Как найти свою любовь?

Меня зовут Крэйг Такер и я скучаю по своему бывшему парню. Насколько тупо говорить о себе такой второй факт? Ни возраст, ни город, в котором я живу, ни про своих друзей, а именно это. Не знаю. Для меня, скорее, привычно, чем тупо. Я всегда думаю о нём. Мою посуду и думаю. Делаю домашнее задание и думаю. Гуляю с коллегами и думаю. Хуже всего, когда я возвращаюсь обратно в Южный Парк. Ведь тогда я не просто думаю. Я взглядом ищу в каждом прохожем его лицо. Я прихожу к улице, где он жил и часами сижу на автобусной остановке около его дома. Я сижу там в ожидании, когда он выйдет из автобуса. Сижу вплоть до ночи, даже когда знаю, что он больше не живёт в Южном Парке. Его зовут Твик Твик. Мы познакомились в четвёртом классе, когда впервые сели за одну парту. Нас посадил учитель в пару, чтобы мы выполнили какой-то проект. Я уже и не помню, что за проект, да и что за урок. Но я помню его первый нервный тик рядом со мной. Твик что-то тихо вскрикнул, а я озадаченно обернулся. Мне казалось, что он испугался задания. Может боялся получить плохую оценку (что оправдано, ведь я ужасный партнёр по проектам). Но нет. Он просто дёрнулся. А потом ещё. И ещё. У Твика какой-то нервный синдром чего-то там. Ладно, зачем я вру? Я же разговариваю с вымышленными зрителями! Можно быть честным. У Твика синдромом дефицита внимания и гиперактивности, а ещё нервные мышечные спазмы от тревожности и частого употребления кофе. Прошло слишком много лет, а я до сих пор наизусть помню его историю болезни. Как и помню наш первый нормальный разговор. — Ты круто дёргаешься, — мой детский десятилетний голос звучал спокойно. — А?! Что?! Я н-не понимаю, о чём ты! — а его надрывистый голос меня никогда не пугал. Одноклассники могли опасаться его, боясь заразиться тиками. А я не боялся. Наверно, я даже хотел стать таким же крутым, как Твик. — Я про это. Ты круто выражаешь свои эмоции, — улыбнулся я. — Мне нравится. — Это какой-то сарказм? Почему ты улыбнулся мне? Ты никогда раньше мне не улыбался! Ты задумал что-то плохое?! — Нет. Ну… Я и вправду кое-что задумал, — я неловко пожал плечами. — Но ты сам реши насколько моё желание плохое. — Это слишком ответственно! Боже! Я точно ошибусь! — Я задумал… — я сделал драматическую паузу. Это было моей любимой привычкой в детстве. — Стать твоим другом. — ААА! — Твик схватил себя за волосы и резко оттянул их к щекам. — ТОЛЬКО НЕ ЭТО! — Почему? — Меня не обидели его слова. Наоборот, я искренне удивился. — Это слишком серьёзно! Я не готов! Если мы станем друзьями, то мы будем больше проводить времени вместе! А если мы будем чаще тусить, то ты точно узнаешь обо мне что-то новое. Что-то, что тебе не понравится! Ты разочаруешься во мне! А потом перестанешь хотеть быть моим другом! А я уже привяжусь к тебе настолько сильно, что никогда не смогу забыть! Я помню, как взял его локти, что хаотично тряслись от ужаса. Твик поднял на меня свой напуганный взгляд. И я ему снова улыбнулся. — Давай тогда будем приятелями? — Приятелями? — его голос смягчился. — Это меньше стресса… — Ага, — кивнул я. — Если мы будем приятелями, то сможем заранее лучше друг друга узнать. Тогда не будет никаких болезненных расставаний. Твик согласился. Да, зрители, я понимаю, как наш диалог тупо звучит для вас. Но прошу заметить, что нам от силы было всего-то десять лет! Десять! Мы были маленькими пиздюками, которые только-только учились выражать свои эмоции. Ну, по крайней мере, я был таким. Твик же… Он был идеальным десятилетним мальчиком. В грязных кроссовках, в криво застёгнутой рубашке, с торчащими волосами и заразительным смехом. Я был обычным мальчиком. С чёрными волосами среднестатической длины. В дурацкой непримечательной шапке. С кривыми зубами. Закрывающий ладонью рот во время смеха. Я не знаю, как это объяснить… И стоит ли вообще объяснять, но к началу пятого класса мы с Твиком стали очень хорошими приятелями. После школы мы стабильно прогуливались до моего дома, а потом садились смотреть телевизор. Пока другие ребята с класса фанатели от Терренса и Филлипа, мы с Твиком блевали от их тупого юмора. Или это было несварение от тех кулинарных «шедевров», что мы готовили. Я уже не помню. — А я говорил, что испечь кекс в кружке ужасная идея! — сквозь смех кричал Твик, достав еду из микроволоновки. — О БОЖЕ, ОНО ПОХОЖЕ НА ГОМУНКУЛА! — Ты имел в виду на Картмана? — усмехнулся я, забирая кружку в свои руки. Тесто получилось почти сырым. Оно прилипло к стенкам и странно пахло. — Нет, Картман выглядит ещё хуже, — хихикнул Твик, отрывая для себя кусочек кекса. — Фу… — И не говори, — кивнул я, откусывая свою часть. И всё же мы не выбросили кекс, а еле-еле разрезали его и сели есть перед телевизором. Возможно, в одиннадцать лет мы хотели показаться «не такими, как все». А возможно, нам хотелось иметь что-то общее, существующее только между нами. Что-то непонятное для других. Тайну. Поэтому мы переключили канал с шоу Терренса и Филлипа на какой-то другой. Так мы наткнулись на лучший в мире мультсериал про красного гонщика. — Вау, — завороженно прошептал я, когда на экране показались титры. — Он такой крутой. — Ага! — Твик, забравшись на диван с ногами, поджал колени к груди. — Он совсем не боится опасности. Вот бы и мне быть таким смелым. — А мне таким крутым, — я повернул голову к Твику. — Ты видел какие повороты крутит этот мотоциклист? — Даже на заднем колесе ездит! Конечно, это безумно опасно… — Но круто, — я перебил его прилив паники. — В будущем, когда я вырасту, то обязательно сяду за мотоцикл. — Крэйг! — Твик ударил меня кулаком в плечо. — Не вздумай! Ты же умрёшь! — Я буду осторожным, — я потёр пульсирующую руку. — Просто представь эту свободу, когда ветер бьётся об шлем, снизу рычит мотор, а пейзаж меняется со скоростью света. Твик поджал губы. Я видел в его глазах страх за меня, но также я видел, как там блестит желание почувствовать вкус гонок. Он ничего не ответил, но мы были знакомы уже год, так что я знал, о чём он думает. — Я покатаю тебя. — Что? — Когда мы вырастем, то я обязательно покатаю тебя. Я буду очень осторожен. Клянусь, — я протянул мизинец и Твик неловко усмехнулся с этого жеста. Однако сделал тоже самое. И мы скрестили моё обещание. В восемнадцать лет я всё же сел за руль мотоцикла. Как жаль, что Твика уже не было в моей жизни. — Эй, Такер, ты есть собираешься или чё? — голос моего лучшего друга вывел меня из воспоминаний. Я быстро оглянулся, словно только что осознал, какой сегодня год. — Да, — быстро буркнул я, ткнув вилкой в остывшую курицу. — У тебя ужасная привычка зависать в облаках, — усмехнулся он, допивая чай. — Чё ты не ешь? Не хочешь что ли? — Да, Клайд, — я и вправду не чувствовал голода. Каждый раз уходя вглубь себя к Твику, я будто забываю, что такое реальность. Вот и сейчас даже еда на тарелке казалась мне ненастоящей. — Я доем? — охотно спросил Клайд, уже отодвигая мою порцию к себе поближе. — Ешь-ешь, — я выдохнул и уставился на чашку с американо. Это был любимый напиток Твика. — Как на работе дела? — Клайд никак не мог замолкнуть, поэтому мне пришлось отбросить свои переживания и сконцентрироваться на друге. — Как обычно, — я пожал плечами. — Придёшь на день рождения к Лиаму? — Не знаю, — пассивно ответил я. Лиам наш общий знакомый с университета. В студенческие годы мы редко общались, поэтому я не видел смысла идти к нему на праздник. — А я пойду, — Клайд как всегда другого мнения. — У тебя же отпуск вот-вот начнётся, да? Чё делать будешь? — с набитым ртом спросил он. — Не знаю. Домой поеду. — Не надоело мататься в Южный Парк при первой возможности? — он хихикнул. — Я тебя совсем не понимаю. — А я тебя, — усмехнулся я. Это было правдой. С тех пор как мы с Клайдом нашли работу в Денвере, то он ни разу не съездил домой. Он говорил, что теперь Денвер его дом. Кажется, в последний раз Клайд навещал Южный Парк в двадцать один год после выпускного с университета. — С Тришей хочешь повидаться? — С семьей в целом, — я допил американо. — А что ещё делать? В Денвере мы с ребятами каждый вечер пятницы гуляем. Не хочется отпускные проводить с ними же. — Обижаешь. — Ты не в счёт, — соврал я. — Может в Европу съездишь? — Я ещё не столько много зарабатываю, — я закатил глаза. — Я тоже, — хмыкнул Клайд, облизнув пальцы, что замарались от курицы. Я даже не заметил, что он ест её руками. — Мой батя в двадцать четыре уже вовсю по миру гонял, а мы с тобой еле-еле выживаем. — Всё ещё впереди. Клайд доел моё блюдо. Мы расплатились с официанткой и вышли из кафе. В Денвере светило тёплое солнце, но холодный мартовский ветер обдувал мою спину. Мы с Клайдом поступили в один университет, жили вместе в общежитии, а сейчас снимаем квартиры по соседству. Он работает турагентом, а я пошёл в юридический, хотя всю жизнь мечтал стать космонавтом. Но мало ли что я там мечтал. Жизнь всё равно изменилась слишком сильно. Семнадцатилетний бы я охренел от этих перемен. — Стэн женится, — Клайд всё ещё не мог замолчать. Мы сели в его тачку, которую он взял под кредит. Я пристегнулся. Клайд завёл мотор. — На Венди. — Ого, — я постарался изобразить удивление, но эмоции всегда были моей слабой силой. — Круто выходить за того, с кем встречаешься со школы, — улыбнулся Клайд. Я понимал, что он говорит это по-доброму, что он вовсе не хотел меня задеть. Но его слова воткнулись ножом в моё сердце. — М. — Жаль, мы с Бебе расстались, — хихикнул Клайд. Ему вовсе не было жаль. Я не понимал, почему он использует это слово, если чувствует совершенно не то. — Устроили бы двойную свадьбу. — Она сейчас с кем? — я постарался сменить тему женитьбы на какую-то нейтральную. — Хуй знает, — пожал плечами Клайд, выезжая с парковки. — Я вообще про некоторых одноклассников ничего найти не могу. Про Стэна узнал, потому что Венди публикует всю свою жизнь в соцсети. — Понятно, — я посмотрел в окно. — Картман бизнес создал, слышал? — Тоже в соцсетях узнал про это? — я не сводил взгляда с улиц, мелькающих снаружи. — В новостях, — хмыкнул Клайд. — А слышал, что с Толкеном стало? — Нет, — я не любил тему бывших одноклассников. С того времени в моей жизни остался только Клайд. — Мама сказала, что его теперь привлекают парни. Жесть! — он громко усмехнулся. — Ты бы встречался с Толкеном? У тебя же сейчас никого нет, да? Я сжал губы. Клайд знает, что меня привлекают парни. Знает, что мои последние отношения закончились три года назад. Это был стажер с работы, который уволился спустя два месяца. Мы с ним были похожими по характеру. Оба спокойные и немногословные. Его звали Ник. Он блондин с холодным голосом. Ходил всегда в поглаженных футболках. Носил брекеты. А ещё укладывал свои волосы на правый бок. Ник был скучным. Поэтому я бросил его. — Не встречался бы. — Потому что Толкен чёрный? — Что? Нет. Не будь расистом, — я закатил глаза. — Эй-эй-эй, — Клайд завернул на светофоре. — Нет, я не про кожу! Фу! Я про цвет волос. — А что не так с его цветом волос? — Ну, — Клайд неловко улыбнулся. — Тебе же блондины нравятся. Я выдохнул. Если бы Клайд умел прочитать моё недовольство по лицу, то он бы точно прекратил допрос. Но Клайд не умеет. А я недостаточно выражаю свои чувства через мимику. В школе меня часто называли чёрствым и безэмоциональным человеком. Учителя говорили, что моя любимая эмоция — это похуизм. В целом, я не жаловался. Мне было похуй. Но Твик говорил: — Не слушай их, они не понимают! — он брал меня за руку, и наклонялся ближе к моему уху. — Они слепые, раз не видят то, какой ты эмоциональный. Даже сейчас я вижу в твоих глазах… Э-э-э смущение? — Я смущён, потому что ты дышишь мне в ухо, Твик. — ОЙ, ПРОСТИ! — Ауч, теперь ты кричишь мне в ухо, — я зажмурился, а Твик быстро отпрыгнул в сторону. Но мою руку не отпустил. — ПРОСТИ! — виновато выкрикнул он. — Я просто хотел сказать, что ты не чёрствый!.. Я же вижу тебя со стороны. Ты очень эмоциональный. — С тобой я просто стараюсь быть таким, — я пожал плечами, словно это ничего не значило. В одиннадцать лет мне не хотелось делать нашу дружбу глубокой. Мне хватало того, как мы играем в приставку по выходным и обсираем Стэна Марша. — Нет. Со мной ты просто искренний, — но Твик любил глубину. Твик любил многогранность, поэтому на ночёвках мы могли смотреть на звёздное небо, сидя на балконе, укрывшись одним пледом на двоих. Наши плечи крепко прижимались друг к другу. Я рассказывал Твику про созвездия, а он про переживания из-за семейного бизнеса. И мне нравился этот контраст. Я обожал нас. — Мы приехали, — Клайд вновь ворвался в мой внутренний мир своим громким голосом. — Ты выходишь или ночевать тут будешь? Я только заметил, что машина припаркована около нашей многоэтажки рядом с моим мотоциклом. Клайд стоял уже снаружи и говорил со мной через открытую дверь. — Извини. — Ты какой-то странный, — он подождал, пока я выйду, а после закрыл за мной дверь. — Я сегодня устал на работе, — отказался я. — Много дел. — Нет, я не про это. Ты какой-то странный уже несколько лет. — Тебе кажется. Клайд наконец-то замолчал. Мы зашли в здание. Зашли в лифт. А затем разошлись на десятом этаже по своим квартирам. Как только я оказался в четырёх стенах совершенно один, то наконец-то смог перевести дыхание. Я уселся на диван и стал листать ленту новостей в попытках занять свой мозг хоть чем-то. В целом… Так и получилось. Где-то через минуту мне попалась статья, из-за которой моё сердце дрогнуло. «Сценарист мультсериала «Красный гонщик» умер в возрасте 67 лет». Я смотрел на заголовок, не моргая. Глаза бегали по буквам, а мозг отказывался принимать информацию. Неожиданно мне захотелось истерично засмеяться. Это отстойное чувство поглотило меня. Я скопировал ссылку новости и открыл мессенджер. Взгляд прошёлся по диалогам, но я нигде не мог найти нужного. Потому что нужного и не было. Каждый раз, когда я видел «Красного гонщика», то сразу вспоминал о Твике. Хуже всего то, что я не могу больше с ним его обсудить. Поэтому я вышел из ленты новостей. Иногда я думаю, почему моя жизнь не как в сериалах? Почему Твик не остался со мной? А потом вспоминаю, чтобы в сериалах получилась хорошая история, то надо её вовремя завершить. Я свою высасываю из пальца уже седьмой год. Потому что отпустить Твика невозможно. И я с этим смирился. Почти смирился. Почти. Вы когда-нибудь думали, что стоит за этим «почти»? Нет? Тогда присаживайтесь поудобнее, потому что моё «почти» даёт мне надежду на светлое будущее с парнем, в которого я безумно влюбился. А за любовь надо бороться, верно? Я слишком много страдаю по нему. Страдаю дальше дольше, чем мы с ним встречались! Разве это справедливо? Нет. Поэтому я просто обязан вернуть Твик Твика в свою жизнь. Иначе однажды его образ догонит меня и с костями поглотит полностью. Надеюсь, я не обезумел.