please feel free to piss in the garden

      Грохот в прихожей, казалось, способен поднять мёртвых. Но Локи и не думает отрываться от бесформенных снов и от мягкой подушки: так он устал за весь чёртов бесконечный день, полный всяких глупостей и тревог. Он слышит, конечно, как в прихожей шуршат тканью, как падает обувь и лёгкий, надтреснутый смех тоже слышит. Абсолютно точно не пойдёт смотреть. Ну и прикончат его сейчас, будить больше не будут.       Эн кое-как встаёт, тихо и хрипло посмеиваясь над собственной неуклюжестью. Поскользнуться и слегка повозиться в небольшой лужице своей же крови ему удалось, но руки он не запачкал, и то хорошо. Устало скинув туфли, он ступает осторожно, всё ещё глупо петляя из-за невозможности поймать равновесие. Благо, коридор тут вполне светлый и чётко обозначенный. Весомо облегчает путь. Он распахивает дверь в спальню, тут же запинается о небольшой порог, но удерживается на ногах чёртовым чудом. Хриплый смешок оцарапывает губы, и Эн морщится от того, как неожиданно он вылетел. Наконец, можно упасть на не занятую тёмным пятном половину постели.       Локи бы и дальше лежал, если бы в нос не ударила тонкая струйка сладковато-горького, смешанного с нотками подпечённой кожи, аромата. Локи садится медленно, упираясь чуть слабыми руками в подушку. И медленно оборачивается, надеясь, что ему просто кажется. Что это просто запахи, а не что-то существенное. Желательно медлить, чтоб не спровоцировать, верно?       Эн лежит на правом боку, подставив левый – с большой дырой с неровными краями  – холодному свету здешней Луны; дышит отрывисто, часто; и обычно хитрые и грозные глаза сейчас мутные, страшно пустые. Локи давит панику кулаком, вдыхает-выдыхает, и осторожно тянется к Эн Дви. Коснуться? Локи не уверен, что стоит.       Отчего-то такой Эн Дви – растрепанный, покрытый чем-то тёмным, липким и точно не собственной кровью, пахнущий битвой сильнее, чем само поле битвы – ощущается смертельно опасно. Магия в столь дремотном состоянии – роскошь, а в голове ни одной внятной придумки как спасти космобалбеса. Сначала Локи пытается принять хоть какое-то решение – звать на помощь или попытаться справиться самому?       Но мысли назло непослушные: разбегаются, вьются едким дымом. Не поймать. И потом, чем дольше Локи смотрит на рану, тем головокружительней и острей вырисовывается желание запустить туда пальцы. Аккуратно потрогать, узнать вкус, смело огладить внутренности.       Завороженный видом чернеющей крови и очарованный странным ароматом, Локи терпеливо оглаживает края раны, совсем невесомо: пытается задобрить непокорного зверя, чтоб всё же обмакнуть кончик указательного в кровь. Эн Дви с оглушительным свистом выдыхает, и вроде начинает медленно двигаться. Чуть вертит головой и теперь в упор смотрит на Локи, который взгляд этот не замечает и готовится таки погрузить хотя бы один палец в зовущую тёмно-алую бездну.       Локи не задумывается какую конкретно внутренность сейчас оглаживает указательным пальцем и не берётся мысленно перебирать известные ему названия: точно не угадает, а то и вовсе не знает такое. Он понимает только, что она склизкая, липкая, посылает размеренную пульсацию по пальцу и имеет ещё один слой: вон, ноготь как раз упёрся в стык. Столь увлеченный внутренностями, Локи упускает момент, когда Эн придвигается к его разведённым ногам и цепляет зубами ткань нижнего белья. Увиденное выбивает из Эна мягкую улыбку: милый принц так только от разглядывания внутренностей намок.       Пропустить горячий мокрый язык, что с силой проходится снизу вверх, почти проникая внутрь, Локи не в силах и потому срывается на стон сладкий и...жалкий? Звук этот бьёт Эн Дви колкой волной возбуждения. Он принимается судорожно водить губами по безволосому лобку, спускается чуть ниже, втянуть максимально сладкую горошину клитора.       Мелкие иглы дрожи вероломны: они сбивают пальцы Локи с ритма, который он уловил в неспешном ласке дрожащей длинной, немного плетёной полоски. Локи прикусывает губу разочаровано. Нужно убрать руки, иначе дёрнет слишком сильно. И точно порвёт эту многослойную полоску. И по пальцам заструится кровь. Дрожь возрастает, когда Локи аккуратно разжимает пальцы и принимается постепенно вытаскивать руку из раны.       Оглушающий рык прокатывается по половым губам внезапно, отчего Локи выталкивает особо крупную каплю смазки и испуганно застывает. Кажется, Эн трепещет от злости? Его недовольство чуть смягчается от той крупной капли, которая вытекла из Локи – Эн звонко целует преддверие, когда забирает её языком, но всё же. Заострившиеся зубы клацают в опасной близости, потоки воздуха плетью проходятся по нежной коже. Локи паникует чуть сильнее, чем планировал.       – Я-я сделаю тебе больно. П-перестань.       Звучит слишком тихо. Он так боится.       Рычание становится громче, воздух жжётся. Локи дрожит так сильно, что чуть неуклюже отстраняется от раны и пытается свести колени. На что получает пока лёгкие укусы то в левое, то в правое бедро, и это, несомненно, приносит ещё больше возбуждения и больше горячего страха. Локи оставляет жалкие попытки выбраться – единственно правильное решение – потому как Эн отпускает нежную кожу с почти поцелуем и перестаёт порыкивать. Больше не угрожает.       Ещё неплохо бы написать Танелииру? Локи цепляется за эту мысль, отчего слегка отвлекается от собственного возбуждения и может подарить немного ласки, огладить спёкшиеся края раны, пока в голове вертятся глупые и не очень варианты диалога. Нельзя же просто кинуть среди ночи что-то в духе "У твоего брата дыра в боку, приедь. Я не знаю как лечить его вид".       Локи ловит ещё странный хвост мысли, что хотел бы прямо сейчас уйти. Не потому что страшно, но потому что он...Эн кусал воздух у его влагалища, значит...может и укусить очень больно? Локи бы не хотелось боли. Но его язык такой гладкий, с небольшим аккуратным рельефом. Локи выдыхает шумно и совсем сокрушённо, когда думает об этом.       Пока Эн приятно нежен: невесомо водит языком, раздразнивает, порой звонко целует кожу рядом с половыми губами. Но простые, пресные ласки довольно быстро ведут к делу, к сладкой сути. Восхитительно мокрые и до одури горячие губы присасываются к нему, выбивая несколько громких стонов и просто чудесный всхлип. Когда Эн принимается бесстыдно таранить его удлинившимся языком, Локи почти жалеет о этой перемене. Остро, непривычно, столько напора. Он не заполняет, не растягивает. Локи пока не пытался сжаться, но он так хочет? Определённо хочет, но. Он чувствует не только влагу свою и языка, но и чувствует то, чего Эн касается своим языком. Локи поводит плечам, выдыхая слишком шумно и измученно. Эн жадный. Настолько, что точно выпьет Локи – он чувствует вибрацию, когда Эн сглатывает несколько раз, слышит как хлюпает. Много его сока. Течёт.       Эн властно сгребает ладонью мягкое бедро, сильно массирует, оцарапывая когтями. Локи слабо соображает, что делает, когда запускает пальцы в мелкую лужицу крови внутри – скопилась на какой-то тёмной выемке и призывно блестит уже секунду – и легко окрашивает губы. Невероятных усилий стоит держать в узде желание слизать кровь. Если сделает так – расплавится и потеряется.       Эн шумно выдыхает, отчего Локи начинает сжиматься чаще вокруг языка. И звучать ещё громче, слаще. Губы Эн Дви крепко сдавливают горошину клитора. Перед глазами удушливо темнеет, Локи впивается цепко ногтями в плечо Эн Дви, чтоб не свалиться; другой рукой держится за край раны, чтоб в небытие не свалился он.       Наслаждение размазывает его голову, сердце и все внутренности. Локи чувствует как становится слишком мокро, слегка прохладно-пусто внутри без языка, как целуют с оглушительным чавканьем. Слышно лёгкое журчание. Локи с силой зажмуривается на пару секунд, чтоб лёгкая слепота прошла быстрей. И приоткрывает глаза постепенно. Эн утыкается лицом во внутреннюю сторону его правого, чуть покусанного бедра, дышит шумно и медленно, и больше не двигается. Его горячие руки всё ещё держат Локи за ягодицы, всё ещё не лишены силы.       Локи чуть склоняет голову, рассматривая растрёпанную серебряную макушку меж своих ног.       Если он проберётся в его разум, что там будет? Так же оглушительно пусто? Он совсем не думает о последствиях. Лишь прикрывает глаза и...       В голову врывается лающий лисий смех. Принадлежит Эну и вовсе не его. Локи пытается отмахнуться от этого, наивно полагая, что может выцепить хоть одну мысль, но смех становится громче с каждым его аккуратным "кыш". Хриплый, дрожащий и раскалённый, переливается от бледно-рыжего до тошнотворного алого, мельтешит и дробится в голове так, что Локи становится дурно. Он чудом вырывается, обжёгшись на выходе. Моргает часто, вглядывается в всё ещё неподвижно лежащего меж своих ног Эн Дви. Локи аккуратно поглаживает Эна по щеке, надеясь, что так будет чуть приятней спать.       Завтра?       Всё-всё завтра.