Около часа

      Ключ медленно поворачивается в замочной скважине. Нил Джостен отводит взгляд от крепкой спины своего спутника на встретившую их темноту. Хозяина дома он знал около часа. Тот за всё время их недознакомства даже не удосужился ему представиться. Впрочем, и не нужно было – Нил слышал как бармен называл парня при разговоре. Эндрю.       Самому Эндрю на имя незнакомца было всё равно. Он увидел в туалете клуба нервного парня в обносках и предложил ему сигарету, а тот согласился, но на улицу не пошёл. Тогда бармен по просьбе, кажется, близкого друга запустил их в кладовую недалеко от стойки с уже открытым узким окном. Здесь курили все работники «Райских сумерек».       Сначала общение Нила с Эндрю представляло собой долгие, изучающие переглядки, которые не ощущались неловкими даже после случайных столкновений взглядами. Они молча продолжали, отвлекаясь лишь на то, чтобы выдохнуть дым в окно.       Эндрю первый разрушил молчание, хотя ему явно не нравилось быть инициатором разговора:       – Впервые тут?       – В клубе? – уточнил Нил, и получив в ответ только сдержанный кивок, отвёл взгляд к окну: – А что?       – Раньше не видел тебя.       – А ты тут часто бываешь?       Нил в ту же секунду заметил чужое раздражение, поэтому решил, что тянет время попусту, и конкретного ответа от него не ждут.       – Я проездом в Колумбии.       В своих догадках он оказался прав – Эндрю тогда взглянул на его сумку и буркнул себе под нос: «Очевидно».       А сейчас он проходит в коридор, даже не обернувшись. Нил сразу понимает, что Эндрю почти уверен, будто его гость струсит и убежит, поэтому даёт возможность. В этом была своя правда – Нилу всегда говорили, что нужно бежать. Бежать не думая. От связей и взглядов, прикованных к его лицу. Спасать свою жизнь. Однако сейчас Джостена чужое сомнение наоборот мотивирует переступить порог и закрыть дверь, наугад провернув замок.       Эндрю включает свет, благодаря чему Нил теперь может детальнее его рассмотреть – светлые пряди спадают на лоб, жёсткий взгляд ореховых глаз направлен ровно на Джостена, на кончике левой брови и в ушах пирсинг, ставший заметным лишь сейчас, когда в нём отразился желтоватый свет. Из-за постоянно мерцающих вспышек в клубе и полутьмы в кладовой Нил не мог нормально рассмотреть чужое лицо, но вот широкие плечи и сильные руки цветастые блики нисколько не скрывали – наоборот выгодно подчёркивали отчего-то всегда напряжённые мышцы. Нил чувствовал себя жертвой позднего пубертата, когда каждый раз опускал глаза ниже его шеи.       Эндрю рассматривает в ответ и что-то там думает. Возможно, о не самой высокой морали стоящего напротив или о его абсолютно не подходящей для соблазнения одежде.       – Ну, проходи, – Эндрю окидывает его сомневающимся взглядом и уходит по коридору в одну из комнат.       Нил медленно следует за ним и в итоге оказывается на небольшой кухне. Эндрю не выглядит заинтересованным, бросает пачку сигарет с зажигалкой на обеденный стол и открывает холодильник, у которого задерживается слишком уж надолго. Нил про себя отмечает, что дом не особо обжитый. Конечно, не ему говорить о домашнем уюте, но в его представлении места, где жили люди, обязательно выглядели более «изношенными» и в каждой потёртости хранили историю.       Нил этих потёртостей не видел.       – Новый дом? – Пытается догадаться Джостен.       – Нет. Я тут сейчас бываю по ситуации.       – По такой же, что сейчас?       Нил не пытается задеть, но Эндрю ему не отвечает. Только бросает острый взгляд из-за плеча и достаёт из холодильника стеклянную тёмно-коричневую бутылку.       – Пить будешь?       – Я не пью.       – Даже пиво? – Спрашивает Эндрю, не особо ожидая получить положительный ответ.       – В принципе не пью.       Он замечает, что чужая рука, тянущаяся до этого к стеклянному шкафчику за стаканами, останавливается. Эндрю наконец поворачивается к своему гостю, задумчиво поджимает губы и через долю секунды отпивает немного прямо из горла. Нилу могло бы стать неприятно, но бутылка очень быстро оказывается в стороне, а хозяин дома не выглядит пьяным, даже не кривится. Хотя Джостен отчего-то был уверен, что тот выпивал ещё в клубе. Точно не видел, но полагал, что его дружеские отношения с барменом появились не на пустом месте.       Эндрю снова опускает взгляд на растянутую футболку Нила, который без особого стеснения опирается на край обеденного стола и там же рукой случайно натыкается на пачку сигарет. Смотрит на неё, думает с секунду, а потом достаёт одну и отвлекается только на хриплый смешок с другого конца кухни.       – Это тоже вредно, – с издёвкой, не серьёзно нравоучает Эндрю, отталкиваясь ладонью о край кухонного гарнитура и подходя ближе.       Нил не пытается оправдаться, потому что ему и не за что, вместо этого наощупь находит зажигалку на столе, но не стремится поджигать бумагу на кончике.       – Откроешь окно или можно курить прямо так?       Эндрю без слов открывает и с интересом наблюдает за тем, как подошедший Нил, оперевшись бедром на подоконник, поджигает сигарету, но не делает ни затяжки. Сигарета тлеет, пока парень словно наслаждается приближающимся к пальцам теплом.       – Какое расточительство, – цокает Эндрю, аккуратно забирая сигарету из чужих пальцев и зажимая её меж своих губ.       Нил продолжает наблюдать за яркой красно-оранжевой точкой, которая то затухает, то вновь вспыхивает. Он так отслеживает дыхание своего собеседника и вспоминает о пляже.       – Так тебе спать негде? – Неожиданно спрашивает Эндрю, отвлекаясь от скучного вида улицы. – Или просто отчаялся?       – Оба раза мимо. Мне есть где спать, и я не искал до этого с кем-то связи и не ищу сейчас. Мне просто хочется. – Нил наблюдает за тем, как Эндрю тушит сигарету прямо о металлический корпус зажигалки, а потом кидает её в траву под окном. – Без обязательств... Я надеюсь, что ты меня даже не вспомнишь.       – Сложно такое забыть. Ты предложил мне переспать.       – А ты согласился.       – Я сказал, что мы знакомы всего двадцать минут, а всё наше общение было о сигаретах.       – И потом ты заказал такси и повёз меня к себе домой.       – А ты бы остановил свои поиски на мне? – Эндрю многозначительно поднимает бровь, серебряный шарик на ней снова блестит. – Или шатался бы по клубу, пока не нашёл кого-то другого для своего «хочется»? Хуёвая затея, знаешь ли. На подобное обычно соглашаются страшные люди.       – Тебе ли не всё равно?       – Всё равно, – с готовностью подтверждает Эндрю.       – И почему я здесь?       – Потому что я страшный человек. Но если ты скажешь «нет», я не буду тебя принуждать.       Нил только на секунду теряется, смаргивает, сжав в ладони лямку сумки, перекинутую через его плечо.       – Я говорю «да».       – Пока что, – Эндрю жмёт плечами и обходит гостя.       Он возвращает в холодильник бутылку с алкоголем, – Нил так и не успел разобрать, виски это или что-то менее крепкое, – после чего выходит обратно в коридор. Джостен решает, что лучше отправится следом за ним.       В ванную комнату.       Нил не хочет заходить и наблюдает из коридора за остановившемся у раковины Эндрю. Тот наспех моет руки и обращается будто к отражению Джостена в зеркале, а не к нему самому:       – Ты мне дашь помыться или тебе ещё и попялиться хочется?       Нил опирается плечом на дверной косяк и осматривает светлую комнату, где в глаза бросаются только яркие баночки из-под шампуней.       – Прикажешь мне сидеть под дверью? – С явной иронией отвечает Джостен.       – Если тебе хочется. Но вообще можешь вернуться на кухню. Я сам тебя подготавливать не собираюсь, а подставляться – тем более.       У Нила внизу живота немного тянет от картинки, которая мелькнула перед глазами. Её оказалось достаточно, чтобы выдать смущение Джостена, отчего он решает послушаться хозяина дома и ретироваться на кухню.       – Надеюсь, ты не девственник, – Эндрю провожает его этими словами.       Надейся, – думает Нил.

***

      Эндрю проводит в ванной не более пяти минут. Когда он выходит, Джостен видит его расслабленного с мокрыми волосами и в другой, домашней, свободной одежде. Только повязки продолжают стягивать предплечья, и Нил невольно цепляется взглядом за них, формулируя в голове вопрос.       Однако Эндрю не даёт ему даже рот открыть, отправляет в душ и исчезает на втором этаже. Недовольный весь, словно был уверен, что Нил успел убежать за эти пять минут. И сейчас оставляет за ним эту возможность, но Джостен её игнорирует, проходя в ванную комнату и обнаруживая там на самом видном месте лубрикант. С губ срывается тихий смешок, когда Нил представляет раздражённого Эндрю, который сомневается, но всё же оставляет яркий флакон на случай, если все его догадки пойдут крахом и незнакомец не убежит из дома, прихватив что-то дорогое с собой, а припрётся наверх.       Нил правда припирается спустя полчаса, перед этим, по его восприятию, потратив слишком много смазки. Ощущается это странно, склизко и по большей части мерзко. Только растягивая самого себя, он подумал о том, насколько вся ситуация глупая и нелепая. Но отступить Джостен уже не мог. Слишком далеко зашёл.       Да и ему правда хотелось. Хотелось с Эндрю как раз из-за его незаинтересованной заботы и негласной готовности сохранить всё между ними. Возможно, даже забыть.       Он находит хозяина дома в одной из двух комнат на втором этаже. Спальня выглядела хоть немного используемой лишь потому, что кровать не была заправлена, а одеяло сбилось в ногах у читающего Эндрю. Не книгу, а записи в чёрной тетради, которую он откладывает сразу же, как тень Нила попадает в комнату.       – Интересное занятие перед сексом, – констатирует Нил, опираясь плечом о дверной косяк. – Уроки не успел сделать?       Заходить он не решается, пока его жестом не приглашает Эндрю. Тот задерживает взгляд на мокрых волосах, к которым Нил даже не притронулся светлым полотенцем, чтобы не оставить следы краски. Капли стекают по шее и впитываются в ворот тёмно-серой футболки. Эндрю опускается ниже мокрого пятна на ней и удивлённо вскидывает брови.       – Сумку свою оставь уже. Или она будет участвовать в процессе? – Он отвечает на ироничный вопрос Нила с той же иронией.       – А ты хочешь?       – Предпочитаю мужчин. И желательно не девственников.       – Поздно об этом думать, – Нил жмёт плечами, оставляя сумку у самого входа и сталкиваясь с полным неприязни взглядом Эндрю, – Тебе не о чем беспокоиться, я совершеннолетний и имею все права такое предлагать.       – Был бы ты ещё несовершеннолетним... – шепчет парень будто с угрозой.       – Могу документы показать.       Документы не настоящие, правда, но Нилу в любом случае есть восемнадцать, так что даже моральную сторону вопроса Эндрю не задевает.       – А можешь заткнуться? Я начинаю всё больше сомневаться даже в том, что хочу видеть тебя голым.       – Предпочитаешь секс в одежде? – Нил подступает ближе и, видя секундное замешательство в чужих глазах, медленно опускается на колени перед парнем.       Его взгляд ощущается тяжёлым и всё меньше в нём отстранённости. Всё больше интереса и желания разобраться, какие же тараканы устроили пир в чужой черепушке. Джостену вот совсем не до разбирательств.       Джостен, не переставая с наглостью пялиться в чужие глаза, ладони кладёт на бёдра Эндрю и аккуратно, готовый в любой момент замереть, ведёт их вверх. Пальцами подхватывает край чёрной футболки, но его останавливают сразу, сжав запястья. Не отнимают ладони, но и не позволяют продолжить.       – Я не собираюсь снимать, – успокаивает Нил.       Он понимает, потому что ему тоже нужно скрывать прошлое под одеждой. И не лезет, куда ему не дают. Вместо этого Нил отпускает край футболки и, когда Эндрю позволяет, пальцы запускает под резинку его спортивных штанов и стягивает те до колен сразу вместе с бельём.       Ему тяжело оторвать взгляд от лица своего случайного партнёра, плотно сжавшего губы и прожигающего взглядом. Эндрю видит чужой испуг и оказывается к нему готов, ведь прекрасно понимает, что для Нила всё впервые. У Джостена сердце предательски бьётся быстрее и громче, а ладони потеют, отчего он рефлекторно вытирает их о ткань спортивных штанов парня.       – Всё же «нет»? – Подначивает Эндрю.       Нил в ответ ему хмурится.       – Всё ещё «да», – констатирует он и медленно опускает взгляд на нисколько не возбуждённый член, – О, так ты во мне правда не заинтересован?       На самом деле, немного обидно, потому что сам Джостен переживал настоящую бурю внутри. Внизу живота. Там тянуло с того самого момента, как Нил понял, что ему придётся себя подготовить. Что он правда это всё будет делать, и происходящее – не больная фантазия. У него стоял, когда он растягивал себя, и сейчас стоит, но это не заметно из-за свободных штанов и длинной футболки.       – К твоему сожалению, я не могу обкончаться от не самого лучшего флирта, – усмехается Эндрю, наблюдая за чёрной макушкой меж своих ног.       Ему становится всё интереснее, когда чужое любопытство столкнётся с тупиком из комплексов, стеснения или воспитания. Наверное, всё же стоило проверить документы. Или не оставлять лубрикант и обломать на этом. Может, Эндрю правда на что-то надеялся, поэтому всё происходит так?       Из мыслей его вырывает Нил, решившийся не просто коснуться, а сразу обхватить у основания и резко приблизиться. В этот раз тело реагирует охотнее: член вздрагивает в ладони Джостена, на что тот довольно хмыкает и, поёрзав, двигается ещё ближе, оперевшись свободной ладонью на голое бедро Эндрю.       Сначала Нил изучающе пальцами поглаживает по всей длине – вверх и резко вниз. Не похоже на мастурбацию – почти никакого удовольствия подобное не приносит. Эндрю мирится с тем, что его тело – конкретную его часть – просто изучают и, хотя подобное он не находит возбуждающим, грубые пальцы и горячее дыхание иногда очень чувственно достигают плоти. Гость мучительно скуп на лишние касания, но, когда они случаются, – нежно или грубо, – становится тяжело контролировать дыхание.       И руки.       Руки норовят схватить за волосы и натянуть на член, но вместо этого Эндрю сжимает в пальцах простынь и внимательно наблюдает, не позволяя себе лишних эмоций. У Джостена карт-бланш на изучение. И он этим пользуется.       Ровно до того момента, пока не понимает, что начинает мучить не только Эндрю, его полувозбуждённый, требующий всё больше внимания член, но и себя заодно. Нил оттягивает крайнюю плоть и касается влажной головки пересохшими губами. Только пробует, пытаясь понять, что ощутит. Ничего противного. Ничего приятного. Эндрю лишь макушку взглядом прожигает и резко вбирает воздух в грудь, когда Джостен облизывает губы и снова касается ими твердеющего члена.       Преграда пройдена. Позволить толкнуться в рот уже не так страшно. Страшно лишь от незнания того, как себя вести дальше.       – Если собираешься просто держать во рту, то можешь сразу с этой хуйнёй заканчивать. – В голосе Эндрю насмешка и раздражение, которое становится ощутимее, когда Нил поднимает на него взгляд, не выпуская головку изо рта.       В его глазах решимость вперемешку с абсолютным незнанием, которые странно возбуждают. Щёки Эндрю покрываются слегка заметным румянцем, а левая рука всё же тянется к мокрым волосам, пальцы в них зарываются и надавливают. Нил слушается, принимая глубже в рот.       – Втяни щёки, – просит Эндрю, а через секунду громко шипит: – Зубами не задевай.       Нил раздражённо мычит, но всё же старается учесть все замечания. Только челюсть начинает сводить, а Джостен игнорирует, пытаясь взять ещё глубже, не обращая внимания на впившиеся в волосы пальцы. Слюни наполняют его рот слишком быстро, стекают по подбородку и отвлекают, не дают сосредоточиться.       Эндрю пытается его направить, даже оглаживает линию челюсти, немного задевает шею и пальцем стирает слюну. Однако долго этих совместных пыток парень выдержать не может, поэтому тянет Нила за волосы назад, вынуждая отстраниться.       – Ты ужасен.       – Я вообще-то стараюсь, – хмурится Джостен, стирая слюну с лица.       – Молодец, медальку не дам. – Эндрю с издёвкой треплет его волосы и мельком замечает, что на пальцах осталась тёмная краска. – Но внизу ты смотришься хорошо.       – Могу дальше тут сидеть, – Нил нагло кладёт локти на бёдра Эндрю и подпирает подбородок, – Подрочишь.       – Язык свой научишься для нужных дел использовать – подумаю. – Эндрю сводит брови к переносице, лицо напротив кажется ему всё более привлекательным, так что вариант с подрочить прямо так и нагло кончить на чужие губы и щёки не кажется слишком плохим.       Вполне себе альтернатива без сделок с совестью.       Только у Нила совсем другие планы. Он рывком поднимается и за долю секунды оказывается на чужих коленях, вынуждая отклониться назад. Теперь он был выше. Не сильно, но Эндрю приходилось задирать голову и мириться с тем, что с этого ракурса его гость тоже хорошо смотрится.       – Тогда использую язык по назначению и скажу прямо: я сам себя растягивал не для того, чтобы ты сейчас ломался, будто не только для меня это всё впервые, и думал, что у нас ничего не будет. Я не скажу «нет». – Нил наклоняется ниже и нагло трётся пахом о член Эндрю. – Я ответственный и взрослый мальчик. – Томно шепчет Джостен, как чёртов соблазнитель и совсем не девственник.       Нил прекрасно ощущает реакцию на своё поведение – член Эндрю упирается ему прямо меж бёдер, в то время как его лицо остаётся невозмутимым. Правда, спокойствие стоит огромных усилий – это Джостен тоже чувствует по тому, как случайно оказавшиеся на его боках ладони подрагивают и сжимают кожу до боли.       – Я пытался всё взять в свои руки. Тебе не зашло, – шепчет Нил в самые губы и готовится поцеловать.       Целовать у него точно получилось бы лучше. Он уже целовался раньше – точно так же под влиянием любопытства.       Только Эндрю неожиданно останавливает, накрыв ладонью приоткрытые губы Джостена. Горячее дыхание сталкивается с горячей ладонью, взгляд полный решимости – с взглядом сердитым, но горящим желанием. Эндрю слегка толкает Нила на подушки, и устраивается меж его ног. Пальцы гладят приоткрытые губы и спускаются к шее, которую Джостен призывно вытягивает. Теперь изучает Эндрю, абсолютно игнорируя свой и чужой стояк.       – Как тебя зовут?       – О, думал, ты не спросишь, – нервно смеётся Джостен, – Нил. А ты...       – Эндрю Миньярд.       Фамилия знакомая...       Впрочем, не важно, потому что Эндрю в одно резкое движение отнимает руку от шеи и цепляет пальцем резинку на спортивных штанах партнёра.       – «Да»? – Уточняет Миньярд.       – Да, Дрю. Господи, абсолютно точно «да».       Нил торопит его интонацией, ёрзает, а у Эндрю перед глазами искорки от того, как звучит сокращение его имени из уст Джостена. Миньярд промаргивается и даже ничего осудительного сказать не может, поэтому молча решает продолжить. Его ладони уверенно оглаживают таз Нила и словно случайно задевают оттянувший ткань штанов член. Эндрю с усмешкой шепчет какое-то ругательство, когда Джостен от подобного вздрагивает и тихо мычит.       А потом ёрзает.       Хочет ещё. Подольше.       Миньярд, ухмыляясь, давит на пах парня одной рукой, сжимает, вырывая из груди хриплые, возбуждённые вздохи, неловко стягивает свои штаны и бросает их на пол рядом с кроватью. Туда же Эндрю хочет отправить и спортивки Нила, но ощущает что-то твёрдое в одном из карманов.       – Я взял с собой на всякий случай, – объясняет Джостен, когда из кармана достают флакон с остатком смазки.       – Ты её ел что ли? – Эндрю на вес понимает, что осталось совсем немного.       Но хватить должно.       – Ага, инструкции-то не было, – с иронией отвечает Нил, но, когда сталкивается с взглядом Миньярда, нарекающим его чуть ли не идиотом, объясняет: – Это шутка.       – Я понял, – Эндрю неожиданно надавливает большим пальцем на анус парня, довольно хмыкает и откладывает флакон, когда фаланга без проблем входит, – Ладно. Неплохо, – даже хвалит.       Хвалит, но всё равно не спешит. Сменяет большой палец сразу двумя – указательным и средним. Тоже без проблем. Внутри достаточно скользко и влажно, чтобы сразу войти глубоко даже несмотря на то, что Нил рефлекторно сжимается.       – Ты не безнадёжен, – заключает Эндрю, проталкивая третий палец и слыша тихое шипение – входило труднее, с бóльшим сопротивлением, – Расслабься, – снова насмехается и грубо гладит по бедру в не самой удачной попытке помочь, – Расслабься говорю, неженка.       – Сам такой, – обиженно шипит Нил, задыхаясь от переизбытка эмоций, которые ещё не мог разобрать – всё странно и незнакомо, – Ты себя не переоцениваешь?       – У тебя в рот нормально не поместился, – Эндрю перемещает ладонь с бедра на ягодицу и игриво царапает, словно пытается отвлечь.       – Потому что... Мх... – Нил не успевает договорить, сдавленно стонет, когда Эндрю наугад давит на стенки и случайно натыкается на комочек нервов.       Миньярд хмыкает и снова пальцами давит туда, массирует, наблюдая за тем, как чужое тело становится всё более восприимчивым, а член призывно подрагивает. Только Эндрю его намеренно игнорирует и думает о том, что мог бы до оргазма довести так. Не вставляя. Но ему самому уже хочется, и он почти восхищается тем, как хорошо Нил сдерживается, но ещё пару толчков – и с его губ срывается хриплый стон. Им пройдена ещё одна преграда – теперь звуков становится больше: тяжёлое дыхание, ругательства, мычание, редкие, но удивительно приятные на слух стоны.       Джостен не знает, куда деть руки, простынь выскользает из пальцев, а Эндрю не выглядит как тот, кто одобрит неожиданные объятия. Нил может лишь скользить ладонями по постели и рефлекторно обхватывать торс Миньярда ногами, пока тот за старательной подготовкой прячет искренний интерес к реакциям чужого тела. Его ладонь оглаживает мягкие ягодицы, перебирается на подтянутые бёдра. Непонятно, зачем в такой неплохой форме Джостен носит бомжатскую, растянутую одежду, но, впрочем, для Эндрю это не имеет никакого значения.       С тихим хлюпающим звуком вынув пальцы из Нила, Миньярд вытирает ладонь прямо о свою футболку и, нависнув над быстро дышащим парнем, запускает ладонь под подушку, где нащупывает упаковку презервативов.       – Последний шанс отказаться, Нил, – даже не взглянув на Джостена, напоминает Эндрю.       – Эндрю, я сейчас опять на тебя влезу. – Нил словно угрожает. – Презерватив не успеешь даже надеть.       – Давай, я посмеюсь.       Эндрю никак не меняет спокойного выражения лица, разрывает упаковку и под пристальный взгляд растягивает презерватив по всей длине члена. Нил словно пытается запомнить все короткие моменты до того, как Миньярд в него войдёт: то, как парень несколько раз проводит вверх-вниз по органу, словно подготавливая, поднимает флакон, выливает часть неприятно холодящего лубриканта на анус Джостена и тут же снова проталкивает палец. Словно до этого момента в Ниле было недостаточно влажно и скользко.       У Нила мурашки бегут по спине, когда Эндрю придвигается ближе, давит свободной рукой на колено, вынуждая раздвинуть ноги шире, а потом неловко гладит, в попытке успокоить.       – Я вхожу, – предупреждает Миньярд, но, когда видит всего напрягшегося Нила, тяжело вздыхает, – Расслабься, ненормальный.       – Иди ты нахуй... – шепчет напряжённый Джостен.       – Поздно. Сейчас только ты пойдёшь.       Ладонь Эндрю по бедру скользит к прижавшемуся к животу члену гостя и гладит, чуть надавливая у основания. Нил вновь сдавленно стонет, прогибаясь в спине и ощущая, как Миньярд медленно, только головкой проникает в него.       На десяток секунд забывается как дышать от осознания, что всё наяву происходит с парнем, которого Нил знает чуть больше часа и которого дальше в своём бесконечном побеге не вспомнит. Даже несмотря на то, что он чувствует себя отчего-то слишком свободным. Возможно, лишь из-за чувства, что сейчас он самый обычный человек, имеющий право без страха потрахаться с первым встречным и не столкнуться с последствиями.       Эндрю уже на половине. Подхватывает Нила под колено, вскидывая его ногу на своё плечо, и наблюдает за быстро моргающим Джостеном, уперевшимся взглядом в потолок и дышащим поверхностно, быстро.       – Не делай вид, будто меня тут нет, – требует Миньярд, толкаясь до конца в хватающего воздух ртом Нила.       – Я и не делаю.       – Смотри на меня, – Эндрю раздражённо шипит и неожиданно прикусывает кожу на голени.       Он сжимает зубы нисколько не игриво, словно желает оставить след, прокусить до крови, и у Джостена от этого вида весь мозг утекает. Прямо в пах. Миньярд ощущает это подушечками пальцев и сразу обхватывает орган у основания, начиная двигать ладонью в медленном темпе.       Нил же голову назад запрокидывает, приковывая всё внимание к своей шее, скачущему кадыку и выглядывающим из-под горла футболки ключицам. Эндрю, борясь с собственным почти диким желанием, начинает спокойно двигаться сам, в такт с ладонью, но стремится сразу ускориться. Тянет Джостена за ногу на себя и хочет подобрать нужный угол, чтобы каждый раз входить глубже задевать простату. Пальцами было проще, однако сейчас Нила ловко выходит отвлекать дрочкой. Растирая по всей длине предэякулят и дразняще подхватывая иногда яички, Эндрю толкается каждый раз под разным углом, чтобы в один момент услышать под собой стон и ощутить приятную дрожь в чужом теле.       Нила прошибает и в моменте кажется, что сейчас уже всё – он кончит. Однако Эндрю вовремя сжимает член у основания, не позволяя ему излиться. Замирает на долю секунды сам и скидывает со своего плеча ногу Джостена, наклоняясь к нему, продолжая двигаться и попадая теперь точно по простате. Сначала медленно, размеренно, показывая, как будет теперь. Будет постоянно приятно тянуть внизу живота и словно пробивать яркими разрядами тока. Будет постыдно, потому что Эндрю услышит все виды стонов Нила Джостена. Будет немного грязно, потому что к взмокшей от пота спине начнёт прилипать футболка.       Эндрю ускоряется и надрачивает парню в такт своим толчкам. Он знает, когда стоит остановить ладонь и сжать её, вполне ожидает услышать в этот момент послания на все хуи мира, но Миньярду только смешно, а Нилу кончать пока рано. Это за него решает Эндрю, конечно, но он и себе кончить не даёт. Иногда сбавляет темп, ещё сильнее мучая Джостена и раздражая себя самого. Раздраконивая.       Ему каждый раз после остановки хочется вдалбливаться в чужое тело яростнее, глубже и жёстче, а руками не только ласкать, но и сцарапывать кожу на бёдрах и сжимать мягкие ягодицы до синяков. Нилу такое нравится. Нравится намного сильнее нерешительного начала и постоянных вопросов. Нравится, что Эндрю в процесс стянул свою футболку и скинул её к их штанам, открыв вид на несколько татуировок: на груди, плечах, на боку. Может, есть что-то на спине? Джостен чувствует себя странно, словно Эндрю знаком ему чуть дольше, словно этого он и ждал, а потому скалиться в довольной улыбке и бесстыдно стонет, надавливая пятками на чужую поясницу. Безмолвно просит быстрее и Миньярд его отчего-то слушает и толкается.       Потом останавливается и давит большим пальцем на головку, сдерживая очередной подступающий оргазм.       – Какой же ты уёбок, – шипит Нил.       Эндрю в ответ усмехается:       – Я предупреждал. Плохая идея спать с незнакомцем.       – Это не отменяет того факта, что мне нравится.       – Ага, вижу. Ты от хуйни сейчас можешь кончить, – Миньярд с вызовом наклоняется ниже, проникая так глубоко, как только может, и продолжая сжимать пульсирующий член в ладони.       Нил же привстаёт на локтях, горячим дыханием опаляя чужие губы. У него всё горит. Футболка кажется ужасно неудобной, она душит и не позволяет сконцентрироваться на касаниях, но, когда Эндрю пытался её стянуть, Джостен протестно мычал и хватал его за руки. Поэтому сейчас она всё ещё на нём. И в ней безумно жарко.       – Хочешь поцеловаться? – Предлагает Джостен, стараясь дотянуться до плотно сжатых губ.       Эндрю ловко уклоняется и рывком опускает парня обратно на подушку.       – Я не буду целовать того, кто наутро исчезнет. Без обязательств, Нил, – напоминает Эндрю, а Джостен нерешительно кивает и вздрагивает, когда хозяин дома снова начинает двигаться.       Он опять вбивается резко и быстро, чётко попадает по простате и в этот раз совсем себя не контролирует. Нил не успевает. Нил слишком медленно толкается в чужую ладонь и пытается ухватиться за накаченные плечи и предплечья, а недовольные взгляды Эндрю лишь подначивают зацепиться, погладить, обнять.       Нил кончает чуть раньше, задыхаясь в громком стоне, пачкая собственную футболку и пальцы Миньярда спермой. Тот растирает жидкость по подолу рядом со свежими пятнами и, неожиданно сжав ткань в ладони, тянет на себя. Случайно открывает старые шрамы на груди, но сейчас ему было важно лишь сжимающее его член нутро и шикарные бёдра партнёра.       Ещё несколько толчков, и кончает сам Эндрю, сжав в ладони чужую футболку так, что она тихо трещит. Чувствительный после оргазма Нил прекрасно ощущает, как внутри него набухает презерватив, как пульсирует член внутри и невольно возбуждается с этого вновь. Ему приятно даже от того, как горло футболки болезненно впивается в его шею, оставляя на ней свой след.       Эндрю следов не оставил. Только слегка заметные царапины на бёдрах, которые через пару часов пропадут.

***

      Нил собирается быстро, стараясь не разбудить отвернувшегося к стене Эндрю. В темноте он наощупь находит одежду и случайно натыкается на почти пустой флакон со смазкой. Слишком долго изучает его пальцами и борется с желанием забрать с собой, но в итоге понимает, что мать бы за подобное его убила. Она и так на том свете готовит ему с сотню наказаний за сегодняшнюю ночь. Нельзя усугублять.       Флакон остаётся на полу.       А Нил тихо спускается на первый этаж и, чтобы не оставлять дверь открытой, вылазит через окно на кухне, которые после аккуратно захлопывает.       Утром Эндрю обнаружит, что на полу не его спортивки и не его трусы. Он обзовёт Нила идиотом и запихнёт оставшуюся после него одежду в чёрный пакет, который спрячет в комнате, чтобы Ники или Аарон не наткнулись случайно. И он благородно от этого напоминания о странной ночи избавится при первой же возможности. Потому что Нил надеялся, что Эндрю о нём не вспомнит.