Более не околдованный далью

      — …И кто-то всплакнет — но напрасно:       По чудищу глупо скорбеть.       Отныне жизнь будет прекрасна,       Ведь смог я их всех одолеть.       Гигантский ржавеющий робот       Застыл, безголовый теперь.       Не слышен его жуткий рокот       И крики безвинных людей.       Вся пугань, вся падаль, вся мерзость,       Что зло учиняла оттуда,       Бежала — куда делась дерзость?! —       Не ждет доброты к себе, чуда.       Уж много нацежено крови;       Их мало кто станет жалеть.       За слезы, предсмертные боли       На площади будут гореть.       Мне хлопают, счастливы лица,       На суд что пришли посмотреть.       Мне в пору собою гордиться,       Хоть годы я буду сидеть:       По правилам белой бумаги       Я страшное зло совершил,       Но доблести, чести, отваги       Медаль на груди заслужил       За план хитроумный и сложный,       Что жизнью своей рисковал,       Пророк чтоб ничтожный и ложный       Свой век не средь нас доживал.       Никто не займет его место       В стальной тугоухой башке,       Снесут нарциссивное тесто       На мусорку в темном мешке;       Примером научены, сталью,       И знает народ теперь, как       Не быть околдованным далью,       Пока на земле царит мрак.