Тени Сеула

Сокджин всегда знал, что Намджун не тот, за кого себя выдаёт. Слишком дорогие подарки для обычного студента, слишком частые ночные звонки, слишком много шрамов на теле, которые он никогда не объяснял. Но когда любишь, закрываешь глаза на многое. Особенно когда тебе шестнадцать, и твой альфа смотрит на тебя так, будто ты центр вселенной. Сеул, 2005 год — Джин-а, я задержусь сегодня, — голос Намджуна в телефонной трубке звучал напряжённо. — Не жди меня к ужину. Сокджин вздохнул, прижимая телефон к уху и глядя на накрытый стол. Свечи, вино, которое он с трудом достал через старшего брата своего одноклассника. Сегодня была годовщина — ровно год с их первой встречи. — Снова учебный проект? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. Пауза. Слишком долгая. — Да, — наконец ответил Намджун. — Прости, детка. Я постараюсь вернуться до полуночи. Сокджин знал, что он лжёт. Как и вчера. И позавчера. Как и все последние месяцы. — Хорошо, — просто ответил он. — Будь осторожен. Он положил трубку и медленно опустился на стул. Его омега-сущность выла от тоски и предчувствия беды. Что-то было не так. Что-то серьёзно было не так с его альфой. Сокджин не планировал следить за Намджуном. Это получилось случайно. Он просто хотел сделать сюрприз — принести ужин в университетскую библиотеку, где, по словам Намджуна, он работал над проектом. Но в библиотеке его не оказалось. Никто из однокурсников не видел его уже несколько дней. Тревога гнала Сокджина по ночным улицам Сеула. Он позвонил на мобильный Намджуна — тот был выключен. Позвонил его соседу по комнате — тот сказал, что Намджун съехал неделю назад, не сказав куда. Сокджин шёл, не разбирая дороги, когда заметил знакомую высокую фигуру, выходящую из дорогого ресторана в районе Каннам. Намджун был в костюме, который Сокджин никогда раньше не видел. Рядом с ним шли двое мужчин с характерной внешностью телохранителей. Сердце Сокджина пропустило удар, когда он увидел, как Намджун небрежным жестом передал одному из них пистолет. Пистолет. У его Намджуна. Он хотел окликнуть его, но что-то остановило. Инстинкт самосохранения, возможно. Вместо этого он последовал за ними на безопасном расстоянии. Они пришли к высокому зданию с тонированными окнами. На входе стояла охрана, которая почтительно склонила головы перед Намджуном. Сокджин спрятался за углом, наблюдая, как его парень — студент, который якобы подрабатывал в кафе, чтобы оплачивать учёбу — входит в здание как хозяин. Сокджин не знал, сколько времени он простоял там, дрожа от холода и шока. Но когда Намджун вышел, на его рубашке были пятна крови. В ту ночь Сокджин не вернулся домой. Он бродил по улицам до рассвета, пытаясь осмыслить увиденное. Кто такой Намджун на самом деле? Почему он лгал все эти месяцы? Ответ пришёл на следующее утро, когда Сокджин, измученный бессонной ночью, зашёл в круглосуточное кафе и увидел утреннюю газету. На первой странице была фотография того самого здания, куда входил Намджун. Заголовок гласил: "Кровавая бойня в штаб-квартире клана Чхве. Полиция подозревает передел сфер влияния". Сокджин взял газету дрожащими руками и начал читать. С каждой строчкой его сердце билось всё быстрее. Клан Чхве — одна из самых влиятельных преступных группировок Сеула. Вчера ночью в их штаб-квартире были убиты пять высокопоставленных членов клана. Полиция подозревает, что это дело рук восходящей звезды преступного мира — молодого и безжалостного Кима, который методично захватывает территории старых кланов. Кима. Ким Намджуна. Сокджин выронил газету и выбежал из кафе. Его тошнило. Всё это время он встречался с гангстером. С убийцей. С человеком, который строил свою империю на крови. Когда Намджун позвонил ему вечером, как ни в чём не бывало спрашивая, не хочет ли он сходить в кино, Сокджин не выдержал. — Кто ты такой? — спросил он вместо приветствия. Тишина на другом конце была оглушительной. — О чём ты, Джин-а? — наконец ответил Намджун, но его голос звучал настороженно. — Я видел тебя вчера. В Каннаме. С пистолетом. И я видел кровь на твоей рубашке, когда ты выходил из здания клана Чхве. Снова тишина. Затем тяжёлый вздох. — Мне нужно увидеть тебя, — сказал Намджун. — Я всё объясню. — Нет, — твёрдо ответил Сокджин. — Я не хочу тебя видеть. Никогда. — Джин, послушай... — Ты убийца, — прошептал Сокджин. — Ты... монстр. — Я делаю то, что должен, — голос Намджуна стал жёстким. — Этот мир не так прост, как ты думаешь. — Прощай, Намджун. Сокджин положил трубку и сразу же вытащил сим-карту из телефона, разломав её пополам. Затем начал лихорадочно собирать вещи. Он знал, что Намджун придёт за ним. И он не хотел быть рядом, когда это произойдёт. В ту ночь Ким Сокджин исчез из Сеула, оставив позади свою прежнюю жизнь и любовь, которая оказалась ложью. *** Сеул, 2022 год Ким Тэхён нервно поправил галстук, глядя на своё отражение в зеркале лифта. Первый день стажировки в Kim Enterprises — одной из крупнейших корпораций Южной Кореи. Он должен был произвести хорошее впечатление. — Ты выглядишь отлично, — сказал ему отец этим утром, помогая завязать галстук. — Они будут в восторге от тебя. Сокджин всегда умел поддержать. Даже сидя в инвалидном кресле, он излучал силу и уверенность, которые передавались его сыновьям. Тэхён улыбнулся, вспоминая, как отец настоял, чтобы он подал заявку на эту стажировку, несмотря на сомнения Тэхёна. — Мы вернулись в Сеул не для того, чтобы прятаться, — сказал тогда Сокджин. — Мы вернулись, чтобы жить полной жизнью. Лифт остановился на 50-м этаже — исполнительный уровень. Тэхён глубоко вдохнул и вышел в просторный холл с панорамными окнами, из которых открывался захватывающий вид на Сеул. — Ким Тэхён? — к нему подошла элегантная женщина средних лет. — Я Пак Сохён, исполнительный помощник господина Кима. Добро пожаловать в Kim Enterprises. — Спасибо, — Тэхён вежливо поклонился. — Я очень благодарен за эту возможность. — Ваше резюме впечатлило господина Кима, — сказала она, ведя его по коридору. — Особенно ваши академические достижения в Тэгу. Не каждый день к нам приходят стажёры с такими рекомендациями от профессоров. Тэхён скромно улыбнулся. Он действительно много работал в университете, стремясь получить стипендию, чтобы помочь отцу с финансами. После аварии, оставившей Сокджина в инвалидном кресле, их семья столкнулась с финансовыми трудностями, несмотря на все усилия отца. — Господин Ким хочет лично познакомиться с вами, — сказала Пак Сохён, останавливаясь перед массивной дверью из тёмного дерева. — Это большая честь. Обычно он встречается со стажёрами только в конце программы. Тэхён почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Встреча с генеральным директором в первый же день? Это было неожиданно. — Я... я готов, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. Пак Сохён постучала и открыла дверь. — Господин Ким, Ким Тэхён прибыл. Тэхён вошёл в просторный кабинет, оформленный в минималистичном стиле. За широким столом сидел высокий мужчина с сильными чертами лица. Когда он поднял взгляд, Тэхён почувствовал странное ощущение дежавю. Что-то в этом человеке казалось смутно знакомым. — Добро пожаловать, Ким Тэхён, — сказал генеральный директор, вставая. — Я Ким Намджун. Тэхён замер. Ким Намджун. Имя, которое он никогда не слышал от отца, но видел в своём свидетельстве о рождении. Имя, которое его брат-близнец Чимин иногда произносил шёпотом, когда думал, что никто не слышит. Имя их отца. Но это не мог быть он. Это было бы слишком невероятным совпадением. В Корее тысячи Ким Намджунов. — Большая честь познакомиться с вами, господин Ким, — Тэхён глубоко поклонился, скрывая смятение. — Присаживайтесь, — Намджун указал на кресло напротив. — Я просмотрел ваше резюме. Впечатляет. Особенно учитывая, что вы из Тэгу. Не так много талантливых молодых людей приезжает оттуда в Сеул. — Мы... моя семья недавно переехала в Сеул, — осторожно ответил Тэхён. — Для лечения моего отца. Что-то промелькнуло в глазах Намджуна. Интерес? Беспокойство? — Надеюсь, с вашим отцом всё в порядке? — Он... восстанавливается после аварии, — Тэхён не хотел вдаваться в подробности. — Спасибо за беспокойство. Намджун кивнул и перешёл к обсуждению программы стажировки. Но Тэхён не мог сосредоточиться. Он изучал лицо человека напротив, ища сходство с собой, с Чимином, с теми немногими фотографиями молодого Сокджина, которые у них были. Форма глаз. Линия челюсти. Жест, которым Намджун потирал шею, когда задумывался — точно так же делал Чимин. К концу встречи Тэхён был почти уверен. Но ему нужны были доказательства. — Господин Ким, — сказал он, вставая, когда встреча подошла к концу. — Могу я задать личный вопрос? Намджун выглядел удивлённым, но кивнул. — Вы... вы когда-нибудь жили в Тэгу? Лицо Намджуна застыло. — Нет, — ответил он после паузы. — Я всю жизнь в Сеуле. Почему вы спрашиваете? — Просто... вы напомнили мне кого-то, — Тэхён заставил себя улыбнуться. — Извините за странный вопрос. Когда Тэхён вышел из кабинета, его руки дрожали. Намджун солгал. Он видел это в его глазах. Но зачем? И что ему теперь делать с этой информацией? *** Чимин лежал на полу танцевальной студии, тяжело дыша после интенсивной тренировки. Его телефон завибрировал — сообщение от Юнги. "Как прошло? Ты был великолепен?" Чимин улыбнулся, глядя на экран. Мин Юнги — его парень из Тэгу, с которым они познакомились онлайн год назад. Альфа, который понимал его как никто другой, несмотря на расстояние между ними. "Хореограф сказал, что у меня есть шанс на главную роль в весеннем шоу," — ответил Чимин. — "Но конкуренция жёсткая." "Ты лучший, и они это знают," — мгновенно пришёл ответ. — "Кстати, я возможно приеду в Сеул на следующей неделе. Продюсер заинтересовался моим треком." Сердце Чимина забилось быстрее. Увидеть Юнги вживую, а не через экран? Это было бы чудесно. "Правда? Это потрясающе! Папа будет рад наконец познакомиться с тобой." Чимин часто рассказывал отцу о Юнги. Сокджин всегда внимательно слушал, но в его глазах иногда появлялась тревога. "Будь осторожен с альфами," — говорил он. — "Они не всегда те, кем кажутся." Чимин знал, что отец говорит из собственного горького опыта. Хотя Сокджин никогда не рассказывал им об их биологическом отце, было ясно, что этот человек глубоко ранил его. Телефон снова завибрировал, но на этот раз это был не Юнги. Тэхён. "Нам нужно поговорить. Срочно. Не говори папе." Чимин нахмурился. Это было не похоже на его обычно открытого брата. "Что случилось? Ты в порядке?" "Да. Но это важно. Встретимся в нашем кафе через час?" "Буду там." Чимин быстро собрал вещи и покинул студию. Их "кафе" — маленькое место недалеко от их новой квартиры, где они с Тэхёном часто встречались, когда хотели поговорить без отца. Когда он пришёл, Тэхён уже ждал его, нервно постукивая пальцами по столу. Его обычно уложенные волосы были взъерошены, словно он много раз пропускал через них пальцы — верный признак стресса. — Что случилось? — спросил Чимин, садясь напротив. — Ты выглядишь так, будто увидел призрака. Тэхён глубоко вздохнул. — Чимин-а, я думаю, что встретил нашего отца. Чимин замер. — Что? Где? Как? — Он мой босс, — Тэхён понизил голос. — Ким Намджун. Генеральный директор Kim Enterprises. Чимин уставился на брата, не веря своим ушам. — Ты... ты уверен? — Нет, — признался Тэхён. — Но есть слишком много совпадений. Его имя. Его возраст должен быть примерно правильным. И есть что-то в его лице... Чимин, он похож на нас. На тебя особенно. Чимин почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Всю жизнь он тайно мечтал узнать, кто их отец. Почему он оставил их. Был ли он действительно таким ужасным человеком, как иногда намекал Сокджин в редкие моменты откровенности. — Что ты собираешься делать? — спросил он. Тэхён покачал головой. — Я не знаю. Я не могу просто подойти к нему и спросить: "Эй, вы случайно не бросили беременного омегу семнадцать лет назад?" Но я не могу просто игнорировать это. — А что, если это действительно он? — тихо спросил Чимин. — Что, если он узнает, кто мы? — Вот почему я не хочу говорить папе, — сказал Тэхён. — Ты знаешь, как он реагирует на любое упоминание о нашем отце. Что бы ни случилось между ними, это было достаточно серьёзно, чтобы папа сбежал из Сеула и никогда не возвращался. До сейчас. Чимин задумался. Их возвращение в Сеул было вынужденным — после аварии Сокджину требовалась специализированная реабилитация, доступная только здесь. Он долго сопротивлялся, но в конце концов согласился ради своего здоровья. — Может быть, нам стоит просто спросить папу напрямую? — предложил Чимин. — Он всегда говорил, что расскажет нам, когда мы будем готовы. — И ты думаешь, он скажет правду? — Тэхён выглядел скептически. — Особенно если наш отец действительно какой-то крупный бизнесмен? Папа всегда защищал нас. Он может подумать, что так будет лучше. Чимин знал, что брат прав. Сокджин был готов на всё ради их защиты. — Тогда что ты предлагаешь? — Я продолжу стажировку, — решительно сказал Тэхён. — Буду наблюдать за ним. Собирать информацию. Может быть, я смогу как-то подтвердить или опровергнуть свои подозрения. — Будь осторожен, — предупредил Чимин. — Если он действительно наш отец и узнает о тебе... кто знает, как он отреагирует. Тэхён кивнул, его глаза были полны решимости. — Я буду. Но я должен знать правду, Чимин. Мы оба заслуживаем этого. *** Намджун сидел в своём кабинете, глядя на файл, лежащий перед ним. "Ким Тэхён, 17 лет, Тэгу". Что-то в этом мальчике не давало ему покоя с момента их встречи. Дверь открылась, и вошёл Чон Чонгук — его правая рука, несмотря на молодость. Намджун взял его под своё крыло четыре года назад, когда нашёл шестнадцатилетнего сироту, пытающегося украсть его кошелёк. Вместо того чтобы сдать его полиции, Намджун увидел потенциал в его смелости и интеллекте. — Вы хотели меня видеть, хён? — спросил Чонгук, используя неформальное обращение, которое Намджун разрешал ему в частных беседах. — Да, — Намджун подтолкнул файл к нему. — Я хочу, чтобы ты присмотрел за этим стажёром. Ненавязчиво. Чонгук поднял бровь, просматривая документы. — Он представляет угрозу? — Нет, — быстро ответил Намджун. — По крайней мере, я так не думаю. Просто... интуиция. Чонгук внимательно посмотрел на своего наставника. За годы работы с Намджуном он научился читать между строк. — Это личное, не так ли? Намджун вздохнул. Чонгук слишком хорошо его знал. — Возможно. Я не уверен. Просто держи его в поле зрения. И будь с ним... добр. Чонгук кивнул, хотя его глаза выражали любопытство. — Как скажете. Что-нибудь ещё? — Да, — Намджун открыл ящик стола и достал папку с грифом "Совершенно секретно". — Клан Чхве снова активизировался. Наши источники сообщают, что они планируют крупную поставку через порт Инчхон в следующем месяце. Лицо Чонгука стало серьёзным. Клан Чхве — давние враги Намджуна в преступном мире Сеула. Семнадцать лет назад Намджун почти уничтожил их, но в последние годы они начали восстанавливать свои позиции. — Я усилю наблюдение, — сказал Чонгук. — Хотите, чтобы я подготовил операцию? — Пока нет, — ответил Намджун. — Сначала нам нужно больше информации. Я не хочу рисковать нашими людьми без необходимости. Чонгук кивнул и встал, чтобы уйти, но остановился у двери. — Хён, — сказал он нерешительно. — Вы в порядке? В последнее время вы кажетесь... отвлечённым. Намджун слабо улыбнулся. Чонгук был не только его подчинённым, но и, возможно, единственным настоящим другом. — Я в порядке, Гук-а. Просто... призраки прошлого. Когда Чонгук ушёл, Намджун откинулся в кресле и закрыл глаза. Призраки прошлого. Семнадцать лет прошло с тех пор, как Сокджин исчез из его жизни, но рана всё ещё не зажила полностью. Он искал его, конечно. Использовал все свои ресурсы, все связи. Но Сокджин словно растворился в воздухе. Никаких следов, никаких зацепок. Со временем Намджун смирился с мыслью, что никогда больше не увидит своего омегу. Но теперь этот мальчик, Ким Тэхён... Что-то в нём разбудило старые воспоминания. Что-то в его глазах, в линии его челюсти напоминало Сокджина. И этот вопрос о Тэгу... Словно он знал что-то, чего не должен был знать. Намджун открыл глаза и решительно потянулся к телефону. — Соедините меня с Мин Юнги, — сказал он своему секретарю. Мин Юнги был одним из лучших информаторов Намджуна. Молодой, но невероятно талантливый в добывании информации. Официально он был музыкальным продюсером, что давало ему доступ к различным кругам общества. — Юнги-я, — сказал Намджун, когда тот ответил. — Мне нужна твоя помощь. Информация о семье из Тэгу, недавно переехавшей в Сеул. Фамилия Ким. Сын по имени Тэхён, семнадцать лет. — Конкретнее, что вас интересует? — спросил Юнги своим обычным спокойным тоном. Намджун помедлил. Что именно он хотел знать? Всё. — Состав семьи. История. Причина переезда в Сеул. И особенно... информация о родителях Тэхёна. — Понял, — ответил Юнги. — Я свяжусь с вами, как только что-то найду. Намджун положил трубку, чувствуя странное беспокойство. Возможно, он просто видит то, что хочет видеть. Проецирует свои надежды на случайного мальчика, который чем-то напомнил ему Сокджина. Но что, если нет? Что, если судьба наконец решила дать ему второй шанс?

***

Тэхён быстро освоился в Kim Enterprises. Несмотря на первоначальные опасения, работа оказалась интересной, а коллеги — дружелюбными. Особенно Чон Чонгук, личный помощник Намджуна, который, казалось, взял на себя роль его неофициального наставника. — Ты быстро учишься, — сказал Чонгук, наблюдая, как Тэхён анализирует финансовые отчёты. — Большинству стажёров требуется неделя, чтобы разобраться в нашей системе. Тэхён улыбнулся, стараясь скрыть смущение. — Спасибо. Я стараюсь быть полезным. Чонгук наклонился ближе, заглядывая в монитор через плечо Тэхёна. Его присутствие вызвало странное ощущение — смесь дискомфорта и чего-то ещё, чего Тэхён не мог точно определить. — Ты здесь уже неделю, но я почти ничего о тебе не знаю, — сказал Чонгук, откидываясь на спинку своего кресла. — Расскажи что-нибудь о себе. Что привело тебя в Kim Enterprises? Тэхён напрягся. Он не был готов к личным вопросам, особенно от человека, который, судя по всему, был близок к Намджуну. — Ничего особенного, — ответил он, стараясь звучать непринуждённо. — Хотел получить опыт в крупной компании. Kim Enterprises — лучшая в своём роде. — И из всех компаний ты выбрал именно нашу, — Чонгук смотрел на него с лёгкой улыбкой, но в его глазах читался интерес, выходящий за рамки простого любопытства. — Удачное совпадение. — Да, наверное, — Тэхён вернулся к отчётам, надеясь, что Чонгук поймёт намёк и сменит тему. Но Чонгук не собирался отступать. — Ты сказал, что недавно переехал из Тэгу. Должно быть, непросто адаптироваться в Сеуле. Тэхён внутренне напрягся. Откуда Чонгук знал, что он из Тэгу? Он не помнил, чтобы упоминал об этом в их разговорах. — Да, Сеул... другой, — осторожно ответил он. — Но мы справляемся. — Мы? — Я, мой брат и отец, — Тэхён понял, что сказал больше, чем планировал. — Твой отец... — начал Чонгук, но его прервал звонок телефона. Он взглянул на экран и мгновенно выпрямился. — Прости, мне нужно ответить, — сказал он, вставая. — Продолжим позже. Тэхён выдохнул с облегчением, когда Чонгук вышел из комнаты. Что-то в этом разговоре заставило его насторожиться. Словно Чонгук не просто проявлял дружеское любопытство, а целенаправленно собирал информацию. Но зачем? И что именно он хотел узнать?

***

Сокджин смотрел в окно на вечерний Сеул, его инвалидное кресло стояло у панорамного окна их новой квартиры. Город изменился за семнадцать лет. Стал больше, ярче, современнее. Но для Сокджина он всё ещё был полон призраков прошлого. Каждая улица, каждое здание напоминало о времени, когда он был молод и влюблён. Когда он верил, что его жизнь будет совсем другой. — Папа, я дома! — голос Чимина вывел его из задумчивости. Сокджин повернул кресло и улыбнулся, глядя на сына. Чимин был так похож на него — те же мягкие черты лица, та же доброта в глазах. Но иногда, когда он хмурился или глубоко задумывался, Сокджин видел в нём Намджуна. Это всегда вызывало смешанные чувства — боль от воспоминаний и гордость за своих сыновей. — Как прошла тренировка? — спросил он, когда Чимин наклонился, чтобы поцеловать его в щёку. — Хорошо, — Чимин выглядел немного напряжённым. — Хореограф говорит, что я делаю успехи. — Что-то случилось? — Сокджин всегда чувствовал настроение своих детей. Чимин помедлил, словно решая, что сказать. — Нет, просто устал, — наконец ответил он. — Где Тэхён? — Ещё на работе, — Сокджин нахмурился. — Он много работает в последнее время. Надеюсь, они не эксплуатируют стажёров. Чимин отвёл взгляд, и Сокджин почувствовал, что что-то не так. Его сыновья никогда не умели хорошо скрывать свои эмоции — по крайней мере, не от него. — Чимин-а, — мягко сказал он. — Ты знаешь, что можешь рассказать мне всё, что угодно. Чимин выглядел виноватым. — Я знаю, папа. Просто... некоторые вещи сложно объяснить. Сокджин почувствовал укол тревоги. Он всегда боялся этого момента — когда его сыновья начнут задавать вопросы о своём происхождении, о своём отце. Он знал, что этот день неизбежно наступит, но надеялся, что будет лучше подготовлен. — Это... это о вашем отце? — тихо спросил он. Чимин вздрогнул, его глаза расширились от удивления. — Почему ты спрашиваешь? Сокджин вздохнул. — Потому что я знаю тебя, Чимин-а. Я вижу, что тебя что-то беспокоит. И я знаю, что вы с Тэхёном всегда интересовались своим отцом, даже если не спрашивали напрямую. Чимин опустился на колени рядом с креслом отца, его глаза были полны эмоций. — Папа, почему ты никогда не рассказывал нам о нём? Кто он? Почему вы расстались? Сокджин закрыл глаза на мгновение, собираясь с мыслями. Он так долго хранил эту тайну, что почти забыл, как говорить о ней вслух. — Это сложная история, Чимин-а, — наконец сказал он. — И не очень счастливая. — Мы уже не дети, папа, — мягко сказал Чимин. — Мы можем справиться с правдой. Сокджин посмотрел на своего сына — такого взрослого, такого серьёзного. Может быть, он действительно слишком долго защищал их от правды. — Хорошо, — решился он. — Но давай дождёмся Тэхёна. Я хочу рассказать вам обоим одновременно. Чимин кивнул, но в его глазах Сокджин видел нетерпение и тревогу. Что-то определённо происходило, и он не был уверен, готов ли к последствиям.

***

Намджун сидел в своём кабинете, изучая информацию, которую собрал для него Юнги. Досье на семью Ким из Тэгу было тонким, но содержательным. Ким Сокджин, 33 года. Одинокий отец двоих сыновей-близнецов: Ким Тэхёна и Ким Чимина, 17 лет. Переехал в Сеул три месяца назад для прохождения реабилитации после автомобильной аварии, оставившей его частично парализованным. До аварии работал учителем музыки в средней школе Тэгу. Намджун почувствовал, как его сердце пропустило удар. Сокджин. Его Сокджин. Живой. В Сеуле. С двумя сыновьями-близнецами, которым... семнадцать лет. Он быстро подсчитал в уме. Если им сейчас семнадцать, значит, они родились примерно через девять месяцев после исчезновения Сокджина. Его дети. Его сыновья. Намджун откинулся в кресле, ошеломлённый этим открытием. Всё это время у него были дети, о существовании которых он даже не подозревал. Сокджин был беременен, когда ушёл от него. Беременен их близнецами. И один из них, Тэхён, сейчас работал в его компании. Прямо у него под носом. Намджун почувствовал, как внутри поднимается гнев. Сокджин скрыл от него детей. Лишил его возможности быть отцом. Лишил его семнадцати лет жизни с сыновьями. Но гнев быстро сменился другим чувством — виной. Сокджин ушёл не просто так. Он ушёл, потому что узнал правду о Намджуне. О том, кем он был на самом деле. О крови на его руках. Намджун помнил их последний разговор. Помнил ужас в голосе Сокджина, когда он назвал его монстром. И, возможно, Сокджин был прав. Может быть, он действительно был монстром — тогда, семнадцать лет назад. Но сейчас? Кем он был сейчас? Намджун взглянул на фотографию в досье. Сокджин в инвалидном кресле, с двумя высокими юношами по бокам. Все трое улыбались, но в глазах Сокджина Намджун видел тень — ту же тень, что преследовала его самого все эти годы. Он должен был увидеть Сокджина. Поговорить с ним. Узнать своих сыновей. Но как? Как подойти к человеку, который сбежал от тебя, считая монстром? Как объяснить семнадцать лет отсутствия в жизни своих детей? Намджун не знал ответов на эти вопросы. Но он знал, что не может просто сидеть сложа руки, теперь, когда нашёл свою семью. Он потянулся к телефону. — Чонгук-а, — сказал он, когда тот ответил. — Мне нужна твоя помощь. Это личное.

***

Тэхён вернулся домой поздно, измученный долгим рабочим днём и постоянным напряжением от необходимости скрывать свои подозрения. Он был удивлён, увидев Чимина и отца, ожидающих его в гостиной. — Что случилось? — спросил он, чувствуя тревогу. — Садись, Тэхён-а, — мягко сказал Сокджин. — Нам нужно поговорить. Тэхён обменялся быстрым взглядом с Чимином, который едва заметно покачал головой — он не рассказал отцу об их подозрениях. — О чём? — осторожно спросил Тэхён, садясь рядом с братом. Сокджин глубоко вздохнул, его руки нервно сжимали подлокотники инвалидного кресла. — О вашем отце, — сказал он тихо. — Я думаю, пришло время рассказать вам правду. Тэхён почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Неужели отец сам решил открыться? — Его зовут Ким Намджун, — начал Сокджин, и Тэхён почувствовал, как Чимин напрягся рядом с ним. — Мы познакомились, когда нам было по шестнадцать. Он был... особенным. Умным, харизматичным, с большими планами на будущее. Сокджин улыбнулся грустной улыбкой, погружаясь в воспоминания. — Я влюбился в него сразу и безоговорочно. Он был моим первым во всём — первая любовь, первый альфа, первый... — он запнулся, слегка покраснев. — В общем, мы были очень близки. — Что произошло? — тихо спросил Чимин. — Почему вы расстались? Лицо Сокджина стало серьёзным. — Я узнал, что он не тот, за кого себя выдавал. Намджун... он был связан с преступным миром. Не просто связан — он был одним из лидеров. Тэхён и Чимин обменялись шокированными взглядами. — Преступным миром? — переспросил Тэхён. — Ты имеешь в виду... мафию? Сокджин кивнул. — Я случайно узнал об этом. Увидел его... в деле. С оружием. С кровью на руках, — его голос дрогнул. — Я не мог этого принять. Не мог быть с человеком, который причиняет боль другим, который живёт в мире насилия и страха. — И ты ушёл, — сказал Чимин. — Да, — Сокджин опустил глаза. — Я сбежал из Сеула, не сказав никому, куда направляюсь. Я боялся, что он найдёт меня. У него были... ресурсы. — А потом ты узнал, что беременен, — догадался Тэхён. Сокджин кивнул, его глаза наполнились слезами. — Я был так напуган. Мне было всего шестнадцать, я был один в чужом городе, без денег, без поддержки. И я ждал ребёнка от человека, которого боялся. — Ты никогда не думал вернуться? — спросил Чимин. — Рассказать ему о нас? Сокджин покачал головой. — Я не мог рисковать. Не мог подвергать вас опасности. Мир, в котором жил Намджун... это не место для детей. Тэхён чувствовал, как внутри него борются противоречивые эмоции. С одной стороны, он понимал страх отца, его желание защитить их. С другой — ему было трудно примирить образ жестокого гангстера с тем Намджуном, которого он узнал за последнюю неделю. Человеком, который был строгим, но справедливым боссом. Который помогал сотрудникам в трудных ситуациях. Который каждую пятницу лично развозил домой стажёров, работавших допоздна. — Папа, — осторожно начал Тэхён. — А что, если он изменился? Прошло семнадцать лет... Сокджин посмотрел на него с удивлением. — Почему ты спрашиваешь? — его глаза сузились. — Тэхён, что ты знаешь? Тэхён понял, что загнал себя в угол. Он не мог больше скрывать правду. — Я... я думаю, что встретил его, — признался он. — Мой босс в Kim Enterprises. Его зовут Ким Намджун. Сокджин побледнел, его руки задрожали. — Что? — прошептал он. — Ты работаешь на Намджуна? — Я не знал! — быстро сказал Тэхён. — Я понятия не имел, кто он такой, пока не встретил его лично. И даже тогда я не был уверен... до сейчас. Сокджин выглядел потрясённым. — Он знает? — спросил он, и в его голосе Тэхён услышал настоящий страх. — Он знает, кто ты? — Нет, — ответил Тэхён. — По крайней мере, я так думаю. Я ничего ему не говорил. Сокджин закрыл лицо руками. — Боже мой, — прошептал он. — Всё эти годы я бежал от него, а теперь... — Папа, — мягко сказал Чимин, положив руку на плечо Сокджина. — Может быть, это судьба. Может быть, пришло время перестать бежать. Сокджин поднял взгляд, его глаза были полны боли и страха. — Вы не понимаете, — сказал он. — Намджун не просто какой-то гангстер. Он... он опасен. Когда я узнал правду о нём, он только начинал строить свою империю. А сейчас? Кто знает, каким человеком он стал за эти годы. — Но он наш отец, — тихо сказал Тэхён. — Разве мы не заслуживаем шанса узнать его? Сокджин долго смотрел на своих сыновей, и Тэхён видел, как в его глазах борются страх и любовь. — Я не могу вам запретить, — наконец сказал он. — Вы уже взрослые. Но прошу вас, будьте осторожны. Намджун... он умеет очаровывать людей. Заставлять их видеть то, что он хочет показать. Я узнал это на собственном горьком опыте. Тэхён кивнул, чувствуя тяжесть ответственности. Он не знал, что делать с этой новой информацией. Как вести себя с Намджуном теперь, когда он точно знал, что это его отец? И как защитить Сокджина, если Намджун действительно так опасен, как он говорит?

***

Чонгук наблюдал за Тэхёном весь следующий день, замечая изменения в его поведении. Стажёр был рассеян, нервничал, избегал прямого контакта с Намджуном. Что-то определённо произошло. — Тяжёлый день? — спросил Чонгук, подходя к Тэхёну в конце рабочего дня. Тэхён вздрогнул, словно его застали за чем-то запретным. — Немного, — ответил он, пытаясь улыбнуться. — Много новой информации. Чонгук кивнул, делая вид, что верит этому объяснению. — Хочешь выпить кофе после работы? — предложил он. — Знаю отличное место неподалёку. Тэхён выглядел удивлённым и немного подозрительным. — Зачем? Чонгук пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждённо. — Просто хочу лучше узнать нового коллегу. К тому же, ты выглядишь так, будто тебе не помешает перерыв. Тэхён колебался, и Чонгук видел, как в его глазах мелькают сомнения. Но затем он кивнул. — Хорошо. Спасибо за приглашение. Кафе было тихим и уютным, с приглушённым светом и мягкой музыкой. Они сели за столик в углу, где их никто не мог подслушать. — Итак, — начал Чонгук после того, как они сделали заказ. — Как тебе работа в Kim Enterprises? — Интересно, — осторожно ответил Тэхён. — Много нового. — А господин Ким? Каким боссом он тебе кажется? Тэхён напрягся, его пальцы сжали чашку крепче. — Строгим, но справедливым, — сказал он после паузы. — Он... не такой, каким я его представлял. — В каком смысле? — Чонгук наклонился вперёд, внимательно наблюдая за реакцией Тэхёна. — Просто... по слухам, он безжалостный бизнесмен. Но он кажется... человечным. Чонгук улыбнулся. — Он такой и есть. Человечный. Многие не видят эту его сторону. — А ты давно его знаешь? — спросил Тэхён, и Чонгук заметил искренний интерес в его глазах. — Четыре года, — ответил Чонгук. — Он нашёл меня на улице, когда я пытался украсть его кошелёк. Вместо того чтобы сдать меня полиции, он предложил работу. Тэхён выглядел удивлённым. — Серьёзно? Почему? Чонгук пожал плечами. — Он сказал, что увидел во мне потенциал. Что я заслуживаю лучшего, чем жизнь на улице. Он дал мне шанс, когда никто другой не дал бы. — Это... неожиданно, — признался Тэхён. — Намджун-хён не такой, каким кажется на первый взгляд, — сказал Чонгук, намеренно используя неформальное обращение. — У него сложное прошлое. Он сделал много ошибок, о которых сожалеет. Но он старается быть лучше. Тэхён смотрел на него с нечитаемым выражением лица. — Почему ты рассказываешь мне всё это? Чонгук решил рискнуть. — Потому что я думаю, что тебе нужно знать правду о своём отце. Тэхён побледнел, его глаза расширились от шока. — Что... что ты сказал? — Я знаю, кто ты, Тэхён, — тихо сказал Чонгук. — Намджун-хён тоже знает. Или, по крайней мере, подозревает. Тэхён выглядел так, будто готов был вскочить и убежать. — Я не понимаю, о чём ты говоришь, — сказал он, но его дрожащий голос выдавал его. — Всё в порядке, — успокаивающе сказал Чонгук. — Никто не причинит вреда тебе или твоей семье. Намджун-хён просто хочет поговорить. Узнать вас. — Он... он знает о моём брате? О моём отце? — спросил Тэхён, и Чонгук заметил, как он инстинктивно принял защитную позу. — Да, — честно ответил Чонгук. — У нас есть свои источники информации. Но, повторяю, никто не желает вам зла. Особенно Сокджину. При упоминании имени его отца Тэхён вздрогнул. — Откуда мне знать, что это правда? — спросил он. — Мой папа сказал, что Намджун опасен. Что он... не тот, за кого себя выдаёт. Чонгук вздохнул. — Семнадцать лет назад — возможно. Но люди меняются, Тэхён. Намджун-хён изменился. Он построил легальный бизнес. Отошёл от... прежних дел. — Прежних дел? — Тэхён горько усмехнулся. — Ты имеешь в виду убийства? Рэкет? Наркотики? — Я не буду отрицать, что его прошлое было тёмным, — сказал Чонгук. — Но сейчас он другой человек. Человек, который хочет исправить свои ошибки. Который хочет познакомиться со своими сыновьями. Тэхён долго смотрел на него, словно пытаясь решить, можно ли ему доверять. — Что он хочет от нас? — наконец спросил он. — Просто встречи, — ответил Чонгук. — Разговора. Шанса объясниться. — А если мы откажемся? — Тогда он примет это, — сказал Чонгук. — Он не будет навязываться. Но, Тэхён... дай ему шанс. Ради себя, если не ради него. Тэхён выглядел потерянным, разрываясь между любопытством и страхом. — Мне нужно подумать, — сказал он. — И поговорить с братом. И с папой. Чонгук кивнул. — Конечно. Возьми столько времени, сколько нужно. Но знай, что Намджун-хён будет ждать. Он ждал семнадцать лет. Он может подождать ещё немного.

***

Сокджин не мог уснуть. Мысль о том, что Намджун знает о его возвращении в Сеул, знает о Тэхёне, возможно, знает о Чимине, не давала ему покоя. Все эти годы он жил в страхе, что Намджун найдёт их. И вот теперь это случилось. Он выкатил своё кресло на балкон, глядя на ночной Сеул. Где-то там, в этом огромном городе, был человек, которого он когда-то любил больше жизни. Человек, от которого он бежал. Отец его детей. Сокджин не мог отрицать, что часть его всегда скучала по Намджуну. Даже после того, как он узнал правду, даже после всех этих лет, проведённых в страхе и одиночестве. Первая любовь оставляет неизгладимый след. Но другая часть его помнила ужас той ночи, когда он увидел кровь на рубашке Намджуна. Помнила холодность в его голосе, когда он сказал: "Я делаю то, что должен". Как будто убийство было просто частью работы. Обыденностью. Сокджин вздрогнул, когда услышал тихий стук в дверь балкона. Тэхён стоял там, в пижаме, с взъерошенными волосами. — Не спится? — спросил Сокджин, жестом приглашая сына присоединиться к нему. Тэхён вышел на балкон и сел на стул рядом с креслом отца. — Слишком много мыслей, — признался он. Они сидели в тишине некоторое время, глядя на огни города. — Папа, — наконец сказал Тэхён. — Я сегодня разговаривал с Чонгуком — помощником Намджуна. Сокджин напрягся. — О чём? — О Намджуне. О нас, — Тэхён повернулся к отцу. — Они знают, папа. Знают, кто мы. Сокджин почувствовал, как его сердце сжалось от страха. — Что именно они знают? — спросил Сокджин, его голос дрожал от напряжения. — Всё, — тихо ответил Тэхён. — Что ты его омега. Что мы с Чимином его дети. Что ты сбежал от него семнадцать лет назад. Сокджин закрыл глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Страх, который он так долго сдерживал, теперь грозил захлестнуть его полностью. — Что он хочет? — спросил он, не открывая глаз. — Встретиться с нами. Поговорить, — Тэхён помедлил. — Чонгук сказал, что Намджун изменился. Что он не тот человек, каким был раньше. Сокджин горько усмехнулся. — Люди вроде Намджуна не меняются, Тэхён-а. Они просто становятся лучше в сокрытии своей истинной природы. — Но что, если это правда? — настаивал Тэхён. — Что, если он действительно изменился? Разве мы не должны дать ему шанс? Сокджин посмотрел на сына — такого молодого, такого полного надежды. Он видел в его глазах жажду узнать своего отца, понять, откуда он пришёл. Сокджин не мог винить его за это. — Я боюсь, Тэхён-а, — признался он. — Боюсь не только за себя, но и за вас с Чимином. Намджун... он умеет быть очаровательным. Умеет заставлять людей верить ему, доверять ему. А потом использует это доверие в своих целях. — Но он наш отец, — мягко сказал Тэхён. — Разве это ничего не значит? Сокджин вздохнул. — Значит. Именно поэтому я и боюсь. Потому что знаю, как сильно вы оба хотели узнать его. Как легко вы можете попасть под его влияние. Они сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Наконец Сокджин заговорил снова: — Если вы с Чимином хотите встретиться с ним, я не буду вас останавливать. Вы имеете право знать своего отца. Но я прошу вас быть осторожными. Не верьте всему, что он говорит. И помните, что какими бы ни были его намерения сейчас, когда-то он был человеком, который не остановился бы ни перед чем ради власти. Тэхён кивнул, понимая серьёзность предупреждения отца. — А ты? — спросил он. — Ты встретишься с ним? Сокджин долго молчал, глядя на огни города. — Я не знаю, — наконец ответил он. — Часть меня хочет никогда больше не видеть его. Но другая часть... — он не закончил фразу, но Тэхён понял. Другая часть всё ещё любила Намджуна, несмотря ни на что.

***

Чимин нервно поправлял волосы, глядя на своё отражение в зеркале. Сегодня был важный день — он впервые встретится с Юнги лично. После года общения онлайн, после сотен видеозвонков и тысяч сообщений, они наконец увидятся вживую. Его телефон завибрировал — сообщение от Тэхёна. «Ты уверен, что хочешь идти один? Я мог бы пойти с тобой». Чимин улыбнулся. Его брат всегда был защитником, всегда беспокоился о нём. «Всё будет хорошо. Мы встречаемся в публичном месте. К тому же, я знаю Юнги». «Ты знаешь онлайн-версию Юнги», — быстро пришёл ответ. — «Будь осторожен, хорошо?» «Обещаю. Как дела на работе?» «Странно. Намджун ведёт себя так, будто ничего не происходит. Но я чувствую, что он наблюдает за мной». Чимин нахмурился. После разговора Тэхёна с Чонгуком прошло три дня, но они всё ещё не решили, что делать с информацией о том, что Намджун знает о них. «Будь осторожен», — написал Чимин. — «И держи меня в курсе». Он отложил телефон и в последний раз посмотрел на себя в зеркало. Светло-голубые джинсы, белая футболка, лёгкая куртка — просто, но стильно. Он хотел произвести хорошее впечатление, но не выглядеть так, будто слишком старался. Кафе, где они договорились встретиться, было в модном районе Каннам — не слишком далеко от их квартиры, но и не слишком близко. Чимин пришёл на пятнадцать минут раньше, выбрал столик у окна и заказал американо, нервно постукивая пальцами по столу. Когда дверь кафе открылась и вошёл Юнги, сердце Чимина пропустило удар. В реальной жизни Юнги был даже красивее, чем на экране — бледная кожа, острые черты лица, тёмные волосы, небрежно падающие на глаза. Он был одет во всё чёрное, что только подчёркивало его бледность. Юнги заметил Чимина и улыбнулся — той особенной улыбкой, которая всегда заставляла сердце Чимина биться быстрее. — Привет, — сказал Юнги, подходя к столику. — Наконец-то. Его голос был глубже, чем по телефону, с лёгкой хрипотцой, которая посылала мурашки по коже Чимина. — Привет, — ответил Чимин, чувствуя, как краснеет. — Я рад, что ты смог приехать. Юнги сел напротив, его тёмные глаза изучали лицо Чимина с нескрываемым интересом. — Ты даже красивее вживую, — сказал он прямо, и Чимин почувствовал, как его щёки становятся ещё горячее. — Ты тоже, — ответил он, опуская глаза. Они заказали кофе и пирожные, разговаривая о музыке, о танцах Чимина, о продюсерской работе Юнги. Постепенно начальная неловкость исчезла, и они общались так же легко, как и онлайн. — Итак, — сказал Юнги после паузы. — Как твоя семья? Твой отец всё ещё настороженно относится ко мне? Чимин улыбнулся. Он рассказывал Юнги о том, как Сокджин беспокоился о его онлайн-отношениях. — Он просто защищает меня, — сказал Чимин. — После всего, через что он прошёл, это понятно. — А что именно с ним произошло? — спросил Юнги с искренним интересом. — Ты никогда не рассказывал подробностей. Чимин помедлил. Он никогда не делился полной историей своей семьи с Юнги — частично потому, что сам не знал всей правды до недавнего времени. — Это сложно, — наконец сказал он. — Мой отец... у него было тяжёлое прошлое. Он растил нас с братом один, без поддержки. — А ваш другой отец? — осторожно спросил Юнги. — Ты никогда о нём не упоминал. Чимин напрягся. Это была тема, которую он обычно избегал. — Мы не знали его, — сказал он. — Он и мой папа расстались до нашего рождения. Юнги кивнул, не настаивая на продолжении. — Извини, если это болезненная тема, — сказал он. — Я просто хочу лучше узнать тебя. Твою жизнь. Чимин улыбнулся, тронутый его заботой. — Всё в порядке. Просто... в последнее время всё стало немного сложнее. Мы с братом узнали кое-что о нашем отце. Что-то, что меняет всё. Юнги наклонился ближе, его глаза внимательно изучали лицо Чимина. — Хочешь рассказать об этом? — мягко спросил он. — Иногда помогает поделиться с кем-то, кто не вовлечён напрямую. Чимин колебался. Он доверял Юнги, но история была слишком личной, слишком сложной. И всё же, ему нужно было выговориться. — Мой брат работает в компании нашего биологического отца, — наконец сказал он. — Мы не знали об этом, когда он устраивался туда. Это было... случайностью. Юнги выглядел удивлённым. — Вау, это... неожиданно. И что теперь? — Мы не знаем, — признался Чимин. — Наш отец, Намджун, знает о нас. Он хочет встретиться. Но мой папа боится его. Он говорит, что Намджун опасен. Что-то промелькнуло в глазах Юнги — удивление? беспокойство? — но оно исчезло так быстро, что Чимин не был уверен, что правильно это интерпретировал. — Опасен? В каком смысле? Чимин вздохнул. — Папа сказал, что он был связан с преступным миром. Что он... причинял людям боль. Юнги долго смотрел на него, его лицо было непроницаемым. — И ты веришь в это? — наконец спросил он. — Я не знаю, — честно ответил Чимин. — Папа никогда не лгал нам. Но люди меняются, верно? Прошло семнадцать лет. Может быть, Намджун уже не тот человек. Юнги кивнул, его взгляд стал задумчивым. — Семнадцать лет — долгий срок, — сказал он. — Люди действительно меняются. Иногда к лучшему. Он помолчал, словно решая, стоит ли продолжать. — Чимин-а, — наконец сказал он. — Что бы ты сделал, если бы узнал что-то... неожиданное о человеке, которому доверяешь? Чимин нахмурился, не понимая, к чему ведёт Юнги. — Зависит от того, что именно, — осторожно ответил он. — Почему ты спрашиваешь? Юнги покачал головой, слабо улыбаясь. — Просто мысли вслух. Не обращай внимания. Он посмотрел на часы и вздохнул. — Мне скоро нужно идти. У меня встреча с продюсером через час. Чимин почувствовал укол разочарования. Их первая встреча оказалась короче, чем он надеялся. — Конечно, — сказал он, стараясь скрыть своё разочарование. — Я понимаю. Юнги протянул руку через стол и мягко сжал ладонь Чимина. — Но я свободен вечером, — сказал он с улыбкой. — Может быть, поужинаем вместе? Я знаю отличный ресторан недалеко отсюда. Сердце Чимина забилось быстрее. — Я бы хотел этого, — ответил он, улыбаясь в ответ. Когда они вышли из кафе, Юнги неожиданно притянул Чимина к себе и мягко поцеловал его в щёку. — До вечера, — прошептал он, и Чимин почувствовал, как его омега-сущность отзывается на близость альфы — тепло разливалось по телу, сердце билось как сумасшедшее. — До вечера, — эхом отозвался он, глядя, как Юнги уходит. Только когда Юнги скрылся из виду, Чимин заметил чёрный автомобиль с тонированными стёклами, припаркованный на другой стороне улицы. Что-то в этой машине заставило его насторожиться, но он не мог понять, что именно. Покачав головой, он направился домой, думая о предстоящем вечере и странном вопросе Юнги о доверии.

***

Намджун сидел в своём кабинете, просматривая отчёты, когда дверь открылась, и вошёл Юнги. Его лицо было серьёзным, почти мрачным. — Как прошло? — спросил Намджун, откладывая бумаги. Юнги сел в кресло напротив, его движения были напряжёнными. — Хорошо, — коротко ответил он. — Чимин не подозревает о моей связи с вами. Намджун кивнул, ожидая продолжения. Когда Юнги молчал, он нахмурился. — Что-то не так? Юнги поднял взгляд, и Намджун увидел в его глазах конфликт. — Вы не говорили, что они ваши сыновья, — сказал Юнги тихо. — Когда вы поручили мне следить за Чимином в Тэгу, вы сказали, что это связано с безопасностью компании. Намджун вздохнул. Он должен был предвидеть это. Юнги был не просто информатором — он был человеком с принципами, несмотря на свою работу. — Я не был уверен тогда, — признался Намджун. — Я знал только, что Сокджин может быть в Тэгу, и что у него могут быть дети... мои дети. Я не хотел вовлекать тебя в личные дела, пока не буду уверен. — А теперь вы уверены? — Да, — твёрдо ответил Намджун. — Тэхён и Чимин — мои сыновья. Сыновья, о существовании которых я не знал семнадцать лет. Юнги покачал головой, его лицо выражало смесь разочарования и гнева. — Вы использовали меня, чтобы шпионить за своим собственным сыном, — сказал он. — Вы заставили меня сблизиться с ним под ложным предлогом. — Я не просил тебя сближаться с ним, — возразил Намджун. — Я просил только наблюдать. Всё остальное... это было твоё решение. Юнги горько усмехнулся. — Да, моё решение. Потому что я не знал, кто он на самом деле. Потому что я встретил омегу, который мне действительно понравился, и решил узнать его лучше. Он встал, его руки были сжаты в кулаки. — А теперь я узнаю, что всё это время шпионил за сыном своего босса. Что наши отношения начались с лжи. Намджун тоже встал, его лицо стало серьёзным. — Юнги-я, я понимаю твоё разочарование. Но подумай — разве твои чувства к Чимину были неискренними? Разве ты сблизился с ним только из-за моего задания? Юнги помедлил, его гнев немного утих. — Нет, — признал он. — Мои чувства к нему настоящие. Но это не меняет того факта, что наши отношения начались со лжи. — Тогда исправь это, — сказал Намджун. — Скажи ему правду. О себе, о своей работе на меня. Дай ему шанс решить, может ли он доверять тебе, зная всё. Юнги выглядел удивлённым. — Вы хотите, чтобы я признался ему? — Да, — кивнул Намджун. — Я не хочу, чтобы мои сыновья жили во лжи, как их отец. Я хочу, чтобы они знали правду — обо мне, о тебе, обо всём. Юнги долго смотрел на Намджуна, словно видя его в новом свете. — Вы действительно изменились, — наконец сказал он. — Намджун, которого я знал пять лет назад, никогда бы не поставил чьи-то чувства выше своих интересов. Намджун слабо улыбнулся. — Может быть, перспектива встречи с сыновьями, которых я никогда не знал, заставила меня пересмотреть свои приоритеты. Юнги кивнул, его решение было принято. — Я расскажу ему сегодня вечером, — сказал он. — Мы договорились поужинать вместе. — Спасибо, — искренне сказал Намджун. — И, Юнги... я сожалею, что поставил тебя в такое положение. Юнги направился к двери, но остановился на пороге. — Ещё кое-что, — сказал он, не оборачиваясь. — Чимин сказал, что его отец боится вас. Что вы опасны. Намджун почувствовал, как его сердце сжалось от боли. — Сокджин имеет право бояться, — тихо сказал он. — Последний раз, когда он видел меня, я был не тем человеком, которым хотел бы быть. Юнги кивнул и вышел, оставив Намджуна наедине с его мыслями и сожалениями.

***

Тэхён работал допоздна, анализируя финансовые отчёты для предстоящего совещания. Офис почти опустел, только в нескольких кабинетах ещё горел свет. Он был так сосредоточен на работе, что не заметил, как кто-то вошёл в комнату, пока не услышал голос: — Ты всегда так усердно работаешь? Тэхён вздрогнул и поднял голову. Намджун стоял в дверях, наблюдая за ним с нечитаемым выражением лица. — Господин Ким, — Тэхён быстро встал, чувствуя, как его сердце забилось быстрее. — Я не знал, что вы ещё здесь. — Я часто задерживаюсь допоздна, — сказал Намджун, входя в комнату. — Как и ты, похоже. Тэхён нервно сглотнул. Это был первый раз, когда они оказались наедине после того, как он узнал правду. — Я хотел закончить анализ для завтрашнего совещания, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал нормально. Намджун кивнул, подходя ближе. Он был высоким — выше Тэхёна, с широкими плечами и сильным телосложением. Несмотря на деловой костюм, в нём чувствовалась физическая мощь, которая заставляла инстинктивно держаться настороже. — Чонгук сказал, что говорил с тобой, — сказал Намджун прямо. — О нас. Тэхён напрягся, но решил не притворяться. — Да, — подтвердил он. — Он сказал, что вы знаете, кто я. Намджун кивнул, его глаза внимательно изучали лицо Тэхёна. — Знаю, — сказал он тихо. — Мой сын. Слышать эти слова из уст Намджуна было странно. Всю свою жизнь Тэхён задавался вопросом, кто его отец, представлял, как бы прошла их первая встреча. Но реальность оказалась совсем не такой, как он воображал. — Почему вы не сказали мне сразу? — спросил Тэхён. — Когда я пришёл на собеседование? — Я не был уверен тогда, — ответил Намджун. — У меня были подозрения, но я не хотел делать поспешных выводов. И я не знал, знаешь ли ты обо мне. Тэхён покачал головой. — Я не знал. Папа... Сокджин никогда не рассказывал нам о вас. До недавнего времени. Что-то промелькнуло в глазах Намджуна — боль? сожаление? — А теперь? — спросил он. — Что он рассказал вам? Тэхён колебался, не зная, сколько можно сказать. — Что вы расстались, когда ему было шестнадцать, — осторожно начал он. — Что он узнал о вашей... работе. И что он боялся вас. Намджун вздохнул, его плечи слегка опустились. — Он имел право бояться, — признал он. — Я был не самым хорошим человеком тогда. — А сейчас? — прямо спросил Тэхён. — Кто вы сейчас? Намджун долго смотрел на него, словно решая, как ответить. — Человек, который пытается исправить свои ошибки, — наконец сказал он. — Человек, который хочет познакомиться со своими сыновьями. Узнать их. Он сделал паузу, его взгляд стал мягче. — Человек, который никогда не переставал любить их отца, несмотря ни на что. Тэхён был удивлён этим признанием. Он ожидал чего угодно, но не такой откровенности. — Вы всё ещё любите его? После всех этих лет? Намджун кивнул, его лицо выражало смесь нежности и боли. — Сокджин был моей первой и единственной любовью, — сказал он тихо. — Я искал его годами после того, как он исчез. Использовал все свои ресурсы, все связи. Но он хорошо спрятался. — Он боялся, что вы найдёте нас, — сказал Тэхён. — Что вы причините нам вред. Намджун выглядел искренне потрясённым. — Я бы никогда не причинил вред своей семье, — сказал он с жаром. — Никогда. Что бы Сокджин ни думал обо мне, он должен знать хотя бы это. Тэхён изучал лицо Намджуна, пытаясь увидеть в нём ложь, но видел только искренность и боль. — Я хочу верить вам, — наконец сказал он. — Но я также доверяю своему папе. И если он боялся вас все эти годы, у него должны были быть веские причины. Намджун кивнул, принимая это. — Справедливо, — сказал он. — Я не прошу тебя слепо доверять мне, Тэхён. Я прошу только о шансе. Шансе показать, кто я сейчас, а не кем я был семнадцать лет назад. Он сделал паузу, его глаза были полны надежды. — Ты и твой брат... вы согласитесь встретиться со мной? Официально, как семья? Тэхён почувствовал, как его сердце сжалось. Часть его хотела согласиться немедленно — узнать своего отца, понять, откуда он пришёл. Но другая часть помнила страх в глазах Сокджина, его предупреждения. — Я не могу говорить за Чимина, — осторожно сказал он. — И я не знаю, готов ли я сам. Мне нужно время, чтобы подумать. Намджун кивнул, принимая его ответ. — Конечно, — сказал он. — Я понимаю. Я ждал семнадцать лет — могу подождать ещё немного. Он достал из кармана визитную карточку и протянул её Тэхёну. — Это мой личный номер, — сказал он. — Не рабочий. Ты можешь связаться со мной в любое время, если решишь, что готов поговорить. Или если тебе просто понадобится... что-то. Тэхён взял карточку, чувствуя странное волнение от этого простого жеста. — Спасибо, — сказал он. Намджун кивнул и повернулся, чтобы уйти, но остановился у двери. — Тэхён, — сказал он, не оборачиваясь. — Я знаю, что не заслужил права называться твоим отцом. Я не был рядом, когда ты рос, не видел твои первые шаги, не слышал твои первые слова. Я пропустил всё это. И я никогда не смогу вернуть это время. Он повернулся, и Тэхён увидел в его глазах настоящую боль. — Но я хочу, чтобы ты знал — если бы я знал о вас с Чимином, ничто не остановило бы меня от того, чтобы быть частью вашей жизни. Ничто. С этими словами он вышел, оставив Тэхёна с визитной карточкой в руке и смешанными чувствами в сердце.

***

Чимин нервничал, готовясь к ужину с Юнги. Их первая встреча прошла хорошо, но что-то в поведении Юнги заставило его насторожиться. Тот странный вопрос о доверии, его реакция на упоминание Намджуна... Что-то было не так, и Чимин не мог понять, что именно. Он выбрал для ужина чёрные джинсы и светло-голубую рубашку, которая, как говорил Тэхён, подчёркивала его глаза. Волосы он уложил небрежно, но аккуратно, добавил немного парфюма — не слишком много, просто намёк на аромат. Его телефон завибрировал — сообщение от Тэхёна: "Будь осторожен. Я только что разговаривал с Намджуном. Он знает о нас всё." Чимин замер, перечитывая сообщение. Его сердце забилось быстрее. Намджун знал о них. Их биологический отец, человек, которого они никогда не видели, но о котором так много думали, знал об их существовании. И сегодня Чимин собирался на ужин с Юнги, который внезапно появился в Сеуле именно тогда, когда они вернулись. Совпадение? Или... Чимин быстро набрал ответ: "Думаешь, Юнги может быть связан с ним?" Ответ пришёл почти мгновенно: "Не знаю. Но будь осторожен. Не говори ему ничего, что он мог бы использовать." Чимин отложил телефон, чувствуя, как внутри растёт тревога. Он доверял Юнги. За год их общения он узнал его как внимательного, заботливого человека. Но что, если всё это было притворством? Что, если Юнги работал на Намджуна всё это время? Звонок в дверь прервал его размышления. Юнги пришёл забрать его, как они договорились. Чимин глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он должен был вести себя естественно, не показывать своих подозрений. По крайней мере, пока не узнает правду. — Привет, — сказал Юнги, когда Чимин открыл дверь. Его глаза мягко улыбались, но Чимин заметил напряжение в его позе. — Ты готов? — Да, — Чимин заставил себя улыбнуться. — Куда мы идём? — Есть один ресторан недалеко отсюда, — ответил Юнги, протягивая руку. — Тебе понравится. Чимин помедлил секунду, прежде чем взять его за руку. Прикосновение Юнги было тёплым, знакомым, несмотря на то, что они впервые встретились лично только сегодня. Его омега-сущность отзывалась на близость альфы, но разум оставался настороженным. Ресторан оказался небольшим, уютным местом с приглушённым светом и живой музыкой. Они сели за столик в углу, где можно было говорить, не боясь быть подслушанными. — Ты выглядишь напряжённым, — заметил Юнги, когда они сделали заказ. — Что-то случилось? Чимин встретился с ним взглядом, пытаясь разглядеть в его глазах правду. — Просто... много всего происходит, — уклончиво ответил он. Юнги кивнул, его лицо стало серьёзным. — Чимин-а, — начал он, и что-то в его голосе заставило Чимина напрячься. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Что-то, что может изменить твоё отношение ко мне. Сердце Чимина пропустило удар. Вот оно. Сейчас он узнает правду. — Я слушаю, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Юнги глубоко вздохнул, словно собираясь с силами. — Я работаю на Ким Намджуна, — сказал он прямо. — Уже пять лет. Как информатор. Несмотря на то, что Чимин подозревал это, услышать признание из уст Юнги было болезненно. Он почувствовал, как внутри что-то оборвалось. — И наша встреча... наши отношения... всё это было заданием? — спросил он, не в силах скрыть горечь в голосе. — Нет! — Юнги подался вперёд, его глаза были полны искренности. — То есть, изначально да, Намджун поручил мне следить за тобой и твоей семьёй в Тэгу. Но я не знал, кто вы на самом деле. Он сказал, что это связано с безопасностью компании. — И ты поверил? — Чимин горько усмехнулся. — В нашем... бизнесе не принято задавать лишние вопросы, — Юнги опустил глаза. — Но когда я начал общаться с тобой, всё изменилось. Мои чувства к тебе настоящие, Чимин. Клянусь. Чимин смотрел на него, не зная, что думать. Часть его хотела верить Юнги, видеть искренность в его глазах. Но другая часть помнила предупреждения отца о том, как опасны люди вроде Намджуна, как они умеют манипулировать. — Почему ты рассказываешь мне это сейчас? — спросил он. — Потому что я узнал правду, — ответил Юнги. — Сегодня, после нашей встречи, я говорил с Намджуном. Он признался, что вы с Тэхёном — его сыновья. Что он не знал о вашем существовании все эти годы. Он сделал паузу, его взгляд стал мягче. — И он сказал, что я должен рассказать тебе правду. Что он не хочет, чтобы его сыновья жили во лжи, как их отец. Чимин был удивлён. Это не вписывалось в образ безжалостного гангстера, который нарисовал Сокджин. — И ты решил послушаться? — спросил он. — Я решил быть честным с тобой, — поправил Юнги. — Потому что ты заслуживаешь правды. И потому что... — он запнулся, словно подбирая слова. — Потому что я влюбился в тебя, Чимин. По-настоящему. И я не хочу, чтобы между нами были секреты. Чимин почувствовал, как его сердце сжалось. Он хотел верить Юнги. Хотел верить, что их отношения не были ложью. Но как он мог быть уверен? — Как я могу доверять тебе после этого? — тихо спросил он. — Как я могу знать, что ты не продолжаешь выполнять задание Намджуна? Юнги долго смотрел на него, его глаза были полны боли и решимости. — Я не могу доказать это словами, — наконец сказал он. — Только временем и поступками. Но я хочу, чтобы ты знал — я готов ждать, сколько потребуется. И я готов делать всё, что нужно, чтобы заслужить твоё доверие снова. Он протянул руку через стол, но не коснулся Чимина, оставляя выбор за ним. — Я понимаю, если ты захочешь уйти сейчас. Если тебе нужно время, чтобы подумать. Я приму любое твоё решение. Чимин смотрел на протянутую руку Юнги, чувствуя, как внутри борются противоречивые эмоции. Гнев, обида, разочарование. Но также и надежда, и что-то ещё, что он не мог отрицать — чувства к Юнги, которые не исчезли, несмотря на его признание. Медленно, неуверенно, он протянул свою руку и коснулся пальцев Юнги. — Я не знаю, смогу ли когда-нибудь полностью доверять тебе, — честно сказал он. — Но я хочу попытаться понять. Всё это. Тебя. Намджуна. Что на самом деле произошло между ним и моим отцом. Юнги сжал его пальцы, его глаза светились благодарностью. — Спасибо, — тихо сказал он. — Я не подведу тебя, обещаю. Они сидели так некоторое время, держась за руки через стол, каждый погружённый в свои мысли. Наконец Чимин нарушил молчание: — Расскажи мне о нём, — попросил он. — О Намджуне. Какой он на самом деле? Юнги задумался, подбирая слова. — Сложный, — наконец сказал он. — Он может быть безжалостным, когда нужно. Но также справедливым и даже добрым. Он заботится о своих людях, защищает их. И он... изменился за последние годы. Стал мягче, что ли. Особенно после того, как начал легализовать бизнес. — Мой папа сказал, что он был связан с преступным миром, — осторожно сказал Чимин. — Что он... убивал людей. Юнги не стал отрицать. — Это правда, — сказал он. — По крайней мере, раньше. Я не знаю всех деталей его прошлого, но знаю, что он был вовлечён в... тёмные дела. Однако в последние годы он старается дистанцироваться от этого. Сосредоточиться на легальном бизнесе. — Но он всё ещё имеет связи с преступным миром, — это был не вопрос. — Да, — признал Юнги. — От такого прошлого нельзя просто отказаться. Но он старается минимизировать насилие, направить энергию в более... конструктивное русло. Чимин кивнул, обдумывая услышанное. Это не делало Намджуна хорошим человеком, но, возможно, он не был тем монстром, которого боялся Сокджин. — А что насчёт тебя? — спросил он, глядя Юнги в глаза. — Какова твоя роль во всём этом? Юнги выглядел неуютно, но ответил честно: — Я собираю информацию. Слушаю, наблюдаю, докладываю. Иногда это касается конкурентов, иногда — потенциальных угроз. Я не... — он запнулся. — Я никогда не причинял физического вреда никому. Это не моя специализация. — Но ты работаешь на человека, который это делал, — мягко заметил Чимин. — Да, — Юнги не стал отрицать. — И я не буду притворяться, что мои руки полностью чисты. Но я стараюсь... сохранять определённые принципы. Он посмотрел Чимину прямо в глаза. — Я не горжусь всем, что делал. Но я не стыжусь своих чувств к тебе. Они настоящие, Чимин. Самое настоящее, что было в моей жизни за долгое время. Чимин почувствовал, как его сердце смягчается. Он не мог полностью простить Юнги за обман, но начинал понимать его лучше. — Мне нужно время, — сказал он. — Чтобы всё обдумать. Поговорить с Тэхёном и папой. — Конечно, — кивнул Юнги. — Я понимаю. Он помедлил, словно решаясь на что-то. — Чимин-а, ещё кое-что. Намджун хочет встретиться с вами. С тобой и Тэхёном. И... с Сокджином, если он согласится. Чимин напрягся. — Зачем? — Он хочет познакомиться со своими сыновьями, — просто ответил Юнги. — Узнать вас. И, я думаю, объясниться перед Сокджином. Чимин не знал, что сказать. Мысль о встрече с Намджуном вызывала смешанные чувства — страх, любопытство, надежду. — Я не могу обещать, — наконец сказал он. — Это решение, которое мы должны принять вместе. Я, Тэхён и папа. Юнги кивнул, принимая его ответ. — Я понимаю. И я не давлю. Просто... подумай об этом, хорошо? Чимин кивнул, чувствуя тяжесть ответственности. Решение, которое они примут, могло изменить их жизни навсегда. И он не был уверен, готов ли к таким переменам.

***

Когда Чимин вернулся домой, Тэхён ждал его в гостиной, нервно расхаживая по комнате. — Наконец-то! — воскликнул он, увидев брата. — Я уже начал беспокоиться. Как всё прошло? Чимин опустился на диван, чувствуя себя эмоционально истощённым. — Юнги работает на Намджуна, — сказал он прямо. — Он признался. Тэхён замер, его глаза расширились от шока. — Что? Он так и сказал? — Да, — Чимин кивнул. — Он сказал, что Намджун поручил ему следить за нами в Тэгу. Но он утверждает, что не знал, кто мы на самом деле. И что его чувства ко мне настоящие. Тэхён сел рядом с братом, его лицо выражало беспокойство. — И ты веришь ему? Чимин вздохнул. — Я не знаю. Часть меня хочет верить. Но другая часть... — он покачал головой. — Как я могу быть уверен? — Ты не можешь, — мягко сказал Тэхён. — Никто не может. Но если это поможет, я тоже разговаривал с Намджуном сегодня. И он... не такой, каким я его представлял. Он рассказал Чимину о своём разговоре с Намджуном, о его словах, о боли в его глазах, когда он говорил о пропущенных годах. — Он сказал, что всё ещё любит папу, — закончил Тэхён. — После всех этих лет. Чимин задумался. Это не вписывалось в образ безжалостного гангстера, который нарисовал Сокджин. — Что мы будем делать? — спросил он. — Намджун хочет встретиться с нами. С папой тоже. Тэхён покачал головой. — Я не знаю. Папа так боится его. Но я не могу не думать... что, если он изменился? Что, если он действительно хочет исправить ошибки прошлого? — Или что, если это ловушка? — тихо сказал Чимин. — Что, если он хочет использовать нас, чтобы добраться до папы? Они сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Наконец Тэхён заговорил: — Я думаю, мы должны рассказать папе. Обо всём. О Юнги, о моём разговоре с Намджуном. И позволить ему решить. Чимин кивнул, соглашаясь. — Ты прав. Это касается его больше, чем нас. Он имеет право знать и решать. Они услышали звук открывающейся двери — Сокджин вернулся с вечерней реабилитации. Братья обменялись взглядами, молча соглашаясь, что пришло время для трудного разговора. Сокджин выглядел уставшим, но улыбнулся, увидев сыновей. — Вы оба дома, — сказал он, маневрируя своим креслом в гостиную. — Как прошёл день? Тэхён и Чимин переглянулись, и Сокджин сразу почувствовал напряжение. — Что случилось? — спросил он, его улыбка исчезла. — Что-то с Намджуном? — Папа, — мягко начал Тэхён. — Нам нужно поговорить. О Намджуне. О Юнги. Обо всём. Сокджин побледнел, но кивнул, готовясь услышать худшее. — Я слушаю, — сказал он, и его голос звучал твёрдо, несмотря на страх в глазах. Тэхён рассказал о своём разговоре с Намджуном, о его словах, о том, как он выглядел, когда говорил о Сокджине и о сыновьях, которых никогда не знал. Чимин рассказал о признании Юнги, о его работе на Намджуна, о его уверениях, что его чувства настоящие. Сокджин слушал молча, его лицо становилось всё бледнее с каждым словом. Когда они закончили, он долго молчал, глядя в окно на ночной Сеул. — Он всегда был хорош в этом, — наконец сказал он тихо. — В том, чтобы заставлять людей верить ему. Видеть то, что он хочет показать. — Но что, если на этот раз это правда? — осторожно спросил Тэхён. — Что, если он действительно изменился? Сокджин посмотрел на своих сыновей, и в его глазах была такая боль, что у Чимина сжалось сердце. — Я хотел бы верить в это, — сказал Сокджин. — Ради вас. Но я видел, на что он способен. Я видел кровь на его руках. — Это было семнадцать лет назад, папа, — мягко сказал Чимин. — Люди меняются. — Не такие, как Намджун, — покачал головой Сокджин. — Не люди, которые строят свою жизнь на насилии и страхе. Он замолчал, собираясь с мыслями. — Но я понимаю, что вы хотите узнать его. Он ваш отец, и это естественно. И я... я не могу вам запретить. — А ты? — спросил Тэхён. — Ты встретишься с ним? Сокджин выглядел испуганным от одной мысли об этом. — Я не знаю, — честно ответил он. — Часть меня хочет никогда больше не видеть его. Но другая часть... — он не закончил фразу. — Всё ещё любит его, — тихо закончил Чимин. Сокджин посмотрел на сына с удивлением, но не стал отрицать. — Первая любовь оставляет глубокий след, — сказал он с грустной улыбкой. — Даже если она причиняет боль. Он глубоко вздохнул, принимая решение. — Я встречусь с ним, — сказал он твёрдо. — Ради вас. Чтобы убедиться, что он не представляет угрозы. Но не сейчас. Мне нужно время, чтобы подготовиться. Тэхён и Чимин кивнули, понимая, сколько мужества потребовалось их отцу для этого решения. — Мы будем рядом, — пообещал Тэхён. — Всё время. — И если ты передумаешь, мы поймём, — добавил Чимин. Сокджин улыбнулся, глядя на своих сыновей с любовью и гордостью. — Вы выросли такими хорошими людьми, — сказал он. — Несмотря на все трудности, несмотря на моё бегство, на мои страхи. Вы стали лучшим, что есть в моей жизни. Он протянул руки, и братья подошли к нему, обнимая его и друг друга. Они стояли так некоторое время, объединённые любовью и решимостью встретить будущее вместе, что бы оно ни принесло.

***

Намджун сидел в своём кабинете, глядя на телефон. Прошла неделя с его разговора с Тэхёном, и он всё ещё не получил ответа. Он понимал, что им нужно время, что это не то решение, которое принимается легко. Но ожидание было мучительным. Дверь открылась, и вошёл Чонгук. — Хён, — сказал он, используя неформальное обращение, которое было допустимо только когда они были одни. — Клан Чхве снова активизировался. Наши источники сообщают о крупной поставке оружия через порт Инчхон на следующей неделе. Намджун нахмурился. Клан Чхве был его давним врагом, группировкой, которую он почти уничтожил семнадцать лет назад. Но в последние годы они начали восстанавливать свои позиции, становясь всё более дерзкими. — Насколько надёжна информация? — спросил он. — Очень, — ответил Чонгук. — Один из наших людей внедрён в их организацию. Он говорит, что это будет крупнейшая поставка за последние годы. И... — он помедлил. — Есть ещё кое-что. Они знают о Сокджине и близнецах. Намджун резко поднял голову, его глаза сузились. — Что? Как? — Мы не знаем, — признался Чонгук. — Но они явно следят за ними. Наши люди заметили их наблюдателей возле квартиры Сокджина и танцевальной студии, где занимается Чимин. Намджун почувствовал, как внутри поднимается холодная ярость. Клан Чхве угрожал его семье. Семье, которую он только что нашёл и ещё не успел узнать. — Усильте охрану, — приказал он. — Незаметно. Я не хочу, чтобы Сокджин или мальчики знали, что за ними следят. Это только напугает их. — Уже сделано, — кивнул Чонгук. — Но, хён... если Чхве действительно нацелились на них, простого наблюдения может быть недостаточно. Намджун знал, что Чонгук прав. Клан Чхве был известен своей жестокостью и отсутствием моральных принципов. Если они решили использовать Сокджина и близнецов как рычаг давления на Намджуна, они не остановятся ни перед чем. — Я должен предупредить их, — решил он. — Они должны знать об опасности. — Но это может отпугнуть их ещё больше, — осторожно заметил Чонгук. — Особенно Сокджина. Если он узнает, что его возвращение в Сеул подвергло его и сыновей опасности из-за твоего прошлого... Он не закончил фразу, но Намджун понял. Сокджин и так боялся его, считал опасным. Если он узнает, что его страхи оправдались, что близость к Намджуну действительно подвергает их риску, он может снова исчезнуть. И на этот раз Намджун может никогда не найти их. — Что ты предлагаешь? — спросил он, хотя уже знал ответ. — Нейтрализовать угрозу до того, как они узнают о ней, — твёрдо сказал Чонгук. — Перехватить поставку. Нанести удар по клану Чхве, который они не скоро забудут. Намджун задумался. Он старался дистанцироваться от насильственных методов в последние годы, сосредоточиться на легальном бизнесе. Но когда дело касалось безопасности его семьи, у него не было выбора. — Подготовь операцию, — наконец сказал он. — Но я хочу минимум жертв. Это должно быть предупреждение, а не бойня. Чонгук кивнул, понимая серьёзность ситуации. — Я займусь этим лично, — пообещал он. — И, хён... что насчёт Тэхёна? Он всё ещё работает здесь. Он может быть в опасности. Намджун нахмурился. Он не подумал об этом. Тэхён приходил на работу каждый день, выполнял свои обязанности, но избегал прямого контакта с Намджуном. Он был уязвим, находясь в здании компании. — Назначь ему телохранителя, — решил Намджун. — Кого-то ненавязчивого, кто не будет привлекать внимание. И... — он помедлил. — Я думаю, тебе стоит сблизиться с ним. Подружиться. Он будет в большей безопасности рядом с тобой. Чонгук выглядел удивлённым. — Ты уверен? Я не хочу, чтобы он думал, что я пытаюсь манипулировать им. — Я знаю, — кивнул Намджун. — Но ты единственный, кому я полностью доверяю в этом вопросе. И я видел, как ты смотришь на него. Чонгук слегка покраснел, но не стал отрицать. — Он мне нравится, — признал он. — Но я не уверен, что сейчас подходящее время для таких отношений. — Может быть, и нет, — согласился Намджун. — Но я хочу, чтобы ты был рядом с ним. Защищал его. Как друг, если не как что-то большее. Чонгук кивнул, принимая задание. — Я не подведу тебя, хён, — пообещал он. — И я не позволю никому причинить вред Тэхёну. Когда Чонгук ушёл, Намджун снова посмотрел на телефон. Он должен был связаться с Сокджином, предупредить его об опасности. Но как сделать это, не напугав его ещё больше? Как объяснить, что его прошлое снова угрожает им, даже после стольких лет? Он взял телефон и набрал номер, который дал ему Юнги. Номер Чимина. Возможно, через младшего сына будет легче достучаться до Сокджина.

***

Чимин был в танцевальной студии, отрабатывая сложную хореографию, когда его телефон завибрировал. Обычно он игнорировал звонки во время тренировки, но что-то заставило его взглянуть на экран. Незнакомый номер. Он колебался секунду, затем ответил. — Алло? — Чимин-а, — голос был глубоким, с легкой хрипотцой. Голос, который он никогда раньше не слышал, но каким-то образом узнал. — Это Ким Намджун. Чимин замер, его сердце пропустило удар. Он быстро огляделся и вышел в пустой коридор. — Откуда у вас мой номер? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — От Юнги, — ответил Намджун. — Мне нужно поговорить с тобой. С вами всеми. Это важно. Что-то в его тоне заставило Чимина насторожиться. — Что случилось? Пауза. Затем: — Вы в опасности. Ты, Тэхён и Сокджин. Люди из моего прошлого... они знают о вас. И они могут попытаться использовать вас, чтобы добраться до меня. Чимин почувствовал, как холодок пробежал по спине. — Какие люди? О чем вы говорите? — Клан Чхве, — ответил Намджун, и его голос стал жестче. — Семнадцать лет назад у нас был конфликт. Я думал, что разобрался с ними, но они вернулись. И теперь они знают о вас. Чимин вспомнил черный автомобиль с тонированными стеклами, который видел после встречи с Юнги. Странное чувство, что за ним наблюдают, которое преследовало его последние дни. — Что нам делать? — спросил он, понимая серьезность ситуации. — Я уже принял меры, — сказал Намджун. — Вокруг вашего дома и мест, где вы бываете, есть мои люди. Они защитят вас. Но было бы лучше, если бы вы переехали в более безопасное место. Хотя бы временно. — Вы хотите, чтобы мы переехали к вам? — Чимин не мог скрыть недоверия в голосе. — Не обязательно ко мне, — ответил Намджун. — У меня есть несколько безопасных домов. Места, о которых никто не знает. Вы будете там в безопасности, пока я не разберусь с этой ситуацией. Чимин колебался. Он не знал, можно ли доверять Намджуну. Что, если это ловушка? Способ заманить их всех в одно место? — Мне нужно поговорить с папой и Тэхёном, — наконец сказал он. — Это не то решение, которое я могу принять один. — Конечно, — согласился Намджун. — Но, пожалуйста, не затягивайте. Чем дольше вы остаетесь на виду, тем больше риск. Он помолчал, затем добавил тише: — Чимин-а, я знаю, что у тебя нет причин доверять мне. Но поверь, я сделаю все, чтобы защитить вас. Всех вас. В его голосе было что-то — искренность, боль, решимость — что заставило Чимина поверить ему, хотя бы на мгновение. — Я позвоню вам после разговора с семьей, — сказал он. — Спасибо, — ответил Намджун. — И, Чимин... будь осторожен. Когда звонок закончился, Чимин стоял в коридоре, чувствуя, как реальность вокруг него меняется. Еще месяц назад его жизнь была простой — танцы, учеба, общение с Юнги через интернет. Теперь он стоял посреди какой-то гангстерской драмы, с биологическим отцом-мафиози, предупреждающим об опасности, и неизвестными врагами, следящими за каждым его шагом. Он быстро собрал вещи и покинул студию, постоянно оглядываясь. На улице он заметил черный автомобиль, припаркованный через дорогу. Тот же, что и раньше? Он не мог сказать наверняка. Но теперь каждая тень, каждый прохожий казались потенциальной угрозой. Чимин ускорил шаг, направляясь домой. Ему нужно было предупредить отца и брата. И им нужно было решить, доверять ли Намджуну настолько, чтобы принять его помощь. *** Тэхён сидел за своим рабочим столом, пытаясь сосредоточиться на отчетах, но его мысли постоянно возвращались к разговору с Намджуном. К боли в его глазах, когда он говорил о пропущенных годах. К его словам о том, что он все еще любит Сокджина. — Тяжелый день? — голос Чонгука вывел его из задумчивости. Тэхён поднял взгляд. Чонгук стоял рядом, держа два стаканчика кофе. — Можно сказать и так, — ответил Тэхён, благодарно принимая кофе. — Спасибо. Чонгук сел на край его стола, что было довольно неформально для рабочей обстановки. — Слушай, я подумал... может, поужинаем сегодня вместе? — спросил он с легкой улыбкой. — Есть один ресторан недалеко отсюда, с отличной едой. Тэхён удивленно посмотрел на него. Это было похоже на... приглашение на свидание? — Я... не уверен, что сегодня смогу, — осторожно ответил он. — У меня есть семейные дела. Что-то промелькнуло в глазах Чонгука — разочарование? беспокойство? — Конечно, я понимаю, — сказал он. — Может быть, в другой раз. Он помолчал, затем добавил более серьезным тоном: — Тэхён-а, я знаю, что ситуация сложная. С Намджуном, с твоей семьей. Но я хочу, чтобы ты знал — ты можешь рассчитывать на меня. Если тебе понадобится помощь, или просто кто-то, с кем можно поговорить... я здесь. Тэхён внимательно посмотрел на него, пытаясь понять его мотивы. Чонгук был правой рукой Намджуна, его самым доверенным человеком. Было ли его предложение дружбы искренним, или это был способ держать Тэхёна под наблюдением? — Почему ты так добр ко мне? — прямо спросил он. — Это потому, что я сын Намджуна? Чонгук выглядел удивленным, затем рассмеялся. — Нет, — сказал он честно. — Это потому, что ты мне нравишься. Как человек. Я бы заинтересовался тобой, даже если бы ты не был связан с Намджуном. Его откровенность застала Тэхёна врасплох. Он не ожидал такого прямого признания. — Я... не знаю, что сказать, — признался он. — Ничего говорить не нужно, — Чонгук улыбнулся. — Просто знай, что я на твоей стороне. Что бы ни случилось. Он встал, собираясь уходить, но остановился. — И, Тэхён... будь осторожен, хорошо? Особенно когда выходишь из здания. В последнее время вокруг компании крутятся странные люди. С этими словами он ушел, оставив Тэхёна с новыми вопросами и странным теплым чувством внутри. Он не успел обдумать слова Чонгука, когда его телефон завибрировал — сообщение от Чимина: «Нужно срочно поговорить. Намджун звонил мне. Мы в опасности. Возвращайся домой как можно скорее». Тэхён почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Опасность? Какая опасность? И почему Намджун позвонил Чимину, а не ему? Он быстро собрал вещи и направился к выходу. В лифте он вспомнил предупреждение Чонгука о странных людях вокруг компании. Было ли это связано с тем, о чем говорил Намджун? Когда двери лифта открылись на первом этаже, Тэхён увидел Чонгука, ожидающего его. — Я провожу тебя, — сказал он, не оставляя места для возражений. — Это не обязательно, — начал Тэхён, но Чонгук покачал головой. — Обязательно, — твердо сказал он. — Поверь мне. Что-то в его тоне заставило Тэхёна согласиться. Они вышли из здания вместе, и Тэхён заметил, как Чонгук внимательно осматривает улицу, прежде чем сделать шаг. — Что происходит? — спросил Тэхён, когда они сели в машину Чонгука. — Это связано с тем, о чем предупреждал Намджун? Чонгук бросил на него быстрый взгляд, затем сосредоточился на дороге. — Он уже связался с вами? Хорошо, — сказал он. — Да, это связано. Клан Чхве активизировался. Они знают о вас и, возможно, планируют использовать вас, чтобы добраться до Намджуна. — Клан Чхве? — Тэхён нахмурился. — Кто это? — Старые враги Намджуна, — объяснил Чонгук. — Семнадцать лет назад у них был серьезный конфликт. Намджун почти уничтожил их тогда, но некоторые выжили. И теперь они вернулись, сильнее, чем раньше. Тэхён вспомнил рассказ Сокджина о том, как он увидел Намджуна с кровью на рубашке, выходящего из здания клана Чхве. Это был тот самый конфликт? — И они знают о нас? Обо мне, Чимине и папе? — Да, — Чонгук кивнул. — Мы не знаем, как они узнали, но они следят за вами. За всеми вами. Тэхён почувствовал, как холодок пробежал по спине. Это было уже не просто семейная драма — это была реальная опасность. — Что нам делать? — спросил он. — Намджун предложит вам переехать в безопасное место, — сказал Чонгук. — По крайней мере, пока мы не разберемся с угрозой. Это самый безопасный вариант. — А если мы откажемся? Чонгук бросил на него серьезный взгляд. — Тогда мы усилим охрану вокруг вашего дома. Но это рискованно. Клан Чхве не остановится ни перед чем, чтобы добраться до Намджуна. Включая похищение или... хуже. Тэхён сглотнул, осознавая серьезность ситуации. Это было уже не просто решение, доверять ли Намджуну как отцу. Это было решение, доверять ли ему их жизни. — Я отвезу тебя домой, — сказал Чонгук. — И останусь поблизости. На всякий случай. Тэхён кивнул, благодарный за его присутствие. Несмотря на все сомнения, он чувствовал себя в безопасности рядом с Чонгуком. И сейчас это было важнее всего. *** Сокджин сидел в своем кресле, слушая, как Чимин пересказывает свой разговор с Намджуном. С каждым словом его лицо становилось все бледнее, а руки крепче сжимали подлокотники кресла. — Клан Чхве, — прошептал он, когда Чимин закончил. — Боже мой. — Ты знаешь их? — спросил Чимин, удивленный реакцией отца. Сокджин кивнул, его глаза были полны страха. — Я видел их... в ту ночь, — сказал он тихо. — Когда узнал правду о Намджуне. Он... он убил нескольких членов клана Чхве. Я видел кровь на его рубашке. Он закрыл глаза, словно пытаясь отогнать воспоминания. — Я всегда боялся, что прошлое Намджуна догонит нас. Поэтому мы так долго скрывались. И теперь... — он не закончил фразу. Дверь открылась, и вошел Тэхён, а за ним — высокий молодой человек, которого Чимин никогда раньше не видел. — Папа, Чимин, — сказал Тэхён напряженно. — Это Чон Чонгук. Он... работает с Намджуном. Сокджин напрягся, его взгляд стал настороженным. — Что он делает в нашем доме? — спросил он, и в его голосе Чимин услышал страх. — Он привез меня домой, — объяснил Тэхён. — И он подтверждает то, что сказал Намджун. Мы в опасности. Чонгук сделал шаг вперед и вежливо поклонился. — Господин Ким, — сказал он уважительно. — Я понимаю ваше недоверие. Но поверьте, Намджун делает все возможное, чтобы защитить вас и ваших сыновей. Сокджин смотрел на него долгим, оценивающим взглядом. — Насколько серьезна угроза? — наконец спросил он. — Очень серьезна, — честно ответил Чонгук. — Клан Чхве не остановится ни перед чем, чтобы отомстить Намджуну. И использование его семьи — самый эффективный способ сделать это. Сокджин вздрогнул при слове «семья», но не стал возражать. — И что предлагает Намджун? — спросил он. — Переезд в безопасное место, — ответил Чонгук. — Дом, о котором никто не знает. С охраной и всеми необходимыми удобствами. Временно, пока мы не нейтрализуем угрозу. Сокджин покачал головой, его лицо выражало внутреннюю борьбу. — Я бежал от Намджуна семнадцать лет, — сказал он тихо. — И теперь он хочет, чтобы я добровольно пошел к нему? Поставил жизни моих сыновей в его руки? — Папа, — мягко сказал Тэхён. — Я понимаю твои опасения. Но если Намджун хотел причинить нам вред, у него было много возможностей сделать это. Вместо этого он предупреждает нас об опасности и предлагает защиту. — К тому же, — добавил Чимин, — если клан Чхве действительно следит за нами, оставаться здесь может быть опаснее, чем принять помощь Намджуна. Сокджин посмотрел на своих сыновей, и Чимин увидел в его глазах борьбу между страхом и любовью. Страхом перед Намджуном и его миром, и любовью к сыновьям, которых он хотел защитить любой ценой. — Я не могу просить вас оставаться здесь, если это подвергает вас опасности, — наконец сказал он. — Но я также не могу просить вас слепо доверять человеку, которого вы едва знаете, даже если он ваш биологический отец. Он повернулся к Чонгуку. — Я хочу поговорить с Намджуном, — сказал он твердо. — Лично. Прежде чем принимать какое-либо решение. Чонгук кивнул, не выглядя удивленным. — Он ожидал этого, — сказал он. — И он готов встретиться с вами в любое время, в любом месте, которое вы выберете. Сокджин на мгновение закрыл глаза, собираясь с силами. — Сегодня вечером, — решил он. — Здесь. Я хочу, чтобы мои сыновья были рядом. — Я передам ему, — сказал Чонгук. — Он будет здесь. Когда Чонгук вышел, чтобы сделать звонок, Сокджин посмотрел на своих сыновей с тревогой и решимостью. — Я не знаю, чем закончится эта встреча, — сказал он. — Но что бы ни случилось, помните — все, что я делал, я делал, чтобы защитить вас. И я продолжу делать это, даже если это означает встретиться с человеком, от которого я бежал всю вашу жизнь. Тэхён и Чимин подошли к нему, обнимая его и друг друга. Они стояли так некоторое время, объединенные любовью и страхом перед неизвестным будущим. *** Намджун стоял перед дверью квартиры, чувствуя, как его сердце бьется с невероятной скоростью. За этой дверью был Сокджин — человек, которого он искал семнадцать лет. Человек, которого он никогда не переставал любить, несмотря на все, что произошло между ними. И его сыновья. Их сыновья. Тэхён, которого он уже немного узнал. И Чимин, которого видел только на фотографиях. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Это была не та встреча, о которой он мечтал все эти годы. Не радостное воссоединение, а вынужденная мера безопасности. Но это был шанс — возможно, единственный — показать Сокджину, что он изменился. Что он не тот безжалостный молодой человек, от которого Сокджин бежал семнадцать лет назад. Чонгук, стоявший рядом с ним, положил руку ему на плечо в редком жесте поддержки. — Все будет хорошо, хён, — сказал он тихо. — Просто будь честен с ними. Намджун кивнул, благодарный за поддержку. Затем поднял руку и постучал. Дверь открыл Тэхён, его лицо было напряженным, но решительным. Он молча отступил в сторону, пропуская их внутрь. Гостиная была просторной и светлой, с минималистичным дизайном и большими окнами. В центре комнаты, в инвалидном кресле, сидел Сокджин. Намджун замер, увидев его. Семнадцать лет изменили Сокджина — его лицо стало более зрелым, в волосах появилась легкая седина. Но его глаза — те же выразительные, глубокие глаза, которые Намджун помнил, — смотрели на него с смесью страха, гнева и чего-то еще, чего он не мог точно определить. Рядом с Сокджином стоял молодой человек, которого Намджун сразу узнал как Чимина. Он был похож на Тэхёна, но в то же время отличался — более мягкие черты лица, более настороженный взгляд. — Сокджин, — тихо сказал Намджун, не в силах скрыть эмоции в голосе. — Спасибо, что согласился встретиться со мной. Сокджин смотрел на него долгим, оценивающим взглядом. — У меня не было особого выбора, — наконец сказал он, и его голос был холоднее, чем Намджун помнил. — Ты сказал, что мои сыновья в опасности. Намджун отметил акцент на слове «мои», но не стал комментировать. — Да, — подтвердил он, становясь серьезным. — Клан Чхве вернулся. И они знают о вас. Сокджин вздрогнул, его руки крепче сжали подлокотники кресла. — Как они узнали? — спросил он. — Мы были так осторожны все эти годы. — Мы не знаем точно, — честно ответил Намджун. — Возможно, они следили за мной и заметили мой интерес к вам. Возможно, у них есть свои источники информации. Он сделал паузу, затем добавил: — Но как бы они ни узнали, факт остается фактом — они знают, и они будут использовать вас, чтобы добраться до меня. — И что ты предлагаешь? — спросил Сокджин, его голос был напряженным. — Переезд в безопасное место, — ответил Намджун. — Дом за городом, о котором знают только самые доверенные люди. С охраной и всем необходимым. Вы будете там в безопасности, пока я не разберусь с кланом Чхве. — А если мы откажемся? — Сокджин смотрел ему прямо в глаза, и Намджун видел в его взгляде вызов. — Тогда я усилю охрану вокруг этого дома, — сказал Намджун. — Но это рискованно. Клан Чхве не остановится ни перед чем, чтобы добраться до вас. И я не могу гарантировать вашу безопасность здесь. Сокджин долго молчал, изучая лицо Намджуна, словно пытаясь разглядеть в нем ложь. — Почему ты делаешь это? — наконец спросил он. — После всех этих лет? После того, как я сбежал от тебя? Намджун почувствовал, как его сердце сжалось от боли в голосе Сокджина. — Потому что вы моя семья, — просто ответил он. — Ты и мальчики. И я сделаю все, чтобы защитить вас. Даже если вы никогда не примете меня как часть своей жизни. Что-то промелькнуло в глазах Сокджина — удивление? недоверие? — Ты изменился, — сказал он тихо, скорее себе, чем Намджуну. — Да, — подтвердил Намджун. — Семнадцать лет — долгий срок. Я не тот человек, от которого ты убежал, Сокджин. Я сделал много ошибок, о которых сожалею. И самая большая из них — то, что я потерял тебя. Он посмотрел на Тэхёна и Чимина, стоявших по обе стороны от Сокджина, защищая его своим присутствием. — И то, что я никогда не знал своих сыновей, — добавил он тихо. — Не видел, как они растут. Не был рядом, когда они в меня нуждались. Сокджин опустил взгляд, и Намджун увидел, как его плечи слегка опустились, словно под тяжестью невысказанных слов. — Я не прошу тебя простить меня, — продолжил Намджун. — Или доверять мне. Я прошу только дать мне шанс защитить вас. Всех вас. Сокджин поднял взгляд, и Намджун увидел в его глазах борьбу — между страхом и надеждой, между прошлым и настоящим. — Я не знаю, смогу ли когда-нибудь полностью доверять тебе, — наконец сказал он. — Но я не могу рисковать жизнями моих сыновей из-за своих страхов. Он глубоко вздохнул, принимая решение. — Мы поедем с тобой, — сказал он. — Но у меня есть условия. — Все, что угодно, — быстро ответил Намджун. — Во-первых, мы остаемся вместе. Всегда. Я не хочу, чтобы мои сыновья оставались наедине с твоими... людьми. Намджун кивнул, принимая это условие. — Во-вторых, — продолжил Сокджин, — я хочу знать все. О клане Чхве, о том, что произошло семнадцать лет назад, о том, что происходит сейчас. Никаких секретов. — Согласен, — сказал Намджун. — Что еще? Сокджин посмотрел на него долгим, оценивающим взглядом. — И, наконец, когда все это закончится, мы сами решим, хотим ли мы продолжать общение с тобой. Без давления, без манипуляций. Намджун почувствовал укол боли от мысли, что они могут снова исчезнуть из его жизни, но кивнул. — Я принимаю все твои условия, — сказал он. — И я обещаю сделать все, чтобы заслужить ваше доверие. Сокджин кивнул, его решение было принято. — Когда мы уезжаем? — спросил он. — Чем скорее, тем лучше, — ответил Намджун. — Сегодня вечером, если возможно. Мои люди уже готовят дом. Сокджин обменялся взглядами с сыновьями, получая их молчаливое согласие. — Хорошо, — сказал он. — Дайте нам час, чтобы собрать необходимые вещи. Намджун кивнул, чувствуя одновременно облегчение и тревогу. Сокджин согласился, но доверия в его глазах не было. Только вынужденное принятие ситуации ради безопасности сыновей. — Я буду ждать внизу, — сказал он. — Чонгук останется здесь, чтобы помочь и... на всякий случай. Сокджин напрягся, но не стал возражать. Он понимал необходимость охраны, даже если ему не нравилось присутствие людей Намджуна в его доме. Когда Намджун вышел, Тэхён и Чимин переглянулись, не зная, что сказать. Ситуация казалась нереальной — ещё утром они жили обычной жизнью, а теперь собирались переехать в безопасный дом с биологическим отцом, которого едва знали. — Я помогу тебе собраться, папа, — мягко сказал Чимин, подходя к креслу Сокджина. Сокджин посмотрел на сына с благодарностью и болью. — Я так боялся, что этот день наступит, — прошептал он. — День, когда прошлое Намджуна настигнет нас. — Мы справимся, — уверенно сказал Тэхён. — Мы вместе, и это главное. Чонгук деликатно отошёл к окну, давая семье пространство для разговора, но его глаза внимательно сканировали улицу внизу. Он заметил чёрный автомобиль, припаркованный через дорогу, и незаметно достал телефон, отправляя сообщение Намджуну. Час пролетел быстро. Они собрали самое необходимое — одежду, лекарства для Сокджина, документы. Тэхён взял ноутбук и рабочие файлы, Чимин — свои танцевальные вещи и фотографии из Тэгу. Когда они были готовы, Чонгук получил сообщение от Намджуна. — Машина ждёт у чёрного входа, — сказал он. — Так безопаснее. Мы заметили наблюдателей у главного входа. Сокджин побледнел, но кивнул. Реальность опасности становилась всё очевиднее. Они спустились через служебный лифт, Тэхён и Чимин несли сумки, Чонгук катил кресло Сокджина. У чёрного входа их ждал тёмный минивэн с тонированными стёклами. Намджун стоял рядом, его лицо было напряжённым. — Быстрее, — сказал он, помогая Сокджину пересесть из кресла в машину. — Мы заметили движение. Тэхён почувствовал, как по спине пробежал холодок. Это не было игрой или преувеличением — за ними действительно следили, и эти люди явно не желали им добра. Они быстро погрузились в минивэн. Намджун сел впереди, рядом с водителем, Чонгук — на заднее сиденье с Тэхёном. Чимин устроился рядом с Сокджином, держа его за руку. — Всё будет хорошо, папа, — тихо сказал он, но в его голосе слышалась неуверенность. Машина тронулась, и Тэхён заметил, как Намджун постоянно оглядывается через зеркало заднего вида. — За нами следят? — прямо спросил он. Намджун встретился с ним взглядом в зеркале и кивнул. — Чёрный седан, два квартала позади, — ответил он. — Но мы оторвёмся. Он что-то сказал водителю, и машина резко свернула в боковую улицу, затем ещё раз повернула, петляя по городу. Сокджин сидел молча, его лицо было бледным, но решительным. Он крепко держал руку Чимина, словно боялся, что его сын может исчезнуть. После получаса езды с резкими поворотами и сменой направления, Намджун наконец расслабился. — Мы оторвались, — сказал он. — Теперь прямой путь до безопасного дома. Они выехали из города, направляясь в пригород. Пейзаж за окном менялся — высотки сменились частными домами, затем лесом. Наконец, машина свернула на незаметную дорогу, ведущую вглубь леса. — Куда мы едем? — спросил Сокджин, нарушая долгое молчание. — В мой личный дом, — ответил Намджун. — О нём знают только самые близкие люди. Здесь вы будете в безопасности. Через несколько минут они подъехали к воротам с системой безопасности. Намджун ввёл код, и ворота открылись, пропуская их на территорию. Дом оказался не таким огромным, как ожидал Тэхён, но элегантным и современным. Двухэтажное здание из стекла и дерева, окружённое лесом, с видом на небольшое озеро. — Здесь есть всё необходимое, — сказал Намджун, когда они остановились у входа. — Включая медицинское оборудование для Сокджина. Сокджин удивлённо посмотрел на него. — Ты знал о моём состоянии? — Я узнал о твоей аварии, когда начал искать вас, — ответил Намджун, помогая ему выйти из машины. — И подготовился... на всякий случай. В его голосе было столько заботы, что Сокджин на мгновение растерялся. Это не вписывалось в образ безжалостного гангстера, который он хранил в памяти все эти годы. Дом внутри был так же элегантен, как и снаружи. Просторные комнаты, минималистичный дизайн, большие окна с видом на лес. На первом этаже была оборудована комната для Сокджина — с широкими дверными проёмами для кресла, специальной ванной и медицинской кроватью. — Я подумал, тебе будет удобнее на первом этаже, — сказал Намджун, показывая комнату. — Но если предпочитаешь второй, там есть лифт. Сокджин осмотрелся, явно впечатлённый продуманностью деталей. — Первый этаж подойдёт, — сказал он тихо. — Спасибо. Это было первое искреннее «спасибо», которое Намджун услышал от него за семнадцать лет, и оно согрело его сердце больше, чем он мог ожидать. — Для мальчиков приготовлены комнаты наверху, — продолжил он. — Чонгук покажет. Я буду в кабинете, если понадоблюсь. Он повернулся, чтобы уйти, но Сокджин остановил его. — Намджун, — сказал он, и что-то в его голосе заставило Намджуна замереть. — Ты обещал рассказать всё. О клане Чхве. О том, что произошло семнадцать лет назад. Намджун медленно повернулся, его лицо стало серьёзным. — Да, — сказал он. — И я сдержу своё обещание. Но, может быть, сначала вы устроитесь? Это... не самая приятная история. Сокджин покачал головой. — Нет. Я хочу знать сейчас. Мы все хотим знать. Он посмотрел на Тэхёна и Чимина, которые кивнули, соглашаясь. Намджун вздохнул, но кивнул. — Хорошо, — сказал он. — Давайте пройдём в гостиную. Это долгий разговор.

***

Они собрались в просторной гостиной с панорамными окнами, выходящими на озеро. Сокджин в своём кресле, Тэхён и Чимин по обе стороны от него, словно защищая. Намджун сел напротив, Чонгук остался стоять у двери, давая им приватность, но оставаясь на страже. Намджун долго молчал, собираясь с мыслями. Затем начал говорить, его голос был тихим, но твёрдым. — Семнадцать лет назад я был другим человеком, — сказал он. — Молодым, амбициозным, безжалостным. Я родился в бедной семье, мой отец был алкоголиком, мать работала на трёх работах, чтобы прокормить нас. Я поклялся, что никогда не буду жить так, как они. Что добьюсь власти и богатства любой ценой. Он сделал паузу, глядя на Сокджина. — Когда мы встретились, я уже был связан с преступным миром. Начинал с мелких поручений для местных гангстеров, затем стал подниматься по иерархии. К шестнадцати годам у меня была своя небольшая группа, контролирующая несколько районов. Сокджин слушал, не перебивая, его лицо было непроницаемым. — Клан Чхве был одной из самых влиятельных преступных группировок Сеула в то время, — продолжил Намджун. — Они контролировали наркотрафик, проституцию, рэкет. Их лидер, Чхве Донхо, был известен своей жестокостью. Он не щадил никого, кто вставал на его пути. Намджун сжал кулаки, вспоминая. — Мы столкнулись с ними, когда я начал расширять свою территорию. Сначала это были мелкие стычки, но постепенно конфликт нарастал. Чхве Донхо не воспринимал меня всерьёз — считал молокососом, который скоро сломается. Это была его ошибка. Его глаза потемнели от воспоминаний. — В ту ночь, когда ты видел меня, Сокджин... Это была не просто случайность. Чхве Донхо приказал убить меня. Они похитили моего друга, пытали его, чтобы узнать, где я буду. А затем устроили засаду. Сокджин вздрогнул, его глаза расширились от шока. — Я не знал, — прошептал он. — Конечно, не знал, — мягко сказал Намджун. — Я никогда не рассказывал тебе о своей... работе. Хотел защитить от этого мира. Он горько усмехнулся. — Но в ту ночь всё пошло не по их плану. Я был готов. У меня были свои информаторы в клане Чхве. Вместо того чтобы попасть в ловушку, я сам напал на их штаб-квартиру. Он посмотрел Сокджину прямо в глаза. — Кровь, которую ты видел на моей рубашке... Это была не только кровь членов клана Чхве. Это была и моя кровь, и кровь моих людей. Это была... бойня с обеих сторон. Тэхён и Чимин слушали, затаив дыхание. История их отца разворачивалась перед ними как жестокий гангстерский фильм, но это была реальность — реальность, которая сформировала их жизни, хотя они об этом не знали. — Что произошло потом? — тихо спросил Тэхён. Намджун перевёл взгляд на сына. — Я убил Чхве Донхо, — сказал он прямо. — И большую часть его ближайшего окружения. Те, кто выжил, бежали из Сеула. Я думал, что уничтожил клан Чхве полностью. Он покачал головой. — Но я ошибался. У Чхве Донхо был сын, Чхве Минхо. Ему было пятнадцать, когда я убил его отца. Он скрылся, затаился. И все эти годы, как оказалось, он готовился к мести. — И теперь он вернулся, — закончил Чимин. — Да, — подтвердил Намджун. — Сильнее, умнее, с новыми связями и ресурсами. И с жаждой мести, которая не угасла за семнадцать лет. Он посмотрел на Сокджина, и в его глазах была искренняя боль. — После той ночи, когда ты исчез, я искал тебя повсюду. Использовал все свои связи, все ресурсы. Но ты хорошо спрятался. Сокджин опустил взгляд, его руки слегка дрожали. — Я был напуган, — признался он тихо. — Когда я увидел тебя с оружием, с кровью... Это было как будто я не знал тебя вовсе. Как будто человек, которого я любил, был лишь маской. Намджун кивнул, принимая его слова. — Я понимаю, — сказал он. — И я не виню тебя за то, что ты ушёл. Я был... монстром в то время. Одержимым властью и контролем. Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Но твой уход изменил меня, Сокджин. Заставил задуматься о том, кем я стал, о цене, которую платил за свои амбиции. Я начал меняться. Медленно, постепенно, но я менялся. — Как именно? — спросил Сокджин, и в его голосе Намджун услышал не только скептицизм, но и искреннее любопытство. — Я начал легализовать бизнес, — ответил Намджун. — Инвестировал в законные предприятия. Сократил насильственные методы до минимума. Стал помогать тем, кто хотел выйти из преступного мира — давал работу, образование, шанс на нормальную жизнь. Он кивнул в сторону Чонгука. — Как Чонгуку. Я нашёл его на улице, когда ему было шестнадцать. Вместо того чтобы сделать из него гангстера, я отправил его в школу, затем в университет. Он мог выбрать любой путь, но решил остаться со мной. Стать моей правой рукой. Чонгук слегка кивнул, подтверждая слова Намджуна. — Я не буду притворяться, что полностью отошёл от преступного мира, — честно продолжил Намджун. — У меня всё ещё есть связи, влияние в определённых кругах. Но я стараюсь использовать их для защиты, а не для нападения. Для поддержания мира, а не для разжигания войны. Он посмотрел на Тэхёна и Чимина. — Я не горжусь своим прошлым. И я не ожидаю, что вы примете меня как отца после всего, что я сделал. Но я хочу, чтобы вы знали правду. Всю правду, какой бы неприглядной она ни была. В комнате повисла тишина. Каждый обдумывал услышанное, пытаясь примирить образ жестокого гангстера из прошлого с человеком, сидящим перед ними сейчас — открытым, уязвимым, искренне раскаивающимся. Наконец Сокджин нарушил молчание. — Что ты планируешь делать с кланом Чхве? — спросил он. — Как ты собираешься... разобраться с этой ситуацией? Намджун выпрямился, его лицо стало серьёзным. — У нас есть информация о крупной поставке оружия, которую они планируют через порт Инчхон на следующей неделе, — сказал он. — Мы готовим операцию по перехвату. Это будет серьёзный удар по их ресурсам и репутации. — И это остановит их? — скептически спросил Тэхён. — Нет, — честно ответил Намджун. — Но это даст нам преимущество. И возможность для переговоров. — Переговоров? — удивлённо переспросил Чимин. — Ты хочешь договориться с людьми, которые угрожают твоей семье? Намджун заметил, что Чимин использовал слово «семья», включая себя, Тэхёна и Сокджина, и это согрело его сердце. — Иногда переговоры эффективнее насилия, — сказал он. — Особенно когда у тебя есть рычаги давления. Я предложу Чхве Минхо выбор — мир или полное уничтожение. И я сделаю так, чтобы второй вариант выглядел крайне непривлекательно. Сокджин внимательно изучал лицо Намджуна, словно пытаясь разглядеть в нём правду. — Ты действительно изменился, — наконец сказал он тихо. — Намджун, которого я знал, никогда бы не стал вести переговоры. Он бы просто уничтожил врага. — Тот Намджун не имел того, что мог потерять, — просто ответил он. — У него не было семьи, которую нужно защищать. Не было сыновей, которые смотрели бы на него, оценивая его поступки. Он встретился взглядом с Сокджином, и между ними словно пробежала искра — отголосок той связи, которая когда-то соединяла их. — И у него не было надежды вернуть человека, которого он любил больше всего на свете, — тихо добавил Намджун. Сокджин отвёл взгляд, но Намджун успел заметить, как его глаза наполнились слезами. — Нам нужно время, — сказал Сокджин, справившись с эмоциями. — Чтобы всё обдумать. Привыкнуть к... ситуации. Намджун кивнул, понимая. — Конечно, — сказал он, вставая. — Отдыхайте. Устраивайтесь. Дом полностью в вашем распоряжении. Если что-то понадобится, Чонгук поможет. Он направился к двери, но остановился, услышав голос Тэхёна: — А ты? Ты останешься здесь? Намджун обернулся, удивлённый вопросом. — Я планировал вернуться в город, — сказал он. — Чтобы не... давить на вас своим присутствием. Но если вы предпочитаете, чтобы я остался... — Останься, — неожиданно сказал Сокджин. — Ты обещал рассказать всё. У нас ещё много вопросов. Намджун смотрел на него, не веря своим ушам. Сокджин просил его остаться. После семнадцати лет разлуки, после всех обвинений и страхов, он хотел, чтобы Намджун был рядом. — Хорошо, — сказал он, стараясь скрыть волнение в голосе. — Я останусь.

***

Ночь опустилась на лес, окутывая дом тишиной и темнотой. Тэхён стоял у окна своей комнаты, глядя на звёзды, которые были так ярки вдали от городских огней. Его мысли были в смятении после всего, что он узнал сегодня. Тихий стук в дверь прервал его размышления. — Войдите, — сказал он, думая, что это Чимин. Но в комнату вошёл Чонгук, держа в руках поднос с чаем и печеньем. — Подумал, ты можешь не спать, — сказал он, ставя поднос на столик у окна. — Тяжёлый день. Тэхён слабо улыбнулся, благодарный за заботу. — Спасибо, — сказал он, садясь в кресло у окна. — Да, день был... насыщенным. Чонгук сел напротив, его лицо было серьёзным в лунном свете. — Как ты? — спросил он. — После всего, что узнал? Тэхён задумался, подбирая слова. — Я не знаю, — честно ответил он. — Часть меня шокирована. Узнать, что твой отец был... гангстером, убийцей. Это не то, к чему можно легко привыкнуть. Он сделал глоток чая, собираясь с мыслями. — Но другая часть меня... понимает его, каким-то образом. Его стремление вырваться из бедности, защитить себя и своих близких. Его желание измениться ради любви. Чонгук внимательно слушал, не перебивая. — И есть ещё кое-что, — продолжил Тэхён. — Когда я смотрю на него, я вижу части себя. Не только внешне, но и внутренне. Его решительность, его стратегическое мышление, его защитный инстинкт по отношению к семье. Это всё есть и во мне. — Ты похож на него, — согласился Чонгук. — Больше, чем ты думаешь. Но в тебе есть и мягкость Сокджина. Его доброта, его способность видеть лучшее в людях. Тэхён удивлённо посмотрел на Чонгука. — Ты так говоришь, будто знаешь моего папу. — Я знаю его через Намджуна, — объяснил Чонгук. — Он часто говорил о нём. О его доброте, его таланте, его способности делать мир вокруг себя лучше. Он сделал паузу, словно решая, стоит ли продолжать. — Намджун никогда не переставал любить его, знаешь, — тихо сказал он. — Все эти годы. Даже когда он не знал, жив ли Сокджин, где он, с кем он. Он хранил его фотографию в своём кабинете. Единственную, которая у него осталась. Тэхён почувствовал, как его сердце сжалось от этой информации. Это не вписывалось в образ безжалостного гангстера, который нарисовал Сокджин. Это был образ человека, способного на глубокую, преданную любовь. — Почему ты рассказываешь мне всё это? — спросил Тэхён. Чонгук пожал плечами, его взгляд был открытым и честным. — Потому что я думаю, что ты заслуживаешь знать все стороны своего отца. Не только тёмные, но и светлые. Чтобы ты мог составить собственное мнение. Он помолчал, затем добавил тише: — И потому что ты мне нравишься, Тэхён. Я хочу, чтобы ты знал правду. Всю правду. Тэхён почувствовал, как его щёки теплеют от этого признания. Несмотря на все обстоятельства, несмотря на опасность и неопределённость, он не мог отрицать, что Чонгук тоже ему нравился. Его прямота, его сила, его забота. — Спасибо за честность, — сказал он. — Это... много значит для меня. Чонгук улыбнулся, и его улыбка была тёплой и искренней. — Всегда пожалуйста, — сказал он, вставая. — Я должен проверить периметр. Попытайся поспать, хорошо? Завтра будет новый день. Когда Чонгук ушёл, Тэхён ещё долго сидел у окна, глядя на звёзды и думая о странных поворотах судьбы, которые привели его сюда — в дом отца, которого он никогда не знал, с чувствами к человеку, которого едва встретил, в центре конфликта, о существовании которого он даже не подозревал неделю назад. Жизнь определённо стала намного сложнее. Но, странным образом, она стала и полнее. Как будто кусочки головоломки, которые всегда отсутствовали, наконец начали вставать на свои места.

***

Чимин не мог уснуть. Он лежал в постели, глядя в потолок, его мысли были заняты всем, что произошло за последние дни. Юнги, Намджун, клан Чхве, опасность, нависшая над их семьёй... Это было слишком много для осмысления. Его телефон завибрировал на прикроватной тумбочке. Сообщение от Юнги: «Ты в порядке? Я слышал, что произошло. Намджун сказал, вы в безопасном месте». Чимин почувствовал укол раздражения. Конечно, Юнги знал. Он был частью всего этого с самого начала. «Да, мы в порядке», — коротко ответил он. Ответ пришёл мгновенно: «Я беспокоюсь о тебе. Могу я позвонить?» Чимин колебался. Часть его всё ещё была зла на Юнги за обман. Но другая часть скучала по нему, хотела услышать его голос, почувствовать его поддержку. «Хорошо», — наконец ответил он. Телефон зазвонил почти сразу. Чимин глубоко вздохнул и ответил: — Привет. — Чимин-а, — голос Юнги был полон облегчения. — Я так рад, что ты ответил. Как ты? Как твоя семья? — Мы... справляемся, — ответил Чимин, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Всё произошло так быстро. Ещё вчера мы жили обычной жизнью, а сегодня скрываемся в лесном доме от каких-то гангстеров. — Мне жаль, что всё так вышло, — тихо сказал Юнги. — Если бы я мог что-то изменить... — Но ты не можешь, — перебил его Чимин. — Ты часть этого мира. Мира Намджуна. Мира, от которого мой отец бежал всю мою жизнь. Наступила пауза. Чимин слышал тяжёлое дыхание Юнги на другом конце линии. — Я понимаю твой гнев, — наконец сказал Юнги. — И я заслуживаю его. Но мои чувства к тебе настоящие, Чимин. Они всегда были настоящими. Чимин закрыл глаза, чувствуя, как внутри борются противоречивые эмоции. — Я не знаю, что чувствовать, Юнги. Не знаю, кому верить. Всё, что я знал, оказалось ложью или полуправдой. — Не всё, — мягко возразил Юнги. — То, что между нами — это правда. То, что я чувствую к тебе — правда. Чимин вздохнул, не зная, что ответить. — Намджун планирует операцию против клана Чхве, — сказал Юнги, меняя тему. — Я буду участвовать. Это... может быть опасно. Сердце Чимина сжалось от внезапного страха. — Опасно? Насколько? — Достаточно, — уклончиво ответил Юнги. — Но не волнуйся. Я буду осторожен. — Почему ты говоришь мне это? — спросил Чимин, чувствуя, как его гнев уступает место беспокойству. — Потому что... если что-то случится, я хочу, чтобы ты знал, что мои чувства к тебе были настоящими. Что ты был лучшим, что случилось в моей жизни. Чимин почувствовал, как его глаза наполняются слезами. — Не говори так, словно прощаешься, — сказал он. — Пожалуйста. — Я не прощаюсь, — заверил его Юнги. — Просто... на всякий случай. Я хочу увидеть тебя снова, Чимин. Когда всё это закончится. Если ты позволишь. Чимин закрыл глаза, представляя лицо Юнги, его редкую, но такую тёплую улыбку, его глаза, которые смотрели на него с такой нежностью. — Я хочу этого тоже, — признался он тихо. — Несмотря ни на что. Он услышал, как Юнги выдохнул с облегчением. — Спасибо, — сказал он. — Это даёт мне силы. Причину вернуться. Они говорили ещё некоторое время — о музыке, о танцах, о мелочах, которые казались такими незначительными сейчас, но которые связывали их все эти месяцы. Когда Чимин наконец положил трубку, он чувствовал странное спокойствие. Как будто среди всего хаоса и неопределённости, его чувства к Юнги были единственной константой, за которую он мог держаться. Он лёг, глядя в потолок, и впервые за этот долгий день позволил себе надежду. Надежду на то, что всё может закончиться хорошо. Что его семья будет в безопасности. Что Юнги вернётся к нему. Что, может быть, они все смогут начать новую главу — сложную, непривычную, но вместе. С этими мыслями он наконец погрузился в сон.

***

Сокджин не спал. Он сидел в своём кресле у окна, глядя на тёмный лес и звёздное небо. Его мысли были в смятении после всего, что он узнал сегодня. Тихий стук в дверь прервал его размышления. — Войдите, — сказал он, думая, что это один из мальчиков. Но в комнату вошёл Намджун. Он выглядел уставшим, но собранным. В руках он держал две чашки чая. — Я подумал, ты можешь не спать, — сказал он, протягивая одну чашку Сокджину. — Слишком много всего для одного дня. Сокджин принял чашку, удивлённый этим простым, домашним жестом. — Спасибо, — сказал он. — Да, сон не идёт. Намджун сел в кресло напротив, на почтительном расстоянии. Некоторое время они молчали, просто пили чай и смотрели в окно. — Ты изменился, — наконец сказал Сокджин, нарушая тишину. — Не только внешне. Ты... спокойнее. Мягче. Намджун слабо улыбнулся. — Семнадцать лет — долгий срок, — сказал он. — Люди меняются. Особенно когда теряют то, что им дороже всего. Он посмотрел на Сокджина, и в его глазах была такая открытая боль, что Сокджин почувствовал, как его сердце сжимается. — Я искал тебя, — тихо продолжил Намджун. — Годами. Использовал все свои связи, все ресурсы. Но ты хорошо спрятался. — Я боялся, — признался Сокджин. — Не только за себя. За мальчиков. Я не хотел, чтобы они росли в твоём мире. В мире насилия и страха. Намджун кивнул, принимая его слова. — Я понимаю, — сказал он. — И я не виню тебя. Ты защищал наших детей так, как считал нужным. Наших детей. Эти слова повисли между ними, тяжёлые от невысказанных эмоций. — Они выросли прекрасными людьми, — сказал Намджун с гордостью. — Умными, сильными, добрыми. Ты хорошо их воспитал, Сокджин. Сокджин почувствовал, как его глаза наполняются слезами. — Это было нелегко, — признался он. — Растить их одному. Особенно после аварии. Намджун подался вперёд, его лицо выражало искреннее беспокойство. — Что произошло? — спросил он. — Если ты не против рассказать. Сокджин сделал глоток чая, собираясь с мыслями. — Это было два года назад, — начал он. — Я возвращался домой с работы. Шёл дождь, дорога была скользкой. Грузовик потерял управление на повороте и врезался в мою машину. Он сделал паузу, вспоминая тот день. Скрежет металла, боль, темнота. — Я провёл три месяца в больнице, — продолжил он. — Перенёс несколько операций. Врачи говорили, что я могу никогда не ходить снова. Мальчикам тогда было пятнадцать. Они были... такими сильными. Ходили в школу, помогали по дому, сидели со мной в больнице. Никогда не жаловались, хотя я знаю, как им было тяжело. Намджун слушал, не перебивая, его лицо выражало боль и сожаление. — Мне жаль, что меня не было рядом, — тихо сказал он. — Что ты прошёл через всё это один. Сокджин покачал головой. — Я не был один, — сказал он. — У меня были мальчики. И друзья в Тэгу, которые помогали. Он сделал паузу, затем добавил: — Но иногда... иногда я думал о тебе. Особенно в самые тяжёлые моменты. Думал, как бы всё сложилось, если бы я не убежал тогда. Если бы нашёл в себе силы поговорить с тобой, понять. Намджун смотрел на него с такой надеждой, что Сокджин почувствовал, как его сердце пропустило удар. — И к каким выводам ты пришёл? — тихо спросил Намджун. Сокджин вздохнул. — Я не знаю, — честно ответил он. — Часть меня всё ещё боится того мира, в котором ты живёшь. Боится того, что он может сделать с мальчиками. С нами всеми. Он посмотрел Намджуну прямо в глаза. — Но другая часть... другая часть помнит, каким ты был со мной. Заботливым, нежным, защищающим. И видит эти качества в тебе сейчас, несмотря на всё, что произошло между нами. Намджун протянул руку через пространство между ними, но остановился, не касаясь Сокджина, оставляя выбор за ним. — Я никогда не переставал любить тебя, — сказал он тихо, но твёрдо. — Все эти годы. Даже когда не знал, где ты, с кем ты, жив ли ты вообще. Ты был в моём сердце каждый день. Сокджин смотрел на протянутую руку Намджуна, чувствуя, как внутри борются страх и желание. Страх перед прошлым, перед тем, что могло случиться. И желание почувствовать снова то, что он когда-то потерял — любовь, принятие, принадлежность. Медленно, неуверенно, он протянул свою руку и коснулся пальцев Намджуна. Это было простое прикосновение, но оно несло в себе обещание — не прощения, не забвения, но возможности. Возможности начать заново, по-другому, с открытыми глазами и сердцами. Они сидели так некоторое время, держась за руки в тишине, каждый погружённый в свои мысли и чувства. Когда Намджун наконец ушёл, пожелав Сокджину спокойной ночи, Сокджин чувствовал странное спокойствие. Как будто часть бремени, которое он нёс все эти годы, наконец начала отпускать. Он не знал, что принесёт завтрашний день. Не знал, смогут ли они когда-нибудь по-настоящему преодолеть прошлое. Но впервые за семнадцать лет он позволил себе надежду. Надежду на то, что, может быть, не все мосты были сожжены. Что, может быть, они могли построить что-то новое из пепла старого. С этими мыслями он наконец закрыл глаза и погрузился в первый спокойный сон за долгое время.

***

Следующие несколько дней прошли в странном, напряжённом ожидании. Намджун большую часть времени проводил в своём кабинете, планируя операцию против клана Чхве. Чонгук координировал безопасность дома и периметра, часто выезжая в город для встреч с другими людьми Намджуна. Тэхён, Чимин и Сокджин постепенно привыкали к новой обстановке. Дом был просторным и комфортным, с большой библиотекой, домашним кинотеатром и даже небольшой танцевальной студией, которую Чимин сразу же оценил. Они проводили много времени вместе — разговаривали, смотрели фильмы, играли в настольные игры. Как будто пытались наверстать обычную семейную жизнь посреди необычных обстоятельств. Намджун присоединялся к ним, когда мог, но всегда держался немного в стороне, не навязывая своё присутствие. Он был внимателен, заботлив, но осторожен — как человек, который боится спугнуть диких животных, только начинающих ему доверять. На четвёртый день их пребывания в доме Намджун собрал всех в гостиной для важного разговора. — Операция назначена на завтра, — сказал он без предисловий. — Мы получили подтверждение, что поставка оружия для клана Чхве прибудет в порт Инчхон в полночь. Сокджин напрягся, его руки крепче сжали подлокотники кресла. — Что именно вы планируете? — спросил он. — Перехват груза, — ответил Намджун. — Мы будем работать с полицией — у меня есть контакты в специальном подразделении по борьбе с организованной преступностью. Они давно хотели подобраться к клану Чхве, но не имели достаточно доказательств. — А теперь будут иметь, — понял Тэхён. — Благодаря тебе. Намджун кивнул. — Это будет серьёзный удар по их ресурсам и репутации, — сказал он. — И даст нам преимущество для переговоров. — Ты сам будешь участвовать? — спросил Чимин, и в его голосе Намджун услышал беспокойство. — Да, — твёрдо ответил он. — Я должен быть там. Это мой план, моя операция. И моя ответственность. Он посмотрел на Сокджина, чьё лицо выражало смесь страха и смирения. — Я буду осторожен, — пообещал он. — И я вернусь. К вам. Сокджин встретил его взгляд, и между ними словно пробежала искра понимания. — Чонгук останется здесь, — продолжил Намджун. — С дополнительной охраной по периметру. Вы будете в безопасности, пока меня нет. — А Юнги? — тихо спросил Чимин. — Он тоже будет участвовать? Намджун кивнул, внимательно наблюдая за реакцией Чимина. — Да, — сказал он. — Он один из моих лучших людей. И у него есть... личная заинтересованность в успехе операции. Чимин опустил взгляд, скрывая эмоции, но Намджун видел, как его руки слегка дрожат. — Я прослежу, чтобы с ним ничего не случилось, — мягко добавил он. — Обещаю. Чимин поднял взгляд, и в его глазах была благодарность. — Спасибо, — тихо сказал он. Намджун кивнул, затем продолжил объяснять детали операции — как они планируют перехватить груз, какие меры безопасности предприняты, что будет после. Он говорил чётко, уверенно, как человек, привыкший командовать и принимать сложные решения. Когда он закончил, в комнате повисла тишина. Каждый обдумывал услышанное, осознавая риски и возможные последствия. — Будь осторожен, — наконец сказал Сокджин, нарушая молчание. — Мальчикам нужен отец. Живой. Эти слова, простые и прямые, поразили Намджуна больше, чем любые другие. Сокджин признавал его как отца их детей. Признавал его право и обязанность быть в их жизни. — Я вернусь, — пообещал он, и в его голосе была абсолютная уверенность. — К вам. К нашей семье. Наша семья. Эти слова повисли в воздухе, тяжёлые от надежды и обещания.

***

Ночь операции выдалась тёмной и дождливой. Идеальная погода для тайных дел, подумал Намджун, глядя на порт Инчхон через бинокль. Его люди были расставлены по периметру, полицейская группа захвата ждала сигнала в условленном месте. Рядом с ним в машине сидел Юнги, его лицо было сосредоточенным и напряжённым. — Нервничаешь? — спросил Намджун, не отрываясь от наблюдения. — Немного, — признался Юнги. — Не из-за операции. Из-за Чимина. Намджун бросил на него быстрый взгляд. — Ты действительно любишь его, — сказал он. Это был не вопрос. — Да, — просто ответил Юнги. — Больше, чем думал возможным. Намджун кивнул, понимая. Он знал это чувство — когда любовь становится не просто эмоцией, а основой существования. Он жил с этим чувством к Сокджину семнадцать лет. — Тогда у тебя есть причина быть особенно осторожным сегодня, — сказал он. — И вернуться живым. Юнги слабо улыбнулся. — Как и у тебя, — заметил он. Намджун не стал отрицать. У него было больше причин выжить сегодня, чем когда-либо прежде. Сокджин. Тэхён. Чимин. Его семья, которую он только начал узнавать. Рация в машине ожила. — Корабль на подходе, — сообщил голос одного из наблюдателей. — Расчётное время прибытия — пятнадцать минут. — Принято, — ответил Намджун. — Всем оставаться на позициях. Ждать моего сигнала. Он повернулся к Юнги. — Готов? Юнги кивнул, его глаза были полны решимости. — Готов. Они вышли из машины под проливной дождь и направились к своим позициям. План был прост — дождаться, пока груз будет выгружен и передан людям клана Чхве, затем окружить их и захватить с поличным. Полиция арестует преступников, конфискует оружие, а Намджун получит рычаг давления на Чхве Минхо. Но, как часто бывает с простыми планами, что-то пошло не так. Корабль пришвартовался, началась выгрузка контейнеров. Люди клана Чхве появились точно по расписанию — десять человек, хорошо вооружённых, настороженных. Среди них Намджун заметил высокого мужчину с властной осанкой — Чхве Минхо собственной персоной. Это было неожиданно. Обычно лидеры такого уровня не участвуют в полевых операциях. — Изменение в плане, — тихо сказал Намджун в рацию. — Цель Альфа на месте. Повторяю, цель Альфа на месте. — Принято, — ответили ему. — Ждём сигнала. Намджун наблюдал, как происходит передача груза. Контейнеры открывались, содержимое проверялось. Всё шло по плану, пока один из людей Чхве внезапно не поднял голову и не посмотрел прямо в направлении, где скрывался Намджун. — Засада! — крикнул он, выхватывая оружие. Всё произошло очень быстро. Люди Чхве рассредоточились, открывая огонь. Люди Намджуна ответили. Полиция включила сирены и начала окружать порт. — Юнги, прикрой левый фланг! — крикнул Намджун, перебегая от одного укрытия к другому. Его целью был Чхве Минхо. Если он сможет захватить его, операция будет успешной, несмотря на неожиданный поворот событий. Он увидел, как Минхо бежит к припаркованной машине, и бросился за ним. Дождь заливал глаза, затрудняя видимость, но Намджун не останавливался. — Минхо! — крикнул он. — Остановись! Нам нужно поговорить! Минхо обернулся, его лицо исказилось от ненависти. — Ким Намджун, — прошипел он. — Наконец-то мы встретились лицом к лицу. Он поднял пистолет, целясь в Намджуна. — Ты убил моего отца, — сказал он. — Уничтожил мою семью. Теперь я сделаю то же самое с твоей. Намджун замер, его сердце пропустило удар. — Что ты имеешь в виду? — спросил он, хотя уже знал ответ. Минхо улыбнулся, и его улыбка была холодной и жестокой. — Твой драгоценный Сокджин, — сказал он. — И твои сыновья. Они сейчас в твоём лесном доме, не так ли? Под охраной твоего верного пса Чонгука? Намджун почувствовал, как холодный страх сжимает его сердце. — Если ты тронешь их... — начал он, но Минхо перебил его. — Уже слишком поздно, — сказал он с торжеством. — Мои люди уже там. Прямо сейчас. И у твоего Чонгука нет шансов против них. Намджун не думал. Он действовал инстинктивно, бросаясь вперёд, сбивая Минхо с ног. Пистолет выстрелил, пуля прошла мимо, и они оба упали на мокрый асфальт. Они боролись, катаясь по земле, каждый пытаясь получить преимущество. Минхо был моложе, но Намджун был сильнее и опытнее. Он перевернул Минхо на спину, прижимая его к земле. — Отзови своих людей, — прорычал он. — Сейчас же! Минхо рассмеялся, несмотря на своё положение. — Слишком поздно, — повторил он. — Они уже там. И у них приказ — никого не оставлять в живых. Намджун почувствовал, как ярость затуманивает его разум. Он ударил Минхо, сильно, без сдержанности. Затем ещё раз. И ещё. — Намджун! — голос Юнги вернул его к реальности. — Намджун, остановись! Нам нужно ехать! Намджун поднял голову. Юнги стоял рядом, его лицо было бледным от страха. — Я слышал, что он сказал, — быстро продолжил Юнги. — О Сокджине и мальчиках. Мы должны предупредить их. Намджун кивнул, приходя в себя. Он поднял Минхо, который был полубез сознания, и передал его подбежавшим полицейским. — Держите его под стражей, — приказал он. — Он лидер клана Чхве. И он только что признался в планировании убийства. Не дожидаясь ответа, он побежал к своей машине, Юнги следовал за ним. — Я не могу дозвониться до Чонгука, — сказал Юнги, когда они сели в машину. — Его телефон не отвечает. Намджун почувствовал, как страх сжимает его горло. Он завёл машину и выжал газ до упора. — Держись, — сказал он Юнги. — Мы должны добраться туда как можно быстрее. Машина рванула с места, оставляя позади порт, полицию и хаос операции. Сейчас для Намджуна существовало только одно — его семья, которая была в опасности. И он должен был добраться до них вовремя.

***

В лесном доме Чонгук почувствовал неладное, когда системы безопасности внезапно отключились. Он был в комнате наблюдения, просматривая мониторы, когда экраны погасли один за другим. — Чёрт, — пробормотал он, мгновенно доставая оружие. — Аварийный протокол. Он активировал резервную систему, которая должна была заблокировать все входы в дом, и бросился к комнате Сокджина. — Господин Ким, — сказал он, входя без стука. — У нас проблемы. Системы безопасности отключены. Возможно, у нас гости. Сокджин, который читал книгу в кресле, поднял голову, его лицо побледнело. — Мальчики, — сказал он. — Где мальчики? — Я иду за ними, — ответил Чонгук. — Но сначала мне нужно убедиться, что вы в безопасности. Он подошёл к стене и нажал на скрытую панель. Часть стены отъехала в сторону, открывая небольшую комнату. — Безопасная комната, — объяснил он. — Бронированные стены, автономная система жизнеобеспечения, связь с внешним миром. Вы будете в безопасности здесь, пока я не вернусь с Тэхёном и Чимином. Сокджин покачал головой. — Я не пойду без моих сыновей, — твёрдо сказал он. Чонгук начал спорить, но звук разбитого стекла где-то в доме прервал его. Он мгновенно напрягся, прислушиваясь. — Они уже внутри, — прошептал он, доставая второй пистолет и протягивая его Сокджину. — Вы умеете стрелять? Сокджин взял оружие с явной неуверенностью, но его рука была твёрдой. — Научился после аварии, — коротко ответил он. — Для защиты мальчиков. Чонгук кивнул с уважением. — Оставайтесь здесь. Заприте дверь. Я приведу Тэхёна и Чимина. — Будь осторожен, — сказал Сокджин, и в его голосе была искренняя забота. — Они... они важны для меня. Чонгук понял, что Сокджин говорил не только о своих сыновьях. — Я вернусь, — пообещал он и выскользнул из комнаты. Коридор был тёмным — электричество отключили вместе с системами безопасности. Чонгук двигался бесшумно, прижимаясь к стенам, его чувства были обострены до предела. Он слышал тихие шаги на первом этаже, приглушённые голоса. Минимум трое, возможно больше. Комната Тэхёна была ближе. Чонгук тихо постучал, затем приоткрыл дверь. Тэхён сидел на кровати с ноутбуком, его лицо осветилось при виде Чонгука, но быстро стало серьёзным, когда он заметил оружие в его руке. — Что происходит? — спросил он шёпотом. — Люди клана Чхве, — коротко ответил Чонгук. — Нам нужно забрать Чимина и идти к твоему отцу. Быстро и тихо. Тэхён кивнул, мгновенно собравшись. Никаких лишних вопросов, никакой паники. Чонгук почувствовал прилив гордости за него. Они вышли в коридор и направились к комнате Чимина. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как из темноты раздался выстрел. Пуля просвистела рядом с головой Чонгука, врезавшись в стену. — Бегите! — крикнул Чонгук, толкая Тэхёна вперёд и разворачиваясь, чтобы прикрыть их отступление. Он выстрелил дважды в направлении нападавшего, заставляя того укрыться. Затем бросился за Тэхёном, который уже стучал в дверь комнаты Чимина. — Чимин! Открой! Быстро! Дверь распахнулась, и Чимин выглянул, его лицо выражало тревогу. — Что за шум? Что... — Нет времени объяснять, — перебил его Чонгук, втягивая обоих братьев в комнату и запирая дверь. — Люди клана Чхве в доме. Нам нужно добраться до вашего отца. Чимин побледнел, но кивнул, быстро надевая обувь. — Есть другой путь? — спросил Тэхён. — Коридор простреливается. Чонгук быстро осмотрелся. Комната Чимина выходила на задний двор, с балконом. — Через балкон, — решил он. — Спустимся и обойдём дом снаружи. Комната Сокджина на первом этаже, с восточной стороны. Они открыли балконную дверь. Ночь была тёмной, дождь всё ещё лил, что было им на руку — шум дождя скрывал их движения, а темнота делала их менее заметными. — Я пойду первым, — сказал Чонгук, перелезая через перила. — Затем Чимин, потом Тэхён. Он спрыгнул на землю, приземлившись мягко, как кошка. Чимин последовал за ним, затем Тэхён. Они прижались к стене дома, двигаясь в направлении комнаты Сокджина. Внезапно из-за угла появилась тёмная фигура. Чонгук мгновенно поднял пистолет, но человек был быстрее — он ударил Чонгука по руке, выбивая оружие, затем нанёс удар в живот. Чонгук согнулся от боли, но тут же выпрямился, блокируя следующий удар и контратакуя. Завязалась ожесточённая схватка. Нападавший был хорош — профессионально обучен, с опытом реальных боёв. Но Чонгук не уступал ему. — Бегите к отцу! — крикнул он Тэхёну и Чимину, уклоняясь от удара и нанося свой. — Я задержу его! Тэхён колебался, не желая оставлять Чонгука, но Чимин потянул его за руку. — Идём! Папа один, ему нужна наша помощь! Они побежали вдоль стены дома, оставляя Чонгука сражаться с нападавшим. Дождь заливал глаза, затрудняя видимость, но они продолжали двигаться, руководствуясь указаниями Чонгука. Наконец они добрались до окна комнаты Сокджина. Тэхён осторожно заглянул внутрь и увидел отца в инвалидном кресле, с пистолетом в руке, направленным на дверь. — Папа! — тихо позвал он, стуча в стекло. — Это мы! Сокджин обернулся, его лицо осветилось облегчением. Он быстро подъехал к окну и открыл его, помогая сыновьям забраться внутрь. — Где Чонгук? — спросил он, когда Тэхён и Чимин были уже в комнате. — Он сражается с одним из них, — ответил Тэхён, закрывая окно. — Сказал, что задержит его и присоединится к нам. Сокджин кивнул, его лицо было напряжённым. — Нам нужно укрыться в безопасной комнате, — сказал он, указывая на открытую панель в стене. — Чонгук показал мне. Там мы будем в безопасности, пока не придёт помощь. Они помогли Сокджину переместиться в безопасную комнату, затем вошли сами. Тэхён уже собирался закрыть дверь, когда услышал шум в спальне — кто-то вошёл. — Быстрее! — прошептал Чимин, но Тэхён покачал головой. — Я не могу оставить Чонгука, — сказал он. — Он рисковал жизнью ради нас. Прежде чем Сокджин или Чимин успели возразить, Тэхён выскользнул из безопасной комнаты, прикрыв за собой панель, но не закрыв её полностью. Он спрятался за шкафом, наблюдая за дверью спальни. Она открылась, и вошли двое мужчин с оружием. Они осмотрелись, явно ища Сокджина. — Должен быть здесь, — сказал один. — Это его комната. — Проверь ванную, — приказал другой. — Я осмотрю здесь. Первый мужчина направился к ванной, второй начал методично обыскивать комнату. Тэхён затаил дыхание, когда тот приблизился к шкафу. Ещё немного, и он будет обнаружен. Внезапно дверь спальни снова открылась, и в комнату ворвался Чонгук. Он двигался с невероятной скоростью, нанося удар первому мужчине, который как раз выходил из ванной. Тот упал, теряя сознание. Второй мужчина развернулся, поднимая оружие, но Тэхён не дал ему выстрелить. Он выскочил из своего укрытия и бросился на нападавшего, сбивая его с ног. Они упали на пол, борясь за контроль над пистолетом. Чонгук мгновенно оказался рядом, помогая Тэхёну. Вместе они обезоружили и обездвижили нападавшего. — Ты должен был оставаться с отцом и братом, — сказал Чонгук, связывая мужчину его же ремнём. — Это было опасно. — Я не мог оставить тебя, — просто ответил Тэхён. — Ты рисковал жизнью ради нас. Я не мог просто спрятаться. Чонгук посмотрел на него с удивлением и чем-то ещё — восхищением? нежностью? — затем кивнул. — Спасибо, — сказал он. — Ты спас мне жизнь. Они услышали шум снаружи — звук подъезжающих машин, крики. Чонгук подошёл к окну и осторожно выглянул. — Это Намджун, — сказал он с облегчением. — И наши люди. Мы в безопасности. Тэхён почувствовал, как напряжение, державшее его всё это время, начинает отпускать. Он открыл панель безопасной комнаты. — Всё в порядке, — сказал он Сокджину и Чимину. — Намджун здесь. Мы в безопасности. Сокджин выехал из комнаты, его лицо было бледным, но спокойным. Чимин следовал за ним, его глаза искали что-то — или кого-то. Дверь спальни распахнулась, и на пороге появился Намджун. Его одежда была мокрой от дождя, на лице — следы борьбы, но глаза горели решимостью и облегчением, когда он увидел их всех живыми. — Вы в порядке, — выдохнул он, входя в комнату. — Слава богу, вы все в порядке. За ним вошёл Юнги, и Чимин бросился к нему, не скрывая своих чувств. Юнги обнял его, крепко прижимая к себе, его лицо выражало такое облегчение, что у Тэхёна защемило сердце. Намджун подошёл к Сокджину, опускаясь на колени перед его креслом. — Ты не ранен? — спросил он, осматривая его с тревогой. — Они не причинили тебе вреда? Сокджин покачал головой, его глаза не отрывались от лица Намджуна. — Мы в порядке, — сказал он. — Благодаря Чонгуку. Он защитил нас. Намджун посмотрел на своего помощника с благодарностью. — Спасибо, — сказал он. — Я никогда не забуду этого. Чонгук кивнул, принимая благодарность, но его взгляд был направлен на Тэхёна. — Не только я, — сказал он. — Тэхён тоже проявил храбрость. Он спас мне жизнь. Намджун посмотрел на своего сына с гордостью и удивлением. — Ты полон сюрпризов, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Как и твой отец в твоём возрасте. Тэхён почувствовал странное тепло от этих слов. Впервые он не возражал против сравнения с Намджуном. Впервые он почувствовал связь с этим человеком, которого едва знал, но с которым разделял кровь и, возможно, нечто большее — силу духа, решимость, способность защищать тех, кого любишь. — Что с кланом Чхве? — спросил Сокджин, возвращая их к реальности. — Они всё ещё угрожают нам? Намджун покачал головой, его лицо стало серьёзным. — Чхве Минхо арестован, — сказал он. — Как и большинство его людей. Полиция конфисковала оружие и наркотики. У них достаточно доказательств, чтобы держать их за решёткой долгое время. Он сделал паузу, затем добавил: — Но некоторые всё ещё на свободе. И пока они там, я не могу гарантировать вашу полную безопасность здесь. — Что ты предлагаешь? — спросил Сокджин, и в его голосе не было страха, только практичность. Намджун встретился с ним взглядом, и между ними словно пробежала искра понимания. — Я предлагаю вам переехать ко мне, — сказал он. — В мой дом в городе. Он хорошо защищён, с лучшими системами безопасности. И я буду рядом, чтобы защитить вас. Сокджин долго смотрел на него, словно оценивая не только предложение, но и человека, который его сделал. Наконец он кивнул. — Хорошо, — сказал он. — Мы поедем с тобой. Намджун не смог скрыть удивления и радости от этого решения. Он протянул руку, словно хотел коснуться Сокджина, но остановился, не уверенный, будет ли это приветствоваться. Сокджин смотрел на его руку мгновение, затем медленно протянул свою, сжимая пальцы Намджуна. Это был простой жест, но он нёс в себе обещание — не прощения, не забвения, но начала. Начала чего-то нового, что могло вырасти из пепла старого. — Поедем домой, — сказал Намджун, и в этих словах было столько надежды, столько обещания, что Тэхён почувствовал, как его собственное сердце наполняется чем-то тёплым и светлым. Надеждой на будущее, которое только начиналось.

***

Эпилог Шесть месяцев спустя Сокджин сидел на террасе городского дома Намджуна, наблюдая за закатом над Сеулом. Его инвалидное кресло было усовершенствовано — теперь оно позволяло ему стоять на короткие периоды времени, что было огромным прогрессом в его реабилитации. Последние шесть месяцев были... трансформирующими. После ареста Чхве Минхо и разгрома его клана, жизнь постепенно начала возвращаться к нормальности. Но это была новая нормальность — с Намджуном в их жизни, с новыми отношениями, новыми чувствами, новыми возможностями. Тэхён продолжил работу в Kim Enterprises, но теперь уже не как стажёр, а как полноценный сотрудник в отделе стратегического планирования. Его отношения с Чонгуком переросли из дружбы в нечто большее — они были вместе уже четыре месяца, и Сокджин никогда не видел своего сына таким счастливым. Чимин вернулся к танцам, получив главную роль в весеннем шоу. Юнги был на каждом его выступлении, его глаза полны гордости и любви. Они планировали съехаться после окончания учебного года, и хотя Сокджин всё ещё беспокоился — его сыну было только восемнадцать — он не мог отрицать, что Юнги делал Чимина счастливым. А сам Сокджин... Он и Намджун медленно, осторожно восстанавливали то, что было разрушено семнадцать лет назад. Это не было легко. Были трудные разговоры, болезненные воспоминания, моменты сомнений и страха. Но были также моменты нежности, понимания, прощения. Моменты, когда Сокджин видел в глазах Намджуна ту же любовь, что и семнадцать лет назад — только глубже, зрелее, сильнее. Они не торопились. Намджун был терпелив, давая Сокджину время и пространство, никогда не давя, никогда не требуя больше, чем тот был готов дать. И постепенно, день за днём, Сокджин обнаруживал, что стены, которые он построил вокруг своего сердца, начинают рушиться. Звук шагов прервал его размышления. Намджун вышел на террасу, неся два бокала вина. — Красивый закат, — сказал он, протягивая один бокал Сокджину. — Почти такой же красивый, как ты. Сокджин улыбнулся, принимая комплимент и вино. — Ты всегда был романтиком, — сказал он, но в его голосе не было насмешки, только тепло. Намджун сел рядом, их плечи соприкасались — простой, но интимный контакт, который стал привычным за последние месяцы. — Как прошла сегодняшняя терапия? — спросил он. — Хорошо, — ответил Сокджин. — Доктор Ким говорит, что прогресс впечатляющий. Если так продолжится, я смогу ходить с тростью к концу года. Намджун улыбнулся, его глаза светились гордостью. — Ты самый сильный человек, которого я знаю, — сказал он. — Всегда был. Сокджин посмотрел на него, изучая его лицо — лицо, которое он когда-то любил, затем боялся, а теперь... теперь снова учился любить. — Намджун, — начал он, его голос был тихим, но твёрдым. — Я думал о нас. О том, что было, и о том, что может быть. Намджун напрягся, его глаза внимательно следили за выражением лица Сокджина. — И? — мягко подтолкнул он, когда Сокджин замолчал. Сокджин сделал глубокий вдох. — Я не могу изменить прошлое, — сказал он. — Не могу забыть те семнадцать лет, что мы провели врозь. Не могу притвориться, что не было боли, страха, одиночества. Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Но я также не могу отрицать то, что чувствую сейчас, — продолжил он. — То, что всегда чувствовал к тебе, даже когда пытался убедить себя в обратном. Он посмотрел Намджуну прямо в глаза. — Я люблю тебя, — просто сказал он. — Любил тогда, люблю сейчас. И я готов... я хочу попробовать снова. По-настоящему. Без страха, без сомнений. Просто ты и я, и наши сыновья. Семья. Намджун смотрел на него, его глаза наполнились слезами. Он протянул руку, нежно касаясь лица Сокджина. — Ты даёшь мне больше, чем я заслуживаю, — сказал он хрипло. — Больше, чем я когда-либо смел надеяться. Он наклонился ближе, его глаза спрашивали разрешения. Сокджин ответил, сокращая расстояние между ними. Их губы встретились в поцелуе — нежном, осторожном, полном обещания. Когда они отстранились, Намджун прижался лбом ко лбу Сокджина, его глаза были закрыты, словно он пытался запечатлеть этот момент в памяти навсегда. — Я люблю тебя, — прошептал он. — Всегда любил. Всегда буду любить. Сокджин улыбнулся, чувствуя, как последние остатки страха и сомнений растворяются в тепле этого момента. Они прошли долгий путь — через боль, разлуку, страх. Но теперь они были здесь, вместе, готовые начать новую главу. Солнце опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки золота и пурпура. Новый день закончился, но для них это был не конец. Это было начало — начало жизни, которую они построят вместе, день за днём, момент за моментом. Жизни, полной любви, семьи и второго шанса, который они так долго ждали.