Подражатель

Я видел его в разном состоянии: хорошем, нормальном, плохом и ужасном. С начала этого приключения многое случилось, и мне бы очень не хотелось, что бы он сошёл с ума. Замечал не раз, что после монолога со мной его эмоциональное состояние было лучше. Знаете как странно и неожиданно видеть существо смелое и храброе в разбитом состоянии? Как такая сильная и прочная стена даёт трещину, сначала одну, потом вторую и рушится. Как нитка на швейной машинке неожиданно рвётся из-за напряжения и натянутости. Слишком необычно от такого зрелища. Что-то было во мне не в порядке, когда видел его таким. Безумным, истощённым и грустным. Я не знаю, как назвать это. В принципе, никогда ничего не описывал в ключе эмоций. Сущности особенно чувствительные люди очень интересны в психологии. Некоторых из них это забавляет. Люди как загадка, а Лололошка не имеет ответа. В начале я никак и ничего не мог бы описать, ведь не умею и чувствовать тоже. Был безмолвным наблюдателем того, как этот человек сходил с ума, будто смотрел на бегущую собаку, лишь провожая взглядом. Но что-то странное ощущать я начал в тот момент, когда он увидел Джона. Его мозг создал бред. Каждый раз во мне происходило что-то странно неописуемое. Как в те моменты, когда страшно обидно, но в то же время и весело. Истерическое состояние амбивалентности. Было его жаль или скорее смешно? Не помню. Он говорил сам с собой. Ну как здесь не посмеяться. Но от осознания его состояния было хуже. Я замечал, что в случаях его срывов на меня ему было лучше. И после старался появляться чаще, чтобы своим молчаливым ощущением поддержать Лололошку. Не знаю почему, но мне просто хочется быть рядом с ним. У людей всегда всё «просто»: просто изменил, просто скучно, просто убил, просто не сдержался. Интересно, а им самим не надоело? Этот мироходец особенный во всем. Помните того самого друга, у которого один день в 10 раз интереснее вашего. Ещё удивляешься, а точно ли он это не выдумал. Но дальше стал более внимательным к его моральному состоянию. Как мама крольчиха приглядывает издали за крольчатами, что учатся существовать в тёмном лесу одни. Я видел, как его поглощают собчеивеные мысли о дальнейшем. Как та самая стена, и рука поддержки опускается, падая в тихий омут отчаяния. Мне смешно описывать свои чувства, но точно ли вообще делаю это правильно? Как-то всё равно. Но знаете или знаешь — не важно. Я был рад. Нет, правда рад. Как ребёнок, что получает заветную мечту. Или там другое чувство? Но счастье же. Что такое мечта? Наверное, у меня мечта спастись. Хотя скорее уже обязанность. Этот мироходец — моя мечта, надежда и последняя струна жизни. Так вот, я был безумно, как псих, рад, что Лололошка встретил, хотя скорее неожиданно столкнулся с Лайей. Ведь после этого эпизода его психическое самочувствие улучшилось. А значит, спасти время он сможет. Но эта радость была смешана с чем-то другим. Как люди это называют? Как момент, когда любимый человек счастлив не с тобой. Верно? Любимый человек — тот, с кем тебе хорошо. А у некоторых любовь — смысл жизни. Ну, этот мироходец буквально держит мою жизнь в руках. Её продолжение зависит от него, а значит, в какой-то мере имею право так его называть. Лайя — хорошая девушка, ещё и помогла немного ему. Но он слишком надеется на неё. Она это его последняя надежда. Откуда я это взял? Он сам это сказал. Было... Вообще-то... Не знаю, как, когда у ребёнка отбирают любимую игрушку. Тогда он задыхается от слез, от несправедливости. Это была во мне несправедливость? Это так существа ощущают свою душу? Но я её не имею. Или имею. Я отдалился от темы. Лололошка интересный, чересчур особенный, сильный, смелый и готовый всем помочь. Даже излишне особенный. Но именно он мне и нужен. Именно этим и привлёк внимание моих глаз. Я стал снижать холод рядом с ним. Сам не помню, как начал это делать, но с ним тепло, хорошо... Как в те периоды, когда человек чувствует, что любим, знает и надеется. Скорее даже не знаю, как начал. Не могу это контролировать. Просто не хочу, что бы он замёрз. Опять же, это просто. Малецки мне не нравится. Хотя Лололошке, наоборот, он нравится. Не понимаю его. Он, как всегда, остаётся моей любимой головоломкой. Пусть я отношусь к штурмовику посредственно, как существо к ненужной и неинтересной вещи. Но пытаюсь не показывать этого ведь он друг человека, что необходим мне, как воздух или вода. Хотя мне ни то и ни другое не нужно. Но Первый всё же ценен для меня. Я ревную его ко всем этим существам и признаю, что боюсь. Как маленький котёнок, который забрёл далеко от дома, что его завербуют в Организацию. Их отношения с Кацпером меня напрягают, ведь старший начал относиться к нему более... Более открыто или скорее снисходительнее общаться, чем с другими. Их дружеские разговоры и совместное времяпрепровождение тяготило меня слишком сильно. Или это не ревность? Может это злость? Или вообще уныние? Скажите, пожалуйста, зачем вам людям столько эмоций? Это же не удобно! 100 описаний одного и тоже. Вы сами-то не путаетесь? Не смешите! Все вы забываете что-то. Я всегда наблюдаю за ним, когда он сам этого не осознает и не знает. Просто подглядываю. Никаких подтекстов. Снова, это просто, ужас, вот так же и вы пишите? Именно поэтому появляюсь так быстро, как Флеш, когда любимому плохо. Из-за нестабильного здоровья человека я решил, что мне надо быть схожим с ним самим. А что нас привязывается, и неосознанно заставляет больше доверять? Верно, показ эмоций и твоей чувствительности. Особенно почему-то проявление так называемых отрицательных. Серьёзно, почему? Первый раз показал интерес к плану. Он двигался в правильном направлении. Второй раз был самый запоминающийся. Именно для Лололошки. Он пришёл в, мягко сказать, подавленном состоянии. Хотя чего я подбираю слова? В ужасном! Мироходец был как листья ивы, что тянутся вниз. Он был хуже лимона, кислый и разочарованный. Истеричный от задания. Он не смог помочь Хэтинтепу. Вообще это существо всегда было особо эмоционально, но держался ради ближних, ведь им тоже несладко. Тогда это был первый и пока что единственный раз, когда я показал ему свое сердце. Точнее разрешил, дал услышать свое сердце. Или же он то, что было у меня в душе. Смотря на него, мне самому хотелось плакать, как лёд, что медленно тает и по нему катятся маленькие капельки. Однако так оно и было. Моё ледяное сердце таяло и капало в пустоту души, которой у меня и не было. Я сочувствовал ему самой чистой мыслью, что у меня была. Изнутри превращаясь в дождь. Тихий, но столько знающий. Я не знал, что это за чувство, но именно ему хотелось это показать. Может так поймёт, что содержу в себе только добрые намерения. Вообще, в тот момент мне было плевать, абсолютно всё равно, что сам впервые узнал о сердце в моей груди. Именно так ощущается привязанность? Я сам привязался к нему? Но это не та привязка всех существ ко мне, а что-то странное. И это чувство вы восхваляете, посвящая им фильмы, книги, рассказы и многое другое. Тогда я начинаю считать вас ещё более неизведанными существами. Но мне хотелось защищать этого маленького мироходца, как бы безумно от олицетворения это не звучало. С каждым взглядом, присутствием рядом, подстраиванием под него. С каждой новой эмоцией и восприятием этого. Я всё больше подражал. Это всё только ради него. А он всё больше и больше начинал доверять Организации. И даже слова Лайетаны не надолго его убедили. Они очень искусны в вербовке. Теперь понимаю, почему послали Кацпера на это дело. Он вызывает чувство безопасности, и что ребёнок ну уж точно не обманет. Но именно это маленькое существо послужило третьим показом эмоции. Я был как пустой океан, что стелится на дальние километры. Слушая речь штурмовика во мне не было ничего, ведь Лололошка на это никак не реагировал. Хотя, наверное это радовало. Все-таки он не хотел бросать и рассказывать обо мне этим... Этим не хорошим людям. Ну Агент Малецки просто был в неведеньи. Давай просто опустим... Но океан начал бушевать! Сильно и даже штормить. Как он смеет угрожать мне смертью? В тот момент я появился немного сзади ребёнка, смотря, сверля взглядом Первого. Мне было чрезвычайно любопытно, что же он скажет на изречения этого... Злость берёт выше крыши! Именно так вы, люди, ощущаете чувства? Что ж, эта побочка от подражания мне сильно не нравится. Но сейчас океан не бушует, а лишь пускает волны тревоги гулять по простору сознания. Лололошка ничего не говорил. Он в принципе никак не ответил вербовщику. Почему же за ним надо приглядывать всё время, хотя я это делаю постоянно. Может это и глупо, но я рад, что этот человек на моей стороне. Уж он точно мне поможет. Надеюсь на это. Он ведь не вступит в Организацию? Точно?