Тень в янтаре.

Артём впервые увидел их в шесть лет. Полупрозрачные тени, извивающиеся в углах комнаты, безглазые лица, шепчущие слова, которые никто, кроме него, не слышал. Мать говорила, что это просто детские фантазии, бабушка — что его сглазили. Отец молчал. Но Артем знал: тени были настоящими, живыми. С годами он научился их игнорировать. Когда в темноте что-то двигалось — просто моргал и делал вид, что ничего нет. Когда кто-то шептал ему прямо в ухо — натягивал наушники. Так продолжалось, пока однажды голос не произнёс его имя. — Артём. Он вздрогнул. Голос был глубокий, словно доносился из-под земли, но при этом странно мягкий, почти дружеский. — Ты же видишь меня. Это был не просто шёпот. Артём ощущал его внутри себя, будто слова просачивались сквозь кости. Он медленно обернулся. В углу комнаты, прямо возле шкафа, стояло нечто. Чёрная, будто сотканная из дыма, фигура с длинными, как у настоящей тени, конечностями. Лица не было, но он чувствовал взгляд. Артём хотел закричать, но не смог. — Ты не боишься? — В голосе послышался намёк на улыбку. — Должен? — прохрипел он. — Все боятся. Кроме тебя. Страх был. Артём знал, что должен дрожать, звать кого-то, молиться — но вместо этого просто смотрел на фигуру, ловя себя на мысли, что… привык. — Я здесь давно. Но мы никогда не говорили, что очень меня разочаровывает. — Может, потому что я нормальный человек и не разговариваю с тенями как сейчас? — Тёма попытался пошутить, но в горле будто пересохло. — Но ведь ты один. Тихая правда. — Я — Каэл’зир. — Демон? — А ты хотел бы? Артём стиснул зубы. Он не был идиотом — это не галлюцинация. Это что-то настоящее. — Я не хочу зла. Я просто существую. Так же, как ты. Тень сделала шаг вперед, и мир вокруг изменился. В комнате стало темнее, воздух загустел, как перед грозой. — Чего ты хочешь? Каэл’зир склонил голову. — Просто поговорить. И Тёма, сам не понимая почему, кивнул.