Чёрный Дракон

      По комнате раздавался смех сумасшедшего, он был ненормальным, заливистым и утягивающим в бездну. От него бежали мурашки по спине, хотелось спрятаться, сбежать, исчезнуть. Но Такемичи не мог позволить себе такого, сделай он это и на него вновь нахлынет разочарование к себе, он вновь не справится. Но так ли это важно?       Ханагаке не чувствовал страха, нет, он уже давно не чувствует ничего. Для него эмоций как и не существовало. Он не помнит, когда в последний раз он чувствовал хоть что то кроме усталости. Постоянные перемещения во времени, постоянные неудачи, снова и снова, все это сказывалось на нем, оставляя только оболочку.       Такемичи уже давно перестал любить Хину. Человек, который раньше был светом в конце туннеля, превратился в ничто. В начале своего пути парень был готов для нее на все, он вспомнил былую любовь. Единственного человека, который искренне любил его, а он так же искренне любил а ответ. Ему тогда стало жаль, что он поступил как трус: сбежал, спрятался. И для себя он принял решение, что больше не допустит такого будущего. Он старался, правда. Изо всех сил. Но какие бы сил он не прилагал результат был один.       После его первого перемещения Ханагаке обрел и друзей, ради которых был готов свернуть горы. И теперь на его плечах лежало спасение не одного человека, а огромного количества. Как же черт возьми он устал.. А сейчас Ханагаке не чувствовал к ним ничего. Все казалось бессмысленным. Сейчас Такемичи не понимал для чего все эти старания. Ему было все равно. Он сломался… Его все заебало. Когда ты строишь чертово будущее, а какой то черт как специально все это ломает, в голову лезут вопросы: «А зачем?»        Смех наконец прекратился и Ханагаке услышал как к нему обращаются: — Чего же ты стоишь? Убей его! Или ты опять будешь рыдать — говоривший ему это человек снова залился смехом — Неужели «Плаксивый герой» к нам вернулся Убивай его! Ты должен! Ты же понимаешь что тебя ждет если что этого не сделаешь? — говорящий сделал акцент на слове «что», произнося все это безумным голосом. — Санзу, скажи мне, ты идиот? Ты своей наркотой совсем себе мозг совсем атрофировал? — Такемичи говорил это настолько безразличным голосом, что казалось это говорит вовсе не человек. — Ха? — Харучиё не понял что он имел в виду. Его мозг и вправду был слишком затуманен наркотиками. Ханагаке удивлялся, как Майки доверяет вообще что-либо этому придурошному, но видимо тому было настолько похуй на состояние подопечного, что он решил не заморачиваться. — Ты еблан, который своим ебанутым смехом меня сбивает. Я бы уже давно прикончил его, если бы ты тут не вел себя, как девочка-истеричка. Заеби свою хлеборезку наконец. — На высказывания Такемичи Санзу лишь закатил глаза. — Убивай его уже, мы и так задержались. — Такемичи, что ты? Почему? Зачем? А как же спасти всех? Ты же так к этому стремился, что с тобой сейчас? — Парень смотрел на бывшего друга глазами полными боли. Он хотел разглядеть там былого Ханагаке, того человека, который был ему дорог. — Наото, объясни мне, мы что в сказку попали? Ты реально думаешь, что всех возможно спасти? Не смеши меня. Сколько раз мы пытались?Пять? Десять? Двадцать? Тридцать? Мы делали это дохуя раз. И к чему это привело? Правильно ни к чему. Результат всегда один. Мы не способны ничегоизменить. Это бес-смыс-лен-но. — парень растянул это слово по слогам. — С меня хватит, я устал, я выхожу из этой игры. — черноволосый поднял руки в капитулярном жесте, а в правой руке виднелся пистолет, который привлек внимание Наото. — Ты можешь делать дальше, что хочешь. Мне все равно. — Ханагаке еще сильнее устал от этого монолога. Харучиё же смотрел на черноволосого с непониманием: что за бред тот вообще молол?       В этой «линии» Такемичи никому кроме Наото не рассказывал освоих прыжках во времени. Да и не собирался. Поэтому Санзу стоял шокированный, но на его непонимание Такемичи ничего и не ответил. — Ну что ж вернемся к центру нашего сегодняшнегопредставления — И Ханагаке так недобро улыбнулся, что даже Санзу, завидев эту улыбочку, передернуло. — И первый клоун нашего цирка: Тачибана Наото —прозвучал выстрел и тело свалилось, пол начал заливаться кровью, Наото пытался издавать какие то звику, но рот заливало кровью. А вскоре он потерял связь и с реальностью. — Следующий же гость нашей программы: Санзу Харучиё, — Глаза розововолосого наполнились страхом, понимая, что сейчас произойдет. Нет, он конечно знал, что работа у него далеко небезопасная, но помирать так ему совершенно не хотелось. Но Ханагаке былоплевать. Прозвучал еще один выстрел и тело Санзу так же свалилось, но тот довольно долго еще оставался сознании из за чего смог наблюдать за всем представлением до конца. — ну и для полноты картины — Такемичи начал смеяться, но смех был настолько ненормальный, от него блевать хотелось. Как только слышишь такой смехпонимаешь: человек не нормальный. Псих. Харучиё смотрел на него глазами налитыми свинцом. И в конце концов прозвучал третий выстрел, он был последним…Тело рухнуло на пол.       Все было залито кровью. Три разных крови смешались между собой. В комнате стоял отвратительный запах.       Санзу увидел, то как Ханагаке застрелился. В его глазах не было страха, не было ничего, пустота. Он поднес пистолет к виску и просто выстрелил. Все. Вскоре Харучиё и сам отрубился. Но до конца, пока он не помер, видел глаза Такемичи перед сбой, а в ушах звенел его смех. Такого страха Санзу нечувствовал никогда ранее. Но так же он чувствовал отчаянный интерес к человеку. До этого он такое чувствовал только к Майки. Он был его Королем. Он знал, чтонет никого сильнее Манджиро, но сейчас, видимо он переменил сове мнение…

***

      Такемичи очнулся. Снова. И очнулся он в прошлом. Снова. Такому раскладу он явно был не рад. Ханагаке наделся раз он окончательно потерял желания кого либо спасать, то этот порочный круг закроется. Но на что он вообще надеялся? Это было глупо сего стороны.       Но вот, что было странным на этот раз, так это то, что очнулся он не в теле подростка, а в теле парня лет 20-24. Вскочив с кровати онпобежал искать свою документы, пытаясь понять, что за блядство происходи. Найдя документы он знатно так прихуел, потому что на них ему было 21 год. Не поняв, что за черт происходит, он попытался найти календарь с тем какой там был год. На календаре был февраль 2003 года… год смерти Шиничиро.