California dreamin'

Прошла неделя. Джейкоб почти не появлялся в комнате. Рэй, конечно, продолжал общаться с Амелией, но ему хотелось вернуть их дружбу с Джейкобом. Он поделился этим с ней, в итоге они поругались, но Рэй не чувствовал, что он не прав. Поэтому не спешил извиняться. Джейкоб казался счастливее и радостнее. Вторая неделя. Рэй продолжал получать от капитана за неисполнения обязанностеей свиты. Ему было пофиг. Хотелось хоть с кем-то поговорить. Но даже двойка оказалось общался с ним просто, чтобы ввести в курс жизни свиты. Парням из свиты было всё равно на дружбу. Их связывал только статус. Если они и собирались, то обсуждали задания капитана, университет или экси. Не с кем было поговорить по душам. Пошла третья неделя. Оценки Рэя становились всё хуже и хуже. Преподаватель сказал, что доложил об этом тренеру. Тренер же лишил его отдыха. Теперь Рэй только и делал, что тренировался. В одну из ночей, он всё же решил набрать Роберту. — Пап. — Что такое? — Я не могу заснуть. Расскажи мне что-то. — Сейчас же только шесть часов вечера. Вам так рано надо ложиться спать? — Да. — Я не знаю, что рассказывать. Работаю, иногда езжу к Эмме, помогаю с племянниками, езжу к Эдельвейсу, помогаю с сыном. Тебе пишу, но я всё ещё у тебя в блоке, поэтому ты не видишь эти сообщения. — Прости. — Ты звонишь мне, потому что что-то случилось? — Нет… То есть. Да. Я поругался со всеми. С Джейкобом, с Амелией… У меня тут больше нет друзей. Мои оценки хуже некуда. — Почему поругался? — С Джейкобом не знаю. Он нашёл себе парня. Рудольфа из свиты. Другой вратарь. Не ночует почти в комнате и огрызается мне. — Он же ненавидит свиту? Разве нет? — Да. Просто… Я тоже стал частью свиты. Мы поругались, я вроде бы извинился перед ним, а потом он начал встречаться с Рудольфом. — Так и в чём проблема? Ты называл Джейкоба пидором, я бы тоже начал огрызаться. Он просто нашёл себе парня и всё. Наверно у него и ночует. — Так я тоже из свиты! Почему он, а не я? — В смысле? Ты понял, что сказал? Ты же натуралом себя считаешь. — Да, но блин. Почему он с ним радостный, а со мной… как с говном. — Так ты с ним тоже как с говном. Поэтому и получай в ответ то же самое. — Пап. Не лучше делаешь. Я извинился перед ним за всё. — Ладно. Что там с Амелией? — Из-за Джейкоба поругались. — Прости, мне нужно на собрание, позвони дедушке, поговори с ним на эту тему. Дедушке? Какому? Почему Роберт не уточнил. Рэй метался между Нилом и Эндрю. В итоге набрал второму. Он пересказал всё то же самое ему. — Я так понимаю, тебе нравится Джейкоб? — Нет, мне нравится Амелия. — Тебе нравится Джейкоб. — Да нет же… — Ты о нём рассказал мне намного больше, чем о ней. — Если он мне нравится, то я получается гей. А я не гей. Мне нравятся девушки. Мне же нравилась Амелия. — Роберт сам себя усыновил? — Посмеялся на заднем фоне Нил. — Роберту тоже нравились девушки. Как и парни. Бисексуальность знаешь что такое? — Знаю. Но Джейкоб просто выглядит как девушка. — Подожди. Я посмотрю как он выглядит. — Прошло несколько минут молчания и звука клавиш. — Он вообще не выглядит как девушка. Джейкоб даже накачаннее тебя будет. На Кевина чем-то по комплекции похож. Только массы поменьше. — Сказал Нил. — Плохо ест? — Не знаю. Не следил. — Ты его ревнуешь к Рудольфу? — Нет. — Подумай получше. Рэй задумался. Если бы Амелия начала встречаться с другим, он бы не чувствовал ничего. Он устал от неё. От её выпендрёжа и истерик. А вот Джейкоб… Джейкоб был спокойным. — Возможно. — Подумай о том, что ты не натурал, хотя бы потому что ревнуешь парня. Рэй отключился. «Какого чёрта я чувствую это? Я же с Амелией. Она та, кого я выбрал… кого я добивался. Разве не так должно быть? Тогда почему каждый раз, когда я вижу Джейкоба с ним, с этим Рудольфом, я начинаю злиться? Мы ведь просто друзья. Просто… друзья. Да, мы целовались. Но это ничего не значит, верно? Это просто… было. Просто друзья, которые помогали друг другу. А теперь он смотрит на Рудольфа так, как… Нет. Так он никогда не смотрел на меня. Или я просто не замечал? Он отдалился. Я это чувствую. Он смеётся другим смехом, как будто носил маску, а настоящего себя он берег для кого-то другого. Я злюсь. Чёрт, мне больно. Мне хочется схватить его за руку, вернуть его взгляд, его внимание, его… тепло. Но я не могу. У меня дура Амелия. Почему я ревную его? Хочу обнять его. Прижаться к нему всем телом. Почему мне не хватает его так, как будто я потерял что-то, хотя никогда и не думал, что он может быть для меня больше чем друг?.. Чёрт, он мне давно не был другом. Он намекал мне. Пытался. Но я… Я идиот.» — Пытался заснуть он. Рэй не хотел спать. Он знал, что Джейкоб снова приснится ему. Однако усталость повалила его с ног. Утром он еле-еле как встал от звонка Амелии. Она опять хотела вынести ему мозги с утра пораньше. Рэй выключил звонок и поставил телефон на беззвучный. На тренировке Рэй пытался почаще быть рядом с Джейкобом. Только вот он, отдалялся. Рэй бесился. И Джейкоб видел это. Единственное время вместе — занятия с учителем. Пока преподаватель объяснял тему, Рэй постукивал по мизинцу Джейкоба. Он сразу же убрал руку. Рэй начал толкать его коленкой. — Прекрати. — Строго сказал он. Преподаватель тут же сделал замечание Рэю. Поэтому он перестал пытаться. Вечером парень опять пытался заснуть. Он лежал с закрытыми глазами, надеясь уснуть. Сна не было ни в одном глазу.

***

Рудольф сидел на кровати, листал что-то в телефоне. Джейкоб стоял у окна, напряжённый, явно сдерживал себя. — Ты опять с ними был? — С кем, золотце? — Спросил парень, отложив телефон. — Со свитой. — Откуда ты узнал? — Я был слепым идиотом всё это время. Утром увидел у тебя цифру на плече. Почему… же знаешь, кто они? Что они делают? Не только со мной, но и с тобой. — Да, я обезопасил себя и вступил в свиту, когда это предложил капитан. Я не участвую в изнасилованиях. Сейчас всё по-другому. — По-другому? Ты серьёзно? Ты сидишь с ними, пьёшь с ними, смеёшься с теми, кто насиловал нас обоих. Ты хоть понимаешь, что это для меня? — Я не выбирал. Я просто с ними общаюсь и выполняю побегушки капитана. Это удобно. Это… часть команды. — Это трусость, Рудольф! Ты не «просто с ними общаешься» — ты позволяешь притворяться, что ничего не было! Почему я не замечал… Не замечал, что ты живёшь по другому расписанию. Каждый раз когда я вижу их, приходится вспоминать, каково это, когда тебе плюют в душу и делают вид, что ты ничтожество. — Из свиты выход только вперёд ногами либо побегом. Но кому я сдамся без воронов? Я же никто без воронов. Я ворон, как и ты. Наше место здесь. — Ты мог не скрывать, что ты из свиты. — Прошептал Джейкоб и пошёл в свою комнату. Там был ещё один член свиты. Но тот, что ничего ещё не сделал. Рудольф же избивал Джейкоба, просто парень не помнил его в толпе. Вот и всё. В комнате нет света. Спит. Из форточки идёт слабый свет. Одной проблемой меньше. Джейкоб хотел закрыть дверь, но вспомнил, что это могут делать только парни из свиты. — Весь такой идеальный… Да пошёл ты. — Прошептал Джейкоб. Он подошёл к столу и включил лампу, бросил взгляд на Рэя, лежащего неподвижно. Джейкоб посмотрел на него чуть дольше, чем нужно. Сжал губы. Повернулся к своему столу. Нужно было доделать то, что им было задано. Через несколько секунд Джейкоб слышит щелчок сзади. Он не поворачивается. Кто бы это ни был, это не к добру. — Джейкоб. — Это был Рудольф. — Ты не постучал. Потише. Рэй спит. — Я не хочу, чтобы всё кончалось так. — А что ты хочешь? Чтобы я сказал тебе: «Молодец, Руди, так держать. Продолжай слушать моё нытьё про свиту и состоять в ней.» — Я не знал тогда тебя. Я просто… Я тогда тоже молчал. Мне было страшно. — Тебе? Ты огромный здоровенный лоб. Ты закрываешь собой почти все ворота. А сейчас страшно? Страшно стать «неудобным» для капитана? Страшно быть с кем-то, кто не вписывается в их уютный, вонючий микромир? — Чего ты вообще заводишься? Хочешь вернуться к этому натуралу? Так он тоже в свите. Мы с тобой даже не встречаемся, чтобы ты делал мне мозги. — Ты тоже считаешь меня своей удобной дешёвой шлюхой, как и остальные? — Причём тут это… Нам же с тобой было хорошо, пока ты не начал истерить. — Уйди. Я не хочу с тобой разговаривать. Не подходи ко мне больше. Всё кончено. — Как кончено? Ты серьёзно? Думаешь, что что-то получится с Рэем? Ты думал о нём полмесяца, но я ждал, смирился с этим. — Между нами же ничего нет. Ты сам об этом сказал. — Тебя избить мало. Ну и думай о нём. Заметь, пока я был с тобой, тебя никто из свиты не тронул и пальцем. — Низкий поклон, спасибо, что спустились к нам с небес. — Да пошёл ты. Неблагодарный. Ты за это ещё поплатишься. — Сказал Рудольф, выйдя из комнаты. Джейкоб облокотился на свои руки. Виски болели от Рудольфа. Рэй в кровати зашевелился и повернулся. — Ты в порядке? — Спросил он. — Ты не спал? Не вежливо вмешиваться в чужие разговоры. — Вы меня разбудили. Извини уж. Пришлось подслушать. Тишина. Они оба молчат. Слышно только неровное дыхание обоих. — Это не твоих рук дело. — Сразу же сказал Джейкоб. — Да, я понимаю. Поэтому молчу. Снова тишина. Джейкоб поворачивает голову в сторону Рэя. Он не смотрел за ним целый месяц. Губа и бровь были разбиты, на скуле и глазу синяки. Обычно даже капитан сдерживает и не бьёт в видимые части тела. Джейкоб веселился с Рудольфом, поэтому не замечал, что творит остальная свита. — Скажи уже что-то. — Ты действительно не знал, что Рудольф из свиты? Он же в стартовом составе. — И что? Это не признак свиты. — Он живёт один в левом коридоре. — Я был слишком зол на тебя, чтобы думать об этом. Снова тишина. Молчание. Рэй что-то обдумывал. Смотрел на него своими красивыми чистыми серебряными глазами. — Ты… любишь меня? — Да. — Как давно? — Влюблён с первой дополнительной тренировки в фениксах. Потом я хотел просто немного успокоить свой интерес, предлагая тебе целоваться. Но вместо этого полюбил тебя. Дальше я уже не мог отказаться от тебя. Но ты продолжал говорить «пидор» всей своей натурой. Когда ты начал встречаться с Амелией, я смирился, что пора заканчивать с тобой. Но в эти дни ты как засранец, вёл себя пиздец мило. — А потом? — А потом я приревновал тебя к Амелии. Которая лучше тебя знает, что я люблю тебя. Ты продолжал мило с ней общаться, пока я… Пока я думал о тебе всё время. Даже когда… Когда меня избивали за твои проделки, я терпел и думал, что ты исправишься. Я не должен был влюбляться в тебя. Ты мой друг. И натурал. — Я не знал, что тебя избивают из-за меня. Рэй задумался, будто что-то вспоминая. — Что происходило с тобой тот месяц, когда я сбежал? Джейкоб не хотел говорить это ему. Он не хотел никогда вспоминать этого. В комнате всегда было так мало воздуха? Джейкоб даже не заметил, как Рэй встал и взял его за руки, показывая как нужно дышать. Джейкоб встал со стула. Голова закружилась, Рэй поддержал его, чтобы тот не упал. — Я не хочу об этом. — Я ублюдок, потому что свита сделала что-то хуже, чем избиение? Джейкоб попытался спокойно сказать эту фразу, но голос резко соскочил на истерику: — Они насиловали меня. Каждый… блять. День. Джейкоб заметил, как вены на руках Рэя напряглись. — Каждый день воронов. Больше шести…десяти раз. — Блять… Почему ты раньше мне об этом не сказал? — Ты думаешь это так легко? Признаться парню, которого любишь, которого никогда не получишь… Рэй прижал его к себе и начал поглаживать по спине. — Я убью их всех блять. Каждого. — Нет, Рэй. Не надо. Прошло уже очень много времени. — Что блять не надо? Ты поэтому стал таким худым? Тебя часто рвёт? — Иногда. Откуда ты знаешь? — Один раз… когда я пытался выжить, до этой приёмной семьи… Я попросил помощи у дальнобойщика. Он оказался извращенцем. Я замечал, что ты царапаешь себя и закрываешь зеркало в ванной, но почему-то отметал всё время эту версию. — Так тебя тоже… — Мне было двенадцать. Но это было всего один раз. Ничтожно маленькое количество по сравнению с твоим… — Не занижай свои травмы. Не смей даже. — Я идиот. Все вокруг страдают из-за меня. Наверно мне лучше вообще ничего не говорить и не делать, чтобы все вокруг были счастливы. — Заткнись. — У вас с ним всё серьезно? — Какая тебе разница? — Я всё время делал вид, что держу всё под контролем. С Амелией, с тобой, с собой… Но когда ты с ним — мне будто вырывают часть меня… — Мы просто секс-партнёры. Не больше. Я не хотел отношений с ним. Ты не имел права целовать меня, если не собирался остаться. Ты не имел права делать меня чем-то между. — Я запутался. Боялся. Но это не оправдание. Думал всё время об Амелии. Я просто… не хотел потерять тебя? Даже не знаю, кем ты для меня был… Я считал тебя лучшим другом. — А сейчас кем считаешь? Рэй медленно поднимает взгляд. — Возможно, я всё же не натурал. Я ревновал тебя к мужчине. Джейкоб смотрит на него долго, изучающе, как будто ищет трещины в правде Рэя. Но тот не отводит глаз. Говорит правду. — Ты всё ещё с Амелией? — Мы поругались. Из-за тебя. Я волновался. Всё это время. И в первую ночь, когда тебя не обнаружил на месте. Она меня бесит. Выводит из себя. Я хочу отказаться от неё. Дэи любят только экси. Я понял, про что она мне говорила всё это время. «Всё же её план довести Рэя сработал.» — Подумал Джейкоб. — Мне уйти? Ты ненавидишь меня? — Останься. Я не знаю, что тебе сказать. Потом посмотрим. Рэй кивает. Легонько улыбается и целует Джейкоба в щёку. — Спасибо, что терпишь меня. — Это не значит, что между нами что-то будет. Я всё ещё с Рудольфом, а ты с Амелией. — Я расстанусь с ней. — Это не меняет ничего. Я остыл к тебе. — Я готов добиваться тебя. Снова. Я не уверен, что я гей, но… Может быть, просто боюсь из-за того случая с дальнобойщиком. — Подумай об этом на досуге. — Джейкоб отцепился от Рэя. Взглянул ещё раз на его лицо и провёл рукой по ране на брови. Может останется шрам. Потом он перевёл взгляд на волосы. Отрасли. Мягкие, рыжие с небольшим отливом в некоторых местах из-за того, что Рэй красился раньше. Джейкоб начинал чувствовать, что в груди что-то тает. Поэтому отошёл от него и начал готовиться ко сну.