Под разбитым небом

Утро было явно не добрым. Я проснулся от воды, которая тонкой струёй текла прямо мне за шиворот. Вскочив на ноги, я понял, что на улице моросит дождь, а крыша предательски протекает. На часах было 8 утра.   Раньше часто приходилось действовать под покровом ночи, выполняя указания Барона, но теперь я привык действовать днём. Просто нет необходимости ходить в полутьме. Хотя, должен признаться, что бандитская сноровка во мне осталась. Просыпаюсь несколько раз за ночь, как при смене сторожевого. Интересно, продолжаю ли я свистеть во сне? Это достаточно изящная хитрость. Сторожевой должен свистеть каждые десять минут, чтобы другой сторожевой знал, что тот не спит. Но некоторые настолько привыкли дремать на посту, что свистели прямо во сне. Я не исключение.   12 апреля 2727 года Зачем придумали этот караул? Я прекрасно понимаю, что Барон давно нажил себе врагов, но кто в здравом уме сунется в бандитский район без приглашения? Последнее нападение было пять лет назад, как рассказывал мне Билл. И произошло оно только из-за того, что два пьяных бандита угнали машину у какого-то мужика. Под сомнение эту систему ставлю не только я, но Барон даже слышать ничего не хочет. Приходится втихую дремать на посту, чтобы не прилетело от кого-нибудь сверху. Надеюсь, что Барон никогда не увидит этот дневник, иначе снова придётся слушать его бесконечные нотации.   - Эстер, подъём Эстер пару секунд лежала неподвижно, после чего медленно потянулась. - Сколько время? - Восемь утра Она недовольно вздохнула и зажмурилась, растягиваясь на спальном мешке. - Кто придумал такие ранние подъёмы? - Ответственные люди? Эстер помотала головой. - Ма-зо-хис-ты Я засмеялся, поражаясь её беззаботностью. - Кое-кто может остаться здесь, а я пойду в метро один Она наклонила голову, глядя на меня. - Мы всё-таки идём через метро? - Хм, есть вариант погулять под дождём Эстер вздохнула. - Ой, всё. Только не начинай свою пластинку Мы собрали вещи, когда она наконец встала с мешка и начала хоть немного отходить ото сна. Быстро перекусив пакетированными крекерами, мы вышли из дома и продолжили свой тернистый путь до Вествуда.   На улице было фантастически свежо. Это была настоящая редкость, поэтому каждый дождливый день заслуживал отдельной метки в календаре. Но Эстер такая погода совсем не нравилась. - Я больше снег люблю. Белый и пушистый – повторяла она каждый раз, когда я обращал внимание на её недовольное лицо   12 января 2723 года Ненавижу зиму. Холодно, все болеют. Приходится надевать на себя десять слоёв одежды, чтобы хоть немного погулять на улице. А вот Мэри очень любит зиму. Она бы женилась на очередном своём снеговике, если бы могла. Снег – её стихия. При должном желании она могла бы слиться с сугробом. Стать снежной кучкой, беззаботно лежащей на земле. Хотя, если подумать, ей бы через три минуты наскучило просто так лежать, ничего не делая. Этот клубок нестабильной энергии вечно создаёт вокруг себя бодрую атмосферу. Вся в маму.   До ближайшего спуска в метро оставалось пару километров. Дождь начал заметно усиливаться, отчего дорогу постепенно размывало, а настроение Эстер уменьшалось параллельно скорости падения капель. Она шла почти вплотную ко мне, стараясь спрятаться от дождя под краем моей накидки, но безуспешно. Мы ускорили шаг и уже через десять минут увидели спуск в метро.   Совсем не было времени оценивать местность, поэтому мы пулей спустились по полуразрушенной лестнице. Вот оно - старое доброе метро. Ощущается стойкий запах пыли и бетона. Многие металлические конструкции покрыты ржавчиной, а с остатка потолка свисают давно обесточенные провода. Соответственно, света нет ни в одной из частей этого подземного лабиринта. Вся станция завалена мусором; куски разбитого кафеля, пустые алюминиевые банки, тряпки. Одним словом – помойка. Но выбирать нам не приходится, поэтому придётся потерпеть.   Зато потом всё будет хорошо. Найдём уютное местечко для нас с Эстер. Сам не верю, что такое возможно. Уже семь лет моё сердце не находит себе даже маленького угла спокойствия в этом мире. Эстер становится для меня небольшим светом надежды моей внутренней свободы. Моей звездой на давно разбитом небе. Поэтому она будет со мной до конца. Несмотря ни на что.   Главная проблема - темнота. У меня есть фонарик, но это не сильно решает проблему ограниченной видимости. Достав фонарик из сумки, я включил его и начал рассматривать таблички на станции, пока Эстер позади меня отжимала волосы от воды. - У меня в сумке есть полотенце Послышался тихий звук открытия молнии. - Судя по схеме, нам нужно идти по первым путям налево Эстер одобрительно промычала. Идти придётся аккуратно. Метро никогда не славилось безопасностью, так ещё и за Эстер придётся следить. Она способна натворить делов. Надеюсь, что все проходы свободны. Не хотелось бы разгребать завалы или искать обходные пути. Тут и так слишком пыльно. Закончив осмотр, я посветил фонариком на Эстер, от чего та невольно прищурилась. - Идём? Она кивнула, убирая полотенце в сумку, после чего протянула её мне. Я отдал ей фонарик, а сам снял автомат со спины, накинув сумку на плечо. - В этих тоннелях может быть что угодно, поэтому постарайся слушаться меня без промедлений – прошептал я Эстер сильнее сжала фонарик в руке. - Хорошо Было видно, что она чувствует себя не в своей тарелке, но другого выбора у нас не было. Этот путь гарантировал отсутствие моих «старых знакомых», да и пережидать дождь, чтобы идти по поверхности, очень не хотелось. Не люблю тратить время попусту.   Спрыгнув на рельсы, мы отправились в глубины этой коварной железнодорожной системы. Очень сильно пахло сырость, в тоннеле эхом раздавался каждый шорох. Особенно падающие капли воды сильно били по мозгам, не давая расслабиться. В какой-то степени это было полезно. Идти предстояло пару часов, поэтому мы старались не сильно замедлять темп.   Эстер не расслаблялась ни на секунду, всё время вглядываясь в темноту. Я же держал автомат перед собой, чтобы иметь возможность быстро среагировать на возможную угрозу. Я был одним из лучших стрелков среди Стервятников в своё время. Барри любил устраивать стрельбища, чтобы держать всех в тонусе. Тогда я поднял много денег на ставках. Где же они сейчас? Наверное, там же, где все мои потерянные пустые магазины от автомата. Ушли в небытие. Хорошо, что люди крайне редко пользуются этими тоннелями сейчас. Жить тут невозможно, а просто проходить пешком может быть опасно. Однако я слышал про парочку безумцев, которые катались здесь на дрезине пару лет назад. Много всего натворили эти парни. Один раз дом сожгли, в другой раз открыли собственный ларёк, где торговали «Лечебными грибами» От чего лечили те самые грибы, даже они не знали. Но у каждого есть свой лимит удачи. После очередных покатушек они пропали с радаров на две недели, а после нашли их два обглоданных скелета, придавленных их же транспортом. Многие считали, что их убили, а всю ситуацию подстроили. Но я придерживаюсь мнения о несчастном случае. Рельсы в совсем шатком состоянии, прогибаются под моим весом. Даже пешком тут спотыкаешься каждые два шага, не говоря уже о тяжёлой технике. Зато, после того случая здесь никто не ходит и не ездит. Боятся.   11 августа 2716 года Мечтаю покататься на поезде. Я видел их только на картинках в старых книгах. Но мама говорит, что на таких уже давно никто не ездит, потому что мотоциклы и машины круче. Я с ней не согласен, поезда выглядят гораздо круче. Большая металлическая гусеница, которая может быстро ездить на земле и под землёй. Разве это не круто? Мотоциклы я тоже люблю, даже один раз ездил на таком с папой. Но меня немного укачало, потому что дорога неровная. Почему никто не может её починить? На этот вопрос мне не отвечают. Может это секрет? Мы долго и упорно шли по однообразному петляющему тоннелю. Я время от времени приободрял Эстер, чтобы она совсем не погрузилась в себя. Её руки дрожали, хоть это и были лишь импланты. Очень инновационные импланты. Такие стоят больших денег. Теперь я начинаю понимать, почему её попытался убить прошлый напарник. Руки с ногами можно было бы обменять на парочку хороших машин или на большую квартиру в Нексусе. Интересно, понимает ли она это?   В её голубых глазах мелькал маленький огонёк фонарика. Она фокусировалась только на луче света. - Боишься темноты? – спросил я шёпотом Эстер дёрнулась от неожиданности, после чего резко кивнула. - Как можно её не бояться? Это буквально тёмная пучина неизвестности. Как я могу быть спокойна, когда не знаю, что стоит передо мной? – нервно прошептала она - Не волнуйся, я рядом   Мы шли молча, но теперь обстановка казалась не такой напряжённой. Тишина стала нашим спутником, а капли воды, падающие с потолка, отстукивали такт, как метроном. Не знал, что под землёй может быть уютно.   Пройдя ещё пять-шесть километров, мы увидели поезд на путях. Старый и пошарпанный, но брутальный. Крутой. Мой внутренний ребёнок буквально прыгал от счастья, наконец увидев поезд своими глазами. Я немного помялся, после чего серьёзно произнёс: - Залезем внутрь, может быть в нём будет что-то полезное Эстер быстро кивнула, даже не пытаясь спорить.   Мы шли вдоль состава. Я провёл рукой по пыльному корпусу. Люблю иногда представлять в голове прошлое разных предметов. У всех есть своя собственная история. Например, взять мой автомат. Обычная железка, а такая тернистая судьба. Я с ним спал, ел, ходил и работал. Этот дружок посетил множество городов, пережил падение с третьего этажа и даже участвовал в охоте на диких кабанов. И никогда не ломался. Крепкий орешек.   Также и с этим поездом. Он верой и правдой служил людям ещё до «Большого взрыва» После пережил выбросы радиации, помогал доставлять припасы нуждающимся. А теперь бедняга стоит тут, ржавея в одиночестве. Мне только что стало жаль поезд? Крыша едет – дом стоит. Я быстро дошагал до первой открытой двери и запрыгнул внутрь, помогая Эстер взобраться.   Внутри всё было как в книгах: сидения вдоль стен, поручни, экраны и динамики для объявления следующих остановок. Жаль, что половина сидений отпилено, а большинство окон разбито. Интересно, этот поезд ездил в Пусан?   Пока я рассматривал внутренности поезда и размышлял, Эстер стояла позади, тихонько смеясь. Я повернул голову на неё. - Что смешного? - Вроде взрослый мужик, а ведёшь себя, как ребёнок Блин, раскусила. Ну и ладно. - На себя посмотри – протянул я, расхаживая по вагону Она закатила глаза, но так ничего и не ответила.   Мелкому Джону этого было мало, поэтому он захотел пройти в головной отсек состава. Кабина машиниста - самое интересное место.   Я махнул рукой, и мы пошли сквозь похожие друг на друга вагоны. Казалось, что их бесконечное множество, но вскоре последняя дверь на нашем пути была открыта, и передо мной уже находился большой пульт управления. Куча рычагов, кнопок и ползунков, давно потухших дисплеев и лампочек. Эстер стояла сзади, с любопытством заглядывая через моё плечо.   Я заметил выдвижной шкаф, встроенный в нижнюю часть панели управления. Попробовав открыть его, он не поддался. Лишь слегка приоткрылся. Внутри явно что-то лежало. Поэтому я дёрнул сильнее. От резкого толчка пыль поднялась в воздух и Эстер тихо чихнула. - Что там, Джонни? – сказала она с нетерпением В шкафу лежал гаечный ключ на двенадцать, какие-то бумаги с отчётами и… Фотография в рамке. На ней была изображена молодая женщина. Обычная фотка. Портрет. Женщина была чем-то похожа на мою маму. Но я не могу понять, чем именно. Улыбкой?   24 июня 2474 года Мама умерла три дня назад. Я физически не мог написать об этом раньше. Больно. Больно мне, Мэри и отцу. В день её смерти он вернулся домой пьяным. От него буквально разило алкоголем. Собрал нас с Мэри в комнате и рассказал всё. Бар, где мама работала, сгорел до тла. Какие-то неполадки в проводке. Так нам сказали. Мама не смогла спастись и сгорела вместе с пятью другими людьми. Тяжело описать словами реакцию Эммы. Сразу встаёт ком в горле и дышать тяжело. Она кричала, плакала, била по всему, что попадётся под руку. Я пытался её утешить, потому что отец был не в состоянии связать двух слов вместе. Теперь уже третий день в доме тишина. Отец ходит на работу, а я пытаюсь приободрить Мэри. Хоть как-то, как умею. Очень противное чувство траура. Когда дом становится совсем чужим. Ты начинаешь видеть каждую неровность, каждую паутинку по углам. Видишь всё, но только не хорошее. Матрас стал жёстким, пол холодным, а воздух слишком сухим. Свет стал тусклее. Больше нет счастья…   Эстер похлопала рукой мне по спине. - Джонни, ты в порядке?   26 июня 2474 года Отец всё чаще приходит домой выпившим. Он стал замыкаться в себе. Я пытаюсь с ним говорить, и он даже слушает меня. Но на следующий день снова приходит нетрезвый. Надеюсь, что это скоро пройдёт. Скоро всё наладится. За чёрной полосой всегда идёт белая, непременно.   Я обнаружил, что некоторое время стою неподвижно, уставившись на фотографию в своих руках. Смахнув скупую слезу, я убрал фотографию обратно в шкаф и захлопнул его. - Надо идти дальше, если мы не хотим искать жильё в полумраке   Постояв ещё пару секунд, мы вышли из поезда и продолжили путь по уже «полюбившейся» нам линии метро. Эстер поглядывала на меня с некоторым беспокойством. Шла рядом, стараясь понять что-то по моему лицу.   Спустя полчаса, когда мы почти дошли до нужной нам станции, случилось самое страшное. Фонарик начал мерцать, после чего окончательно потух, принуждая нас погрузиться в кромешную тьму. Эстер мгновенно подпрыгнула ко мне, схватившись свободной рукой за край моей накидки. - А начиналось так красиво – пробормотал я – Эсти, дай мне фонарь. Она нащупала мою ладонь и вложила в неё фонарик. Я постучал им по стене, в надежде на чудо. Чуда не произошло. Фонарик так и не загорелся. - Видать батарея сдохла. Придётся идти на ощупь, Эстер. Просто держись за меня, нам осталось пару километров. Эстер крепче прижалась к моей руке, и мы аккуратно поползли вдоль стены. Было неудобно, мы то и дело спотыкались каждые пару шагов. - Напомни мне купить в Вествуде запасные батареи. А лучше ещё один фонарь Эстер тихо хихикнула. - Хорошо, Джонни   Так мы и ползли в течении получаса, пока не заметили слабый огонёк вдали. -Ура-а, наконец-то – радостно протянула Эстер   На той станции есть свет? Откуда?   И правда, на пироне горело несколько желтоватых круглых ламп. Видимо, местные смогли восстановить питание. Но зачем?   Откинув лишние вопросы, я повесил автомат на спину. Забравшись на пирон, мы направились в сторону выхода, откуда тянуло свежим воздухом. - Как думаешь, Джон, мы останемся здесь? Я лишь пожал плечами. - Как повезёт Действительно, как повезёт. Я правда полагался на удачу. Перебирал все варианты, пока не найдётся необходимый. Мои требования были неизвестны даже мне самому, потому что я ориентировался на своё внутреннее чувство. А на малой родине душа должна прижиться, так ведь?   Мы повернули за угол, где находилась последняя лестница. - Сейчас мы сходим до… Не успел я договорить, как словно из воздуха, в паре метров от нас появился мужчина в дорогом костюме. Он развёл руками и широко улыбнулся. - Добро пожаловать в Вествуд, друзья! – сказал он громко Не успев ничего ответить, я почувствовал сильный удар по затылку и упал на кафельный пол. Сознание помутнело.       - Пора вернуться домой, Эсти