За гранью привычного мира

Флэшбек Драко

***

Драко сидел на краю кровати, склонившись вперёд и переплетя пальцы в замок. В комнате было тихо, но эта тишина не успокаивала — наоборот, она давила. Тяжёлые шторы скрывали солнечный свет, оставляя лишь мягкое свечение от лампы на прикроватной тумбе. В воздухе витал слабый запах древесины и дорогого парфюма его матери, который с годами впитался в стены особняка. Вдруг дверь резко открылась, и в проёме появилась Нарцисса. Её осанка была, как всегда, безупречной, а в глазах читалась сталь. — В 17:30 за столом. Без опозданий. Эти слова были сказаны холодно, но отчётливо. Они не подлежали обсуждению. Так было всегда в семье Малфоев: эмоции — это слабость, а любые важные разговоры велись исключительно за столом, в установленные часы, с идеальными манерами. Драко кивнул, но внутри всё сжалось. Он уже знал, что разговор не предвещает ничего хорошего. 17:30. Семейный ужин Спустившись на первый этаж, он почувствовал запах запечённого мяса и специй. Ужин, как всегда, выглядел безупречно: блюда были выставлены в строгом порядке, столовые приборы сверкали, а свечи отбрасывали мягкие тени на белоснежную скатерть. Люциус Малфой вошёл в столовую с идеально ровной спиной, за ним — Нарцисса. Они сели, не глядя на сына, как будто его присутствие не имело значения. Затем отец медленно поднял глаза и заговорил: — Драко, у нас есть для тебя одна новость. Точнее, приказ. Его голос был сухим и холодным, как лезвие ножа. Драко сжал вилку в руке, уже готовясь услышать что-то унизительное, очередную тираду о том, как он разочаровал их своими оценками или поведением. Но мать продолжила: — С завтрашнего дня ты будешь учиться в магловской школе. Драко моргнул. — Что? — слова вышли хрипло. Он не мог поверить своим ушам. — А ещё, — Люциус сделал паузу, как будто смаковал его замешательство, — тебе нужно быть вежливым с Гермионой Грейнджер. Более того, ты должен сделать так, чтобы она влюбилась в тебя. Наступила тишина. Драко почувствовал, как кровь застыла в жилах. — Вы… с ума сошли? — выдохнул он, медленно осознавая смысл их слов. — Совсем нет, — Люциус отложил салфетку, вытирая губы. — Сейчас в магическом мире идёт война. Если ты не хочешь стать её жертвой, тебе лучше исчезнуть. Жениться на Грейнджер и жить подальше от всего этого. — Это бред! — Драко резко оттолкнул тарелку, столовые приборы громко звякнули. — Я не люблю её! Я не собираюсь бросать своих друзей! И вообще, магловская школа? Это какое-то наказание?! Нарцисса вздохнула, но на её лице не было жалости. — Твоё мнение не учитывается, Драко, — сухо произнёс Люциус. — Ты сделаешь, как сказано. А сейчас закончим разговор. Сегодня вечером мы идём к Грейнджерам. Веди себя достойно. Он поднялся из-за стола, Нарцисса последовала за ним. — Я НЕ СОБИРАЮСЬ ЭТО ДЕЛАТЬ! — закричал Драко, вскакивая. — Вы не можете так со мной поступить! Это моя жизнь! Но родители даже не обернулись. Они вышли из столовой, оставив его одного среди звона серебряных приборов и ароматов мяса, которые вдруг стали отвратительными. Драко тяжело опустился обратно на стул, чувствуя, как внутри всё горит от ярости. Они просто продали его. Как вещь. И теперь он должен притворяться. Лгать. Очаровывать Гермиону Грейнджер. Только вот он не был уверен, кого больше ненавидит в этот момент — её или себя.