Bonded / Связанные узами

– Леди Малфой! «У Астории Гринграсс действительно жутко противный голос», – подумала Гермиона, наблюдая, как ведьма бросается в объятия Нарциссы, именуя её свекровь титулом, принадлежащим Гермионе, даже не глядя в её сторону. Дафна, мельком взглянув в сторону Гермионы, последовала примеру сестры и обвилась вокруг Нарциссы. Все трое представителей семейства Малфоев спустились в холл, чтобы поприветствовать своих гостей перед ужином. Гермиона была рада опозданию визитëров, ведь если бы они явились раньше, то застали бы их пару не готовыми принимать кого бы то ни было. Они с Драко по-настоящему вымотались вчера, думала она, внутренне улыбаясь. Когда она проснулась, ближе к полудню, он осыпал поцелуями её плечо, и на этот раз, казалось, не был шокирован собственным поступком, даже когда осознал, что делает, а затем спокойно ушёл в свою комнату. Две ведьмочки, усмехаясь, прошли мимо неё и направились прямо к Драко, обнимая и целуя невозмутимое лицо её мужа, преувеличенно демонстрируя свою привязанность. – Миссис Малфой. Леди Малфой. – Миссис Малфой. Леди Малфой. К удивлению Гермионы, и Тео Нотт, и Блейз Забини обращались к ним в соответствии с их титулами и приветствовали её дружелюбными улыбками. Астория и Дафна уже подхватили Драко под руки и тянули его в столовую. Он оглянулся на Гермиону, но Тео Нотт уже предлагал руку ей, а Забини – Нарциссе. Когда они подошли к столу, Гермиона заметила, что Астория и Дафна ошеломлëнно смотрят на расположение мест для рассадки. Неужели они ожидали, что Гермиона не займёт полагающееся ей по праву место за столом в своём собственном доме? Слева от неё сидел Нот, справа – Забини. Драко, во главе стола с противоположной стороны, был окружëн сестрами Гринграсс. Нарцисса заняла место в центре стола, между Дафной и Тео. Не успели они сесть, как Астория сказала очень громким голосом: – Нарцисса, дорогая, я так по тебе скучала! Кажется, прошло так много времени с тех пор, как мы в последний раз были здесь на Пасху! А до этого у нас была чудесная встреча на Рождество! Нарцисса улыбнулась девушке, но не стала вдаваться в подробности, и тогда Гермиона поняла, откуда взяла начало враждебность её свекрови. Конечно, Нарцисса Малфой никогда не была особенно добра к ней, но когда они встретились той сентябрьской ночью, она не была ни жестокой, ни осуждающей. Но это было до того, как Астория и Дафна Гринграсс в течение следующих нескольких месяцев оскорбляли её, наговаривая Бог знает что её свекрови. Однако прежде чем она успела как следует обдумать это, Блейз Забини привлёк её внимание, спросив, что она думает о законе, который будет принят в связи с обязательным посещением Хогвартса. И она провела самый приятный ужин за всë время, прошедшее в этой комнате, болтая с Ноттом и Забини. Однако по другую сторону стола, казалось, дела шли не так хорошо. Астория и Дафна болтали без умолку, каждый раз втягивая Нарциссу в разговор, но привлечь внимание Драко им никак не удавалось. Её муж выглядел раздражëнным и всё время бросал взгляды на её конец стола. Покончив с едой, они направились в Голубую гостиную – более просторную, чем Зелёная, также предназначенную для приёмов, с игровыми и карточными столами. Драко, Нотт и Забини сели за карточный стол и начали играть в какую-то игру, которой она не знала, между делом выпивая и куря сигары. Гермиона, Нарцисса и девушки Гринграсс расположились на одном из диванов. Сёстры сразу же начали вполголоса болтать с её свекровью, в то время как Гермиона потягивала вино и игнорировала их так же, как они игнорировали её, мысленно составляя список своих дел на следующий день. Когда Нарцисса попросила извинить еë за то, что оставит их, Гермиона заметила, что Дафна и Астория взглянули на неё с тревогой. Было ясно, что ведьмы не хотели её присутствия здесь, и именно поэтому она осталась. С уходом Нарциссы она позвала Венди, попросила у той принести книгу из библиотеки и, устроившись поудобнее, принялась за чтение, под пристальными взглядами и злобными перешёптываниями сестёр Гринграсс.

***

Драко – Я вижу, твоя жена остаётся всë той же ведьмой, какой она всегда была, Малфой, – сказал Тео, как только Гермиона покинула их, распростившись с ними на оставшийся вечер. Астория и Дафна какое-то время ещё пытались привлечь их внимание, но Драко хотел провести время за игрой и общением со своими друзьями, и совсем не был настроен выслушивать их скучные сплетни. Он хотел знать, что, чёрт возьми, означало это маленькое представление за ужином. Когда сёстры, наконец, сдались, Гермиона последовала за ними, попрощавшись. «Дождëтся ли она его или уснëт к его приходу?» – думал он, вертя в руках две фишки. – Драко? – позвал Тео. – Что, Нотт? – Грейнджер. Леди Малфой. Кажется, она прекрасно справляется с этой ролью. Драко усмехнулся и начал вымещать своё раздражение: – Кстати, о чём вы двое так много говорили с ней за ужином? Он был одержим. Как она смеет смеяться и болтать с Тео и Блейзом, как будто они близко знакомы? Она не разговаривала с ним, она не смеялась вместе с ним, а ведь он был её грëбаным мужем! Не то чтобы он хотел всего этого, быстро добавил он про себя. Вовсе нет! Но она проявила такую фамильярность по отношению к ним… Драко охватило внезапное подозрение: а не было ли у неё когда-нибудь отношений с кем-нибудь из них? С обоими? Один Мерлин знал, как сильно каждый хотел еë! – Кто из вас уже трахал её? – сердито прорычал он, переводя взгляд с одного на другого. Они оба уставились на него, шокированные. – Драко, мы только что приехали! Даже не… – В Хогвартсе, Тео! Это был ты? Или вы оба? – Он переводил взгляд с одного на другого. – Я хочу знать правду, и немедленно! – Приятель, ты сошел с ума! Я… – Отвечай мне сейчас же, Тео, иначе я… Над ними громко прозвучал голос Блейза: – Никто из присутствующих здесь никогда не прикасался к твоей жене, Малфой. Ни до, ни после вашей свадьбы. Облегчение, которое он почувствовал, услышав этот ответ, заставило его снова взять карты, а двое его друзей неохотно последовали его примеру, глядя на него так, словно он был безумным Ксено Лавгудом. Он не был сумасшедшим! Его подозрения были обоснованы! И он всё ещё не знал ответа: – Ну так о чём же вы оба говорили с ней за ужином? – О первом пакете законов, который будет вынесен на голосование в суде. Как и ты, Тео займёт кресло своего отца, поэтому мы спросили её мнение по нескольким вопросам. – С какой стати вы это сделали? – Он был искренне шокирован ответом. Оба недоверчиво посмотрели на него. – Ты ведь помнишь, кто твоя жена, верно? Что она героиня войны – тире – легендарная зубрилка? Если у кого-то и есть сформированное, обоснованное мнение, которое он готов отстаивать по любому законодательному вопросу в этой стране в наше время перемен, так это у Гермионы Грейнджер. Малфой, – поправился Забини. Драко не подумал об этом. На самом деле, он не хотел думать об этом. Ну и что с того, что у неё есть своё мнение, и она, похоже, прекрасно разбирается в теме, которая отнимала у него почти всë рабочее время в течение последних нескольких недель? Несомненно, их мнения в любом случае будут противоположными. – Вы ещё не говорили об этом? Законодательное собрание вот-вот начнëт работу, и я подумал… – Я не обсуждаю с ней это, Тео. И точка. Они обменялись взглядами, но ничего не сказали. Драко начал злиться. – Что? – Почему тебе так не понравилось, что мы разговаривали с ней, Драко? Я уж не говорю про эту твою небольшую вспышку сейчас. Но ты почти не разговаривал с девочками, уделяя всë внимание нашему концу стола, – спросил Блейз. – Потому что я не ожидал, что вы двое будете обсуждать с ней что-то! Я не обсуждаю! Моя мать не обсуждает! Я просто был шокирован, вот и всё. Драко опрокинул в себя остатки огневиски и налил ещё, наполнив свой бокал до краёв. Какого чёрта, по их мнению, они делали, общаясь с ней. Она была его женой! Его собственностью. Только он мог прикасаться к ней. Когда Блейз подал ей руку, чтобы после ужина пойти в Голубую гостиную, хотя Драко сам мог бы сделать это, ему хотелось зарычать на своего друга. И он вдруг вспомнил ещё кое-что: – Ты дрочил на неë! – ни с того ни с сего выпалил он. И снова двое друзей посмотрели на него как на сумасшедшего. – Колдография! Вы использовали её колдографию! – обвинил он их обоих. Тео смущëнно опустил глаза, но Блейз рассмеялся. – Малфой, этой колдографией пользовался весь Хогвартс. Мерлин, это было сто лет назад, я уже забыл об этом! Мы были кучкой озабоченных подростков. И теперь, когда ты упомянул об этом, я вспомнил, что ты сходил с ума из-за этой колдографии. Ты хранил её несколько дней и ни за что не хотел возвращать! – Точно! Он держал еë несколько недель. – Вот почему мы перестали давать ему еë, помнишь? – Что вы имеете в виду, когда говорите, что перестали давать её мне? А как насчёт истории о том, что кто-то еë потерял? – Мы это выдумали, приятель. Ребята из Рэйвенкло были в бешенстве, потому что из-за тебя она слишком долго оставалась у нас. Ты не хотел отдавать её просто так, поэтому нам пришлось обшарить твой стол и забрать еë! Настала очередь Драко смутиться. – Да, но что с ней случилось? Я не хочу, чтобы колдография моей жены ходила по кругу! Блейз снова рассмеялся. – Драко, это была невинная фотка! Мы тогда были кучкой невежественных подростков. Она была там в декольте, и её грудь слегка подпрыгивала, вот и всё. – Это… знаешь ли, это не имеет значения, – разочарованно сказал он, проводя рукой по волосам. – Твоё предложение остается в силе? Мы отправляемся завтра в Италию? Они же пришли именно поэтому, напомнил себе Драко. Предполагалось, что он поможет Блейзу продать его большую виллу в Италии, чтобы вложить деньги в бизнес в Англии, а на завтра была назначена встреча с потенциальными покупателями. Они втроём воспользуются портключом и вернутся только на следующий день. – Конечно. Ты нашëл что-нибудь о покупателях? – Да, я поручил своему адвокату провести проверку этой семьи, и с ними, похоже, всё в порядке. Родители и наследница, чистокровные, итальянцы и австрийцы. Хотели оформить вид на жительство в Италии. Этого хватит? Блейз кивнул. – Отлично. Если всё пройдёт гладко, мы подготовим проект контракта завтра и уже на следующий день подпишем его. – Не терпится вернуться домой, Драко? Мы заметили, что ты ни разу не ночевал в Лондоне с тех пор, как женился. – Отвали, Нотт! – Щёки Драко вспыхнули, и он опрокинул в себя ещё один бокал огневиски.

***

Гермиона Гермиона проснулась на рассвете от того, что Драко, пьяный, вошёл в её комнату. Он был в той же одежде, что и днëм, и свалился к ней на кровать, распространяя вокруг запах алкоголя и табака. Он, однако, не стал делать ничего, чтобы заняться сексом, просто обнял её и уткнулся лицом ей в шею. Поэтому она продолжала лежать с закрытыми глазами, ожидая, когда вернётся сон. – Гермиона, – пробормотал он, тыкаясь носом в её шею. – Моя. Только моя, – повторил он и крепко сжал её в объятиях. Она открыла глаза, сердце её колотилось, как сумасшедшее, но он уже спал, громко похрапывая возле её уха.