Фамилия

В их маленькой квартире, наполненной полутьмой и запахом тёплого молока, раздавался надрывный детский плач. Антон устало провёл рукой по лицу, прислушиваясь к тому, как Олежа уже в третий раз за ночь пытается убаюкать их месячную дочь. — Соф, ну чего ты? — его голос был хриплым от недосыпа, но всё таким же мягким. Олежа держал малышку на руках, чуть раскачиваясь из стороны в сторону. София кричала, сжимая крошечные кулачки и требовательно изгибаясь. Антон со стоном повернулся на бок, приподнялся на локте и потерял в темноте очки. — Может, ей снова есть надо? — Она только что ела. — Может, ей холодно? — Антош, мы укрыли её двумя пледами, она не в Антарктиде. Антон зевнул, облокотился о стену и наблюдал за тем, как Олежа расхаживает по комнате, выглядя одновременно невероятно заботливым и смертельно уставшим. София, их маленькое чудо, их звёздочка, не давала передышки ни на секунду. Антон вздохнул, откинул одеяло и подошёл к ним. — Давай, дай мне. Ты уже час её носишь. Олежа с заметным облегчением передал ему дочь. Антон, хоть и выглядел растерянным, осторожно прижал Софию к груди, поглаживая её по крохотной спинке. — Ш-ш-ш… София вздрогнула, всё ещё хныкая, но чуть тише. Антон начал ходить по комнате кругами, прижимая её ближе. Олежа плюхнулся на кровать и уставился в потолок. — Я не знаю, как родители вообще выживают. Антон фыркнул. — Они просто не спят. Олежа повернул голову к нему, изучая, как Антон укачивает их дочь, сам уже практически засыпая на ходу. Ему вдруг показалось, что он впервые видит его таким — в этой полутёмной комнате, в старой футболке, с чуть растрёпанными волосами, и с этим взглядом, полным нежности. — Ты выглядишь…как мечта Антон усмехнулся. — Это ты сейчас мне комплименты под сон говоришь? Олежа протянул руку и поймал его за край футболки, потянув ближе. — Нет, правда. Ты — отличный отец Антон на секунду замер, а потом, смутившись, пробормотал: — Ну, и ты тоже. София зашевелилась у него в руках, но плакать перестала. Олежа осторожно убрал прядь волос с её личика. — Получилось. Они переглянулись. В квартире наконец-то стало тихо. Антон аккуратно положил Софию в кроватку, замер, ожидая, но она лишь пошевелилась и продолжила спать. Олежа выдохнул и притянул Антона к себе на кровать. — Давай просто пять минут полежим, пока она не проснулась снова. Антон только и смог выдохнуть «угу», прежде чем уткнуться носом в его плечо. Олежа обнял его, зажмурившись. Эта ночь была трудной. Как и все предыдущие. Но именно такие ночи и делали их семьёй.