Глава первая и единственная
27 марта 2025 г., 14:39
Случайности — это события или обстоятельства, которые происходят без видимой причины или предсказуемости. Мы часто воспринимаем их как нечто неожиданное, неподдающееся контролю или планированию. Хотя, кто знает? Возможно, все эти случайности — просто завуалированные знаки, направляющие нас на верный путь? Мы не замечаем, как наше решение, наш маленький шаг, который изначально казался незначительным, приводит к событиям, которые меняют всю жизнь.
Есть ли что-то магическое в том, что именно сегодня мы пришли на эту встречу, а не вчера? Что именно в этот момент находимся в нужном месте, куда привели нас наши решения, внутренние переживания, неосознанные стремления? Мы часто не видим полной картины и, оглядываясь назад, понимаем, что каждое, казалось бы, случайное событие на самом деле было частью большого плана, который лишь со временем стал для нас очевидным.
Никто не знает, как сложилась бы моя жизнь, если бы на втором курсе экономического факультета к нам не перевёлся новый студент. Я так и не понял, почему этот ничем не примечательный парень попал в поле моего зрения. Меня мало интересовали однокурсники, куда большее внимание я уделял женскому полу, но этот конкретный человек будто приворожил меня. Со своей стороны, Егоров Алексей Евгеньевич меня вообще не заметил. Он с невозмутимым видом уселся за первую парту и, как оказалось, был тем ещё заучкой. Я не стал углубляться в мотивацию своего странного интереса, однако неосознанно стал выбирать место в аудитории неподалёку от новенького и с рьяным упорством прожигать в его спине дыру.
Признаюсь, парень был колоритным. Высокий, широкоплечий блондин с густой гривой волнистых волос до плеч. Вот эту его необъятную метёлку я сразу невзлюбил. Вот что стоит подстричься? Или хотя бы причесаться? Однако его шикарные волосы не давали покоя не только мне. Все наши девчонки стали водить хороводы вокруг симпатичного парня.
Впрочем, это было неудивительно. Лёша, как сразу же прозвали его наши красавицы, был, действительно, очень хорош собой. Алексей был ростом с меня, однако куда более изящный, поджарый. Видимо, он серьёзно занимался спортом, так как в наличии имелись хорошо развитая мускулатура, прямая осанка; из-под вечно закатанных рукавов рубашки виднелись сильные руки с широкими ладонями. Лицо было очень миловидным, однако тяжёлый подбородок и густые широкие брови придавали флёр лёгкой угрюмости. Ну и куда без блядских пухлых губ. Родись он девчонкой, и это вишнёвое бесстыдство сводило бы с ума всех особей мужского пола. Хотя он и в обличии парня неплохо справлялся с этой задачей.
Я всегда был уравновешенным человеком, однако с приходом новенького я понемногу переставал понимать себя и доверять собственным чувствам. Каждый день я находил в сокурснике что-то новое, но, безусловно, безумно привлекательное. Вот и сейчас я сидел немного слева от парня и старался незаметно наблюдать за тем, как он внимательно слушает преподавателя и тщательно конспектирует услышанное. Сам я забил на учёбу окончательно, хотя неплохие умственные способности позволяли и без особого усердия достойно сдавать зачёты и экзамены. Материал я схватывал на лету, да и на память никогда не жаловался. Хотя, надо признаться, с приходом к нам в университет Алексея мои результаты заметно ухудшились.
Сегодня проклятый Лёша пришёл на лекции в тёмно-синих спортивных джинсах и светло-серой льняной рубашке. На мой взгляд, выглядел он просто сногсшибательно. Наши девчонки не теряли надежды охомутать умного красавчика, но он был, как обычно, неприступен и холоден с ними. Поговаривали, что у него есть девушка, но когда и кого это останавливало? Я был уверен, что девчонки объявили на Лёшку охоту и в скором времени я увижу в его объятьях ту или иную красотку.
Особо активно проявляла себя Аня Сивакова. Эта длинноногая зелёноглазая брюнетка, по-моему, пыталась взять неприступную высоту не штурмом, как другие интересантки, а вела хитрую осаду. Она играла по-умному, сильно не навязываясь, но постоянно оказываясь поблизости и обязательно в какой-нибудь соблазнительной позе. Я и сам нередко ловил себя на том, что разглядываю выглядывающий из-под короткой юбки Анечки ажурный край чулка или выискиваю что-то в её глубоком декольте.
Поскольку я сам тёрся поближе к новенькому, девушка стала перманентно оказываться рядом со мной. Признаюсь, мне страшно хотелось её прикончить. Красивая, дерзкая, манящая, она была живым соблазном, которому серьёзный Алексей пока никак не поддавался. Но вода и камень точит. Я ревностно следил за его реакцией на хорошенькую студентку, но парень оставался бесстрастным, игнорируя девушку и лишь изредка неприязненно морщась.
Меня раздражала её настойчивость, ведь из-за постоянного пребывания Ани рядом со мной я опасался спалиться и выдать свои сомнительные чувства с потрохами. Тяжело было держать себя в руках и изображать равнодушие. Я и так боялся окосеть, постоянно посматривая на Лёшу краем глаза.
Но Анна была не единственной претенденткой на обладание моим объектом внимания. Другие студентки не упускали возможности подсесть к нему и завести очередной бессмысленный разговор или попросить о помощи. О! Это был беспроигрышный вариант, и сокурсницы быстро о нём прознали.
Алексей был парнем ответственным, поэтому он, видимо, считал себя обязанным помогать другим, если его просили. Сколько раз я, скрипя зубами, наблюдал, как очередная грудастая будущая экономистка внимательно внемлет объяснениям парня, при этом старательно выпячивая грудь или будто невзначай приваливаясь к твёрдому телу ничего не замечающего умника своими округлостями.
Однако, несмотря на явный ажиотаж вокруг статного отличника, Аня всё равно казалась мне главной конкуренткой. Хотя о какой конкуренции может идти речь?! Неважно. Я решил нейтрализовать её так, как умел, а именно, сразив наповал своим безусловным, никогда меня не подводящим шармом.
В принципе, я не сильно-то и преувеличил. Природа наградила меня не только острым умом и отличной памятью, но и не пожалела прекрасных физических данных. Высокий, накачанный, спасибо регулярным тренировкам в спортзале, смуглый зелёноглазый брюнет с хищным выражением лица — так когда-то описала меня одна близкая знакомая. Что ж, я, в принципе, был согласен. Проблем с девушками у меня никогда не было, они липли ко мне без каких-либо телодвижений с моей стороны. Пара мимолётных улыбок, несколько стандартных фраз, и я обеспечивал себе компанию на ночь. Благо родители купили мне квартиру, куда я мог приводить кого и когда хотел.
Правда, в последнее время я стал почти что монахом, потеряв голову от какого-то левого пацана. Зачем он мне сдался, я и сам не смог бы ответить. Парни мне никогда не нравились, да и относился я к «радужным», мягко сказать, с лёгкой неприязнью. Вроде как они меня не волновали, но всё-таки я предпочитал, чтобы они были от меня по возможности подальше.
Так вот, я решил взять Аню в оборот самостоятельно, чтобы она оставила новенького парня в покое. Не по Сеньке шапка! В общем, я активно переключился на девушку, и мои нехитрые усилия довольно быстро принесли результат.
— Ань, не хочешь сходить сегодня в клуб? — спросил я её в очередную пятницу после лекций.
— В клуб? — удивлённо переспросила девушка.
— Да, я заеду за тобой в восемь, скинь адрес, — улыбнулся я своей фирменной улыбкой, после которой никогда не получал отрицательного ответа на какое бы то ни было предложение.
— Ладно, — смутилась красавица и заинтересованно блеснула глазами.
Нет, я, конечно, не сомневался в своей неотразимости, но как-то уж слишком быстро она переключилась с Лёши на меня. Я даже немного оскорбился за парня. Хотя вечер, действительно, оказался выше всяких похвал, а девушка удивила отменным чувством юмора и прекрасной пластичностью. Мы много танцевали, пили, затем жарко целовались и обнимались, а утро ожидаемо встретили у меня в кровати. Аня оказалась неутомимой и заездила меня до звёздочек в глазах. Но я, конечно же, не в претензии. В общем, свидание прошло отлично. Девушка осталась довольной, а я наконец выпустил пар и стал подумывать, уж не пройдёт ли наконец-то моё наваждение.
В понедельник жизнь доказала, что надежды мои были тщетны. Всё больше раздражающий Алексей пришёл в универ в кожаных кремовых штанах и светло-голубой рубашке, удивительно подходящей к его ярким васильковым глазам. И я опять потерял покой. В аудитории было довольно жарко, и Лёшины волнистые волосы на затылке немного намокли, завившись ещё сильнее. Казалось бы, кого это волнует? А я не мог оторвать взгляда от его мощной молочной шеи в обрамлении тугих золотистых кудряшек.
Я изнывал от возбуждения всю лекцию, а затем затащил несопротивляющуюся Аню в какую-то подсобку и трахнул так, что нам на голову упала полка со всем её содержимым. Девушка немного ошалела от моего напора, но мне было всё равно. Я чувствовал, что понемногу схожу с ума. Лёша притягивал меня, как магнит, и я решительно не знал, что с этим делать.
Самое обидное, что он полностью меня игнорировал. Нет, я с ним не общался, не пытался заговорить или наладить отношения. Но парень даже не поворачивал головы в мою сторону. Будто меня вообще для него не существовало. У него был перманентно отрешённый вид, он не нуждался в общении и какой-либо компании. Новенький приходил в универ, честно отсиживал все лекции и бесследно пропадал. Я никогда не встречал его около здания или на стоянке. Я даже не знал, есть ли у него автомобиль или он добирается на общественном транспорте.
Постепенно сокурсник стал моим персональным наваждением. Я думал лишь о нём, постоянно пребывая в полувозбуждённом состоянии, которое изматывало не хуже физической работы. Благо ненасытная Аня всегда была рядом, и я мог в любой момент снять возникшее неприятное напряжение. А оно появлялось. Постоянно, неумолимо, стоило мне взглянуть на прямую спину, на изящное ухо, на пухлые манящие губы. Однако девушка принимала мою необузданную страсть на свой счёт и довольно топорно намекала на более тесные отношения. Видимо, её не устраивали лишь регулярные потрахушки по всем тёмным углам университета. А в выходные дни я её никуда не приглашал. Она мне была нужна лишь как буфер от вездесущего соблазнительного Лёшки.
Однако, хитро нейтрализовав угрозу в лице Анны, я столкнулся со следующей не менее серьёзной проблемой. Наш умник Алексей приглянулся профессорше по маркетингу. Зоя Михайловна была подтянутой, элегантной и интеллигентной дамой бальзаковского возраста, но куда более скромных форм. Она сразу же положила глаз на нашего Лёшу, выделяя его по любому поводу. Так она выдвинула его на какой-то конкурс, что привело к дополнительным занятиям с ней по расширенной программе.
Скажу честно, я боялся представить, как проходят эти факультативы. В моём воспалённом мозгу появлялись картины лишь сугубо извращённо-пошлого характера. От одной мысли, что Лёша трахает престарелую преподавательницу, у меня скручивало внутренности и хотелось выть. Ну вот зачем она ему сдалась?
Я выдержал месяц. Четыре недели страданий, ревности, безумия. Мне хотелось убить неразборчивого парня и четвертовать бесстыжую старуху! Я придумывал разные коварные планы, надо признаться, один глупее другого. Но я просто не знал, что сделать, чтобы отвадить её от притягательного умника.
Мне стали сниться тематические кошмары, сюжет которых разнился лишь в мелочах. Например, Зоя Михайловна в роли суровой госпожи в кожаном облачении порола изнывающего от страсти обнажённого блондина. После таких фантазий я боялся смотреть женщине в глаза, а сокурсника обходил стороной.
Я чувствовал, что терпение моё на пределе, даже спринтерские упражнения по углам с Анной перестали помогать. И я решил пойти по проторенной дорожке. Ведь вышло же с Аней, почему не может получиться с женщиной постарше? Судя по её активности в сторону Лёши, мальчики ей нравятся молодые и красивые. Что ж, типаж у меня другой, но статью и привлекательностью я не уступаю.
Зою Михайловну пригласить в клуб я не мог, так что решил взять галантностью и обходительностью. Начать решил с цветов и комплиментов. Честно признаюсь, выглядело это странно. В первый раз я хотел сгореть со стыда. Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. В моём случае — другие части тела, но суть от этого не менялась.
Я выбрал день, когда у неё не было дополнительных занятий с Алексеем. Решил, что после физических упражнений с белокурым Аполлоном даже мой бесспорный шарм может сработать вхолостую. Вооружившись дорогим букетом, широкой улыбкой и наигранной весёлостью, я бронебойным снарядом полетел в аудиторию. Я был настолько на взводе, что мне казалось, что и внезапно начавшаяся атомная война не смогла бы меня остановить. Влетел я в кабинет коварной преподавательницы с безумным оскалом и плохо скрываемым тремором рук.
— С днём рождения, Зоя Михайловна! — бодро заявил я и протянул чудесное творение флориста удивлённой женщине.
— Глебов, вы ошиблись, мой день рождения в мае! — пролепетал преподаватель со смущённой улыбкой.
Хоть ситуация была нелепее некуда, но любой женщине приятно внимание, а тем более такой широкий жест.
— Да вы что? — притворно изумился я. — А мне сказали, что как раз таки сегодня. Неважно! Эти цветы вам. Вы сегодня прекрасно выглядите!
— Благодарю, Дмитрий, — мило улыбнулась преподавательница, и я отстранённо подумал, что эта женщина моложе, чем мне казалось изначально, и, в принципе, довольно симпатичная.
Однако буйная фантазия тут же забросала меня кошмарными сценами разнузданного секса между моим Лёшей и развратной училкой, и я тут же забыл о приятном впечатлении и её улыбке.
— Митя, — поправил я, — зовите меня так.
У меня был прекрасно подвешен язык, так что пара подмеченных ранее деталей дали тему для дальнейшего разговора, затянувшегося в конечном счёте на несколько часов. Мы обсуждали её предмет, затем методы преподавания в целом. Позже перешли к состоянию экономики страны и оставшегося мира. Мы делились мнениями о погоде, политике, куче разной чуши. Я не особо углублялся в разговор, больше внимания уделяя самой женщине, её повадкам, реакции на меня и наш разговор. Я чувствовал с её стороны симпатию, но не спешил с выводами и не желал вспугнуть. Это была зрелая, осторожная женщина, а не озабоченная малолетка, которую можно было трахать, перегнув через перила в подъезде.
В тот вечер я лишь подвёз профессоршу домой. Благо в тот день она была без машины. Так я убил сразу нескольких зайцев: продлил время нашего общения, узнал домашний адрес женщины и проявил себя галантным мужчиной. По крайней мере, я на это надеялся.
На следующий день я прожигал взглядом моё личное проклятие и внутренне торжествовал. Мне казалось, что решение очередной проблемы не за горами. Лёша ещё не знает, что его потрёпанная жизнью любовница не прочь пообщаться и с другими студентами. А Аня каким-то седьмым чувством ощущала моё приподнятое настроение и довольная вилась рядом.
Я же чувствовал, что мучительное напряжение опять стало невыносимым, и большую перемену провёл в уже, можно сказать, нашей подсобке, втрахивая стонущую девушку в стену. Аня стала куда более раскрепощённой и любила разные эксперименты. Например, иногда она приходила в универ без трусиков, а затем на лекции позволяла ласкать её прямо под партой. Она не смущалась делать мне минет на стоянке или в раздевалке в спортзале, когда мы оставались одни. Мне очень импонировали её изощрённая фантазия и раскрепощённость.
Однако у меня появилась другая цель, и я стал планомерно исполнять свой план. Я часто забегал к Зое Михайловне в кабинет, чтобы поздороваться, сделать комплимент или просто нежно улыбнуться. Я интересовался её настроением и обсуждал с ней погоду. Я всячески демонстрировал свой интерес, не предпринимая никаких дальнейших шагов. Пару раз я приносил ей шоколад и цветы в горшках для кабинета. Я помог донести ей книги из библиотеки и передвинуть шкаф. Честно сказать, я подозревал, что этот несчастный предмет мебели и дальше стоял бы на своём месте, если бы я не заинтересовал строгую профессоршу.
Прошло почти три недели, когда Зоя Михайловна попросила меня вновь подвезти её домой. Я, конечно же, был не против. Как оказалось, женщине нужно было доставить домой несколько коробок, которые, предполагалось, что я помогу донести до дверей квартиры: они, действительно, были довольно увесистыми.
Ну а дальше всё прошло по стандартной схеме. Мне предложили кофе, затем рюмочку коньяка к нему. Затем была долгая смущённая речь, как уважаемая Зоя Михайловна благодарна мне за помощь и какой я чудесный, отзывчивый студент. Я прервал её оду мне любимому решительными объятиями и глубоким поцелуем. Преподавательница оказалась не против моей инициативы, затем был душ вдвоём, быстрый секс там же, потом пара заходов в спальне и напоследок воодушевлённый куннилингус в моём исполнении. Женщина, как мне показалось, осталась очень довольна и предложила остаться у неё, но я был непреклонен.
Поблагодарив за чудесный вечер, я «отчалил» домой. Аня, как чувствовала, названивала мне весь вечер, а я отбрёхивался, как мог. Чувствую, завтра мне придётся постараться в уже «обжитой» подсобке и вернуть девушке былое благодушие.
Так я стал регулярно навещать профессоршу на дому по вечерам, а иногда меня приглашали и в её кабинет, где мы опробовали все горизонтальные поверхности, которые там только были. Аню я радовал в университете по тёмным углам или в машине на парковке. Но как бы я ни старался, покоя мне не было. Лёша с немым укором продолжал меня игнорировать, но мне стало казаться, что это безразличие наигранное, что я чего-то не вижу и не понимаю.
От мимолётного взгляда в его сторону меня штормило. Я буквально горел, воспламенялся рядом с этим холодным принцем. Я жадно разглядывал его при любом удобном случае. Если бы я умел рисовать, я мог бы изобразить его по памяти. Я досконально знал рельеф его спины, длину шеи, форму ушей, густоту ресниц. Я впитывал любые мелочи, запоминал каждую родинку, веснушку. Я знал, в каких случаях он хмурился, а когда мимолётно улыбался. По его позе я мог сказать, какое у него настроение и самочувствие. Я чувствовал его на недоступном другим уровне.
Моё безумие прогрессировало. Я стал видеть Алексея везде. Мне казалось, я вижу его из окна своей квартиры, в машине, на другой стороне дороги. Я замечал его силуэт у подъезда, возвращаясь от игривой профессорши. Я приметил его золотые кудри в магазине у дома. Но ни разу, ни единого раза мне не удалось его поймать, чтобы удостовериться в его присутствии. Он словно растворялся, ускользая от меня в последнюю минуту.
Я был уверен, что моя крыша продолжает сдвигаться, и конечной точкой для неё станет дурдом или сильные препараты. У меня появилась мысль обратиться к специалисту. Я вычитал в интернете всё, что можно, о навязчивых мыслях, я подозревал у себя обсессивно-компульсивное расстройство. Мне казалось, что моё состояние быстро ухудшается, но хотел успеть пожить нормальной жизнью, пока это всё ещё было возможно. Правда, «нормальной» — это слишком громко сказано.
Я стал задумываться: нужен ли мне именно Алексей или я в принципе стал любителем парней? Что было бы странно, учитывая мою активную половую жизнь с женщинами. Но притяжение к другому, совершенно неженственному парню было налицо, и я начал подумывать, а что бы я делал, ответь Лёша на мои странные чувства. Одна мысль о близости с ним обдала жаром, но реально представить себя в кровати с другим парнем я не мог.
Я решил, что мне надо проверить, смогу ли я трахнуть мужчину, однако где искать любителей однополого секса, было неясно. Я проштудировал наличие соответствующих клубов, но компрометировать себя походом туда немного опасался. Эксперимент может оказаться неудачным, а ненужные слухи — дело такое.
Я решил оглядеться вокруг и приметил одного первокурсника, который в последнее время слишком часто стал появляться в поле моего зрения. Студент был как раз таки очень женственным. Худой, небольшого роста, какой-то изящный, что ли. Он довольно странно одевался. Не вызывающе, нет. Просто со спины было сложно понять его пол. Все вещи у него были унисекс, даже, на мой взгляд, более подходящими какой-нибудь стильной девушке. Он носил много украшений в ушах, на шее, запястьях. Даже его гигиеническая помада была с небольшим блеском.
В общем, я подозревал его в любви к мужеложеству и поэтому стал активно присматриваться. Каково же было моё удивление, когда я понял, что яркий студент с журфака Боря крутится рядом по мою душу. Да, он тёрся неподалёку без всякого повода. Иногда я ловил его быстрые, опасливые взгляды и легко читал в них неприкрытую заинтересованность.
Что ж, Боря сам желал стать моим подопытным кроликом. И вдруг я понял, что с двумя моими любовницами у меня оказался довольно плотный график, но я дождался удобного случая и прижал хорошенького мальчишку к стене, когда мы оказались с ним вдвоём в университетском туалете. Вот что он делает в нашем здании, если все его лекции проходят совершенно в другом месте?
— Привет, Боря, — неожиданно поздоровался я, хотя до этого предпочитал делать вид, что его не замечаю.
Парень страшно растерялся и что-то промямлил.
— Что ты вообще забыл у экономистов? — хитро прищурившись, спросил я.
Парнишка стал заламывать руки и судорожно придумывать хоть какой-то удобоваримый ответ. Я решил, что мы можем ещё долго ходить вокруг да около, поэтому просто прижал парня к стене и заинтересованно улыбнулся, глядя ему прямо в глаза. Борис покраснел, побелел, затрясся перепуганной ланью, но твёрдый стояк в его штанах, который я отчётливо чувствовал, намекал, что я на правильном пути.
Парнишка вблизи оказался ещё ниже, чем я думал, но его рост меня мало интересовал. Я схватил его за «шкварник» и затащил в туалетную кабинку, закрыв нас изнутри.
— И что же ты ищешь тут, Боренька? — низким голосом проворковал я и прижал замершего парня к перегородке.
Я чувствовал трепет его тела, видел приоткрытые губы и напрягшиеся соски. Парень был очень симпатичным, но не вызывал во мне никаких чувств. Я подумывал отпустить мальчика, раз эксперимент показал отсутствие интереса, но разомлевший студент вдруг встрепенулся и решительно взял меня за яйца. Я охнул от неожиданности. Но Боря не дал мне прийти в себя и проворно запустил руку в мою ширинку. Далее я потерялся в ощущениях и позволил милому мальчику сделать мне приятно. А Боренька оказался мастером быстрого минета. Когда он успел насадиться горлом на мой член, я даже не успел понять. Но его белобрысая макушка, ярко-розовые губы навеяли правильные ассоциации, и дело пошло ещё веселее.
Кончил я слишком быстро. Я бы с удовольствием продлил ласку, но картинка Лёши с моим членом во рту у меня в голове не дала мне и шанса продержаться подольше. Боря, впрочем, нисколько не расстроился, и я заметил, что он и сам успел кончить, надрачивая себе во время спонтанного отсоса.
— Спасибо, — растерянно пробурчал я и поспешил ретироваться.
Мне показалось, что мы в туалете были не одни, и от этого стало как-то не по себе. А возможно, это мои расшатанные нервы сыграли со мной злую шутку. По дороге домой я размышлял о произошедшем и понял, что быстрый минет с парнем мне так ничего и не доказал. Наверное, я всё-таки бисексуален, если мне всё равно, с кем трахаться?
Теперь у меня появилась ещё одна проблема. Боря активизировался ещё больше и стал настойчивее обычного. Я регулярно замечал его краем глаза и начал всерьёз опасаться, как бы он не надумал перевестись к нам. Поэтому я отсиживался в кабинете Зои Михайловны или прятался по подсобкам с Аней, чтобы только не встретить слишком активного парнишку.
Правда, несколько раз он всё-таки умудрялся поймать меня в подходящем месте, и я вновь наслаждался качественным минетом. В чём интерес самого парня, я не очень понимал. Он ни о чём не просил, ни на что не намекал. Да мы даже не разговаривали. Он самозабвенно дрочил себе с моим членом во рту и пропадал с горизонта до следующего дня. Впрочем, я даже не углублялся в мотивацию Бори, лишь старался с ним по возможности пересекаться как можно реже. Но если уж судьба сводила нас, я не упирался и отдавался в опытные руки похотливого мальчика.
Что ж, очередное увеличение количества сексуальных партнёров никак не способствовало душевному равновесию. Анна ревновала меня, кажется, к каждому столбу, Зоя Михайловна намекала на более серьёзные отношения, то приглашая съездить куда-нибудь вместе на выходные, то остаться ночевать или познакомить с какими-то друзьями. Боря молча преследовал. В общем, я чувствовал, что ситуация постепенно уходит из-под моего контроля.
А Лёша всё так же плевать на меня хотел. Я миллион раз представлял, как подхожу к нему и пытаюсь заговорить. Мы же однокурсники, в конце концов. Но я был уверен, что спалюсь в первую же секунду. Я не мог оторвать от него взгляда. Просто физически зависал, наблюдая, как он сидит, стоит, идёт, зевает, потягивается.
Моим проклятьем стали занятия по физкультуре. Обычно мы либо бегали на стадионе во дворе, либо играли в баскетбол в спортзале. Я однозначно предпочитал бег. Так я мог держаться от парня подальше, контактная же игра никак не способствовала избеганию конкретного человека.
Ещё эта его спортивная форма. Лёша обычно переодевался в широкие штаны, держащиеся на его стройных бёдрах лишь на тазобедренных косточках, и бесформенную майку-алкоголичку с широкими проёмами для рук. Последняя была слишком большого для него размера, так как постоянно обнажала то плечо, то часть спины, но самым страшным ударом для меня стал голый напряжённый светло-розовый сосок идеально круглой формы. Увидев его, я даже поскользнулся, чуть не растянувшись на полу, да и мяч потерял.
Я отдавал все свои внутренние силы, стараясь не смотреть на свою стойкую зависимость, не наблюдать за капелькой пота, стекающей по виску парня, за кончиком розового языка, пробегающего по пересохшим алым губам, за часто вздымающейся широкой грудной клеткой Лёши. Мне стало казаться, что я его ненавижу. Он не позволял мне вздохнуть, ощутить себя свободным от бесконечного наваждения.
Я знал, что терпеть бесконечно не получится и когда-то произойдёт то, что собьёт меня с ног окончательно, похоронив под шквалом неправильных чувств и желаний. Но я не представлял себе, что это случится так быстро.
Всё тот же спортзал, который я стал ненавидеть всей душой, стал точкой невозврата, сорвав мою ползущую вниз крышу окончательно и бесповоротно. В принципе, всё начиналось неплохо, я настроился на мучительное занятие и чувствовал в себе достаточно сил перетерпеть близкое присутствие полуголого, потного, бесконечно сексуального парня. Однако то ли случайность, то ли злой рок подтолкнули меня чуть ближе, приостановили его чуть раньше. Кто-то повернулся слишком медленно, а другой не вовремя поспешил. И в результате я на всей скорости влетел в объятия Алексея, моментально захмелев от его дурманящего жара и восхитительного аромата.
Я в первый раз оказался так близко к нему. Разогретое тело однокурсника пылало, источая смесь натурального запаха с ноткой чего-то древесного, чуть сладковатого и немного терпкого. Я перестал соображать, где я и что происходит. Я сбил парня с ног и теперь, лежа на нём, как вконец обдолбавшийся токсикоман, обнюхивал бархатистую шею.
Я кричал себе: «Иди, быстрее уноси ноги, пока можешь»,— но не в моих силах было сдвинуться или прекратить прижиматься к безумно желанному телу. Окружающие звуки исчезли, остался лишь он. Тот, которого я так долго и мучительно хотел.
Кто-то дёрнул меня за плечо, и я вернулся в реальность.
— Митя, ты в порядке? — спрашивало какое-то размытое пятно, но я не желал никого слышать.
Я резко вскочил и понёсся в раздевалку. Мне нужно было побыть одному. Я больше не мог делать вид, что всё в порядке. Покидав одежду в рюкзак, я на всех порах побежал к выходу из университета. Я не замечал других людей, мне было всё равно на косые взгляды и разговоры, я должен был покинуть здание, в котором всё ещё находилось моё личное безумие.
Я, не разбирая пути, бежал по коридорам, пока в очередной раз не налетел на кого-то. Как оказалось, опоздавшая на лекции Анна только входила в здание. Вот там-то я и сбил её с ног.
— Митя? — недовольно спросила она, поднимаясь с пола и отряхиваясь. — Ты куда так несёшься?!
Но у меня не было сил отвечать. Я схватил озадаченную девушку за руку и потянул в уже знакомую нам подсобку. Мне было плохо и больно. И мне нужно было отвлечься. Прости меня, Анна! Я скотина и эгоист, но моих внутренних резервов хватало лишь на базовые функции. А совесть в них не входила. Аня, впрочем, не особо удивилась, и я взял её, как всегда, жёстко, резко, так, как мне было необходимо в тот момент. Девушка громко стонала, но мне было всё равно, застукает ли нас кто-то. С каждой фрикцией я чувствовал, что жгущая изнутри боль сменяется тянущей, пульсирующей желчью, разливающейся по всему организму и отравляющей орган за органом. Я чувствовал неправильность ситуации. Ощущал себя бездушным подонком, раз за разом использующим людей, которые ничего для меня не значат. Которые тщетно надеются на развитие наших отношений. А я ни о ком не мог думать. Даже о себе.
Я мучительно приятно кончил и выскочил из подсобки. Никогда раньше я не позволял себе оставить партнёршу неудовлетворённой, но сейчас быть внимательным к другому было непозволительной роскошью.
Я бежал, не разбирая пути, пока не выскочил на запасную лестницу. Там редко кто-то ходил, но я был только рад побыть в одиночестве. Однако и этого мне было не суждено получить. На первом же пролёте я словно влетел в каменную стену. Прямо передо мной, глядя в окно, стоял Алексей. Его спина была напряжена, да и сам парень походил на натянутую струну. Он не мог не слышать моего конского топота, однако даже не шелохнулся, будто не заметил присутствия другого человека.
Я же прирос к полу. Я перестал понимать, куда бежать, где прятаться. Куда бы я ни спешил, я всё равно нахожу его. Вижу, чувствую, желаю. Мне от него не укрыться, не спастись.
Я стоял очень близко и одновременно непозволительно далеко. Нас разделяла всего пара шагов, но и она казалась мне непреодолимым препятствием. Почему я не мог влететь в Алексея на бегу? Тогда мне не пришлось бы мучительно переминаться у него за спиной, надеясь, что парень обернётся, или расстояние между нами исчезнет само по себе.
Затем меня разобрала злость. Да что я за тряпка?! Я сохну по Лёше уже почти полгода, но не могу заставить себя сделать два шага. Малюсеньких, но таких важных. Я тихо скользнул вперёд. Широкая спина парня почти дотронулась до моей груди. Теперь нас разделяли лишь миллиметры. Ненавистное расстояние, не позволяющее ощутить тепла его тела, упругости мышц. Я тихо выдохнул и заметил, как от движения воздуха волосы на затылке парня еле уловимо шевельнулись. А затем я услышал его прерывистый вздох.
У меня опять отключились мозги, и я уткнулся носом в пушистый затылок парня. Шелковистый белокурый каскад обрамил моё лицо, а вожделенный запах снова укутал в свои уютные объятья. Я глубоко вздыхал, пытаясь впрок насытиться желанным ароматом. Напряжение исчезло, и я перестал сдерживаться. Тихо застонав от удовольствия и нахлынувших чувств, я дотронулся до соблазнительной шеи, мазнув по ней пересохшими губами.
Парень наконец отреагировал, сильно вздрогнув. Но не произнёс ни звука. Я ласкал длинную, кипенно-белую шею парня, сходя с ума от счастья. Только теперь я понял, что мне не нужен никто, кроме этого молчаливого, безумно привлекательного парня. Каждый сантиметр его тела казался мне притягательным и достойным моего внимания. Мне было совершенно плевать, что у него в штанах. Мне нужен был не его член, а он сам.
Я невесомо ласкал обожаемое тело, боясь лишний раз вздохнуть и вспугнуть замершего парня. Он сильно напрягся, но позволял мне дотрагиваться до него, так ни разу и не обернувшись. Я очень надеялся, что он знает, кто стоит у него за спиной, и его безмолвие является осознанным согласием. Я дышал им, я впитывал его образ, окончательно помешавшись и зависнув в желанном моменте. Я бессильно сжимал руки в кулаки, не смея дотронуться, вспугнуть и потерять возможность чувствовать Алексея. Я боялся издать хоть звук, сказать лишнее слово.
Однако Лёша оказался смелее меня. Хотя и перепугал до нервного тика.
— Я думал, что убью тебя, — тихим, но твёрдым голосом заявил парень, всё так же не оборачиваясь.
— Что? — прохрипел я от неожиданности.
— Ты вымотал мне все нервы! — заявил парень, резко повернувшись и с укором взглянув мне в глаза.
— Я? — севшим голосом просипел я.
— Ты трахаешь всё, что движется, ты чёртов ебливый мудак! — возмущённо вскричал парень.
— Я? — тупо переспросил я. Но тут же возразил ему. — Это я-то ебливый мудак?! На тебя бабы от мала до велика пускают слюни и трутся течными кошками. Да я задолбался отгонять от тебя озабоченных…
Однако Лёша не дал мне договорить, прервав:
— Отгонять?! Ты так это называешь? — прошипел парень, гневно сверкая глазами. — У меня не было ни с одной из них ничего, кроме разговоров. А ты трахаешь эту шлюху Аньку в каждом грязном углу!
— Трахаю, чтобы она не крутилась возле тебя. Она сразу положила на тебя глаз и хотела… — попытался оправдаться я.
— Да что ты говоришь, на меня?! Она сидела с тобой, тёрлась о тебя, пожирала тебя своими накрашенными масляными глазёнками, а хотела, значит, меня! — продолжил возмущаться парень.
— Лёша, я тебе говорю… — вскричал я.
— К дьяволу её, эту Аньку, а Зоя Михайловна? Она-то тебе зачем сдалась? Учитывая её возраст, она, конечно, неплохо сохранилась, но тебе любая молодая девка в универе даст и ещё поблагодарит, зачем тебе тётка с морщинами?! — Лёшу аж затрясло.
Разговор шёл как-то неправильно. Алексей умудрялся перевернуть всё с ног на голову, и я начинал себя чувствовать без вины виноватым.
— Так она же вокруг тебя… — промямлил я.
— Не смей! — закричал разъярённый парень. — Если ты пытаешь сказать, что приревновал меня к престарелой профессорше, поэтому с таким упоением её постоянно трахал, я тебе врежу. Вот честно, я тебя растерзаю…
Я тут же заткнулся, понимая, что моя крыша не только уехала, но и что-то в моей голове окончательно повредила.
— Ладно, — ядовито выплюнул Лёша, прищурившись. — А милый Боречка? Он-то каким боком ко мне? Или тут уж твой личный интерес?
— Нет! — быстро ответил я на последний вопрос. Да какой там Боря, когда передо мной наконец стоит моё личное наваждение, моя сладкая пытка.
— Что «нет»?! Да, да и ещё раз да! Этот мелкий пиздюк сосал твой член чаще, чем я занимался с Зоей Михайловной маркетингом! — аквамариновые глаза парня потемнели и метали молнии.
— Лёшенька, этот Боря меня преследует. Он мне ни на хрен не сдался! — повинился я. Да что ж это такое, как я успел столько накосячить?
— Как раз таки на хрен он тебе очень даже сдался! Ты зачем привечал его? Парень сохнет по тебе с начала года, а ты, сволочь бесчувственная… — разошёлся парень, но я перестал вообще что-либо соображать, поэтому решил идти ва-банк и впился в сладкие, вишнёвые, ругающие меня всякими словами губы.
Поток нелицеприятного описания моей особы прекратился, однако поцелуй получился не совсем таким, как я ожидал. Я представлял, как Лёша расплавится в моих объятьях, позволит мне насладиться своим вкусом. Однако парень больно укусил меня за нижнюю губу и ударил в грудь.
— Ты думаешь, стоит тебе засунуть мне в рот свой похотливый язык, и я растекусь лужицей? Забуду все твои выходки? Всю боль, что ты причинил мне своим блядством? — высказывал мне взбешённый парень. — Ты же делал мне всё назло. Ты видел меня у своего дома, но предпочёл не заметить. Я каждый раз ждал тебя после твоих потрахушек со старушкой, а ты со счастливой, сытой мордой проходил мимо!
— Лёша, ты что! Я не видел, — начал я, но, заметив предупреждающий взгляд парня, поправился, — то есть видел, но я думал, что мне кажется. Я видел тебя везде: в машине недалеко от моего дома, у подъезда, в магазине, я думал, что схожу с ума…
— Идиот! Это был я. Я не мог сидеть дома, зная, что ты опять трахаешь очередную бабу. А может, и не бабу! Ты уже поимел ласкового и безотказного Бореньку? — тихим голосом уточнил Алексей, а я подумал, что лучше бы он и дальше кричал.
Я поспешил сказать правду, не надо мне чужих грехов, у меня и своих, как неожиданно оказалось, полон рот!
— Нет, никогда, он только сосал мне…
— Знаю, чёртов ты урод, я из-за тебя стал долбанным сталкером. Я постоянно таскался за тобой, наблюдая за твоей нескончаемой еблей! — глаза парня заблестели, а я действительно почувствовал себя подонком.
— Лёшенька, если бы я знал. Я сходил по тебе с ума, — умоляюще проканючил я.
— Ничего, ты прекрасно утешался, трахая других, — зло буркнул парень и отвернулся к окну.
Я подскочил к поникшему парню и горячо зашептал ему на ухо.
— Прости меня. Я дурак. Но я люблю тебя. С того самого дня, как увидел. Я не могу ни о ком больше думать, я забросил учёбу, я даже хотел пойти к психиатру. Я не понимал, что со мной происходит. И я жутко ревновал. Мне кажется, что все тебя хотят, поэтому я старался их от тебя отвадить. По-идиотски, согласен, но ведь помогло…
Я почувствовал, как парень опять напрягся, и поспешил исправиться.
— Ты прав, это была очень неудачная мысль. Но чего они все к тебе лезли? Девки эти грудастые, старуха озабоченная…
— Идиот, — прошептал Лёша и откинулся ко мне на грудь. — Какой же ты всё-таки придурок!
— Согласен, — прошептал я. — Но можно я буду твоим придурком?
Парень замер, а мне показалось, что моё сердце остановилось. Если он даст мне от ворот поворот, я пойду на крышу и сброшусь вниз. В моём организме уже не осталось клеточки, которая бы не болела.
Лёша вновь повернулся ко мне и внимательно посмотрел в глаза. Я не знаю, что именно он хотел там найти, но я молился всем богам одновременно, чтобы обиженный мною парень это увидел. Я с растущей паникой глядел на него, до ужаса боясь отрицательного ответа. Но парень так ничего и не сказал. Лишь нежно поцеловал в губы. Так, как я мечтал. Так, как мне грезилось во сне и наяву. Он ласкал меня своим языком, и его нежность говорила мне больше, чем все существующие слова.
Как мы оказались дома, я не помню. Я вроде как был за рулём. Но как смог доехать в целости и сохранности, покрыто пеленой мрака. Я помню, как мы жадно целовались в прихожей, сдирая друг с друга одежду. Как Лёша сделал мне крышесносный минет в душе. Как я растягивал его в кровати. Как я понял, что близость с любимым не идёт ни в какое сравнение со случайным сексом. Лёша подарил мне себя, отдавался с таким чувством и страстью, что я думал лишь о его удовольствии, его ощущениях. Мы соединялись, расходились и вновь дарили друг другу больше, чем просто свои тела. Это было не про механику, не про биологию, это было про любовь, тепло, нежность. Я наконец понял, почему меня так тянуло к нему. Я не был геем. Я просто полюбил этого человека. И его пол был совершенно неважен.
Позднее мы часто вспоминали это время, учёбу. Мы делились переживаниями, мыслями и причинами поступков в начале нашего знакомства. Мы много смеялись, понимая, насколько реальность отличалась от того, что мы себе надумали, однако радовались, что всё-таки смогли поговорить и понять, что наши чувства сильны и взаимны. А это привело к долгим годам последующей счастливой жизни вместе.
Я сто раз поблагодарил высшие силы, которые надоумили меня сказать «прости» в нужный момент и склонили чашу весов благосклонности Алексея в мою сторону. Я чуть не прошляпил своё счастье, размениваясь на ничего не значащие отношения. Насколько я знаю, Анна удачно вышла замуж, а Зоя Михайловна, к сожалению, так и осталась одинокой. Но я надеюсь, я смог доставить ей немало приятных минут, которые она могла вспоминать впоследствии.
Борис, кстати, закрутил роман с одним из преподавателей и бросил университет уже на третьем курсе. Как сложилась его судьба далее, я не знаю. Но мне хочется верить, что и у него всё замечательно. А мы с Лёшей частенько вспоминали моих любовников, благодаря их за то, что помогли нам найти дорогу друг к другу.
