Власть.

Март 1945 год. Берлин. Ветер завывал, как проклятие, тряся окна огромного особняка. За стеклом чернели неестественные облака, а дождь, словно слезы несчастной судьбы, лил без остановки. Немецкие земли всегда славились своей отвратительной погодой, которая вгоняла в депрессию, порой казалось, что дождливый и серый Берлин осенью, и весной, куда хуже того же самого Лондона, который славился своей дождливой и сырой погодой. Павел стоял у окон наблюдая за дождём и изредка бросал взгляд на играющего 4-х летнего сына, позади него. Август играл вместе с Маргарет всё наровя куда-то от неё удрать, но женщина всегда умудрялась словить его в нужный момент, чтобы мальчик не дай бог упал и ударился обо что-нибудь. Павлу было уже 20...четыре года он провёл тут бок о бок с врагом своего отца, который, когда-то был его ближайшим другом в котором Александр души не чаял. Четыре года он уже мать, а с недавнего времени законная жена главного врага всей Европы, которая уже долгое время утопала в крови. Был ли он счастлив? Возможно. Он был счастлив лишь в короткие моменты, когда ему позволяли увидеться с сыном, который всегда с широкой улыбкой на лице бежал к нему в объятия с громки возгласами "мамочка!". Его жизнь в качестве жены Гильберта была довольной серой и однотонной. Он изредка появлялся с ним на скучных приёмах в честь той или иной незначительной победы над "русскими свиньями ", как выражался Герман Генриг. Единственным его развлечением в те моменты было небольшое общение с Евой Браун-"любовницей", Адольфа Гитлера, конечно приближённый лица знали, что они не спят, ведь Ева имела проблемы в части по омежьим органам и Адольф наверное был с ней из жалости? и пытался, как то ей помочь, но Ева была знатной истеричкой и при малейшем поводе гразила Гитлеру самоубийством , поэтому ему ничего не оставалась кроме того, как терпеть её. Так же к их беседам иногда присоединялась Магда, жена Йозефа Геббельса. Она родила мужу шестерых детей, но ходили слухи, что двое из них были детьми Адольфа Гитлера, ведь их нескромная компания походила на Шведскую и семью. Магда так же не отличалась особым спокойствием, как и Ева. Она тоже имела склонность к истериии скандалам, но в те моменты они были единственным с кем можно было поговорить , хоть их компания не была такой комфортной , как бы хотелось. С мужем их отношения давно охладели. Рейх относился к нему не больше, чем к простой омеге, каких в мире было миллионы, а ведь когда-то жестокий фюрер пел ему серенады о любви. Не для кого не был секретом, тот факт, что по вечерам Гильберт не появлялся дома, предпочитая проводить время в компании некоторых проституток, нежели дома с семьёй. Сыном он тоже не шибко то и интересовался. Мальчик здоровый и крепкий альфа, и всё что волновала Рейха, так это то, чтобы из маленького ребёнка воспитали хорошего правителя и плевать на то, что ребёнка лишали детсва, тащя в омут учёбы с ранних лет. Сейчас Гильберта волновало одно. Война. Война, которая забрала миллионы жизней по его вине, война, которая насквозь пропитала землю кровью невинных людей, которых немецкие солдаты прой убивали даже не глядя на то, что это обычные мирные жители...но кого это сейчас волновало? Начиная с 43 года сначала они потерпели сокрушительное поражение при битве на Курской дуге, где по своим масштабам, задействованным силам и средствам, интенсивности и напряжённости боевых действий. Советское командование организовало мощную глубоко эшелонированную оборону. Ценой неимоверных усилий и больших потерь Красной армии удалось остановить наступление войск группы армий «Юг» и «Центр». После этого была битва за Сталинград , которая окончательно дала понять, что на громкие победы немцы могут больше не надеется. Гневу Гильберту тогда не было предела, тогда под его горячую руку попало около пятнадцати солдат, которые были расстреляны, просто потому что ему так захотелось. С того момента его войска начали терпеть поражение за поражением. Сейчас шёл 45 год, конец марта. Горячительные речи Адольфа и Йозефа Геббельса больше не вызывали восторга у немецкого народа. Люди начали понимать в какую яму их тянуло за собой немецкое правительство, которое обещало им величие их страны и защиту. В апреле ситуация стала совсем отвратительной. Русский войска прямым путём шли к Берлину, кажется даже не обращая внимания на сопротивления, которые им пыталась устроить немецкая армия. 17 апреля Гильберт буквально влетел в покои Павла, где он кормил сына. Рядом стояла Маргарет с салфетками, чтобы убрать небольшие остатки каши с лица Августа после завтрака. -собирайте ребёнка и быстро за мной! Омега отложил ложку и обеспокоенным взглядом посмотрев на мужа встал со своего места и сжала одну руку в кулак. -я не куда не поеду! Мы останемся дома! Гильберт схватил его за хрупкое запястье и больно его сжав посмотрел своими обезумевшими от злости глазами на него. -ты хочешь сдохнуть тут прямо с ребёнком?! Прошипел он и отпустил его руку. Он посмотрел на Маргарет, которая быстро взяла маленького Германию на руки. -собери их. Его приказа она не смела ослушаться, не хотелось быть застроенной прямо на глазах маленького ребёнка, который так сильно был к ней привязан. Павел взял сына на руки снв с ним на диван помог Маргарет собрать его, и одев сверху тёплое пальто он быстро последовал за мужем. Их привезли в один из старых особняко, что находился далеко от Берлина. Раньше они часто проводили здесь лето, но сейчас это был единственный вариант по мнению Гильберта где можно было скрыться от советских солдатов. В это время года здесь было достаточно зябко, поэтому Павел не без помощи Маргарет и ещё пары слуг утеплили одну из комнат где он должен находится вместе с сыном. -Маргарет, закутай его посильнее, пожалуйста. Он посмотрел на женщину через плечо продолжая стоять у камина. К вечеру температура совсем упала и если выйти за пределы этих комнат, то холод проберёт до костей. Женщина лишь покорно кивнула и взяв мальчика одела его в тёплую кофту и уложила на свежезастеленную постель и укрыла его пуховым одеялом. Август заснул довольно быстро измотанный событиями произошедшими за день. 8 мая 1945 год. Союз ещё никогда не был так рад, хоть радость и была сдержанной. Они дошли до Берлина и водрузили над Рейхстагом флаг, который говорил о полном поражении арийской армии. Некоторые солдаты разгребали завалины, другие помогали раненым, а третье были отправлены прочёсывать окрестности и ближайшие области Берлина. Александр стоял стоял недалеко от Рейхстага и опираясь плечом о разрушенную колонну, курил уже наверное 10 сигарету за день. Его сына не было в Берлине, не в одном из домов и в его голове роились самые отвратительные исходы, которые могли произойти после того, как его старший ребёнок попал в плен к этой сволочи. -нашли! Это слово разбивает тишину на миллион осколков. Сигарета выпадает из его руки и он поспешно садится в машину. Его привозят к старому особняку и он не разбирая дороги буквально летит наверх сбивая всё на своём пути. Дубовые двери, кажутся невыносимо тяжёлыми и почти неподающимися, но они распахиваются и предъявляют его глазам взрослого, хрупкую омегу, с длинными белоснежными волосами собранными в неаккуратную косу. На его руках спит ребёнок крепко вцепшийся в его плечо и сжимающий своими миниатюрными ручками ткань платья. Павел качает его и бормочет себе под нос старую, русскую колыбельную, но услышав звук открывающихся дверей он моментально оборачивается и застывает. Его брильнтовые глаза наполняются слезами и в них читается дикое чувство вины..чувство вины перед отцом. -Паша.. Его имя слетает с губ Александра. В его голосе слышится шок, но в тоже время и облегчение. Его ребёнок жив... Они едут в поезде, в Москву в тишине, только слышен стук колёс о рельсы. Он сидит напротив отца и прижимает к себе сына. Германия до сих пор спокойно спит в его руках укутанный в тёплый плед. На его колено ложится, тёплая отцовская рука и он медленно направляет свой взгляд на него. Конечно Союз понял всё с самого начала, как только увидел ребёнка. -всё будет хорошо, Паша. Омега смотрит на него и медленно качает головой, по его щеке скатывается слеза, а из горла выходит сдавленный всхлип. -не будет...папа, я предатель..я оставил тебя, я оставил братье и сестёр..я спал с ним, у меня от него ребёнок..я..я.. Слезы ручьём текут по белоснежным щекам, но он чувствует, что его прижимают к тёплой, груди и гладят по длинным волосам, а затем целуют в макушку. -ты мой сын. Не смотря на то всё то, что произошло ты будешь оставаться для меня моим самым дорогим сокровищем. Ты мой ребёнок, а я твой отец и я буду любить тебя несмотря не на что. Эти слова приятно греют измученную душу и он спокойно засыпает... Просыпается он уже дома в своей спальне. Господи...в ней всё осталось таким же, как и тогда. Все вещи и все рисунки на месте, кажется их даже никто не трогал, лишь периодически протирали пыль, наводя порядок. Он осматривается и замечает, что сына нет рядом, сердце тут же пропускает удар и он выбегая из комнаты несётся вниз по лестнице. Малыш находится в гостиной на коленях Союза, а рядом сидят заинтересованные младшие дети. Десятилетняя Наташа сидит ближе всех и рассматривает мальчика. Она протягивает ему руку и Август аккуратно хватается за неё заинтересовано смотря на кудрявую девчушку. Среднее братья- 16 летний Казахстан и 15 летний Украина стоят в стороне соблюдая дистанцию. Темноволосый малыш поворачивает голову в сторону прохода и его серые глаза тут же наполняются искорками, а на личике блестает широкая улыбка. -мамочка! Кричит он и тянется к нему. Павел подходит ближе и садится рядом беря его на руки. Наташа тут де обнимает его и прижимается, остальные делают точно так же. Павел поднимает взгляд на отца и тот лишь улыбается ему, и поглаживает его по белокурой макушке. Оставшийся день проходит в приятной семейной обстановке, но вечером, когда Россия остаётся один с отцом на кухне их разговор заходит о Гильберте и Павел небольно поглаживает золотое обручальное кольцо. -он застрелился в бункере. Александр откидывается на спинку стула и прикрывая глаза потирает переносицу, а глаза Павла наполняются слезами. По кухне разносится громкий вскрик боли и Союз моментально реагирует пр жимая его к себе. Омега бьётся в истерике и своими хрупкими руками бьёт отца по груди. Всё же он любил его... Но через несколько месяцев он идёт рядом с отцом по зданию ООН, кажется еле передвигая ногами. Он жив. Оказавшись в огромном зале среди других стран он садится рядом с Союзом и вскоре в зале появляется альфийская фигура в тяжёлых кандалах. Взгляд серых глаз тут же устремляется на него, а сердце внутри сжимается. Гильберт жив..он жив.. Третий Рейх перестаёт официально существовать, после подписания акта о полной капитуляции. Его посадят, посадят очень надолго. Запрут, как собаку и будут очень долго пытать. Зал пустеет и в нём остаются двое. Павел подходит к нему и сквозь решётку их руки на которых обручальные кольца переплетаются, а серые глаза альфы напротив смыкаются. -ich werde dich immer lieben ..