Часть 4
8 марта 2026 г., 23:59
Он цвета самой хмурой, гром несущей, серой тучи
Он асфальт после дождя. Он океан, мной не изучен
Он глоток воды на утро после самой долгой ночи
Он мне точно не наскучит, он мне нужен очень-очень.
Мальчик с волосами цвета льна
Пахнет словно ранняя весна
Пахнет словно первая любовь
Я хочу увидеть тебя вновь.
Green Apelsin - Мальчик с волосами цвета льна.
В какой-то момент Эдди понимает, что Бак прочно обосновался в его жизни, пустил корни под кожу, разросся мягкими побегами по рукам и ногам, окутал мысли пышными листьями. Сначала Эдди пытался держать дистанцию, но теперь это уже невозможно. Если он попытается оттолкнуть его сейчас, то это будет мучительно больно. Он не сомневается, что почувствует каждой клеточкой, как вырывают цветы из сердца и выкорчёвывают корни из рёбер. Следующие несколько дней после вечеринки проходят под девизом «Давай позовём Бака в гости». Эдди не может отказать сыну, даже если бы захотел, но он хочет увидеть Бака так же сильно, как и Кристофер. Они устраивают вечер кино в пятницу и, каким-то образом, это вдруг становится традицией. В первый вечер готовит абуэла, и она запрещает ему даже подходить к плите. Эдди и не пытается. А спустя несколько часов, за ужином, Кристофер сдаёт его Баку - Это абуэла готовила. Специально для тебя заменила мясо на грибы, а папу даже на кухню не пустила, - сообщает Крис заговорщицким шёпотом. «Эй! Я думал это будет нашим секретом!» - Эдди делает огромные глаза, на что его сын лишь хихикает, прикрыв ладошкой рот. - Но ты ведь не умеешь готовить! «Но Бак ведь об этом не знает!» - Чего я не знаю? – Бак наклоняется ближе над столом в попытке уследить за жестами, и у него получается. За последний месяц он многому научился, хотя до полноценного поддержания разговора ему далеко. - Что папа совершенно не умеет готовить! – Эдди на это заявление лишь поджимает губы и тянется пощекотать сына, обращая хихиканье в заливистый смех. Крис машет руками, липкими пальцами хватает Эдди за плечи и щёки, оставляя жирные следы томатной подливы, а ложка и вовсе улетает под холодильник. Смех бурлит в груди, искрами разлетается по кухне, освещая всё вокруг. Эдди кажется, что мир замер и время остановилось, под властью счастливого момента. - Бак! Бак, спаси меня! Теперь уже Эдди не может перестать смеяться, вскакивает на ноги, пытаясь уйти от проворных пальцев, щекочущих рёбра. Крис и Бак обступают его со всех сторон, загоняя в угол, пока он пятится к двери. Руки у обоих перепачканы в соусе, на щеке сына красная клякса, а у Бака остались отпечатки маленьких ладоней на светлой футболке. Всё это было бы похоже на жуткую вампирскую историю, если бы не веселье, разлитое в воздухе. Эдди прижимается спиной к двери, пряча руки за спиной и делает самый невинный и испуганный взгляд, пытаясь сдержать улыбку. Бак приближается первым и уже тянется вперёд, но Эдди нажимает на ручку двери, и буквально ускользает в коридор. Вслед ему слышится раскатистый смех, детские подначивания и быстрый топот… ; Позже, после тщательного мытья рук, лица и всех ближайших поверхностей, Кристофер не отлипает от Бака весь вечер. Сначала устраивает подробную экскурсию по дому, показывает все достопримечательности, вроде фотографий с последнего дня рождения на стене и торшера, который Эдди роняет с завидной регулярностью, а затем грозно хмурится, будто это он виноват в том, что встал на дороге. Следующие на очереди все игрушки и книги, а также коллекция ярких рисунков по всем стенам. Знаменитое пятно ядовито рыжей краски на диванной подушке, занимает почётное место в его рассказе. Эдди не отводит взгляд, силясь запомнить каждую мелочь. Он бы взял блокнот и просто записывал, но это выглядело бы странно и крайне невежливо. Вряд ли он сможет объяснить, как весь этот вечер строит своё собственное королевство в его голове. Как свет становится горячим солнцем, коридоры – длинными тёмными лабиринтами, а каждый предмет и звук обретают жизнь. Собственный дом вдруг становится абсолютно новым, сказочным местом. Всегда ли эта полка с книгами была такой огромной? Бак выглядит увлечённым, будто занимает она всю стену и на ней можно найти, как минимум, карту сокровищ. Всегда ли эта старая лампа так мигала? Бак щурится, смотря вверх и снова щёлкает выключателем. Может ли быть, что вместо электричества, бегущего по проводам, всё вдруг озарится тёплым светом факелов? Половицы скрипят под ногами, пока Крис рассказывает, что им пришлось заменить пол в его комнате, потому что он скрипел ещё громче. Бак важно кивает, соглашаясь, что звук похож на хихиканье чаек. Эдди не согласен, вспоминая, что, когда они только переехали, ему этот скрип напоминал рык страшного чудища, живущего в подземелье. Кого-то столь огромного и могущественного, как древний дракон, и чтобы уберечь сына, он переложил весь пол, укрепив его. Так рык превратился в тихий птичий смех. Следующая – комната Кристофера, сокровищница замка, полная тайн и загадок. На окне всё ещё висят маленькие плюшевые тыковки, по которым Бак проводит пальцем, заставляя их качаться на качелях. С лица его не сходит радостная улыбка, пока он слушает все истории о школе, любимых книгах и всех персонажах мультфильмов. - Мне нравится читать истории о пиратах и рыцарях, но самые лучшие – это истории папы! – Кристофер достаёт с полки толстую книгу в красочной обложке. На ней изображён маленький мальчик в красной кепке и очках среди огромных елей, а позади возвышается грозный зелёный дракон. В руках мальчика компас и карта с крохотной башней. Бак, кажется, не сразу улавливает слова Криса, заинтересованно крутит книгу в руках, рассматривает изящные узоры на форзаце и лишь когда открывает и видит посвящение на первой странице, он вскидывает удивлённый взгляд на Эдди. - Ты пишешь книги?! – Эдди на этот вопрос лишь смущённо опускает взгляд в пол. Глаза его следят за неровными ворсинками ковра, который он пылесосит каждый день, отмечает потерянную машинку далеко за ножкой письменного стола и пытается выровнять дыхание. Он не понимает, почему вдруг так волнуется. Это же Бак! Он не станет осуждать или смеяться, но его мнение вдруг становится жизненно важным. Оттого ли это, что книги во многом его отражение? Говорят, что каждый писатель прежде всего пишет автобиографию, о чём бы ни были его истории. Эдди вынужден согласиться с этим утверждением. Он пишет для сына, но его истории нельзя назвать совсем уж детскими. Там есть и опасности, и непонимание, потеря себя и близких. Он просто старался написать о том, о чём сам бы хотел поговорить с сыном. Там так же есть радость и счастье, приключения и веселье, друзья и семья. Он пишет всё, чего не может произнести вслух, пусть и довольно просто. На самом деле, его персонажи и истории растут вместе с его сыном, и отражают то, что его волнует. Быть может, именно поэтому они так нравятся Крису? - Да! Папа пишет самые лучшие истории и всем моим друзьям они тоже нравятся! – восторженный возглас заставляет его оторваться от пересчёта пылинок. Бак выглядит удивлённым, но никак не осуждающим. Он снова вертит книгу в руках и внимательно читает оглавление. Затем возвращается в начало, бережно проводит пальцами по каждой букве, гладит морду дракона и снова обращает взгляд на Эдди. Глаза его – океаны. Яркий свет, звёзды на потолке, фонарь за окном, всё это гаснет в сравнении с восхищением во взгляде Бака. Эдди, кажется, забывает дышать. - Можно я возьму почитать? – в голосе его трепет и ожидание, будто Эдди может ему отказать. - Да! Тебе точно понравится! – Крис с довольным видом листает несколько страниц, чтобы найти первую иллюстрацию. Он так рад возможности поделиться с кем-то любимой историей, что едва не подпрыгивает в нетерпении. Эдди уверен, он будет каждый день спрашивать Бака о том, нравится ли ему. - Не сомневаюсь, приятель. Думаю, это будет лучшая книга в моей жизни. Эдди знает, что Бак преувеличивает, подыгрывая радости ребёнка, но всё же чувствует, как горят уши. Ему хочется спрятаться, уйти от этого обжигающего взгляда, что пронизывает насквозь, но ноги пустили корни под ковёр, не давая сделать и шагу. Кристофер продолжает рассказывать, кажется, раскрывая весь сюжет этой и всех остальных историй, а Бак не смеет прерывать. Он важно кивает, переспрашивает в нужных местах и не выпускает книгу из рук. Эдди кажется, что они втроём – маленький мир. Здесь, где танцуют сонные звёзды ночника, не стесняясь яркого света люстры, пёстрые заводные машинки жужжат под ногами, словно жирные майские жуки и воздух наполнен ароматами прошедшего ужина и свежестью дождя из открытого окна, всё так спокойно, прозрачно и ясно. Всё так, как и должно быть. Они втроём и больше ничего не важно. Впервые Эдди допускает мысль, что абуэла была права, и ему следует пригласить Бака на свидание. Она его никогда не встречала, но уже готова с радостью и открытым сердцем принять в семью. Нужно их познакомить. Скоро. ; Остаток вечера проходит за играми и просмотром мультфильма. А за этим вечером следуют и все остальные. Эдди вдруг обнаруживает, что с полки холодильника по утрам на него важно смотрит коробка овсяного молока, что он берет специально для Бака. На кресле поселился синий толстый плед, который обычно не вылезает из шкафа, но теперь пару раз в неделю укутывает плечи Бака. Привычный ритм повседневности разбился и собрался снова в ровный пазл вокруг нового, абсолютно невероятного человека. В какой-то момент Бак взял привычку читать книгу Эдди и дублировать каждое слово жестом. Он говорил, что это для практики и так лучше запоминаются слова, но Эдди подозревал, что ему просто нравилось слышать наставления и задорный смех Криса, и видеть восхищение в глазах Эдди. И да, такой способ изучения языка был куда веселее и эффективнее. ; Время проскакало галопом, захватив работу, суетливые утра, бесконечные домашние дела и тихие долгие ночи у ноутбука. Всё вдруг стало таким важным. Каждый шаг, каждое слово и вид перед глазами рождали сотни мыслей в голове. хотелось сидеть и собирать все эти детали, как драгоценные бусины на нитке. Новый блокнот, что вечно лежит в кармане оказался заполнен заметками и мелкими зарисовками. Каждый диалог хотелось препарировать и расписать, каждый закат растянуть и запомнить… Всё чаще Эдди думал, что стоит научиться рисовать. Тогда он мог бы сам иллюстрировать свои истории. Или даже написать портрет… Как-то незаметно проходит День благодарения, и Эдди растерянно оглядывается вокруг. Абуэла говорила Эдди, что будет рада, если он придёт не один, но Бак уже сказал, что будет работать, а после поедет ужинать с Мэдди. Но, даже будучи супер-занятым спасателем, Бак не переставал писать ему едва ли не каждый час. Кто-то бы сказал, что его слишком много, что он везде и всюду, но только не Эдди. Для него Бак идеален. Слушая чирикающие уведомления, без конца приходившие последние несколько минут, Эдди задаётся вопросом, как он мог жить раньше, не зная Бака? почему они не встретились раньше? Вот он, стоит склонившись над капотом очередной машины, пальцы его ноют от того, как крепко он держит ключ, по спине щекотно сбегает капелька пота и он лишь передёргивает плечами, не желая отвлекаться, а мысли его очень далеко, рядом с одним очаровательным пожарным.
