Дейрон

В последний месяц Отто приходилось каждую ночь оставаться в покоях Визериса, ребёнок в животе становился слишком активным, и королю все чаще нужна была помощь. — Уже хочет выбраться наружу, — говорил Визерис, держа Отто за руку. — Нетерпеливый. Отто, сидя рядом, поглаживал живот Визериса. — Осталось немного, вы оба молодцы. Он всегда нагибался к животу и целовал его, верил, что ребёнок чувствует его. Визерис, соглашаясь, кивал. — Только бы всё было хорошо. — Всё будет. Отто в это действительно верил. Ночи, как и дни, постепенно становился всё труднее. Визерис засыпал на советах или вовсе пропускал их, оставаясь в кровати. В такие моменты особенно болели его шрамы. Вся беременность выматывала его, но помощь он принимал только от Отто. — Что говорят обо мне? — Не беспокойся, все уверены, что беременна моя дочь, она исправно носит под своим платьем поддельный живот. — Слуги? — Они знают, что будет, если откроют рот. А после родов поменяем их на других. Визерис лёжа в кровати, тяжело вздыхал. — Хорошо лишь, что Рейнира рядом. — Почему? — Иногда мне кажется чудом то, что я ещё жив, всё-таки Таргариены не могут быть с другими мужчинами. Нам нельзя. Перевернувшись на бок, он закрывал глаза. — У нас получилось. — Ещё не ясно. В смятении, Отто осторожно закрывал за собой дверь. И перед тем как пойти дальше, по спине обычно пробегала мелкая дрожь. В день, когда Визерис проснулся от боли в заднем проходе, которая не прекращалась сколько бы он не пытался менять положение тела, Отто рядом не оказалось. Рядом никого не было, и он, закусив одеяло, пытался просто стерпеть боль. Она то стихала, то снова нарастала, заставляя Визериса стонать. Чувствуя движение внутри себя, он начал спускать с себя штаны, но судороги и мокрые от пота ноги мешали ему. — Отто, — прохрипел Визерис, не справляясь со штанами. Кое-как дотянувшись до ботинок, он кинул один в дверь. — Отто! — прокричал он. Прошло немало времени до того как деснице доложили о состоянии короля и он смог прийти на помощь. Визерис лежал, закрыв глаза, и тяжело дышал. — Я пришёл, пришёл. Отто, закрыв дверь, подбежал сразу же к кровати. Он снял штаны с Визериса и приподнял рубашку, но сразу же опустил её обратно. Пока ребёнок не лез наружу, ему не хотелось смущать короля. — Что чувствуешь? — Меня будто разрывают изнутри. — Он коснулся своего живота. — Что будет если ребёнок не найдёт выход? — Найдёт, просто надо ещё подождать. — Я больше не могу ждать! — Визерис ударил Отто по руке. — Позови уже кого-нибудь. — Не могу. Я пообещал никого не звать во время родов, и я сдержу своё обещание. — Тогда помоги мне сам! Зачем ты вообще здесь, если просто бесполезно сидишь? Визерис снова намеревался его ударить, но внезапная боль заставила его сжаться, и он промахнулся. Отто сразу же встал. Жалея, что не приготовил воду и полотенца заранее, он поспешил за ними. — Я скоро вернусь, — уверил он Визериса, и тот болезненно застонал. На этот раз в отсутствие Отто схваток не было, и Визерис переворачивался, ища удобную позу для следующих. Встав на колени и опершись на локти, он почувствовал некоторое облегчение на время, но волосы, что падали ему на лицо, выводили его из себя. Злость отвлекала его от боли. Отто пришёл действительно быстро. Но взглянув на него, Визерис подметил, что тот не бежал, наверняка, чтобы не выдать состояние короля, но теперь Визерису было плевать, он точно был уверен, что вся столица слышит его стоны и знает, что сейчас их король вот-вот родит. Отто, намочив одно полотенце, начал протирать им Визериса. — Я хочу кое-что попробовать. Позволишь? Недоверчиво посмотрев на Отто, Визерис всё же кивнул. Отто осторожно достал из прикроватной тумбочки бутылек с маслом и вылил несколько капель себе на руку. Присев рядом с Визерисом, чистой рукой он поднял его рубашку. — Хватит, я чувствую, как дрожит твоя рука. — Я хочу помочь, — с этими словами Отто просунул два пальца внутрь Визериса и начал массировать внутренние стенки. — Это не поможет. Отто не остановился. Засовывая пальцы глубже, он расширял проход, из-за чего Визерис немного успокаивался. Но при наступлении новой схватки, когда Визерис снова попытался вжаться в кровать, Отто засунул в него все пять пальцев. Тёплая жидкость полилась по его руке. Не зная, что это, он решил не говорить об этом Визерису. — Отто, я чувствую, как он движется. Он, он… — Визерис не смог договорить, он чуть выгнулся и закричал. Отто почувствовал, как сжался Визерис вокруг его руки. — Сейчас ты должен тужиться, пожалуйста. Отто просунул свою руку глубже, но когда коснулся пальцем чего-то, что напоминало голову ребенка, сразу же вытащил руку, да так резко, что Визерис снова вскрикнул. — Совсем немного осталось. — Ты его видишь? — обеспокоено спросил Визерис. — Пока нет. Отто пересел поудобнее и расположившись прямо между ног Визериса, руками раздвинул его ягодицы шире. Перед глазами поплыло, а сам Отто побледнел. — А сейчас? — сквозь зубы спросил Визерис. — Всё ещё нет. Отто увидел, как снова напряглось тело Визериса в попытках продвинуть ребёнка дальше. Отто взглянул на дверь, за ними наверняка никого не было, он жалел, что согласился принимать роды в одиночку. Слухи и так ходили, избавление от ещё нескольких служанок не было бы проблемой. Прийти в себя Отто заставил ещё один истошный крик Визериса. Головка ребёнка начала виднеться, но проходила с трудом и очень медленно. — Вот так, да, ещё немного. Отто попробовал раздвинуть ягодицы сильнее, натянуть кожу, чтобы голова прошла, но это лишь принесло ещё больше боли Визерису. Тот держался из последних сил. Совсем немного оставалось Визерису, чтобы вытолкнуть из себя ребёнка, несколько миллиметров. Отто посмотрел на свой кинжал. Маленький разрез мог помочь. «Его будет легко зашить,» — подумал Отто. Убрав руки с Визериса, он, еле слышно, потянулся к своему кинжалу. Он не хотел волновать Визериса. Но когда он поднёс его, чтобы наконец сделать надрез, его рука задрожала. Голова ребёнка была слишком близка и любое неверное движение могло только навредить. Посмотрев еще раз на мокрые рыжеватые волосы, он убрал кинжал. Визерису те пол минуты, что ребёнок не мог никак выйти, казались вечностью. Он слышал, как Отто достал свой кинжал, и мысли о том, что тот планирует сделать, помогли ему тужиться сильнее. Ребенок выскользнул в руки Отто. Визерис упал на кровать верхней частью тела. Ему надо было отдышаться, но ноги затекли и двигать ими ему не хотелось. Отто с крошечным младенцем на руках, опять доставал свой кинжал. Младенец громко плакал, слишком и Отто слышал только его, только младенец занял все его мысли. Ему удалось перерезать пуповину и обмотать в полотенце. — Визерис, это мальчик, — сказал Отто, не отрывая взгляд от младенца.

***

Через несколько часов Визерис всё же смог задремать, вытертый и переодетый он лежал на кровати. Отто ходил с мальчиком на руках, укачивая его. А Алисента и Рейнира сидели на кровати рядом с Визерисом и следили за каждым шагом Отто. — Мы дали ему имя. — Отто нехотя поднес младенца к своей дочери, аккуратно передал его. — Теперь это твой сын — Дейрон.