Тёмная игра

Когда Уилл вышел из кабинета Ганнибала, его мысли были как разбросанные осколки. Всё, что он знал, всё, что он пытался понять, казалось, вдруг потеряло всякое значение. Истина стала чем-то зыбким и ненадёжным, а то, что он чувствовал к Ганнибалу — нечто гораздо более опасное, чем просто манипуляция. Это было, как леденящий холод, который проникает в самые глубины, словно сломанная реальность, в которой они оба стали чем-то большим, чем просто игроками в чужой игре. Он стоял на улице, чувствуя, как лёгкий ветер играет с его волосами, но не чувствуя ничего, кроме тяжести в груди. Он был не просто напуган. Он был привязан. Всё было как в плохом сне, где Уилл не мог найти выход, и каждый шаг в сторону истины приводил его всё ближе к ещё более тёмным глубинам. И сейчас, когда он наконец понял, что всё, что происходило, — это было лишь начало, он оказался в тупике, от которого не было пути назад. Уилл понял, что он уже не просто в поисках истины. И Ганнибал знал это. Он всегда знал.

***

Ганнибал был уже дома, как всегда — в своём просторном, но холодном доме. Это место было, как он сам, полотно, на котором можно было рисовать любые картины, манипулировать реальностью по своему усмотрению. Когда Уилл вошёл, Ганнибал поднялся, его глаза не сводились с Уилла, но в них не было ничего лишнего. Он был спокоен, почти уверенный в себе, как всегда. Но Уилл видел что-то новое — некую угрозу в его взгляде, и это заставляло его сердце колотиться быстрее. Ганнибал кивнул на бокал вина, стоящий на столе. — Ты хочешь выпить? — его голос был мягким, но настойчивым. Уилл молчал, не в силах ответить. Он просто смотрел на него, его взгляд был как тяжёлый груз, не дающий покоя. Ганнибал сделал шаг вперёд, его присутствие стало почти физически ощутимым. Он был так близко, что Уилл чувствовал тепло его тела, запах его парфюма. И в этот момент вся его внутренняя борьба, все сомнения и чувства, которые он пытался скрыть, вырвались наружу. — Ты хочешь уйти, Уилл? — спросил Ганнибал, его голос теперь был как шёпот, почти интимный. Уилл замер, его руки нервно сжались в кулаки. Он знал, что Ганнибал ждал этого момента. Он знал, что всё, что происходило, было подготовлено заранее. Но он не мог убежать. — Я не знаю, — Уилл наконец прошептал. — Я не знаю, что происходит. Ганнибал сделал ещё один шаг и оказался прямо перед ним. Он медленно поднял руку и коснулся подбородка Уилла, заставив его встретиться взглядом. — Ты знаешь, — сказал он тихо. — Ты всегда знал. Ты просто не хотел признать этого. И Уилл понял — он уже не может уйти. Всё, что они пережили, всё, что между ними было, не может быть забыто. Уилл ощутил, как его дыхание сбивается, его сердце колотится быстрее. В этот момент Ганнибал не был просто его другом или наставником. Он был всем. И Уилл не мог больше скрывать, что это всё для него было чем-то большим, чем просто расследование. Это была его жизнь. Ганнибал наклонился и тихо сказал: — Ты хочешь быть со мной, Уилл. Ты хочешь быть частью моего мира. Уилл молчал, не в силах ответить. Он знал, что Ганнибал прав. Он хотел этого. Хотел быть рядом с ним, несмотря на всё, что происходило. Потому что он был втянут в это безвозвратно, и его разум больше не мог выйти из этой игры. Ганнибал медленно поднёс его лицо к себе и поцеловал его. Это был долгий, страстный поцелуй, полный власти и владения, в котором не было места сомнениям. Когда они отстранились, Уилл чувствовал, как его мысли слились в одну туманную массу. Всё, что он знал, больше не имело значения. Он был связан с этим человеком навсегда. — Ты мой, Уилл, — сказал Ганнибал, улыбаясь. — Ты понимаешь это? Уилл посмотрел ему в глаза и понял, что не может уйти. И, возможно, он не хотел. — Да, — тихо ответил он. — Я понимаю. И в этот момент они оба поняли: всё, что происходило, всё, что они пережили, это было лишь началом их игры. И они были готовы идти до конца.