он заработал. В боях он заработал себе имя, но он всегда выступал на боях с платком на лице, чтобы были видны только глаза. Такой вариант ему предложила сама Жозефина. По ее словам он становился загадочнее и интереснее для зрителей. Сильный, ловкий, быстрый победитель всех боев, еще больше разжигал интерес среди знати и простых людей, которые платили, чтобы поставить на «Ловкача». Влиятельные дамы, а также джентльмены,  много раз предлагали ему щедро заплатить, если он проведет ночь с ними в купе с плотскими утехами. Но Дарион смотрел на них в ответ, своими зелеными глазами и сведенными темными бровями так, что те понимали глупость такого предложения и быстро ретировались.  В итоге, «Ловкач» был недоступной мечтой для многих. Сегодня был тяжелый бой с громилой по кличке «Разрушитель», но ловкий и быстрый Дарион уложил его на лопатки и вырубил его. Аристократы и все другие собравшиеся дружно закричали и начали друг друга похлопывать по плечу, обнимать. Их ставка сыграла отлично, и они сами еще заработают от выигрыша «Ловкача». Некоторые сидели с грустными или яростными лицами, потому как поставили на «Разрушителя» и проиграли все поставленные деньги. Жозефина после боя зашла в комнату к Дариону, где он после боя принимал душ, перевязывал раны и переодевался. Комната была выделена ему лично за заслуги в боях. Она застала Дариона после душа совсем нагим, и без стеснения подошла к нему. Дарион только закатил глаза на это, но не стал прикрываться полотенцем. Если уж ей так хочется раззадорить себя и злиться, что такой лакомый кусочек ей недоступен, то это ее проблема. Он встал перед ней, а она покачивая бедрами в длинной юбке и цокая каблучками по кафелю, подошла к нему с аристократической, нагловатой и пошлой ухмылкой на губах. -Твой выигрыш, милый, - сказала Жозефина, давая ему в руки увесистый мешочек с деньгами. -  Сегодня ты был особенно хорош. Жалко мне тех дураков, что поставили на «Разрушителя». Хотя нет, не жалко, ведь их глупость это наши деньги. Жозефина оглядела парня с ног до головы, задержавшись взглядом, приподняв элегантно бровку, на несколько секунд в зоне его промежности. Он хмыкнула, и с ухмылкой на губах, деловито отвернувшись, пошла в сторону двери, и сказала: -И почему ты такой недоступный? Ладно, я понимаю дамам ты недоступен. Но было столько претендентов из мужчин и юношей, кто хотел заполучить жаркую и незабываемую ночь с непобедимым и таинственным «Ловкачом». Но ты их всех отшиваешь. Даже на деньги, что они тебе предлагают, тебя не развести. Скажи почему так, милый Дарион? Жозефина повернулась и уперла ладони в свои бедра. Улыбка все еще цвела на ее губах, на которых была ярко-карминовая помада. -Спать за деньги удел куртизанок, - ответил Дарион, положив на столик мешочек, и не стесняясь Жозефины, глядя ей в глаза, надел нижнее белье. – Я согласился за деньги участвовать в боях, а не спать с надменными аристократами, которые только и кичатся своим происхождением и деньгами. А на деле, они просто жалкие интриганы, сплетники и глупцы, которые не стоят даже моего мизинца. Жозефина сначала промолчала, а потом громко рассмеялась. -Что ж, тут ты прав, все они жалкие. Но все же, неужели тебе не хочется усмирить пыл молодого тела и получать блаженное удовольствие от утех? -Я сплю только с теми, кто мне нравится, а перепих за деньги с аристократами, которые спят с кем не попадя, явно не попадает под мою категорию. -Фи, как вульгарно, - скривилась Жозефина на слова Дариона. – Ты надеешься найти того, кто тебе будет симпатичен, и полюбит всем сердцем? Милый, ты же понимаешь, что это глупо? Любви не существует. -Может ты и права, Жози, - сказал Дарион. – У меня был парень, с которым я спал, но при этом он был мне другом. И мы помогали таким образом друг другу не сойти с ума от шалящих гормонов, и обуздывали желание. А еще он был хорошим человеком, несмотря на то, чем он промышлял, как и я. А аристократов не назовешь хорошими людьми. -Если он был так хорош, почему у вас не сложилось? – спросила Жозефина, скрестив руки на груди. -Я не чувствовал к нему того, что он чувствал ко мне. Своей невзаимностью я уже многим успел разбить сердце. -По крайней мере, ты верен себе, свои принципам, и дорожишь свободой, а любовь, чувства затуманивают разум. Любовь это слабость. -Возможно, - сказал Дарион, застегивая пуговицы на рубахе. – Но мои родители в свое время показали мне, что любовь это сила. И когда она крепка, люди сильнее гораздо. -На вид ты очень взрослый и мужественный мужчина, Дарион, но все же по-детски наивен, - сказала Жозефина надменно улыбнувшись. Она повернулась к двери, чтобы выйти из его комнаты, как Дарион окликнул ее. -Жозефина, - женщина с заинтересованным взглядом повернулась к нему. – Завтра будет мой последний бой. -Что ты имеешь ввиду, милый? – нахмурив непонимающе брови, спросила Майнер. -То и имею ввиду. Я завязываю с подпольными боями. С меня хватит. -Ты вот так откажешься от денег, славы и прочего? А ради чего? -Ради себя, Жози. Я тебе благодарен за все, что ты для меня сделала, но с меня хватит. Я устал. Хочу тихой и спокойной жизни. -Хочешь зарабатывать гроши, горбатясь на других людей? Или вернешься снова к воровству? -Не знаю. Но я не хочу больше драться. Прости меня. -А я тебя недооценивала, Дарион, - сказала с уже более мягкой, а не надменной и пошлой улыбкой Жозефина. – Что ж, придется тогда тебе найти достойную замену. Но на завтрашнем бою выложись максимально, я тебе щедро заплачу. -Ты так просто меня отпустишь? – удивленно изогнул бровь и скрестил руки Дарион. – Обычно без угроз и выплаты неустоек из этого бизнеса не уходят. -Я видела на что ты способен, дорогой. Тягаться с тобой нет смысла. А отпускаю я тебя, потому что ты молод еще, и заслуживаешь лучшей жизни. Но когда мы расстанемся, Дарион, наши пути уже вряд ли пересекуться, и лучше, чтобы оно было так. -Заверяю тебя, так и будет, - сказал Дарион, кивнув головой. Жозефина повернулась к двери, а затем обернувшись сказала: -И если ты вернешься к воровству, только попробуй меня ограбить. Пожалеешь об этом, дорогой. У меня крупные связи в Карнаке, и мне лучше дорогу не переходить. -Зачем мне грабить руку, которая меня кормила, Жози? Обижаешь меня. Жозефина изобразила губами воздушный поцелуй и вышла из комнаты. Дарион вышел из здания и пошел к дому, идя по узкому переулку. Так путь до дома был быстрее в разы. -Ты «Ловкач»? – послышался голос. Дарион повернул голову в сторону голоса. У стены стоял рослый мужчина блондин, скрестив руки на груди. -Спокойно, я с тобой не драться пришел, - сказал мужчина отрываясь от стены и поднимая руки в мировом жесте. - Видел как ты дерешься, и было бы верхом глупости затевать с тобой драку. Я тут по  делу. Тебя хочет видеть Паоло и перетереть с тобой. -Паоло, который лидер Стенателей? Ты из них? – спросил Дарион. -Да, - кивнул мужчина и закурил сигару. – Я Дюран. -И о чем он хочет поговорить? -Этого я не знаю, - пожал плечами Дюран. – Мне было велено доставить тебя к Паоло. -Ладно, только без фокусов, - сказал Дарион, предупреждающе сведя брови и посмотрев на Дюрана, как он смотрел на аристократов. Дюран кивнул и махнул ему рукой, чтобы Дарион шел за ним. Шли они пятнцадцать минут, Дюран пытался развести Дариона на разговор, задавая вопросы про бои и прочее, но тот молчал. Дюран понял, что это бесполезное дело, и замолчал. Дюран привел его в здание, что было рядом со станцией «Авента», где недалеко был знакомая для Дариона подпольная лавочка, а от нее до Нижней Авенты нужно было подняться в гору по улице. На верхнем этаже здания расположился Паоло с небольшой кучкой стенателей. -Дюран, - сказал Паоло откидываясь на кресло у стола. – Ты привел его к нам. Дюран кивнул. Дарион подошел ближе к Паоло и рассмотрел его. Непривлекательный мужчина средних лет, с острыми чертами лица, испещренного шрамами и морщинами. Он был очень худой, от чего его оттопыренные большие уши выглядели весьма комично на фоне его телосложения. На диванчике рядом с ним расположилась женщина блондинка с волосами по шею, и курила сигару. Ее руки были покрыты татуировками, на груди, что едва обнажалась под кожаной жилеткой черного цвета на нагое тело, также были татуировки. Женщина была худой, угловата, с грубыми, даже мужскими чертами лица. Дарион сначала подумал, что это мужчина, косящий под женщину, потому как даже груди у этой женщины не было. Но ему все равно кто она, и вообще, зачем он здесь. -Зачем я здесь? – все-таки озвучил свой вопрос парень. -Сразу к делу, - хмыкнул Паоло. – Я Паоло, впрочем ты и так это понял. Я и Минди, - Паоло указал рукой в сторону блондинки, - видели тебя на боях в подпольном клубе. Ты хорош, я впечатлен. Все-таки, мадам Майнер умеет себе выбирать бойцов. -Вы знакомы с Жозефиной? – спросил Дарион. -Да, - кивнул Паоло. – И очень близко. Минди от таких слов закашлялась дымом от сигары, а Дарион подавил желание скривиться, потому как представил себе неприятного внешне Паоло, и элегантную Жозефину в не самом приличном виде. -И зачем вы меня хотели видеть, Паоло? -Ты быстр, силен, ловок. Нам такие люди нужны. Мы Стенатели, и хотим сделать жизнь простых людей лучше. Ты молодой парень, а вынужден участвовать в подпольных боях, чтобы заработать себе на жизнь. Мы хотим положить конец тирании герцога Абеле, Гвардии и Аббатства. -Что ж, вы «улучшили» жизнь в квартале Батиста, - сказал явительно Дарион, скрестив руки на груди. – Когда начали свою небольшую заварушку со Смотрителями. И мне из-за вас пришлось покинуть этот ранее процветавший квартал. -Так сложилось, что Аббатство нас не жалует, и даже обвиняет нас в ереси, чертовы фанатики. -И каким образом я, простой парень, могу помочь банде головорезов, покончить с герцогом, Аббатством и всей верхушкой власти Карнаки? – спросил Дарион. – Вы зря теряете на меня время, Паоло, потому как убивать кого-то это не в моей компетенции. Я всего лишь боец в подпольном клубе, бывший вор за ценными вещицами, но не убийца. Я наслышан о вас и стенателях, что убивать вам всем плевое дело. Но с этим, пожалуй, не ко мне. Дарион встал, и пошел в сторону выхода. -Ты зря отказываешься, - сказал ему Паоло в спину. – Ты не знаешь, что теряешь. Дарион медленно повернулся к лидеру стенателей, посмотрел на того с несколько секунд своими ярко-зелеными глазами, а затем уверенно сказал: -Ошибаетесь, Паоло. Как раз-таки знаю, что теряю. Свободу. И чистые руки, не окроплённые чье-то кровью. И ничего ценнее этого у меня нет. Вы не на того хотите поставить. И я надеюсь, что наши пути более не пересекутся. -Хорошо, - кивнул разочарованно Паоло, но затем добавил с нотками предупреждения. – Но не переходи дорогу стенателям. Обычно это плачевно заканчивается. -Да, знаю, - кивнул Дарион и вышел из кабинета. Снова кто-то пытался сделать Дариона своей марионеткой, как Фитц в свое время. Но Дарион больше не купиться на это, не желает более влезать в это дерьмо. Однако, завтра у Дариона будет последний бой в клубе Жозефины, а чем он займется после, он не знает. Ридпат даже задумался над тем, чтобы вернуться к воровству, к тому, что он хорошо умеет, после работы обычным рабочим. Дарион пришел домой. Он наносил мазь на раны, сидя в полной задумчивости. Завязав бинт на руке, он достал из под кровати свою сумку, с которой он приехал в Карнаку. Посмотрев на нее, он подумал, что его приезд будто был так давно, что казался ему сном или чем-то недосягаемым из прошлой жизни. Он достал свой макинтош с платком, посмотрел на них и сказал в слух: -Ну друзья, с возвращением. Скоро нам предстоит работа.