Не оставляйте детей с Рокэ Алвой!

      Рокэ с непониманием смотрел на замученного Эгмонта Окделла и его пятилетнего сына. Ричард с интересом рассматривал комнату вокруг, удивлённо смотрел на не менее удивлённых слуг и герцога Алву и сохранял молчание. Молчал и Эгмонт, хотя после его просьбы даже у Рокэ не находилось слов. — Что я должен сделать? — всё-таки смог выговорить Рокэ. — Присмотри за Диконом, — повторил Эгмонт. — У меня дело срочное к Дораку. Сам понимаешь, особняк кардинала — не самое лучшее место для детей. — А мой — самое подходящее? — спросил Рокэ. — Не пускай его в винный погреб, не пей при нём и не матерись, даже на кэналлийском, — нервно улыбнулся Эгмонт. — Почему именно я? — продолжал Рокэ. Что ему делать с графом Гориком?! — У вас есть несколько родственников в столице, ваши вассалы тоже могли бы присмотреть за Ричардом… — Они отказались, — продолжал герцог Окделл. — Как?! — Ну… Понимаешь… Тут такое дело…

***

      Когда Мирабелла узнала о своей четвёртой беременности, она решила, что ей нужно поехать на богомолье, прихватив с собой дочерей. Прошлые роды прошли довольно тяжело, и герцогиня боялась, что эти могут закончиться её смертью. Поэтому она решила запастись благословением Создателя, а Айрис, которая, несмотря на очень юный возраст, очень переживала за матушку, решила поехать с ней. Младшую дочь, как и целый штат нянек, и дам, которые приглядывали за Айри, они забрали с собой. А вот Дикона было решено оставить с отцом. Он уже вырос из того возраста, когда его воспитывала герцогиня Мирабелла, а значит ему уже было стыдно находиться в обществе дам.       Эгмонт собирался поехать в Олларию. Ему нужно было обсудить некоторые дела в Надоре с Его Высокопреосвященством, Дикону было рано присутствовать при таких серьёзных разговорах. Поэтому герцог Окделл решил сдать сына на поруки кому-нибудь из родственников. Можно было, конечно, снова доверить графа Горика гувернёрам, но после того, как они умудрились потерять Дикона в стенах Надорского замка, Эгмонт сильно сомневался, что они смогут справиться с этим сорвиголовой.       Первым кандидатом на роль надсмотрщика стал Эйвон Ларак. С ним Ричард точно не забалует, да и Наль смог бы отговорить кузена от всяких сумасшедших идей.       Но когда Эгмонт со свитой и сыном явился на порог дома Эйвона и озвучил свою просьбу, родственник как-то замялся и неуверенно сказал: — Эр Эгмонт, я бы рад выполнить вашу просьбу, но… — глаза Эйвона нервно забегали. — Но у нас Наль болеет. Сами понимаете… Вдруг заразит Ричарда. Нам же кузина потом обоим выговор устроит…       Эгмонт тяжело вздохнул, но согласился с доводами Эйвона. Новой болезни Дикону не нужно. Он и так недавно слёг с сильнейшим приступом надорской болезни.       С этими мыслями герцог Окделл и граф Горик поехали к Вальтеру Придду. Супрем был человеком строгим, а один из его сыновей был ровесником Дикона — значит, сыну точно не будет скучно. — У меня довольно много дел, — ответил Вальтер. — Но Юстиниан вполне может присмотреть за графом Гориком. Да и Валентин будет…       Слова Придда резко прервал грохот на лестнице. Его старшие сыновья с громкими криками скатились по этой самой лестнице. Отец бросился к ним, пытаясь разобраться, что произошло. А Эгмонт подумал, что лучше им сына не доверять. Мало ли что может случиться?!       Визит в дом графа Карлиона не задался с самого начала. Стоило садовникам только заметить подъезжающую к воротам карету Окделлов, как они поспешили исчезнуть из поля зрения внезапный гостей. Привратик же заявил, что графа дома нет, хотя Эгмонт был уверен, что видел Ангеррана в одном из окон.

***

— Ну ладно от меня так шарахаться, — прервал рассказ Окделла Рокэ. — Но вы то тут причём? — Да эр Ангерран на нас с Айри обиделся, — сильно покраснев сказал Дикон с громким сопением. — Что вы такого успели натворить, граф Горик? — Понимаешь ли, Рокэ… — начал Эгмонт, но его тут же тихо перебил Ричард. — Все вазы разбили, — научился он, а потом добавил. — Из арбалетов.       Рокэ не смог сдержать смеха. Представить этого серьёзного мальчишку с любопытными глазами и его взбалмошную сестрицу бегающими по дому Карлионов с арбалетами было не сложно. И от этого невероятно смешно. — Он сам разрешил! — возмутился Ричард. — Ричард! — осадил его Эгмонт. — Он вам по мишеням разрешил стрелять. — Мишени кончились. — Почему не из пистолетов? — сквозь смех проговорил Рокэ. — Рокэ! — снова возмутился Эгмонт. — Я их перезаряжать не умею, — нехотя сказал Ричард. — Я вас научу. — Правда?! — радостно спросил граф Горик. — Нет, — возразил Эгмонт. — Рокэ, не смей! — Хорошо-хорошо, — ухмыляясь сказал Алва. Но выполнять это обещание он не собирался. — И потом вы поехали ко мне? — Нет, — тяжело вздохнул Окделл. — Сперва мы поехали к Штанцлеру. — Ты с ума сошёл?! — возмутился Рокэ. Во имя Четверых, чем Эгмонт думал, когда в его голову пришла эта идея?! — Но Дикона же я с ним не оставил! — Интересно, почему? — Я не останусь с этим старым гусём! — тут же закричал Ричард. — У него скучно!       Рокэ улыбнулся. Пожалуй всё же стоит помочь Эгмонту в его нелёгком деле. — А у меня? — Рокэ присел на корточки, поравнявшись с Ричардом ростом. — А у вас весело! Мне отец говорил, — ответил Ричард. — Ты только на Хуана Дикона не скидывай, хорошо, — улыбнулся Эгмонт и ушёл так быстро, что Рокэ даже не успел сообразить, что произошло.       Рокэ удивлённо смотрел на такого же удивлённого Окделла. Он совершенно не знал, что ему делать с сыном Эгмонта. Будь мальчишка оруженосцем Рокэ, Алва бы придумал, как его воспитывать, но как общаться и вести себя с пятилетним ребёнком Рокэ не знал. — Вы это… — растерянно начал он. — Есть хотите?       Мальчишка кивнул.