Сто причин не быть собой

Рин проснулся с неприятным ощущением. Голова была тяжёлой, как после бессонной ночи, тело казалось странно лёгким, а волосы... слишком длинными? Он открыл глаза и ощутил легкую головную боль. Солнце через окно заливало комнату, создавая приятное, но странное ощущение. Перед ним была его комната — ничего необычного. Разве что одеяло странно жало в груди, а футболка была подозрительно просторной в плечах, но узкой в талии. Он потянулся и сразу заметил, что что-то изменилось в его теле.  — Что за… Голос. Он был высокий. Слишком высокий. Рин вскочил с кровати и бросился к зеркалу. Из отражения на него смотрела девушка. Глядя в зеркало, он не узнал себя. Стройная, с тонкими чертами лица, большими испуганными глазами и растрёпанными волосами. Она выглядела так, будто её разбудили среди ночи и сразу столкнули в стрессовую ситуацию. В принципе, так оно и было. Рин замер. — Это... не может быть правдой. Он поднёс руку к лицу, сжав пальцы. Отражение сделало то же самое. — Чт… Он хотел задать себе ещё один вопрос, но тут дверь резко распахнулась, и на пороге появился его сосед по комнате — Мати. Сонный, с взлохмаченными волосами, он уставился на Рина с широко раскрытыми глазами. — ЧТО?! Рин замер, понимая, что выглядит как случайная девушка в одной футболке у него в комнате. Мати ошарашенно моргнул. — Эээ... Прости, — он резко развернулся к двери. — Я ничего не видел! — Дебил, это я! — пискляво крикнул Рин и тут же закрыл рот. Мати медленно повернулся, прищурившись. — Что? — Это. Я. — Рин раздражённо ткнул пальцем в грудь. — Рин! Мати посмотрел на него, нахмурившись. — Ага, конечно. Послушай, я, конечно, могу быть забывчивым, но уж точно не настолько, чтобы не помнить, кого я приводил домой. — Никого ты не приводил, болван! — рявкнул Рин, кулаки задрожали от злости. Мати прищурился. — Подожди... Ты... моя девушка? — Ох, да чтоб тебя... — О господи, — Мати хлопнул себя по лбу. — Я что, переспал с девушкой и забыл об этом?! Рин настолько сильно ударил его в лодыжку, что Мати согнулся пополам. — АААЙ! — взвыл он, держась за ногу. — Сказал же — это Я! Они замолчали. Мати, всё ещё скрючившись, внимательно посмотрел на своего друга. Затем на его грудь. Затем на его волосы. Затем на его злое, но до жути милое лицо. — Охренеть, — только и выдохнул он. — ДА, ОХРЕНЕТЬ, — Рин развёл руками. Мати провёл рукой по лицу. — Так... ты хочешь сказать... ты Рин. — Наконец-то дошло! — А почему ты девушка? — Я БЫ САМ ХОТЕЛ ЗНАТЬ! Они снова замолчали. Мати открыл рот, закрыл его, вздохнул, снова открыл, потом закрыл. Мати взглянул на его новое тело и подумал, что эта ситуация требует еще немного времени для осознания. Но он не мог оставить Рина в таком виде. В голове он вдруг решил, что ему нужно помочь другу. Мати посмотрел на свой шкаф и вытащил из него пару женских вещей, принадлежащих его сестре. — Ладно, это нечто, конечно, но ты не выйдешь на улицу в таком виде! — с решительностью сказал Мати. Он вытащил юбку, рубашку и пиджак. — Ты серьезно?! — взорвался Рин, глядя на одежду. — Я не собираюсь носить это! — Ну а как ты собираешься тогда в университет пойти, а? Оставаться дома в пижаме? Пожалуйста, не делай мне это страдающее лицо, давай просто быстро оденемся и уйдем, — настаивал Мати. В конце концов, Рин сдался и принял решение, что не будет спорить, и надел одежду, хоть и чувствовал себя очень странно. — Ты представляешь, как я выгляжу сейчас?! — сказал Рин, когда посмотрел на себя в зеркало, и не смог скрыть сарказма. — Я чувствую себя каким-то милым пушистым комочком, а не мужчиной! Мати только смеялся. Одеваясь в свою обычную одежду, он не мог остановиться от смеха, глядя на друга, который с каждым моментом становился всё более непривычным. Когда они вышли из квартиры, Мати слегка обеспокоенно косился на Рина.  – Ты такой красивый в виде девушки.. – Усмехнулся Мати. Их путь был непростым, но надо было куда-то идти. Они направились в университет, не обращая внимания на множество вопросов, которые сразу же накапливались. В кампусе друзья сразу привлекли внимание. — Привет Мати! Привет эээ..Эй, кто эта девушка? Она очень похожа на Рина, — сказал один из студентов, глядя на Рина. Мати, не растерявшись, сразу же ответил: — Это моя девушка — он быстро спешил скрыть, что Рин всё-таки стоял рядом. Но это не помогло. Не успел он и ответить как в следующий момент Рин пнул его в лодыжку. Мати аж вскрикнул от боли и тут же растерялся. — Ты что, сказал?! — с громким возмущением воскликнул Рин, и его голос прозвучал таким мелодичным и ярким, что Мати замер, не зная, что делать. Рин с натянутой улыбкой на лице сказал, не скрывая сарказма: — Я младшая сестра Рина. Рин заболел и попросил меня прийти вместо него, чтобы не пропустить лекции. Вот так-то. Мати, не ожидавший такого поворота событий, замер на месте, но он не мог никак подать виду, что все это вообще нелепо. Они вошли в аудиторию. Вдруг одна девушка, сидящая на передней парте, заметила Рина и решила спросить: — Извините, как вас зовут? Рин замер и задумался. Он не знал, как ответить, ведь имя нужно было придумать, чтобы не выдать себя. Мати, заметив растерянность Рина, подсказал: — Ринаэль. Рин кивнул, как будто это было его настоящее имя, и, стараясь не выдать себя, ответил: — Да, меня зовут Ринаэль. Вся аудитория внимательно следила за ними, и было заметно, что все в каком-то ожидании. Рин чувствовал себя как неведомая звезда. После пары, когда они шли обратно по коридору, та же девушка, что спросила его имя, подскочила к ним и, улыбаясь, воскликнула: — О, Ринаэль! Я так долго ждала, когда к нам придет такая красивая и милая девушка! Возьми мой номер, пожалуйста, и напиши мне, когда будешь свободна! Рин отвернулся, не зная, что ответить, и, пока она радостно прыгала по коридору, он сорвал бумажку с номером и порвал её на двое. Мати, наблюдая за этим, нахмурился: — Как жестоко, Рин. Рин холодно ответил: — Какой смысл ей писать, если Ринаэль не существует? Мати усмехнулся, но его мысль была немного другой: "Он и так как мужчина был милый, а когда девушка... просто младенец румяный." Когда они вернулись домой, Рин почувствовал, как его тело, несмотря на весь стресс дня, начало уставать. Он едва мог встать с кресла, не сказав что-то саркастичное. Мати, заметив это, улыбнулся. — Эй, ты не можешь так просто сдаваться! Мы всё равно ещё ничего не решили! — шутливо сказал он, садясь за стол. Рин выглядел настолько измотанным, что почти не слушал его. — Да что ты говоришь? Ты ещё можешь смеяться, а я... — он вздохнул, снова ощущая, как его тело не слушается, и беспокойно потер плечо. — Я просто не могу в это поверить. Я был мужчиной! Почему всё так? Мати пристально посмотрел на друга и задумчиво потер лоб. — Ты знаешь, что можно было бы из этой ситуации извлечь пользу? — сказал он, наконец, задумавшись. Рин поднял на него глаза, в которых читалась усталость и недоумение. — Какую пользу? Ты что, с ума сошел? — с явным раздражением ответил он, снова поправив юбку, которая слегка задиралась. Мати с загадочной улыбкой положил вилку на тарелку и начал, будто разговаривал сам с собой: — Ну, если ты вдруг и остался женщиной на какое-то время, возможно, ты мог бы научиться быть женщиной... Ну, и я мог бы помочь тебе с этим. Я, конечно, не могу быть твоей наставницей, но вот... свидания, отношения, вся эта романтика — это тебе пригодится, да? Рин, который собирался ответить с сарказмом, в этот момент замер и покраснел. — Ты что? — сказал он, почти что не веря своим ушам. — Ты что, хочешь, чтобы я помогал тебе с отношениями?! Я, женщина, а ты... Ты же парень! Ты, я не знаю... вообще мог бы с девушкой встретиться! Мати довольно ухмыльнулся, подкидывая ногой пустую бутылку в угол. — Ну, например, с той девушкой, которая на тебя в университете запала. Согласись, она явно хотела провести время с тобой. И вообще, никто не запрещает мне учить тебя в отношениях. Ты ведь меня всегда слушаешь, когда я тебе что-то говорю, правда? — сказал он, смеясь. Рин нахмурился, не зная, как реагировать. — Ты что, реально хочешь, чтобы я стал твоей "женщиной" для практики? В этом есть хоть малейший смысл? Мати ответил с улыбкой, зная, что его шутка озадачит Рина: — Ну, как видишь, ты же теперь женщина! И я тоже не против дать тебе привыкнуть к этой роли. Я тебе помогу с ролью девушки, а ты поможешь мне с презентацией... Может быть, ты хотя бы узнаешь, как это всё устроено. Рин зевнул, потер глаза и, чувствуя себя всё более уязвимо в своём теле, слабо ответил: — Ты ведь тоже меня замучил, правда? Сколько можно спорить, Мати? Мати смотрел на него с любопытством, а потом внезапно сказал: — Так что, договорились? Рин, почувствовав, как его терпение начинает иссякать, сдавленно произнес: — Ты ещё будешь мне говорить, что мне надо научиться быть "женщиной" на свиданиях? Мати, с неподдельным энтузиазмом, небрежно откинулся назад в кресло. — Ну, а что? Всё равно ведь нужно учиться и мне, и тебе. А этот обмен, я думаю, пойдет на пользу обоим. Ты ведь и так не знаешь, как все это работает. Ты меня ведь всё равно хочешь, чтобы я помогал тебе со всеми этими "женскими" штучками. Рин скрестил руки на груди и вздохнул, чувствую, как горячая волна раздражения накрывает его. Он, конечно, не мог отказаться от помощи Мати, но всё равно не знал, что думать. — Ты чокнутый, Мати. И почему я всё время попадаю в эти странные ситуации с тобой? — сказал он, надув щёки, будто ему было не хватало эмоций. Мати подмигнул ему. — Ты же сам выбрал меня другом, помнишь? Рин усмехнулся, но в душе чувствовал, что действительно попал в странную ситуацию. — Ладно, ладно, — сказал он, вставая с места и убирая со стола пустые тарелки. — Договорились, но ты тоже не забывай, что если я буду вести себя как мужчина, я буду пользоваться всеми привилегиями. Так что тебе ещё предстоит научиться многое. Мати закашлялся, пытаясь сдержать смех. — Эээ... Конечно, Ринаэль! Ты же теперь настоящая женщина, да? На свиданиях точно должна блеснуть. Рин, покраснев, что-то тихо пробормотал в ответ, и Мати с усмешкой смотрел на своего друга, думая, что его жизнь ещё не так скучна, как раньше. В этот момент в их квартире наконец воцарилась тишина, за исключением их разговоров, которые становились всё более странными и забавными, пока они готовились к новым приключениям, которые, казалось, только начинались.