Когда тьма встречает пламя

Элейра Тонкс была расчетливой, амбициозной, молчаливой и хитрой. Такой, какой должна быть слизеринка. Она не болтала попусту, не искала ненужных знакомств и не раздавала доверие направо и налево. В этом замке оно ничего не стоило. Но несмотря на свою природу, она презирала многих из тех, кто носил зелёный галстук. В них было слишком много высокомерия, напыщенности и слепой веры в идеи, которые она ненавидела. Любовь к чистоте крови. Почитание Тёмного Лорда. Культ силы, который привёл к гибели её родителей. Она не знала, как именно это произошло — Андромеда не рассказывала, а сама Элейра давно перестала спрашивать. Единственное, что было наверняка: её родители последовали за Волан-де-Мортом, а потом в какой-то момент и по какой какой то причине осмелились пойти против него. И он убил их. Её саму отдали на воспитание Андромеде Тонкс, младшей из чёрных овец семьи Блэк. Там, в доме, полном света, книг и солнечной Нимфадоры, она обрела новую семью, будучи трехлетним ребенком. Но даже среди этих людей, среди тех, кто любил её, она оставалась другой. Её магия… Она никогда не была похожа на обычную. Чужие эмоции отзывались внутри неё слишком сильно. Магические следы, оставленные людьми, порой вспыхивали перед её глазами, как светлячки в темноте. А тени… Иногда они двигались, когда она этого хотела — сами по себе. И Андромеде она об этом не говорила. Это было неправильно. Это было страшно. Тео знал. Единственный, кто знал. Теодор Нотт был её единственным другом в Хогвартсе. Не громкий, умный, не склонный к излишним суждениям. Остальные слизеринцы за спиной называли его странным, но он только ухмылялся. Тео вообще редко позволял чему-то задеть его. — Ты ведёшь себя так, будто хочешь, чтобы кто-то догадался, — однажды сказал он ей, когда она вздрогнула от чужой эмоции, прорвавшейся сквозь неё слишком резко. — Если бы я хотела, я бы давно уже всем рассказала, — огрызнулась она тогда. Она умела держать себя в руках. В конце концов, за столько лет неожиданных всплесков она научилась не привлекать внимание. Но в этот день, пятнадцатого октября, внимание нашло её само. Утро её дня рождения началось как обычно. Слизеринский подземный зал был тих, воздух – прохладен. Тео вручил ей подарок и они вместе отправились на завтрак в большой зал, а почтовые совы уже разносили письма. Элейра рассеянно провела пальцами по кружке с кофе и лениво перевела взгляд на тарелку с тостами. Тео сидел напротив, не торопясь жевал и просматривал какой-то справочник. Обычное утро. Но стоило ей вернуться в спальню, чтобы взять кое какие учебники, как мир изменился. Прямо перед дверью лежала коробка. Небольшая, но явно старая. Перевязанная выцветшей тёмной лентой, с её именем, выведенным ровным почерком на крышке. Ее настоящим именем. Элейра Вейлас. Элейра замерла. На секунду ей показалось, что воздух в комнате сгустился, а тени вокруг шевельнулись, будто что-то внутри неё отозвалось на находку. Она нагнулась, осторожно коснулась коробки. Глаза озарила резкая вспышка. Это снова случилось. Когда нибудь она научится это контролировать. На коробке были магические следы от заклинания. Магия. Сильная. Старая. Что бы это ни было, чуйка подсказывала — оно предназначалось только ей. Элейра провела пальцами по крышке, чувствуя, как под кожей покалывает. Это ощущение было знакомым – таким же, как тогда, когда она прикасалась к чему-то по-настоящему древнему и пропитанному магией. Тео был прав. Она слишком легко чувствовала подобные вещи, когда не ожидала этого. Она глубоко вдохнула, прежде чем снять ленту и осторожно приподнять крышку. Внутри лежали три предмета: старая книга в кожаном переплёте, серебряное кольцо с выгравированным на нём таким знакомым гербом и дневник. Её сердце пропустило удар. Как только она взяла в руки книгу, на ней выгравировалось название: «Справочник по управлению родословной магией Вейлас». Вейлас. Ее семья. А она ее последний представитель, о котором никто не знает. Значит, эти странные вспышки магии, что у нее проявлялись, были у всех членов ее семьи? Она осторожно взяла дневник, и её пальцы дрогнули, когда она увидела имя, выведенное на его первой странице. Эдрик Вейлас. Её отец. Элейра замерла. Впервые в жизни она держала в руках что-то, что принадлежало ему. Она судорожно перевела дыхание и открыла первую страницу. «Я не знаю, сколько у нас времени. Он сошёл с ума. Мы должны остановить это и спрятать Элейру. Она особенная, он не должен знать о ней, не должен воспользоваться ей. Он решил убить мальчишку Поттеров из-за пророчества…» На этом месте бумага была разорвана. Грудь сдавило, как будто кто-то сжал её сердце ледяной рукой. «Поттер? Они пытались защитить Поттера?» — подумала девушка. Она быстро перевернула страницу. Чернила здесь были размазаны, а часть листа вообще оторвана, но Элейра смогла различить несколько слов. «…предательство… Они подумают… Сириус… это Петтигрю…» Элейра нахмурилась. Сириус? Её знание истории, связанной с Поттерами, было обрывочным. Она знала, что родители Гарри Поттера погибли от руки Тёмного Лорда. Знала, что был предатель. Знала, что Сириус Блэк, сейчас сидит в Азкабане. Но значит ли это?… Нет, минутку… Кто такой Петтигрю? Она резко захлопнула дневник. Её руки дрожали. Она не понимала всего, что было написано, но знала одно – это могло изменить всё. С делом Сириуса Блэка было что-то не так. И она собиралась узнать, что именно. И для этого ей нужно было докопаться до правды. А правда хранилась в архивах школы. Элейра глубоко вдохнула, спрятала фамильное кольцо своей семьи в зачарованной шкатулке, — никто не должен знать, кто она на самом деле, а затем встала и решительно направилась в общий зал. Она знала, с кем поговорить.Тео знал много. Тео всегда знал, куда копать. Мысли роились в голове, но расставить их по порядку мешал шум, заполнявший Большой зал. — Этот грязный зверь набросился на меня! — возмущался Малфой, сидя за столом слизеринцев и драматично потрясая рукой, закутанной в повязку. — Хагриду вообще нельзя доверять ухаживать за чем-то живым, разве не ясно? Элейра сжала зубы. Малфой ноет со вчерашнего дня. — Бедный гиппогриф, — буркнула она себе под нос, проходя мимо. Находиться в одной компании с этими людьми было невыносимо. Драко продолжал громко жаловаться, в то время как за столом Гриффиндора Поттер, Грейнджер и Уизли дружно закатили глаза. Элейра их прекрасно понимала. Она даже не представляла, как выдержала бы, если бы была с ним на одном курсе. Но сейчас ей было не до Драко и его жалоб. Она подошла к Тео, который, как всегда, сидел в стороне от остальных, вчитываясь в какую-то книгу. — Нам нужно поговорить, — сказала она тихо. Тео даже не поднял глаз. — Звучит угрожающе, — лениво заметил он, переворачивая страницу. — Это серьёзно, — настояла Элейра. Тео скользнул по ней взглядом, оценивая выражение её лица, а затем молча закрыл книгу. — Тогда идём, — коротко бросил он и поднялся с места. Элейра глубоко вдохнула. Если кто-то и мог ей помочь разобраться в этом хаосе, то это был Тео Нотт. Они вышли из Большого зала и направились в одну из пустующих ниш коридора. Здесь их никто не услышит. — Ну? — Тео скрестил руки на груди, облокотившись о стену. — Что-то случилось? Элейра колебалась. Рассказать ему про дневник? Про запись её отца? Про то что нашла способ научиться управлять магией? Обо всем сразу? Она никогда не сомневалась в Тео. Он был единственным, кому она могла доверять, но внутри что-то подсказывало ей: будь осторожнее. Она решила не упоминать об этом. Пока что. — Мне нужно попасть в архивы школы, — сказала она. Тео поднял бровь. — Архивы? — Досье старых учеников. Те, что хранятся у Макгонагалл. — Ты уверена, что не хочешь сказать мне сразу всю правду? — Он чуть склонил голову, прищурившись. Элейра сжала губы. — Пока нет. Сначала мне нужно кое в чем убедиться. Тео вздохнул. Он не давил на нее. Никогда. — Ладно, допустим. Но ты в курсе, что эти бумаги находятся в закрытом доступе? И получить их могут только преподаватели? — Поэтому мне и нужна помощь, — спокойно сказала она. Тео посмотрел на неё с явным любопытством. — Ты хочешь, чтобы я помог тебе пробраться в кабинет Макгонагалл? — Нет, — она покачала головой. — Я хочу, чтобы ты сказал, кто в этой школе может туда пробраться. Тео хмыкнул. — Ладно, это проще. И таких людей двое. Он сделал паузу, давая ей время догадаться. — И мне это не понравится, да? — Элейра скрестила руки на груди. Тео ухмыльнулся. — Совершенно верно. Он выдержал драматическую паузу и с нескрываемым удовольствием произнёс: — Близнецы Уизли. Только не это. Элейра поморщилась. Близнецы Уизли. Они учились на одном курсе, и судьба была достаточно жестока, чтобы у них было много совместных уроков. Они были всем, что её раздражало. Шумные. Беспечные. Вечно улыбающиеся и совершенно безрассудные. Они вытворяли что-то на каждом занятии, постоянно в центре внимания, будто бы у них в жизни не было ни одной серьёзной проблемы. И самое раздражающее — им всё сходило с рук. Их до сих пор не исключили. — Только не они, — пробормотала Элейра, глядя на Тео так, будто он только что посоветовал ей прыгнуть с Астрономической башни. Тео ухмыльнулся. — Ну, можешь попробовать попасть в кабинет Макгонагалл сама. Но, если честно, ты слишком расчётлива, чтобы лезть напролом. Элейра закатила глаза. — А у меня есть другие варианты? — Неа, — беспечно ответил он. Она глубоко вдохнула. Она ненавидела признавать, что Тео прав. Но он был прав. Близнецы Уизли действительно могли ей помочь. Вопрос был в другом: какой ценой? Она не знала их близко, но знала наверняка, что таким людям нужно что то в замен на помощь, и речь не о деньгах. Превратить Филча в жабу? Покрасить Малфоя в рыжий? — Отлично, — буркнула Элейра. — Просто прекрасно. Тео ухмыльнулся и хлопнул её по плечу. — Ты справишься. Она смерила его недовольным взглядом, но промолчала. В Большом зале уже раздавался звонкий голос Флитвика, объявляющего о начале занятий, и ученики потянулись к аудиториям. — У нас же сейчас Защита? — спросил Тео, поправляя мантию. — Да, совместно с гриффиндорцами, — кивнула Элейра. — Отлично, — протянул он. — Очередная возможность наблюдать, как они строят из себя великих героев. Она лишь усмехнулась. Они свернули в коридор третьего этажа и вошли в класс. Люпин уже стоял у доски, выглядя, как обычно, расслабленным, но собранным. Элейра уважала его — он был, пожалуй, первым преподавателем ЗОТИ , который действительно понимал, что делает. Как всегда, гриффиндорцы заняли одну половину класса, слизеринцы — другую. Она села рядом с Тео, краем глаза замечая, как за пару столов от неё устраиваются близнецы Уизли. Фред и Джордж уже о чём-то шептались, едва скрывая смех. Элейра закатила глаза. «Почему из всех людей в этой школе помогать мне должны именно они?» Благодаря своей наблюдательности, она научилась различать близнецов еще на втором курсе, когда они просили Элейру посодействовать им и помочь пробраться в гостиную Слизерина. Она отказала. В итоге они все равно каким то образом попали в гостиную Слизерина, а она, за отказ в помощи, попала под раздачу — в ее туфлях была тонна зубной пасты. Элейра до сих пор не знала, как именно близнецы тогда сумели проникнуть в подземелья, но после того случая старалась держаться от них подальше. Фред и Джордж Уизли были хаосом, заключённым в две рыжие головы. И теперь ей придётся просить их о помощи. Она подавила вздох и попыталась сосредоточиться на уроке. — Сегодня мы будем разбирать обнаружение скрытых чар и наложенных проклятий, — объявил Люпин, проходя вдоль рядов. Обнаружение магии? Элейра чувствовала магические следы — это проявлялось спонтанно, неконтролируемо, но если это можно изучить… В целом ее способности были странными и ни на что не похожими. Когда ей было 8, Элейра в первые обнаружила, что может перемещать предметы сквозь пространство с помощью теней. В один момент тарелку с тортом поглотили тени и спустя секунду она уже была в руках девочки. Затем, в 11, она поняла, что и сама может прятаться в тенях. Возможно, перемещаться тоже, но она не могла вызвать это нарочно, как бы не старалась. Это происходило спонтанно. И последнее, самое мучительное — чувства. В любой момент на слизеринку могла обрушиться волна чужих эмоций. Она не умела читать мысли, но считывала чувства. Радость, грусть, злость. Она могла понять, когда человек лжет, а когда говорит правду. Когда волнуется, когда испытывает ледяное спокойствие. И опять же, не могла это контролировать. — Самый очевидный способ — заклинание «Ревеляре», — продолжил Люпин, — но оно работает не всегда. Сильные чары способны скрыться даже от него. Тогда нам помогают другие методы. В этот момент Фред Уизли, лениво откинувшись на стуле, спросил: — Например, пнуть предмет и посмотреть, не взорвётся ли? Гриффиндорцы засмеялись. Элейра закатила глаза. Люпин усмехнулся. — Отнюдь, мистер Уизли. Такой метод я бы не советовал. Элейра снова вспомнила книгу, найденную в коробке. «Там я найду что-то получше, чем «Ревеляре»». Но сперва… Сперва ей нужно было влезть в архивы Макгонагалл. И, как назло, помощь могла прийти только от этих двоих рыжих идиотов. После урока Элейра быстро собрала вещи и направилась к выходу, но Тео легко перехватил её за локоть. — Ты же понимаешь, что тебе придётся с ними поговорить? Или тебе уже не нужно в кабинет МакГонагалл? — вполголоса напомнил он, бросая короткий взгляд на близнецов, которые всё ещё болтали с Ли Джорданом. — Лучше бы мне пришлось разговаривать с василиском, — пробормотала Элейра. Тео усмехнулся. — Ну, он бы хотя бы не пытался подшутить над тобой. Элейра раздражённо вздохнула. — Они ненадёжные, Тео. Близнецы Уизли — это хаос. Как мне доверять хаосу? — Но ведь тебе нужен именно хаос, — напомнил он. — Спокойно пройти в кабинет Макгонагалл ты не сможешь, а они как раз в этом мастера. Элейра прекрасно это понимала. Она бросила последний взгляд на Фреда Уизли. Он выглядил как лидер в из дуэте. Наверняка не все могли бы это заметить, но Элейра Тонкс замечает все. А он, как раз, заметил её и усмехнулся. Элейра быстро отвернулась. Как же он её раздражал. Но выбора у неё не было. *** Тонкс с детства слышала о семье Уизли. Андромеда, Тед и Дора всегда называли их «близкими друзьями», уважали их взгляды и восхищались стойкостью Артура и Молли. Но сама Элейра держалась от них подальше. Во-первых, они были слишком шумными. Во-вторых, слишком беспечными. А в-третьих… Она просто не любила людей, которые были слишком открытыми. Те, кто сразу позволял другим приблизиться к себе, всегда вызывали у неё подозрение. А теперь ей приходилось идти к ним за помощью. — Великолепно, — пробормотала она себе под нос, оглядываясь по сторонам. Во дворе, уже почти пустом в преддверии отбоя, слышался смех. Близнецы Уизли. Элейра глубоко вдохнула и направилась прямо к ним. — Уизли, — ровно сказала Элейра, когда подошла ближе. Близнецы обернулись синхронно, как по команде, и посмотрели на неё с одинаковым выражением нескрываемого удивления. — Смотрите-ка, — протянул Фред, скрестив руки на груди. — Лично к нам пожаловала сама слизеринская недотрога. — Чем обязаны такому вниманию? — добавил Джордж, лукаво прищурившись. Элейра скользнула по ним взглядом, пытаясь счесть из эмоции, но нет, ничего не получалось. Она сжала челюсть, напоминая себе, зачем она здесь. — Мне нужна ваша помощь, — наконец произнесла она. Близнецы обменялись быстрыми взглядами. — Не ожидал, что услышу это от тебя, Тонкс, — усмехнулся Фред, делая шаг ближе. — И что же мы получим взамен? — добавил Джордж. — Выслушаете сначала. — Должно быть что-то грандиозное, раз ты решилась к нам обратиться, — Фред склонил голову, его глаза блеснули с неподдельным интересом. — Я хочу, чтобы вы помогли мне пробраться в кабинет Макгонагалл, — сказала Элейра, сжав пальцы в кулак. На секунду повисла тишина. А затем… — Ну, — протянул Джордж, задумчиво оглядывая её. — Кажется, наш вечер становится интереснее. — Рассказывай подробности, Лейра, — ухмыльнулся Фред. — Не называй меня Лейрой, Уизли. Фред лишь усмехнулся, словно специально запоминая, что теперь будет делать это ещё чаще. — Как скажешь, Лейра. Она закатила глаза, но не стала тратить время на бесполезные препирательства. — Мне нужно попасть в кабинет Макгонагалл, — повторила она. — Досье старых учеников хранится именно там, и… — Постой, постой, — перебил её Джордж, вскинув руки. — Ты хочешь влезть в кабинет нашей уважаемой завуча, чтобы посмотреть досье? Фред присвистнул. — Я думал, ты слишком правильная для этого. — Если вам неинтересно, — холодно заметила Элейра, — я найду другой способ. — Эй, мы не отказываемся, — Фред поднял руки в примирительном жесте. — Просто не каждый день к нам приходит слизеринка с просьбой о взломе. — Особенно та, которая нас терпеть не может, — добавил Джордж, ухмыляясь. Элейра сжала губы, мысленно напоминая себе, что ей нужна их помощь. — Вы можете это сделать или нет? — Конечно, можем, — Фред склонил голову, его глаза блеснули озорством. — Вопрос в том, что ты можешь предложить взамен. «Как я и думала. Рыжие черти.» Элейра скрестила руки на груди: — Что вы хотите? Снова проникнуть в гостиную Слизерина? Фред и Джордж цокнули, с оскорбленными лицами: — Неа, Лейра, мы уже выросли, сами умеем, — Фред подмигнул ей. — Ага… нам нужно кое что интереснее, — добавил Джордж. — К примеру… — снова сказал Фред. — Твой секрет. Зачем тебе, девушке, которая не любит неприятности, лезть в архивы? Элейра застыла. Нет. Только это. Она не может сказать правду. Что угодно, только не это. Почему именно в этот момент они не придумали ничего по креативнее? — Зачем вам это знать? Это скучно, — попыталась отговорить их Элейра, стараясь не выдавать волнения в голосе. Близнецы растянулись в улыбке, как чеширские коты, когда поняли, что дернули за нужную ниточку. — Так-так, — протянул Фред, скрестив руки на груди. — Ты хочешь взломать кабинет Макгонагалл, но не хочешь рассказывать зачем? — Раз говоришь, что скучно, значит, весело. Она мысленно прокляла их обоих. Её сердце уже колотилось быстрее, но Элейра заставила себя говорить ровно. Хотят знать? Ладно. Все равно они ей не поверят, а всего она не расскажет. — Вы знаете, за что Сириус Блэк попал в Азкабан? Близнецы снова переглянулись, на этот раз с явным интересом. — Мы подслушали, как обсуждали профессора, — признался Джордж. — Но Гарри не стали говорить. Гарри? Значит, это всё-таки связано с Поттером. — Скажите мне. Это важно. Близнецы покачали головами. — Это так не работает, Тонкс, ты задаешь вопросы, но не даешь ответов. Элейра сжала руки в кулаки. — Я не знаю, за что именно его туда посадили, — наконец сказала она. — Но я предполагаю , что там все не так просто и что он не виновен. В этом дело. Близнецы переглянулись, а затем разразились смехом. — Ох, подождите… — Фред вытер воображаемую слезу. — Так ты у нас детектив, Лейра? — Может, нам называть тебя Аврор Тонкс? — подхватил Джордж, едва сдерживая новый приступ хохота. Элейра закатила глаза, сдерживаясь, чтобы не развернуться и не уйти. — Очень смешно, — сухо сказала она. — Вы закончили? — Почти, — Фред наконец справился с весельем и склонил голову на бок. — А если серьёзно, то почему ты так уверена если даже не знаешь, за что его посадили? Её пальцы сжались в кулаки. Говорить или соврать? — Есть одна зацепка, — осторожно сказала она. — Но мне нужно больше информации. — О-о, это уже интереснее, — протянул Джордж, переглядываясь с братом. Фред внимательно посмотрел на неё, потом усмехнулся. — Мы в деле. — Но, — добавил Джордж, ухмыляясь, — ты нам кое в чём поможешь. Элейра нахмурилась. — В чём именно? — Позже узнаешь, — усмехнулся Фред. — Вот уж радость, — пробормотала она. Но выбора не было.