Мой «Сердечный друг»

Если подумать, я ничего о нем не знал. Какая у него семья, откуда он родом, да даже где он живет! Валентайн словно всегда существовал в пространстве похоронного дома. Если бы мы вместе не выезжали иногда к клиентам и не завтракали в ближайшем пабе можно было бы принять его за призрака места,такого же, как Ч.М. Блэк. Мы работали вместе уже порядочное время, но Валентайн до сих пор оставался для меня загадкой. Меня поразило осознание, что мой компаньон все это время был для меня идеей, действием, решением. Функцией человека. Блестяще играющего роль гробовщика фантомом. Я не знал, что у него на сердце, есть ли у него кто-то кого он любит. Сколько он перенес в жизни потерь и ударов в спину. Почему он, с его остротой ума и предпринимательской жилкой, из всех возможностей выбрал именно похоронное дело. Как складывались его отношения с живыми людьми – или же призраки манили его, как и меня, на свою сторону? Не потому ли он волновался обо мне — что испытал на своей шкуре все то, с чем сталкивался я сам?

***

После возвращения Валентайна всё будто вернулось на круги своя, но... мне безусловно было тяжело отойти от этого, Мисс Раджани сказала, что я стал кричать по ночам, а в глаза М.Ч. Блэка я даже смотреть стеснялся. Иногда я мог поймать себя на том, что ненароком стараюсь прикоснуться к нему, просто почувтвовать телую человеческую плоть. Во снах бхута раз за разом вонзала клинок в тощее тело в черном пальто прямого кроя. Я раз за разом слышал собственный крик, чувствовал руки которые держали меня, и что-то горячее текло по щекам, закрывая обзор. После таких кошмаров просыпался я в холодном поту, мои глаза бегали по комнате, но находили лишь обеспокоенный взгляд женщины и силуэт в черной вуали, который деликатно отворачивался, чтобы я не чувствовал себя еще более неловко. Было ужасно стыдно перед всеми ними, не хотелось даже лишний раз ложиться спать, чтобы вновь не доставить проблем сожителям.  В конторе ничего не менялось, кроме как того, что Валентайн брал на себя все больше забот и работы, а я в свою очередь лип к нему и всюду был рядом, такой уж я человек. Даже наши постоянные клиенты начали косо смореть на наш необычный дуэт. Сам Найджел! Да, вы не ослышались, Найджел! Многозначительно закатывал глаза и хихикал, когда я отказывался от его предложения посидеть выпить в пабе, говоря что уже занят Неужто он подумал обо мне и моем дражайшем друге такое! В мрачный январь на улицах Лондона, действительно, происходило больше смертей, чем обычно. Люди замерзали, и в контору доставляли окоченевшие трупы людей. Я и сам стал подмерзать, но это лично мои замашки. Уж такой я человек. В голову приходили дурные мысли, хоть я и отправлял средства и продукты Эмилии и крохе Анне, мне казалось что этого совсем недостаточно! Вдруг они замерзнут или... Нет, нельзя думать о таком!  Валентайн по одной моей манере произносить его имя понимал, о чем я его попрошу, и очередным зимним вечером, взяв кеб, мы приехали в уже хорошо мне знакомый квартал. Первым делом, передали Эмилии наисвежайший мясной хлеб. Пока та упорно отказывалась принимать его, Валентайн вручил девчушке деревянную бабочку ручной работы (между прочим его собственного производства!). Кто ж знал, что наш коварный мистер Смит так хорошо управляется с деревом... – Дориан! Не стоило! Разделите с нами скромное чаепитие в знак благодарности? – что-что, а вот чай Эмилия заваривала воосхитительный. Как рассказывала сама женщина, это их семейный рецепт. Я посмотрел на своего спутника в безмолвной просьбе, и тот лишь улыбнулся, что означало что он согласен. Хозяйка скромного, но весьма уютного жилища с энтузиазмом развливала ароматный чай по кружечкам, попутно рассказывая о совершенно нахальных клиентах пекарни. – Вы представляете! И даже после этого Мистер посмел вернуться и начал требовать снизить стримость! – Где это видано! Таким не место в культурном обществе! Почему, если он увидел женщину за прилавком, значит можно делать что вздумается?! – неожиданно для меня добавил Вэл. – Анна! Подожди когда остынет! Чай безумно горячий! – девочка хотела глотнуть чая, но заботливая Эмилия успела, пока та не обожглась. Время текло как по маслу, на ум приходили самые необычные темы для разговоров. Бархатный смех Валентайна, восклицания Эмилии и мои незамысловатые речи добавляли свой шарм в эти диалоги. Это всё ощущалось таким теплым, таким родным... Стрелка на циферблате перескочила цифру "10", и хозяйка поспешила уложить девочку спать, пока мы с моим компаньоном сидели за столом. Что-то в его взгляде показалось мне непривычным. Или это только показалось? На прощание я тепло обнял Эмилию, после чего в ночи мы покинули жилище. – Друг мой, пройдемся? – всё тем же мягким голосом спросил Вэл. На темные как смоль волосы хлопьями падали крупицы снега... Это выглядело поистине завораживающим, потому я, не давая себе времени на раздумия, согласился. Большую часть дороги, что очень несвойственно для моего дорогого сердцу спутнику, мы шли в тишине, слушая лишь хруст сугробов под ногами, после чего он, наконец, начал: – Дориан, в последнее время вы стали очень близки с Эмилией, как я погляжу... Неужели вас и правду заинтересовала эта девушка в которой так бьется жизнь? – на его губах играла слабая улыбка, но в голосе ощущалась непривычная горечь. Почему он так неожиданно заговорил на эту тему?  – О чем вы? Эмилия действительно дорога мне, но не в том смысле о котором вы подумали... Почему вы так поду- – Не лгите мне, - он бросил острую фразу. В голосе явно слышалась обида.  Мы остановились. Одинокий фонарь был единственным освещеннием пустынной лондонской улицы. В такое время все жители мрачного городка уже сидели по своим домам. – Я даже рад, что вы заинтересовались кем то живым, это прекрасно... – Валентайн всё не унимался. Горькая улыбка расползлась по губам, а глаза никак не могли пересечься, постоянно метались по зимней округе. Снегопад усилился,подул ледяной ветер, отчего оба мужчины вздрогнули.  Дориана осенила мысль,что мучала его весь этот вечер. Неужели Валентайн, всегда улыбчивый и ехидный, дамский угодник, Мистер Смит, ревновал его? Это было так необычно, но многое обьясняло. Но что думал сам Дориан? Что чувствовал он? Всё так сложно... Эмилия вправду была близка, но совершенно не в романтическом плане... Ему совершенно честно хотелось помочь их семье, чтобы они были счастливы. И он это делал! При любой возможности Дориан навещал их, приносил мясные продукты или просто сидел с маленькой Анной. Он никогда не видел эту сторону Вэла. Ту, которую тот старательно скрывал ото всех, считая собственной слабостью. Дориан ведь совсем ничего не знал о своем компаньоне. А в особенности об этой стороне его характера. Взгляд снова зацепился за фигуру черноволосого мужчины. Ему хотелось понять что он чувствует, помочь справиться со всеми переживаниями, утешить от горя и разделить радость. Стать тем, к кому бы тот мог прийти за помощью или поговорить о внутренном смятении. Узнать что скрывается за этой мягкой улыбой. Понять его. Сам не понимая, что движет им, Дориан резко схватил его ладони, сжав их в своих. Худые, словно паучьи, пальцы, оказались холодны как лед, что заставило его захотеть согреть их. Пусть пальцы Хейзела сами не были теплыми, но, словно не чувствовав холод, он наклонился к почти переплетенным пальцам и обдал их теплым дыханием. И еще. Раз за разом выдыхая согревающий оледенелые конечности воздух. Щеки, совсем недавно красневшие из-за мороза на улице, запылали по иной причине, совсем неизвестной ему, а сердце бешено заколотилось.  – Мой милый Дориан... вы... – голос Валентайна, что было несвойственно ему дрожал, а на лице все также оставалась горькая улыбка, на этот раз наполненная непониманием происходящего. Снегопад начал усиливаться, будто желая спрятать меня и моего спутника в ночной улице. Я ожидал что Вэл, как обычно глупо рассмеётся, но он лишь нервно сглотнул. Было ощущение, что он хочет что-то рассказать, но не решается И я... я тоже хотел этого. – Дориан, возможно вы посчитаете меня мерзким, хотя я и сам так считаю, но прошу, выслушайте, – повисла тишина. Я начал внимательно слушать, не перебивая его. – Возможно, вы решите покинуть меня, и если быть честным, я удивлён что это все ещё не произошло. Из-за случившегося совсем недавно я бесконечно виноват перед вами, а это лишь больше заставит вас захотеть отдалиться от моей компании... – Меня передёрнуло. Захотелось схватить его за плечи и выкрикнуть что-нибудь в лицо, в это бессовестное лицо. – Мне кажется это какой-то недуг, как иначе взрослый мужчина может оказаться таким как я!? Мой... дорогой Дориан, вы нравитесь мне, правда нравитесь. Вы — мой сердечный компаньон. В последнее время я начал чувствовать такое... Это так странно и необычно... Я никогда не ощущал такое ни к одному человеку, думаю это неправильно... – язык начинал заплетаться, а голос становился хриплым и неуверенным. – Вы начали мне нравиться не как компаньон... Мне так сложно это объяснить, но если вы счастливы с Эмилией, то моя скудная персона не помешает вам, – темноволосый мужчина закончил говорить, отчего щеки светловолосого вспыхнули. Он действительно ревновал! Переживал, что сердце занято моей дражайшей подругой, потому решил признаться. К голове прилила кровь, щеки обдавало жаром, а в ушах звенели слова Валентайна: "Вы нравитесь мне, правда нравитесь... Не как компаньон..." – Валентайн... Вы говорите про Эмилию,верно? Она моя подруга... Я до сих пор переживаю за нее и её дочь... Но это совсем не то... Не то... Мне до сих пор снятся кошмары, где вас... бхута... Иногда я даже не сплю... Я просто озабоченный поэт,который даже писать поэмы не умеет... Вы можете завоевать сердце любой дамы... Зачем вам я? – почему-то в горле возник ком. Быть честным я всегда завидовал. Все девушки были подвластны Валентайну. Лишь его приветственный поцелуй в ладонь заставлял дам заливаться краской, довольно улыбаясь... Возможно это был метод завлечения клиентов, такая тактика – ласково улыбнулся, прикоснулся губами к руке и всё, клиентка уже подписывает договор «всё включено» и выбирает колье на изящную шею. Но тот факт, что он прекрасен и любвеобилен даёт ему билет в счастливую жизнь с домом, невестой и милыми детками... Бр! Что-то неприятно кольнуло внутри от осознания сути. Только вот сейчас... Всё совсем иначе, не с ними... Именно со мной Валентайн стоит сейчас, сжавши ладони и признается в симпатии! Не с ними! Я вижу как он волнуется... Улыбка, ставшая горькой, начала подрагивать, а глаза, с зрачками глядящими в душу, не хотели никак пересечься с моими. Всё это время... Я завидовал тем девушкам? И с чего это... Нет, я не завидовал. Я ревновал. Вот что это. Такое режущее чувство внутри, будто что-то скребется на душе. Больше тянуть нельзя. Собравшись, и чуть усилив хватку, я уж было хотел начать говорить, но Валентайн был первее. – Дориан, я... Простите, – что? Он начал извиняться? Это срочно нужно остановить, я слишком долго молчал, этот человек ведь столько всего надумал! Божечки! – Ничего не говорите, прошу вас... Выслушайте меня, Валентайн... – переборов себя и желание продолжать держать его, я разорвал переплетенный пальцы и обхватил подбородок мужчины ладонями. Длинные черные волосы небрежно спадали на лицо, закрывая пострадавший от шаровой молнии глаз, который тот считал уродливым. Мои глаза наконец пересеклись с его. Я никогда не видел Валентайна таким уязвимым и неуверенным. Мне стало страшно что в уголках глаз мужчины, если я буду молчать хоть ещё немного, начнут скапливаться слёзы, так что продолжил. – Валентайн... Вы... Воистину... Необыкновенная личность... Вам подвластно любое сердце. Вы умеете очаровывать и захватывать, вы галантны, необычайно добры и сентиментальны по отношению к людям. Всегда улыбаетесь, готовы помочь и защитить тех, кто вам дорог... Но совсем ничего о себе не рассказываете... Откуда вы родом, что вам дорого... Не рассказываете о вашем прошлом и вашей семье, то что вас беспокоит или доставляет дискомфорт... – я на секунду замолчал переводя дух, – Я бы хотел узнать вас всего... Быть ближе к вам, быть тем, кому вы сможете доверить что-то сокровенное. — Боюсь, если вы, мой дорогой, узнаете меня, я вам не понравлюсь... — Мне все равно, Валентайн, слышите? Мне хочется любить вас... Быть тем, кого вы тоже можете любить... Не нравится мне Эмилия! Вы правда такой глупый, Валентайн... Такой глупый... – На лице расплылась улыбка, я замолчал. Между нами возникла тишина. — Главное не пожалейте о своём выборе, Дориан... Я ведь не переживу... — Если и есть то, о чем я пожалею, так это о том, что не сказал это раньше. Дальше все было как в тумане. В это время на улице было совсем пусто. Только двое мужчин, первый, что повыше, с темными волосами спадавшими на плечи, держал ладони на талии второго. Когда светловолосый в свою очередь обвил руками чужую шею.Их губы аккуратно, очень неуверенно соприкасались, а на щеках можно было заметить румянец.Неизвестно от чего он был,от холода или неловкости,но похоже ни того ни другого это не волновало. Снег все продолжал идти, покрывая две макушки тонким ледяным слоем.

***

Над нами светили удивительно яркие, для лондонской зимы, звёзды, мягкий снег обволакивал как пушистая перина и мне было легко и хорошо.