Ты – моё тихое "навсегда"

Дверь тихонько отворяется. Хёнджин вступает в тёмную квартиру максимально тихо, чтобы не разбудить своих детей – трёхлетнего и пятилетнего сыновей. Пока он раздевается, снова тихонько ругает себя за то, что снова припозднился на работе. Он каждый день обещает своему любимому мужу, что этого больше не повторится, но вновь и вновь приходит намного позже, чем стоило бы. Когда куртка оказывается повешенной на вешалку, Хенджин улавливает тихие шорохи за углом, а через мгновение оттуда показывается Феликс – омега, с которым он связал свою жизнь узами брака ещё семь лет назад. – Привет, ты чего не спишь? – заботливо спрашивает Хёнджин, обнимая любимого и целуя в макушку. – Сегодня в нашем доме, хоть и временно, но все же на два маленьких человечка меньше. Не хочу упускать такой шанс, – обвивая шею альфы руками, отвечает Ли. – И что за праздник такой? – Папа соскучился по внукам, а я очень сильно соскучился по тебе. Тебя ждёт сюрприз. – М? – Закрой глаза. Феликс осторожно вырывается из объятий и хватает альфу за руку, ведя его на кухню. Как только они оказываются в дверном проёме, омега просит открыть глаза, и Хенджин повинуется. – Вау... – только и удаётся выдавить из себя Хёнджину, когда он видит на столе красивые фигурные свечи и ужин на двоих персон. Свет выключен, а эти зажженные огоньки сохраняют романтическую атмосферу. Фантастически. – Ликс. – Что такое? Хенджин притягивает мужа за талию и нежно целует в губы. Когда отрывается, то утыкается своим лбом в его и тихонько спрашивает, вроде как очевидное: – Феликс, а ты знаешь, что я люблю тебя? Омега на этой тихонько хихикает и вырывается из объятий, проходя за стол на своё место. Хенджин следует его примеру и так же садится около него. Его муж готовит просто потрясающе. Любой продукт в его руках становится произведением искусства. Сегодня у них на ужин курица в каком-то ароматном соусе и гречка с овощами. В качестве салата на краю тарелки выложены нарезкой овощи в форме сердечка, а на тарелке около лежит кусочек фирменного брауни с чашкой горячего чая рядом. Хенджин пробует первый кусочек мяса. В немольно переводит взгляд на взволнованное лицо Феликса, который пытается считывать каждую микроэмоцию на его лице. Он так делает каждый раз, когда даёт попробовать какое-нибудь блюдо по своему новому рецепту. – Ну как? – так же нервно спрашивает он, все еще не прикоснувшись к своей еде. – Ликс, это как всегда потрясающе, – хвалит Хёнджин и немножко наклоняется вперёд, чтобы чмокнуть омегу в носик. Когда возвращается к своей порции, ещё раз желает приятного аппетита и приступает к трапезе вновь. Проследив, чтобы Феликс тоже начал есть. Пару минут они провели в тишине, наслаждаясь атмосферой, но потом альфа уже посчитал нужным развеять тишину. Хван задал ему волнующий вопрос: – А как так получилось, что твой папа забрал детей? Ну, он позвонил сегодня утром и спросил о планах на день. Потом промолвился, что слишком долго не видел внуков и хотел бы, чтобы мы приезжали чаще. Я ему сказал, что с этим могут возникнуть проблемы, и тогда он предложил забрать детей на сутки к себе. Я согласился. Он звонил мне около двух часов назад. Сказал, что они уже все спят и что у них всё хорошо, поэтому я спокоен. – Я же уже говорил, что твой папа очень хороший человек? – Джинни, – тепло улыбнулся омега, но вскоре его лицо немного помрачнело. – А как у тебя дела на работе? Ты так будешь продолжать засиживаться там сутками напролёт? – Нет, солнце, проект доделаем уже к концу этой недели, поэтому осталось потерпеть ещё чуть-чуть. – Это хорошо, – выдыхает Ликс. Хенжин переводит разнеженный взгляд на любимого и мельком замечает, что тот практически ничего не съел. – Феликс, как себя чувствуешь? – Всё хорошо, а что случилось? – Ты почти ничего не съел. – А, ну это, я просто перекусил перед твоим приходом, потому что не знал, когда именно ты придёшь. Всё хорошо. – Точно всё хорошо? – Да, точно. Наступает неловкая тишина. Хенджин продолжает ужинать, а Феликс задумывается над его словами. А точно ли всё хорошо? Нет, конечно. Он не видит своего альфу сутками напролёт: когда он засыпает, тот ещё не возвращается, а когда просыпается, уже уходит. На работе он практически не звонит, потому что слишком много дел. Что в этом хорошего для омеги в декрете, которому дома слишком одиноко? – Хенджин, – тихо зовёт он, – я соскучился. Я очень сильно соскучился. Ты прав – я не в порядке. Мне не хватает тебя, – немного смутившись, признает Ликс. Хенджин, не теряя времени, практически сразу поднимается со своего места и подходит ближе. – Иди ко мне, – шепчет он, и когда омега поднимается, крепко обнимает. Феликс утыкается носиком в запаховую железу и никак не может насытиться. Руки Хёнджина блуждают по спине, нежно поглаживая и успокаивая. Так они стоят ещё около пяти минут, пока Ликс с нервным выдохом не отталкивает. – Ужин остынет, – заглядывая в глаза напротив, грустно говорит он. – Ужин можно будет разогреть, но огонёк в наших отношениях может погаснуть безвозвратно, – отвечает Хёнджин и вновь притягивает мужа, целуя его в макушку. – Не хочешь переместиться на кровать? – тихонько спрашивает Хёнджин. – Не хочешь принять душ? – отзывается Феликс. – Я уже принял. – Было бы неплохо. Расстелишь пока кровать? Я буквально на две минуты. – Хорошо, – радостно отвечает Феликс, и на последок мило улыбнувшись, летит в спальню. Хенджин тоже времени не теряет и мчится в след за омегой, догоняя его на полпути и ещё раз чмокая в макушку, чтобы потом обогнать и мигом схватить со стула свою домашнюю одежду. Когда они вновь пересекаются в дверном проёме, он теребит волосы на макушке мужа и почти бежит в ванную, чтобы, справиться за считанные минуты. Когда он возвращается, то обнаруживает Феликса... в гнезде? В гнезде мать твою. Феликс такого не делал уже, наверное, больше пяти лет. Последний раз был в первые дни после появления его первого ребёнка на свет. Это был большой стресс для него. Но тогда он подарил жизнь человеку, а сейчас... Какой же Хван всё-таки монстр, раз довел его до такого состояния. Среди аккуратно разложенных одеял сидит разнеженный омега в ожидании своего любимого. Как только Хёнджин получает разрешение войти в это сокровенное место, то сразу же утягивает мужа в объятия и ещё долго-долго целует. Феликс в его руках просто нежный цветок, которого нужно беречь. И Хёнджин чувствует себя самым настоящим мудаком, когда понимает, что может потерять это из-за работы. Он сильнее притягивает омегу к себе и не отпускает до самого утра.