By the whim of fate

— Мы точно это сделаем? — Джонхан не был уверен, что это хорошая идея. Но как убедить в этом лучшего друга. — Ты наконец-то его бросил. Как мы можем не отпраздновать? — Джису тянет его к столику подальше в углу, чтоб спокойно отдохнуть без лишних ушей и глаз.       Хани больше 3 лет встречался со своим бывшим парнем. Не сказать, что это были прям отношения мечты, но любовь там была. С его стороны точно. Еще в самом начале Джошуа не сильно принял Миндже, но не стал портить отношения друга, так как тот был правда счастливым. Пока этот урод не изменил. Сначала один раз, потом еще. И теперь, он вытянул этого ангелочка отвлечься и отдохнуть. — Десять шотов и что-то закусить, — говорит Хон официанту, устраиваясь удобнее. — Что? Это только разогрев. Завтра суббота, у тебя будет два дня на отдых перед работой. — С утра в понедельник у меня проверочная у малышни, нужно еще подготовиться. — Мы все успеем. Просто отдохни и выдохни, дай себе расслабиться. Мы так давно не отдыхали. — Ты уговариваешь меня или себя? — Юн усмехнулся, внимательно смотря на друга, зная, как тот не сильно любит большие скопления людей. — Обоих. Но раз мы тут, то давай используем этот вечер по полно, — и выпил первый шот.       Спустя час, они были уже в более веселом расположении духа, постоянно смеясь и обсуждая моменты с работы, когда ребятня выдавала по-настоящему нелепые ответы на задания.       Танцпол с каждой минутой тянул все больше, процент алкоголя в крови все выше, и они поддались. Через пару минут оба уже были в объятиях симпатичных парней. — Напишу утром, — пьяно улыбаясь, протягивает Джонхан, скрываясь из виду. Джису отвлекает рука на талии, заставляя повернуться лицом к человеку рядом. Кажется, они оба сегодня хорошо отдохнут.       Квартира просторная, это единственное, что успевает заметить Юн, перед тем как его губы накрывают другие, мягкие, горячие. Крепкие руки сжимают талию, притягивая к себе. Как же приятно.       В считаные минуты они добираются до спальни, падая на мягкую кровать. Шелковые простыни холодят разгоряченную кожу, немного охлаждая пыл. Губы опускаются ниже, покрывая поцелуями шею и ключицы, но чувствуя зубы, он протестует. — Пожалуйста… без следов… на видных местах, — с придыханием, моля. — Конечно, зайчик, — отвечают ему, оставляя нежный укус на ключице, вызывая стон. — Но тогда мы снимем это, — ловкие пальцы избавляют его от рубашки, касаясь голой кожи. — И можешь звать меня Бэм, это чтоб знал, какое имя стонать в оргазме. — Джонхан, — отвечает тем же. — И почему это мы не в равных условиях, — он тянет за низ футболки, в желании увидеть и потрогать это прекрасное тело, что прижимало его к себе на танцполе клуба. — Все для тебя.       Две минуты понадобилось, чтоб полностью раздеться и наконец-то ощутить кожу к коже. Юн проводил руками по крепким мышцам, получая удовольствие только от мысли, что на сегодня это невероятное тело принадлежит ему. Руки блуждают по спине, прессу, добираются до волос и сжимают, пока пухлые губы этого мужчины оставляют дорожку из поцелуев и засосов на его груди. Потом накрывают его член, играясь и дразня языком. Джонхан застывает на кровати, сжимая пряди в руках и закусывая губу. — Хочу тебя слышать, не сдерживайся, зайчик.       Это становится последней каплей, и он полностью отпускает себя. Каждое движение языка по уздечке вызывает глубокие стоны. Бэм наслаждается звуками, что вырываются из этих манящих губ, заставляя двигаться все четче и плавнее. — Я… — руки в волосах сжимают еще сильнее, стараясь оттянуть, предупредить, ведь сил говорить нет. Но тот не останавливается, доводя до пика. Только после того, как тело под ним полностью расслабляется, Бэм отрывается, облизываясь. — Мы сделаем это не один раз, не переживай.       Вид такого довольного, как кота, объевшегося сметаны, парня, заставляет издать смешок. — Что смешного? — поворот головы вбок. Ну точно котик. И Юн озвучивает свои мысли, не боясь. — За стенкой в соседней комнате их трое, могу дать поиграть. Но только после того, как сам наиграюсь с тобой. Поэтому продолжим, — лукавая улыбка, и руки снова накрывают изящные бедра. — Такой невероятный, готов? — Получив уверенный кивок в ответ, он достает из прикроватной тумбочки все нужное, и нависает сверху, снова оставляя дорожку поцелуев, но в этот раз избегая снова вставшего органа.       Теперь руки сжимают ягодицы, уделяя им все внимание. Тонкие пальцы водят вокруг дырочки, дразня. — Пожалуйста… — выдыхает Джонхан. — Что, зайчик, — он лишь на секунду оторвался от исследования торса языком. — Войди уже…       И Бэм слушается, начиная с одного пальца, медленно погружая его внутрь, фаланга за фалангой, чтоб не причинить боли. Когда первый движется свободно, добавляет второй, отвлекая поцелуями и укусами, не давая сжиматься. Третий входит немного сложнее, заставляя Юна немного зашипеть, но губы на его члене не дают боли взять верх.       Когда три пальца входят без препятствий, он меняет угол, в надежде найти ту самую точку. И он находит, наслаждаясь громким стоном сверху. Знак, что можно продолжать.       Надев презерватив, он так же плавно и аккуратно входит, наблюдая за прекрасным лицом напротив, чтоб уловить мельчайший дискомфорт. — Можешь смелее, я не такой хрустальный, — сухие губы расплываются в улыбке, длинные ноги обвивают талию, стараясь насадить глубже, и это дает зеленый свет.       Плавные сильные движения, быстрые поцелуи. Руки Джонхана сжимают плечи оставляя багровые отметины на плечах. Каждое попадание по простате отдает сладким стоном. Что приближает оргазм обоих. Еще пара движений и сладкое «Бэм» слетает с губ. Тот уже хочет остановится, чтоб не доставлять дискомфорта, но строгое «продолжай» и ноги, обвившие тело, не дают отстраниться, пока не изливается в презерватив, падая сверху. — Ты в порядке, Хани? — вопрос в плечо и попытка встать на уставшие руки. — В порядке, — губы затягивают в поцелуй, распаляя только потушенное пламя. — Хочешь еще? — глупый вопрос, учитывая упирающееся в его живот. Но только после негромкого «да», Бэм выходит из него, накрывая головку губами, доводя до еще одного оргазма.       Немного отдохнув и приняв душ, хозяин дома отводит своего спутника на кухню, предлагая угостить чем-то вкусным. — Ты обещал котиков, — не заходя в комнату, протестует Джонхан. — Сначала покушать, потом котиков. — Да, я не ожидал, что меня трижды доведут до оргазма, покормят, еще и дадут котиков потискать, — все-таки садиться за стол. — А чего ты ожидал, придя в клуб в пятницу вечером? — Бэм готовит сэндвичи на быструю руку. — Вообще, мой друг привел меня туда, чтоб отпраздновать расставание с бывшим. — Хороший у тебя друг, — смеется, выключая чайник. — Чай, кофе? — Потанцуем? — перебивает, улыбаясь. — Думал, у тебя уже нет сил двигаться. Но раз так, можем сделать еще один раунд, — глаза в глаза. — Моя задница не выдержит этого, — протестует, но не отводит взгляд. — А кто говорил, что мы сделаем это именно так? — какая же красивая, лукавая улыбка. Этот парень все больше располагает к себе. Даже жалко, что это секс на одну ночь. — Чай, пожалуйста, — все же немного смущается, зарываясь в сложенные на столе руки.       Они перекусывают, разговаривая на отстраненные темы, смеются. Потом Бэм ведет его в комнату. — Вообще я еще удивлен, что они не сбежались на твои стоны, — хотел смутить. — Сам виноват, кто сказал мне не сдерживаться — легкая улыбка. — Если ты и дальше будешь таким красивым, уже я не сдержусь, — открывает дверь в комнату, где спят малыши, и включает приглушенный свет. — Пудинг, Латте и Капкейк, — немного смущаясь, представляет мелких.       Котики разлеглись на разных поверхностях, сладко посапывая. — Какие милашки. Но не хочется их будить. — Тогда может в следующий раз, — протягивает Бэм, даже не думая о том, что следующего раза может и не быть. — Пошли в кровать, — сладко зевает — думаю ты правда меня вымотал. — Это еще кто кого, — смеется, следуя за хозяином дома в спальню. — Тогда что на счет еще одного маленького раунда? — Руки снова на талии, глаза в глаза. — Только за, — Юн накрывает губы напротив, чувствуя, как его роняют на кровать.

***

      Просыпаться в теплых объятиях было хорошо. Оказалось, что один из котиков ночью перебрался спать к ним, занимая пустое место на стороне Джонхана. Протягивая руку, он аккуратно поглаживает мягкую шерстку, ощущая вибрацию маленького тельца. Но солнце за окном комнаты в бежево-коричневых тонах напомнило, что пора уходить. Он и так тут задержался.       Тихо вылезая из кровати, он смотрит на спящего мужчину рядом. Красивый. А еще нежный и заботливый, если судить по отношению к себе прошлой ночью. Еще и отец трех милашек, одного из которых Хани продолжает гладить. Но что может получится из связи на одну ночь? «Крепкие отношения без измен» — подсказывает сердце. Чем черт не шутит. И он, одевшись, достает из сумки листочек из маленького блокнота, что всегда носит с собой, и пишет номер, оставляя его на тумбочке возле кровати.       Но ни к вечеру, ни на следующий день, ему не звонят. Все выходные он отходил от алкоголя, готовился к урокам и поглядывал в телефон. Ни звонка, ни сообщения, ноль внимания. Проходит неделя, и уже Джошуа обращает внимание на его опечаленный вид. — Ты оставил номер? — Кивок. — Не позвонил? — Еще кивок. — Так понравился? — Третий. — Рассказывай.       И Хани срывается. Рассказывает все, упуская подробности близости, но одного факта, что он остался довольным, хватает другу. Говорит так же о живности, о перекусе в 3 ночи и моменте пробуждения в теплых объятиях. — Я понимаю, как это обидно, милый. Но может пора отпустить ситуацию? Если он не позвонил, даже не написал, то он не стоит того, чтоб грустить из-за него, — старался поддержать друг. — Ты прав, — выдыхает. — Нужно собраться и спокойно заняться работой, тут куча дел.       Две недели проходят незаметно, близится ноябрь и на улице становится все холоднее. Джонхан работает, посещает курсы повышения квалификации, на которые записался, чтоб убить время. И почти забывает о своем мимолетном знакомом. Но теперь он отказывается ходить в клуб. Не хочет так же себя чувствовать снова. А зря.       Еще одной его проблемой становится Миндже, который так просто не смирился с тем, что его бросили, и стабильно раз в неделю обивает пороги его квартиры или кабинета.

***

      После такой прекрасной ночи, просыпаться одному в кровати было грустно. Даже Капкейк не захотел с ним валяться, сразу убегая. Поднимаясь с кровати, Бэм понимает такой быстрый маневр кота. Возле тумбочки куча кусочков бумаги, разорванных мелким вредителем. Невозможно понять, что там было написано, поэтому он собирает их, и бросает в мусор, ища по квартире мелкого, чтоб проверить, не наелся ли тот, пока рвал на кусочки. Он с грустью понимает, что эта ночь ему понравилась, и можно бы повторить. Но он так и не успел спросить контакты своего гостя.       Единственным вариантом было наведаться в клуб еще раз. Если ему удастся встретить это чудо еще раз — это будет знак судьбы. Но ни на следующий день, ни на следующих выходных, он не видит этого ангела в темном помещении. Заменять кем-то другим не хочется. Поэтому он сдается.

***

— Ты заберешь его? Пожалуйста, братик. Я просто страшно опаздываю, — голос в трубке взволнованный, просящий, он никогда не мог отказать своей сестренке. — Конечно, присылай адрес, я выезжаю.       Бэм души не чаял в своем племяннике. Дживон был любопытным, отзывчивым парнем. Хорошо учился и занимался в спортивных секциях. Они любили вместе проводить выходные, когда родителям Вона нужно было по делам. Поэтому он с удовольствием едет забирать его. Не ожидая, какие будут последствия.       Прошло полтора месяца с проведенной вместе ночи. Джонхан свыкся с мыслью, что все закончилось еще тем утром. Обычный рабочий день, пока вечером, оставшись вдвоем в кабинете с его лучшим учеником, он снова не встретит его. — Добрый вечер, — Бэм кланяется в приветствии, только заходя в кабинет. — Простите за опоздание, — он поднимает голову и видит его. Своего милого ангелочка. — Дядя, — ребенок подбегает, обнимая взрослого, даже не замечая ступора обоих. — Добрый вечер. Ничего, — тихо говорит учитель и отворачивается к окну. — Малыш, — Бэм присаживается на корточки и смотрит на ребенка, — подожди меня, пожалуйста, в холле. Я сейчас подойду. Хорошо? — кивнув, ребенок убегает. — Я искал тебя в клубе, — выпаливает, подходя ближе к столу. — А я ждал твоего звонка, — отвечает Юн, перебирая бумаги на столе. — Я не… — и тут в голове возникает картинка. Клочки бумаги, разорванные и разбросанные котом. Он подходит ближе, беря теплые руки в свои. — Капкейк порвал твою записку, — со смешком — что в ней было? — Номер телефон, — шепчет, не поднимая головы. — Прости, Хани, я не хотел. — Это уже не имеет значения, раз Вы забираете Дживона, я могу идти, — он поднимается со стула, складывая нужные бумаги в сумку. — В котором часу ты заканчиваешь? — старается все-таки удержать своего ночного гостя. — У меня уже есть планы на сегодняшний вечер, — и упустим, что это просто курсы по повышению квалификации. — Тогда, что на счет завтра, — все не уступает. Раз судьба дала им возможность снова встретиться, он ее не упустит. — Дай мне шанс исправить это дурацкое недоразумение, — и снова это милая улыбка его пухлыми губами. Как бы Джонхан не пытался сопротивляться, именно она не дает ему забыть ту ночь. — Завтра заканчиваю в 4, но… — Отлично, буду тут к этому времени, — перебивает Бэм, и не давая шанса отказать, быстро выпаливает. — Меня ребёнок ждёт, я пошёл. До завтра, зайчонок. Хорошего вечера, — и убегает, оставляя того одного, с широкой улыбкой. Может жизнь дает ему второй шанс. На следующий день Джонхан не мог спрятать улыбку. Они таки встретились. И, кажется, его пригласили на свидание. — Что случилось? — спросил Джису, внимательно наблюдавший за другом. — Вчера за Дживоном приехал его дядя. — И ты влюбился с первого взгляда? — скептически. — Скорее с первого секса, — тихо прошептал, улыбаясь еще шире. — Мы же вчера вместе домой ехали, когда успел. — Дядей Вона оказался Бэм, о котором я тебе говорил, — закушенная губа, неужели ему правда настолько понравилось, что он в предвкушении будущего вечера. — Я очень рад за тебя. А что там Миндже? Еще не отстал? — все-таки было у него какое-то плохое предчувствие. — На этой неделе пока тишина. Надеюсь, он наконец-то понял, что мы никогда больше не будем вместе, и отстал. — Надеюсь.       День тянулся так долго, но вот, последний урок. Дети разошлись. Он собирает вещи, осталось только заглянуть в учительскую. Джонхан слышит звук открывающейся двери и, не поднимая головы от бумаг, протягивает. — Сейчас нужно одно дело сделать, и я свободен. — Ты таки понял, что совершил ошибку, — совсем не тот голос, что он хотел услышать. — Это было не тебе. Я уже сотню раз сказал, что между нами все кончено, неужели до сих пор не понял? — Это уже начинало выводить из себя. Вроде бы взрослый человек, а никак не может понять. — Ну да, изменил, бывает. Но это же не повод прекращать отношения? — Это было даже не единожды. Если это не повод, то может станет то, что я тебя не люблю и не хочу быть с человеком, который изменяет мне? Что ты никак не можешь отстать, тебе что, медом намазано? — Ты принадлежишь мне. Я что, зря в тебя вбухал столько бабок и времени, — второй тоже начинает закипать. Надоело. — Я никому не принадлежу. Джису был прав, ты та еще тварь. Как я только мог посмотреть на тебя. — Ты что сказал… — Мин хватает Юна за руку, крепко сжимая и замахиваясь второй, чтоб дать пощечину за такие слова. — А ну руки убрал от него, — Джонхан впервые слышит в этом, всегда мягком, голосе стальные нотки. Такие знакомые руки обвивают талию и прячут за крепкое тело. — Тебе доступным языком объяснили, отвали уже. Или может объяснить понятнее, — руки сжимаются в кулаки, злость и чистый адреналин бежат по венам.       Миндже окидывает взглядом массивное тело перед собой и думает, что драка с этим не стоит шлюхи за его спиной. Поэтому решает-таки ретироваться. — Сказал бы, что у тебя новый хахаль, я бы не тратил на тебя свое время, — протягивает со смешком и разворачивается. — Убирайся, и чтоб я тебя больше не видел, или посчитаю кулаком все твои зубы и ребра, — кидает напоследок Бэм в спину, поворачиваясь к застывшему парню. — Ты в порядке? — волнуется, пробегая глазами по рукам и телу перед собой. — Все хорошо, спасибо большое, что так вовремя появился. И прости за этот спектакль, он все это время никак не мог успокоиться и отстать наконец-то, — взгляд в пол, румянец на щеках. Как же прекрасен, точно ангелочек, думает Бэм. — Это тот, расставание с которым вы тогда праздновали? — кивок. — Тогда я поддерживаю твоего друга, — улыбается. — Все хорошо. Теперь ты готов к свиданию? — Так это все-таки оно, — тихо шепчет, улыбаясь. — Да, пойдем? — он протягивает руку, приглашая следовать за собой. — Угу. Только мне нужно документы занести в учительскую, это по дороге, — взгляд глаза в глаза, и они застывают, любуясь друг другом, пока голос не отвлекает их. — Добрый вечер, я Джошуа, друг Джонхана, — протягивает руку незнакомцу. — Бэм, его будущий парень, приятно познакомится, — спокойно протягивает, вгоняя в краску ангелочка рядом. — Приятно. Я занесу все в учительскую, — Джису забирает папки из рук друга, — а вы отдыхайте. Хорошего вечера. — Взаимно, — Бэм притягивает Юна за руку к себе, направляясь на выход. — Спасибо, увидимся завтра, — кидает Джонхан и следует за ним. — Со всеми бывшими покончено? — улыбается Бэм, пристегиваясь на водительском сидении. — Надеюсь теперь да. Спасибо, — ответная улыбка. — Куда ты меня везешь? Я хоть подобающе одет?       Водитель проводит глазами по красивому парню на пассажирском и закусывает губу. — Ты прекрасен — и в мыслях думает, как прям тут бы разложил на заднем сиденье. — Мне повезло, что ты учитель. Всегда строгие костюмы. Мне безумно нравится, как они сидят на тебе. Мы едем покушать и пообщаться, чтоб узнать друг друга получше. — Хорошо, — смущенно.       Приехав в красивый ресторан. Бэм ставит машину на парковке и проводит своего спутника на заранее бронированный столик в тихом уголке, подальше от лишних глаз. После заказанных блюд, первым разговор начинает Джонхан. — Чем ты занимаешься? Про меня ты уже знаешь. — Я знаю только то, что ты преподаешь у моего племянника. Кстати, даже не знаю что. — Я преподаю японский. Мне 29. Работаю в школе уже 5 лет. — Мне 27. Так стоит называть тебя «хен»? Или может «учитель»? — закусывает губу в лукавой улыбке. Но смутить оппонента в этот раз не получается. Отзеркаливая все ту же улыбку, он протягивает. — Если я буду сверху, то можешь называть так, как душе угодно, пока я буду вытрахивать из тебя всю душу.       Не ожидая такого поворота событий, Бэм в легком ступоре облизывает губы, предвкушая такой расклад. — Я думал провести спокойный вечер в приятной атмосфере и расстаться возле твоего дома, получив хотя бы поцелуй. Но с каждой минутой мне все больше хочется взять тебя в охапку и увезти в свою квартиру — честно и откровенно, как и следует настоящему мужчине. — Тогда расскажи, наконец-то, о себе. И тогда я подумаю о поцелуе на прощание, — все-таки этот ангелочек имеет другую, дьявольски соблазнительную, сторону. — Этот ресторан принадлежит моей семье. Сейчас я тут управляющий. Это достойно поцелуя? — Я подумаю.       Вечер проходит прекрасно. Они разговаривали на отдаленные темы, смеялись с шуток друг друга. Джонхан успел даже пригубить пару бокальчиков вина, что сделало его немного раскрепощеннее. Было ощущение, что это не первое свидание, а уже десятое, так хорошо они себя чувствовали наедине. Но пора было ехать домой. Никто не отменял работу с утра следующего дня.       В машине разговор потихоньку сошел на нет. Юн настолько расслабился, что начал засыпать. — Хани, просыпайся — Бэм аккуратно тормошит его за плечо, немного нависая сверху. Встречаясь с осознанным взглядом глаз напротив, он снова задает тот же вопрос — Это достойно поцелуя?       Джонхан накрывают его губы в нежном поцелуе, руками притягивает за шею ближе к себе и выдыхает в поцелуй. Прекрасное окончание вечера, но все имеет свойство заканчиваться. — Спасибо за вечер, — шепотом, томно, — но, думаю, мне пора домой.       Бэм отодвигается, давая старшему отстегнуть ремень, но вовремя вспоминает самое главное и протягивает телефон. — Оставь свой номер, пожалуйста. В этот раз сразу так, чтоб никакой кот не запорол нашу следующую встречу, — с улыбкой. — Погладь их от меня.       Джонхан забивает свой номер в телефонную книгу, подписывая строго «Юн Джонхан», и отдает гаджет обратно. Выходя из машины, он чувствует вибрацию в кармане, сладко улыбаясь. — Теперь и у тебя мой есть. Приятных снов, Хани. — Приятных снов — оставляет легкий поцелуй на щеке и отправляется домой. Сегодня он однозначно будет сладко спать.       Утром Джонхан первым делом проверяет телефон, счастливо улыбаясь от полученного сообщения с пожеланием доброго утра от контакта «Котик Бэм». Заходя в переписку, он видит еще одно сообщение. Точнее фото, где вышеупомянутый котик валяется в кровати с котенком на груди. Какая же милота с утра. Отвечая взаимным пожеланием, он начинает собираться. Сил хватит горы свернуть.

***

      Оставшиеся будние проходят так же в переписке. Обязательно сообщение утром, пара переписок днем, касательно планов или мелких происшествий, разговоры ни о чем и обо всем вечером и пожелание перед сном.       С каждым днем, желание встретится растет у обоих. Поэтому, вечером пятницы, невзначай уточнив время окончания рабочего дня, Бэм стоит, облокотившись на машину, возле здания учебного заведения, в ожидании своего ангелочка.       Тот выходит в компании своего лучшего друга, что-то увлеченно объясняя. Блузка горчичного цвета, черные строгие брюки, кожаные ботинки и накинутый на плечи, в цвет брюк, пиджак. Невероятный.       Джонхан, замечая его, прощается и легкой походкой направляется к нему. — Привет. Почему ты здесь? — в недоумении, они вроде не договаривались встретиться. — Привет, зайчонок, — мягко притягивает к себе это чудо и целует. — Я просто соскучился. Решил устроить маленький сюрприз. — У тебя получилось, — быстрый ответный чмок в губы. — Я тоже скучал, — и улыбка расцветает на лицах обоих. — Голодный? — Руки на талии, нежные поглаживания пальцами кожи через рубашку. — Немного есть. — Тогда что на счет ужина у меня в компании трех котиков? — нежная улыбка, Бэм в предвкушении. — Четырех, — шепотом. — Да, конечно, я только за, — но слова не остаются без внимания. — Почему четырех? — Это и правда то, о чем он думает? Видя начинающие краснеть щеки, уверен уже на сто процентов, но так хочется услышать это вслух. — Потому что ты тоже кот, — хоть и смущенно, но уверенно. — Еще и наглый, и вредный, и… — но его перебивают, накрывая губы в еще одном сладком поцелуе. — И очень нетерпеливый. Поехали.