Рубашка

Запах сырости заполонил весь воздух, с каждой стороны приятно пахло дождем, который уже успел утихомириться. Из короткого бешеного ливня в маленькие еле падающие капельки — вот это было неожиданно. Вообще неожиданностью было то, что дождь в принципе пошел, ведь была такая хорошая погода. Солнечная, яркая, почти душная. И за мгновение все стало освежающе прохладным, с мало проникающими лучами солнца. Слишком резко дождь мог сменяться на еле заметный, а потом на более сильный, что промокало почти все. Так еще и на зло рядом не было ни одного укрытия, и двое парней просто бегали под переменявшимся ливнем, пытаясь закрыться руками. Один из них в дополнение поливал все и вся откровенным и беспощадным матом, и все культурные люди, услышав это, могли бы остаться без ушей. Не было ни намека на плохую погоду, все цвело и пахло, а в итоге водой хлынуло как из ведра, и на всех дорогах появились лужи, грязью оставаясь на штанах и обуви людей. Зато больше не жарко тем, кто гулял в закрытой одежде, да? Хах… Но вся эта одежда теперь потяжелела из-за воды, и было в несколько раз дискомфортнее. Один из парней как раз был одет не легко, но благодаря своей выносливости мог хорошо поспевать за другим. — Блять, угораздило же… Попасть под дождь, сука! Черт возьми, Деку, ты вообще чем прогноз смотрел? — Извини, Каччан, я забыл… — Что забыл? — Посмотреть прогноз… Блондин остановился посреди улицы и резко повернулся к Изуку, который уже был готов получить по лицу от злого Каччана. Но тот лишь тихо обматерил его, махнул рукой и побежал дальше искать хотя бы остановку. Мидория выдохнул и поспешил за ним. Он понимал раздражение Катсуки, ведь попасть под дождь в солнечный день — то еще везение, но не разделял с ним ни злость, ни грусть. Отчасти он наоборот был рад, что они попали в такую ситуацию. Ведь сегодня Катсуки надел белую рубашку, а не какую-нибудь темную футболку, что скрыла бы все прелести парня даже будучи мокрой. Изуку с мелкой ухмылкой смотрел, как полупрозрачная ткань прилипала к телу Бакуго, еле видно очерчивая массивную и красивую спину. К сожалению, он не мог получше все рассмотреть из-за падающих капель дождя и сумки, которой от них прикрывался блондин. Но ему очень хотелось на это посмотреть. Изуку и Катсуки — друзья детства. Парни всегда доверяли и не были против друг друга. Пусть они будут в ссоре, — все быстро разрешится, хотя это касается и ее масштабов. Но, в принципе, ничего подобного не случалось. Они восхищались друг другом, что Катсуки открыто не признавал, и даже соперничали. По-дружески. Малое представление об их дружбе есть. Но отношение Изуку к Катсуки куда интереснее. У него внутри все буквально трепетало при виде Бакуго, а особенно если тот был… без одежды. Он мог подолгу засматриваться на него, когда они компанией были в бассейне, сауне или на пляже. Ну как на него не положить глаз? Блондин выглядел очень хорошо без всей этой мешающей ткани, что закрывала все прекрасные виды его тела. Широкие плечи, массивные бедра, тонкая талия… И, скорее всего, упругая и мягкая грудь, которую Изуку всегда хотелось потрогать. Он думал, что она у Каччана очень чувствительная. Приятная на ощупь. Признаться честно, Мидория нередко видел сны с участием Катсуки и его грудей в главной роли, где он по-разному мог доводить себя и своего Каччана до головокружения и тесноты, а потом просыпался смущенный и подавленный от того, что это было не взаправду. Первое время он очень смущался от собственных фантазий, пытался как-то избавиться от этой странной зависимости, но потом принял как должное то, что ему нравится грудь Катсуки. Да, вот так просто. Он почти не старался… Ему просто нравятся сиськи лучшего друга, черт возьми. И даже когда он очень хотел держать себя в руках перед блондином в какой-нибудь обтягивающей футболке или вообще без нее, Изуку слишком подозрительно смотрел ему в глаза или в другие стороны от волнения, ведь если он посмотрит в область ниже ключиц, ему в мгновение поплохеет и он, не дай Бог, начнет еще головой о стену долбиться от стыда. Бакуго лишь окидывал его непонятливым взглядом, а кто-то из друзей мог напомнить, что он выглядит немного… крипово. В данной ситуации Мидория вообще не представлял, как будет реагировать на эту картину. Ладно, чего уж греха таить, он за все это время успел нафантазировать себе на несколько пожизненных, как же будет выглядеть тело Каччана, а особенно его шикарная грудь, под мокрой тканью полупрозрачной рубашки. Но прохладные капли дождя никак не давали ему впасть в жар, поэтому он и не выдавал себя сейчас. Но он в миг потерял всю свою уверенность и спокойствие, когда увидел остановку уже очень близко, а это значит, что парни остановятся под ней, пока дождь хотя бы немного не стихнет, либо вообще не пройдет. И это также значит, что ему придется находиться рядом с Катсуки в таком виде. И тут он навряд ли сможет не пялиться. Пока Бакуго все быстрее добегал до единственного нормального укрытия, Изуку уже успел замедлиться, хотя блондин не поверил бы ему, если бы тот сказал, что устал. Но ему было отчасти плевать, где там плетется задрот, ведь он наконец полез смотреть прогноз погоды, чтобы узнать, когда закончится этот проклятый ливень. Катсуки уже не верил этим сменявшимся невинным каплям, поэтому разумнее было глянуть все в телефоне. — Как вовремя. Нам тут еще минут 20 торчать, твою мать. — ткань рубашки и штанов неприятно липла к телу, а в ботинках хлюпала вода, что еще больше раздражало блондина. Он хотел было повернуться и позвать, наконец, Деку, но тот уже сам подошел, опустив голову, и с его волос капала вода. Хоть выжимай. Катсуки не обратил особого внимания на его поведение, а просто начал трясти головой, чтобы с нее слетела лишняя влага. Сейчас он планировал подождать окончания дождя, а тут и его квартира недалеко. Вообще прекрасно. Вот только главное не простудиться после такого. Изуку так и стоял с опущенной головой, и Бакуго уже начал подозрительно засматриваться на него, пару раз даже толкнул в плечо, но он все равно не двигался. Парализовало, что ли? Мидория и сам не мог понять, почему так боится поднять голову. Не снесет же ему крышу от Катсуки в мокрой одежде, которая показывает все его прелести! Или снесет… Рисковать не хотелось, а то Каччан еще подумает, что его уже лихорадить начало. Изуку все-таки выжал немного воды со своей толстовки и волос, немного неудобно было с ощущением того, что на нем сейчас лишние три килограмма. Он решил просто сесть на скамейку и сделать вид, что сопит или устал. Но ведь Бакуго этому не поверит. Да и ладно, лишь бы не смотреть… Нет, смотреть хотелось. Мидории очень хотелось на это посмотреть, но одновременно с тем ему было стыдно в открытую пялиться на грудь друга. На самом деле, даже в бассейне или на пляже было легче… Ведь ясно дело он смотрел бы и на других, но сейчас тут только он и Катсуки, причем ситуация эта была незапланированная и Изуку не успел подготовиться. Почему он вообще думает об этом, как о проблеме мирового масштаба? Ну посмотрит он на него, и что… Веснушчатый глубоко вздохнул и подумал, что слишком уж драматизирует, и поэтому резко поднял голову. Прямо перед ним стоял Катсуки в деловитой позе с руками на собственных боках, смотревший куда-то в сторону. Глаза Изуку тут же округлились, ведь понятно, куда упал его взгляд первым делом. Не на красивое лицо друга или его, допустим, руки, а на хорошо видную грудь под ебучей и полупрозрачной и мокрой рубашкой. Почему это… выглядит в разы лучше, чем себе представлял Мидория? — Ау, Деку, ты че завис? Не сразу до него дошло, что с ним разговаривают, но зато сразу дошло, куда он сейчас смотрит под взглядом Катсуки. — Что? — Блять, говорю, ты домой пойдешь или куда? Тебе идти больше, чем мне. — и слегка опустился вперед, смотря ему в глаза. — А, не знаю… Наверное… — Изуку вмиг занервничал, но одновременно с тем расслабился, когда Бакуго своим лицом закрыл то, куда пялился Мидория. Стало легче. — Пиздец, вроде задрот, и ничего не знает. Ладно… И блондин снова выпрямился, пожав плечами и отвернувшись. Ну зачем? Изуку снова впился взглядом в его торс. Очерченный пресс, массивные руки… Все под мокрой в облипку рубашкой, которую хотелось снять. Он снова цепляется глазами за чужие мышцы ниже ключиц и чуть ли не пропадает. «Хочу их потрогать», — звучит в голове у Мидории, но он дает себе мысленную пощечину и несколько раз моргает. Ну почему Каччан такой притягательный? Сексуальный? Изуку уже давно понял, что ему далеко не девочки нравятся, а все из-за лучшего друга детства, на которого только и делай, что заглядывайся да в тихую дрочи. Еще ни на кого Изуку так не смотрел, как на Катсуки. Который, скорее всего, сейчас даже не думает о том, что Мидория уже успел надумать себе всякой пурги просто из-за того, что смотрит на его сиськи. Бесстыдно и во все глаза. Смотрит на иногда стекающую воду под тканью, на равномерно вздымающуюся грудь, на такие правильно расположенные складки рубашки на чужом теле, открывающие замечательный обзор на упругие груди. И Изуку готов бить себя по рукам, лишь бы не потянуться к ним. Внезапно Бакуго отворачивается и отходит немного дальше, а Мидория как будто учится заново дышать. Снова дает себе мысленную оплеуху и достает телефон, чтобы отвлечься. Каччан вроде сказал, что ждать нужно еще четверть часа, примерно? М, хорошо…

***

— Ну, вроде прошел… Эй, Деку, пошли. — негромко выкрикивает блондин, стоя у края обочины. — Э… Каччан, куда? — Ко мне домой, — Изуку с удивлением смотрит ему в лицо. — Мы оба промокли до нитки, хочешь заболеть, тупица? Я сам не в восторге, но как только подсушимся, я обязательно тебя выпну, не беспокойся. Мидория усмехается и медленно поднимается, подходя к Катсуки. Очень некомфортно в мокрой одежде, когда на улице уже потеплело от выступившего солнца… Все время парни идут в тишине, но не перестают опасаться дождя. Кто его знает, может опять хлынет, что будь здоров. Изуку находится в раздумьях, как бы ему все-таки побыстрее попасть домой и справиться в одиночестве со своим наваждением, но они уже очень близко к квартире Катсуки… Черт возьми, лучше бы домой к себе шел, а не лыбу давил, как ебл… Уже подходя к дому друга, Бакуго достает ключи и начинает открывать дверь, а Изуку смотрит на землю, думая, как ему отвертеться. Ну он точно не выдержит находиться с Катсуки в одной квартире в таком состоянии. Он уже слышит щелчок затвора и поднимает голову. — Слушай, Каччан, я, наверное… — Нет, ты не пойдешь домой. Мы уже пришли. — Подожди, но… — удивленно продолжает Мидория. Как Каччан узнал, о чем он хочет сказать? Бакуго с серьезным выражением лица поворачивается на веснушчатого и смотрит ему в глаза, а потом, не выдержав, начинает тихо смеяться. Изуку сейчас выглядит так смешно. — Блять, ты такой… Извращенец, — Мидория ошарашенно распахивает глаза, — Изуку, ты думаешь, я не замечаю, как ты пялишься на меня? Он смущенно отводит взгляд, хочет сказать какое-нибудь уже «Но…», и его снова перебивают. — Не отнекивайся. Я знаю, что ты пялишься на мои сиськи. Нравятся? — Подожди, Каччан, нет… Я не… — парень постыдно краснеет и уже начинает нервничать сильнее. Да что происходит? — Ой, завались. Даже не пытайся врать, ты не умеешь, Деку. Заходи уже. — медленно открывает дверь, пропуская парня. Изуку сводит брови и настороженно идет вперед, обреченно выдыхает и, видимо, уже готовится смириться. Как он?.. Катсуки входит следом и Мидория слышит смешок, прежде чем закрывается дверь.