Единая Территория

– Подвинься, меченая, – голос Бена доносится откуда-то сбоку, и я невольно подпрыгиваю на месте. Меченая. Это прозвище не употребляли по отношению ко мне со времен приюта. Откуда он знает? Вместе с Беном за стол садится тот самый низкорослый парень, который вчера работал с нами на очистке. И… боже мой, а она что тут забыла? – Лекси, солнышко, ты же против поговорить со старыми друзьями? – сладко тянет блондинка, пристраивая свой поднос к другим на моем столе. – Вайолет, – твердо произношу я, выдерживая ее взгляд. – О, так вы знакомы? – вклинивается Бен. – Это хорошо. Потому что у нас есть к тебе дело. – Может, не будем так сразу? – говорит неизвестный мне парень. – Патрик, всем только лучше будет, если я сразу перейду к делу, – отвечает ему Бен. – Райан еще не подошел, – хмурит брови Вайолет. – Или ты хочешь начать без него? Бен поднимает руки. – Как скажешь, Ви. Она морщится. – Терпеть не могу, когда меня так называют. – О, ты же понимаешь, что для меня это как красная тряпка для быка, Ви? – насмехается Бен. Она морщится и закатывает глаза. Что, черт возьми, они забыли за моим столом?! Этот вопрос крутится у меня в голове все время, пока они ведут перепалку, и я даже забываю есть. – Пат, ты же захватил чертежи? – спрашивает Бен. Патрик кивает, тщательно прожевывая пищу, которая, кстати говоря, теперь не лезет мне в глотку. – Супер, – Бен тоже ест. С большим аппетитом, между прочим. Они все едят и делают это так, будто ничего не происходит, когда я перемещаю свой взгляд с одного на другого, пытаясь хоть немного вникнуть в суть происходящего. Я уже думаю встать и уйти из столовой раньше времени, как к нашему столику идет Райан. Конечно, я его знаю. Он был с нами в приюте. Мальчик, которого все любили. Ростом он под два метра, поэтому рядом с ним обычно все кажутся какими-то несуразными. Он один из тех, кто вырвался на службу, стал связующим звеном между двумя мирами: тех, кто внизу, и тех, кто иногда видит свет. Райан проводит большой ладонью по черным немного волнистым волосам и чмокает в щеку Вайолет. – Уже начали? – готова поспорить, за такой низкий голос многие мальчики бы отдали все. – Тебя ждали, – отвечает Бен. Райан кивает, притягивая Вайолет к себе, и в один момент бросает взгляд на меня. Растерявшаяся от такого внимания и совершенно не привычная ко всему тому, что сейчас происходит, я дергаюсь, роняя вилку на пол. – Аккуратней, – Патрик тянется за моим столовым прибором, и вкладывает мне его обратно в руку. – До трех не досчитали, значит, чистая. Я слышу сдавленный смех Бена, и понимаю, что начинаю краснеть. Что-то глубоко внутри меня словно просыпается и рвется наружу. Я снова чувствую себя как в приюте. Отвратительно. Хочу отбросить вилку и встать со своего места, но рука Патрика быстро ложится на плечо. Он слегка сжимает его, останавливая, и я понимаю, что выбора у меня нет. – Что… – горло першит. Я осознаю, что оно пересохло. Делаю глоток воды. – Что вы хотите? Голос звучит тише, чем мне бы хотелось, и совсем не уверенно. Но какой есть. – Солнышко, чего ты так перепугалась? Нам просто надо поговорить об одном… – Вайолет пытается подобрать слова. Ей на помощь приходит Патрик: – Начнем с того, что мы все здесь в одной тарелке. Правильно? Он выразительно переводит взгляд на меня, подняв одну бровь. Я смотрю на него с широко раскрытыми глазами, совершенно не понимая, что мне нужно на это ответить. Патрик немного трясет меня. – Эй, ты с нами? – Мы все в одной тарелке, – машинально повторяю я, что запомнила. – Верно. Видите? – Патрик поворачивается ко всем. – Все проще, чем казалось. Вайолет выдыхает. – Да. А теперь скажи нам, солнышко, как часто твои смены выпадают на Барлоу? Этот ублюдок? Постоянно. У меня в голове проносится шквал мыслей, но я успеваю схватить каждое слово до того, как оно окажется на языке. – А в чем, собственно, дело? – набираюсь я смелости. – Нам нужна твоя помощь, – просто говорит Райан. Я немного оседаю под его взглядом. Помощь? Им нужна моя помощь? Но какого рода помощь я могу им предложить? Слова вертятся в моей голове, и я никак не могу понять говорящих. Райан приподнимает бровь, видимо, ожидая от меня какой-то реакции. Я откашливаюсь. – Но что я могу сделать? Глупый вопрос. – Правильный вопрос, – словно поправляет мои мысли Патрик. – Тебе всего-то надо отвлечь мистера говнюка. – Барлоу, – добавляет Райан, не сводя с меня взгляд. – Отвлечь? – пищу я. Вайолет закатывает глаза. – Да ладно, у тебя же здорово всегда получается переключать его внимание. Они правда просят меня подставиться? – Зачем мне это делать? – тон моего голоса становится совсем неуверенным. – Потому что только ты можешь это сделать, – отвечает Бен. – Хорошо. Но все же. Зачем мне это? – А я говорила, что так будет, – Вайолет закатывает глаза. – Да подожди ты, – осекает ее Патрик. – Мы ведь толком ничего не объяснили. – Да, давай, расскажи ей весь наш план, чтобы она смогла нас сдать, – Бен усмехается, развалившись на стуле. – Она не сдаст, – твердо произносит Райан, продолжая изучать меня взглядом, и в моей памяти проскальзывает воспоминание. Когда-то давно хороший мальчик помог мне, и я чувствую, что должна выплатить долг. Такое у нас с ним безмолвное соглашение. – Правда? – Вайолет переводит взгляд на Райана, затем снова на меня. – Выглядит она напугано и словно вот-вот пойдет стучать. – Я не шестерка, – не моргая, я выдерживаю взгляд Вайолет, которая только усмехается. – Это очень важно, Алекс, – Патрик смотрит на меня так, будто я действительно единственный их шанс. Я не выдерживаю их давления: – Ладно, что вы хотите сделать? – Ладно? Это что, одолжение? – вклинивается Вайолет. – Помолчи, – перебивает ее Бен. – Это самое интересное. – Секунды тянутся, словно часы, пока я жду продолжения. – Мы хотим взорвать низины. Голос Бена доносится до меня словно под водой, все резко перестает иметь значения. Они хотят сделать… что? Я перевожу взгляд на Райана, который, кажется, все это время следил за любым моим микродвижением. Его зеленые глаза напоминают мне о мальчике из приюта. Его волосы, слишком мягкие для этого места, уложены красивой волной. Райан смотрит на меня так, будто знает, что я не могу отказать. И я действительно не могу. Не тогда, когда просит он.