На грани

Холодный ветер гулял по улицам города, заставляя редких прохожих плотнее закутываться в свои пальто. Неоновый свет вывесок отражался в лужах, превращая мокрый асфальт в зыбкую мозаику огней. Феликс шел вперед, не особо замечая дорогу. Его мысли были где-то далеко, за пределами этого города, за пределами этой жизни. В груди тянуло пустотой, и он уже давно перестал искать способ ее заполнить. Долгое время он надеялся, что найдется хоть что-то, хоть кто-то, кто удержит его здесь. Но с каждым днем становилось все очевиднее: никто не мог. Он остановился на краю моста. Внизу текла темная, ледяная река. Лед еще не сковал ее полностью, но черные разводья воды выглядели так, будто готовы поглотить любого, кто приблизится слишком близко. Феликс вздохнул, убирая прядь светлых волос за ухо. Ветер трепал его полупрозрачную куртку, но холода он не чувствовал. В кармане вибрировал телефон – какое-то уведомление, но ему было плевать. — Ты не похож на туриста, — раздался голос сбоку. Феликс вздрогнул и обернулся. Рядом с ним стоял незнакомец – высокий, худощавый, с идеально уложенными темными волосами. Его черные глаза пристально смотрели на Феликса, будто в них отражалась вся ночная улица. — И не похож на того, кто просто любуется видом, — продолжил он, засунув руки в карманы пальто. Феликс скривился. — А ты похож на того, кто сует нос не в свое дело. Незнакомец усмехнулся, и эта усмешка почему-то раздражала. — Возможно. Но ты же не хочешь, чтобы кто-то потом вылавливал тебя из этой воды, правда? Феликс сжал челюсти. В глубине души он знал, что мог бы просто развернуться и уйти. Но что-то в этом парне цепляло. — Что тебе надо? – тихо спросил он. — Просто поговорить. Если, конечно, у тебя есть время. Феликс нахмурился, но отступил от края. — Ладно. Удиви меня. — Для начала, — незнакомец склонил голову, изучающе глядя на него. — Как тебя зовут? Феликс закатил глаза. — Феликс. — Хёнджин, — кивнул тот в ответ. – Рад знакомству. Он говорил это так, будто они встретились на вечеринке, а не на грани чужой жизни. Феликс вдруг почувствовал усталость. Он сам не заметил, как ноги привели его сюда. Он не планировал ничего… Или планировал? Честно говоря, уже не знал. — Ты часто так делаешь? — спросил он. — Что? — Разговариваешь с незнакомцами, которых находишь на мосту? Хёнджин усмехнулся. — Нет. Только с теми, кто мне интересен. Феликс недоверчиво вскинул бровь. — То есть, ты увидел меня и решил: «О, этот парень явно думает о чем-то не том, надо бы вмешаться»? — Почти, — Хёнджин прищурился. — На самом деле, я заметил тебя еще раньше. Ты шел по улице, будто в тумане. Я просто хотел узнать, что у тебя на уме. Феликс резко выдохнул и отвел взгляд. — Зачем? Хёнджин не ответил сразу. Ветер поднимал волосы, бросал в лицо холодный воздух. Потом он медленно произнес: — Не знаю. Наверное, потому что иногда… Просто нужно, чтобы кто-то был рядом. Феликс вдруг почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Эти слова… Они зацепили его глубже, чем хотелось бы признать. Он сглотнул, разрываясь между желанием оттолкнуть этого парня и желанием остаться. — И что ты предлагаешь? — Пройтись. Выпить кофе. Посмотреть, будет ли этот вечер чем-то, кроме очередного разочарования. Феликс смотрел на него, не зная, что сказать. — Это не изменит ничего, — пробормотал он. — Возможно. Но, может, изменит. Хёнджин улыбнулся – просто, чуть грустно, но искренне. И Феликс, сам не понимая почему, сделал шаг навстречу.

***

Кафе, в которое привел Феликса Хёнджин, оказалось маленьким и уютным. Теплый свет ламп, приглушенная музыка, несколько посетителей, уткнувшихся в телефоны или книги. Здесь было спокойно – совершенно не похоже на улицу с ее холодным ветром и неоновым светом. Феликс смотрел, как Хёнджин уверенно заказывает два латте. Он не стал спрашивать, что предпочитает Феликс – просто выбрал за него. Почему-то это казалось естественным. — Садись, — Хёнджин кивнул на стол у окна. Феликс сел, убирая руки в рукава куртки. Он чувствовал себя странно. Несколько минут назад он стоял на мосту, готовый… нет, не готовый. Скорее, безразличный. А теперь сидел в кафе с незнакомцем, который вел себя так, будто между ними не было пропасти. — Так, — Хёнджин уселся напротив, чуть прищурившись. — Ты собираешься рассказать мне, что творится у тебя в голове? Феликс скривился. — А если нет? — Тогда я попробую угадать. Феликс вздохнул, откидываясь на спинку стула. — Почему тебе вообще не все равно? Хёнджин усмехнулся, постукивая пальцами по столу. — Хороший вопрос. Знаешь, я ведь мог пройти мимо. Было бы проще. — Тогда почему не прошел? Хёнджин не сразу ответил. Он смотрел на Феликса так, будто пытался что-то в нем разглядеть. — Потому что я знаю этот взгляд. Феликс напрягся. — Какой? — Взгляд человека, который больше не видит смысла. Феликс резко сглотнул, отводя глаза. — Ты чертов психолог? — Нет, просто видел такое раньше. Феликс молчал. Он не знал, что сказать. Его привычная защита рушилась под этим спокойным взглядом. Официант принес кофе, и Феликс машинально взял чашку, но не сделал ни глотка. — Если ты надеешься, что я выложу тебе всю свою жизнь, то можешь не тратить время, — тихо сказал он. Хёнджин кивнул. — Ладно. Тогда расскажи хоть что-нибудь. Феликс вздохнул. — Я… просто устал. — От чего? Феликс смотрел в чашку, наблюдая, как тонкая пленка молочной пены дрожит от движения его рук. — От всего. От этого города. От людей. От себя самого. Хёнджин не перебивал. Он просто слушал. — Иногда кажется, что все вокруг движутся, чего-то хотят, к чему-то стремятся… А я будто застрял. Мне нечего ждать. Хёнджин чуть качнул головой. — А что если не нужно ждать? Феликс нахмурился. — Что? — Если ты не видишь смысла в будущем, может, попробуешь просто жить моментами? Феликс усмехнулся. — Это не так просто. — Никто не говорит, что просто. Но если ты уже стоял на краю, может, стоит попробовать что-то новое? Феликс внимательно посмотрел на него. — Ты предлагаешь мне что? Жить ради случайных встреч с незнакомцами? Хёнджин улыбнулся. — Разве это так плохо? Феликс отвел взгляд. Внутри что-то странно сжалось. — Я не знаю. Хёнджин наклонился ближе, его голос стал тише. — Тогда давай попробуем. — Что? — Жить моментами. Хотя бы сегодня. Феликс не успел ответить – Хёнджин уже встал. — Пошли. — Куда? — Узнаешь. Феликс заколебался, но в конце концов поднялся и пошел следом. Он не знал, куда приведет его этот вечер. Но почему-то впервые за долгое время ему было все равно. Главное – просто идти.

***

Ночной город, окутанный светом уличных фонарей и звуками далеких автомобилей, казался теперь иным. Каждая улица, каждый уголок, где когда-то Феликс чувствовал себя заблудшим, теперь приобрели новый смысл. Хёнджин вел его, будто знал каждый шаг, каждый поворот. Феликс молчал, но следил за ним, ощущая странное ощущение облегчения. Они шли долго, не спеша, как будто каждый шаг был частью какого-то неизведанного пути. Феликс не спрашивал, куда они идут — ему не было важно. Он не думал о последствиях, не думал о будущем, просто двигался в темную ночь, следуя за тем, кто вел его. И, несмотря на всю свою замкнутость, он чувствовал, как постепенно что-то внутри него начинает меняться. Хёнджин остановился перед маленьким баром, его вывеска тускло мерцала в ночи. Это было место, которое казалось совершенно непримечательным, но оно излучало какое-то странное тепло, притягивающее. — Пойдем? — спросил Хёнджин, бросив взгляд на Феликса. Тот кивнул, чувствуя, как за эти несколько часов напряжение начало постепенно спадать. Это место было странным. Он никогда не бывал в таких барах. Но сейчас ему хотелось забыть о том, что было до этого вечера. Внутри было темно и уютно. Легкая музыка, запах свежих напитков, расслабленные разговоры. В воздухе витала атмосфера невидимой связи, как будто все здесь были кем-то знакомыми. Феликс почувствовал себя немного не в своей тарелке. Он не был здесь, в этих местах, среди этих людей. Он привык быть один. Привык думать, что так будет лучше. Но сейчас... сейчас он ощущал что-то иное. Кто-то был рядом, и это приносило странное чувство покоя. Они сели за стойку, и Хёнджин сразу заказал два коктейля, не спрашивая мнения Феликса. В ответ тот лишь пожал плечами. Может, он действительно не хотел ничего решать, не хотел думать. — Ты что-то сказал о том, что тебе нужно просто жить моментами, — сказал Феликс, когда коктейль оказался перед ним. Хёнджин немного улыбнулся, но не отвечал сразу. Он осторожно потянулся за своим напитком, погружая взгляд в небо, видневшееся через стеклянные окна. — Ты когда-нибудь ощущал, что все, что ты делал до этого, не имело смысла? Феликс задумался. Конечно, он чувствовал это. Он чувствовал, что его жизнь была чем-то вроде бесконечной серии ошибок и сожалений. Но теперь… теперь ему становилось сложно думать так однозначно. Может, действительно не все должно быть таким четким? — Да, — ответил он тихо. — Но не знаю, как сделать, чтобы это изменилось. Хёнджин наклонился немного вперед, его взгляд стал серьезным, но мягким. — Ты не один. Ты не должен делать это сам. Иногда достаточно того, чтобы кто-то просто был рядом. Феликс снова почувствовал этот странный тронувший его момент. Он не знал, что сказать, но в какой-то момент его взгляд встречается с глазами Хёнджина, и все его внутренние сомнения на мгновение уходят. Может, все-таки он мог бы попробовать… попробовать жить не только ради себя. Они пили молча, просто находясь рядом, но для Феликса этот вечер стал чем-то большим, чем просто очередной случайной встречей. Это была встреча, в которой скрывался шанс. Шанс на перемены. На то, чтобы хотя бы попытаться сделать шаг в сторону жизни, а не ухода от нее.

***

Утро наступило неожиданно тихо. Феликс проснулся в своей кровати, на мгновение не понимая, где он. Серое светило солнце сквозь занавески, а его тело ощущалось будто тяжело — как будто он долго не отдыхал. В голове висела странная неясность, как будто какой-то призрак, который он не мог изгнать. Он снова вспомнил ночь. Хёнджин, их разговоры, бар, где они сидели, а потом, когда день начал уходить, Хёнджин предложил пройтись по городу. Он провел его по улицам, показывая места, которые были простыми, но становились важными в этот момент. Это было так... непривычно. И так удивительно. Они смеялись, разговаривали о ерунде, не думая о большом, не думая о будущем. Но в конце концов, они просто расстались на улице, а Феликс ушел домой, не зная, что с этим всем делать. Он встал с кровати и потянулся, ощущая на себе тяжесть неопределенности. Почему Хёнджин был так близок, так настойчив, не давая ему возможности сбежать? Почему это чувствовалось важным, хотя он был уверен, что ничего не изменится? Он подошел к окну, наблюдая за просыпающимся городом. Улицы еще были пустыми, лишь редкие машины и прохожие нарушали эту утреннюю тишину. Феликс снова почувствовал, как его внутренний мир начинает расшатываться. Казалось, что он был на грани чего-то нового, но… как будто не готов к этому. В этот момент его телефон завибрировал. Он не спешил отвечать, но посмотрел на экран: сообщение от Хёнджина. «Как ты? Ты спал?» Феликс отложил телефон. Спал… да, спал. Но не чувствовал себя спокойным. Через несколько минут он все-таки ответил. «Да, спал. Все нормально.» Мгновенно пришел ответ. «Завтра увидимся?» Феликс задумался. Это было так внезапно, так непонятно. Почему это все не отпускает его? Почему его жизнь теперь снова стала не такой простой? Почему его не покидает мысль, что что-то изменится, если он согласится? Он снова оглядел квартиру, его взгляд задержался на черно-белых фотографиях, которые висели на стенах. Он когда-то думал, что они помогают ему быть частью чего-то стабильного, но теперь они казались частью прошлого, от которого он не мог избавиться. «Завтра.» Он набрал ответ, не думая, и отправил его. Это было неважно. Наверное, он просто искал новый повод, чтобы не уходить в себя, чтобы не скрываться. Хёнджин был напоминанием, что иногда важно не только смотреть на мост, на реку, но и просто находить пути, чтобы идти по ним. Феликс вздохнул, отпустив эту странную тяжесть в груди. Завтра будет завтра. А сейчас… ему нужно было просто жить этим моментом. Или хотя бы попытаться. На следующий день Феликс встретил Хёнджина в том же кафе, где они были в первый раз. Хёнджин сидел за тем же столом у окна, смотря на улицу. Он был таким же спокойным, каким был и тогда, когда они разговаривали на мосту. Но теперь, когда Феликс подошел, его взгляд стал немного более внимательным, чуть настороженным. — Ты пришел, — сказал Хёнджин, когда Феликс присел напротив. Феликс просто кивнул, чувствуя, как его сердце бьется немного быстрее. Он не знал, о чем они будут говорить, не знал, что это будет за встреча. Он не знал даже, что от него ждут. — Ты не выглядишь так, как в прошлый раз, — заметил Хёнджин. — Что-то не так? Феликс вздохнул. — Просто… много всего в голове. — Что именно? Феликс задумался, не зная, как ответить. Он был настолько привык к одиночеству, что теперь просто не знал, как говорить с этим человеком, который, казалось, был на грани того, чтобы его понять. — Иногда… мне кажется, что я не могу остановиться, — сказал Феликс тихо. — Что-то всегда тянет меня дальше, туда, где я не могу быть собой. Хёнджин внимательно слушал, но не спешил говорить. Его глаза были спокойны, и, несмотря на напряжение, которое чувствовал Феликс, он все равно ощущал какой-то покой от его присутствия. — Ты не один, — произнес Хёнджин тихо, но уверенно. — И ты не обязан знать все ответы прямо сейчас. Жизнь не требует от тебя, чтобы ты все знал. Просто попробуй сделать шаг. Пускай даже неудачный. Феликс взял чашку с кофе, медленно отпив немного. — И что, если я сделаю этот шаг, а все снова рухнет? Что если это будет еще один из тех моментов, когда я окажусь на грани? — Тогда попробуй сделать еще один шаг, — сказал Хёнджин, его взгляд не отрывался от Феликса. — Может, следующий будет легче. Феликс тихо усмехнулся, ощущая как внутренний мир слегка сдвигается. Он не знал, что будет дальше, но впервые за долгое время ему не было так страшно.

***

Дни становились не такими тяжелыми, как раньше, но они всё равно не были легкими. Феликс чувствовал, как его привычная стена, за которой он прятался от мира, медленно начинает разрушаться. Каждый раз, когда он встречался с Хёнджином, что-то менялось. Он не мог точно сказать, что именно, но эти маленькие моменты, когда они просто сидели вместе, разговаривали или молчали, начали оставлять след. Хёнджин был терпелив, не настаивал, не требовал. Он был рядом, но оставлял место для того, чтобы Феликс мог решать, что делать с этим всем. Но, чем больше они проводили времени вместе, тем яснее становилось одно: Феликс уже не мог вернуться к тому, что было до этого. Он начал меняться. В этот раз они встретились в небольшом парке, где раннее утреннее солнце только начинало освещать землю, создавая длинные тени. Хёнджин сидел на скамейке, глядя куда-то в сторону, когда Феликс подошел. — Привет, — сказал Феликс, его голос был слегка грубым от утреннего холода, но в нем было что-то новое. Хёнджин обернулся и улыбнулся. — Привет. Как ты? Феликс на мгновение замешкался, не зная, что сказать. Он уже привык к этим вопросам, но каждый раз они заставляли его задуматься. — Лучше, чем вчера, — сказал он, садясь рядом. — Но… все равно не знаю, что мне с этим всем делать. Хёнджин внимательно посмотрел на него, а потом медленно проговорил: — Ты не обязан сразу всё понять. Главное — не останавливаться. Жизнь — это не точка назначения, это процесс. И ты сам решаешь, как его прожить. Феликс усмехнулся, но его взгляд был серьезным. — И ты веришь в это? Что можно просто жить, не зная, куда идти? Хёнджин не ответил сразу. Он долго смотрел на Феликса, а затем кивнул. — Я верю в то, что каждый шаг — это уже путь. Иногда не важно, куда ты идешь, если ты хотя бы идешь. Ты уже сделал первый шаг, и это многое значит. Феликс ощущал, как внутри что-то странно дрогнуло. Это было не просто утешение. Это было нечто более глубокое, что касалось его внутреннего мира. — Ты прав, — сказал он, хотя сам не совсем верил в эти слова. — Но… что если я просто не могу двигаться дальше? Хёнджин усмехнулся. — Тогда я буду рядом. Пока ты сам не решишь, что хочешь двигаться. Но знаешь, у каждого из нас есть свои точки опоры. Может, твоя сейчас — это я. Феликс почувствовал, как что-то холодное и острое сжало его грудь. Он посмотрел на Хёнджина, пытаясь понять, что за смысл скрывается за этими словами. Но в его глазах не было жалости, только искреннее понимание. — Ты серьезно? — спросил он. — Я не говорю, что я — решение, — ответил Хёнджин, — я просто говорю, что иногда важно позволить кому-то быть рядом. Это уже может быть чем-то значимым. Феликс молчал. Он пытался представить, что значит позволить кому-то быть рядом. Он всегда был в одиночестве, всегда чувствовал себя вдалеке от других. И теперь это ощущение того, что кто-то готов быть рядом, казалось чем-то почти невозможным. — И что ты предлагаешь? — спросил он, не в силах скрыть свою растерянность. — Просто будь. Здесь. Сейчас. Пусть это будет не идеально, пусть это будет не всегда правильно, но главное — двигаться. Феликс задумался. Он знал, что этот разговор не решит всех его проблем. Но в какой-то момент ему стало ясно, что, возможно, он был не один в этом мире, и что его жизнь все еще могла быть не такой пустой, как он думал. Он посмотрел на Хёнджина и почувствовал, что внутри него появляется что-то важное. Это не был момент радости или утешения. Это был просто момент понимания того, что жизнь может быть не только борьбой, но и поиском людей, с которыми можно разделить этот путь. — Спасибо, — тихо сказал Феликс. Хёнджин кивнул и улыбнулся. Он ничего не сказал в ответ. Просто сидел рядом, предоставляя Феликсу пространство, которое ему нужно было для того, чтобы понять, что этот шаг не был в одиночестве. Иногда, возможно, этого было достаточно. Они продолжили сидеть на скамейке, смотря на утренний свет, который медленно проникал в парк, словно давая Феликсу шанс на новый день.

***

С каждым днем напряжение между ними нарастало, как невыносимая близость, что скрывается за тенью ожидания. Феликс начал осознавать, что чувства, которые он испытывал к Хёнджину, перестали быть простыми. В каждом взгляде, в каждом слове было что-то большее — что-то, что он не мог просто игнорировать или объяснить. Каждый жест Хёнджина, каждый момент, когда их тела оказывались слишком близко, начинал будить в нем желание, от которого он не знал, как избавиться. Этой ночью они снова встретились, в том же месте, где их пути пересеклись впервые. Улицы города были пустыми, только несколько прохожих спешили домой, и неоновый свет вывесок лениво отражался в лужах на асфальте. Темные, влажные камни мостовой придавали этому моменту какое-то ощущение безвременья, как будто их встреча была давно предначертана. Феликс шел рядом с Хёнджином, его шаги были немного неуверенными. Сердце билось быстрее, чем обычно, а в груди чувствовалась тревога. Он не знал, как начнется то, что уже слишком давно витало в воздухе между ними. — Ты как? — вдруг спросил Хёнджин, оглянувшись на него с легкой улыбкой, которая скрывала нечто большее. Феликс, не отвечая сразу, посмотрел на его губы, на его глаза, темные, как сама ночь. В его взгляде было что-то, что тянуло, что манило. Что-то опасное, что Феликс знал, что он не сможет контролировать. — Я… — его голос дрогнул. — Я все еще не знаю. Хёнджин остановился и повернулся к нему, их тела теперь находились так близко, что Феликс мог чувствовать тепло его тела, его дыхание, которое как будто приостанавливалось в воздухе. — Ты не должен знать, — сказал Хёнджин, его рука, словно случайно, коснулась его плеча. — Не все нужно понимать сразу. Иногда достаточно просто быть. Феликс посмотрел на его пальцы, на их прикосновение, и его дыхание стало учащенным. Все тело напряжено, как струна, готовая сорваться. Он сжался, пытаясь сдержать себя, но в голове было одно — близость Хёнджина становилась невыносимой. — И что, ты думаешь, я смогу просто быть? — спросил он, голос теперь был низким, чуть хриплым. — Ты хочешь, чтобы я забыл обо всем и просто… позволил себе быть с тобой? Хёнджин подошел ближе, и Феликс почувствовал, как его сердце бьется с каждым шагом, как тянет в сторону этого тела, которое было ему слишком близким. — А ты боишься этого? — спросил Хёнджин, его дыхание касалось кожи Феликса, и тот почувствовал, как его тело отзывается на каждое его движение. Взгляд Хёнджина был туманным, почти гипнотическим, как будто он уже знал, что будет дальше. Феликс замер, его глаза закрылись на мгновение. Он знал, что в этой тишине, в этом взгляде было нечто, что он не мог остановить. Он чувствовал, как его тело реагирует, как оно тянется к Хёнджину, к его глазам, к его губам. Всё, что ему оставалось, это ответить на этот вызов. Он не сказал ничего. Просто притянул Хёнджина к себе, его руки были жесткими, уверенными. Их губы встретились с такой силой, что казалось, воздух вырвался из их легких. Поцелуй был страстным, неуверенным и одновременно полным какой-то неизведанной уверенности. Феликс чувствовал, как Хёнджин тянет его к себе, как их тела сливаются в едином порыве. Его руки скользнули по спине Хёнджина, пальцы вгрызались в ткани его одежды, и Феликс не мог понять, что именно в этом моменте было столь захватывающе — поцелуй, или то, что они оба оказались на грани чего-то, что уже не будет назад. Хёнджин оторвался от его губ и прошептал, его голос был низким, почти прерывистым: — Ты хочешь этого? Феликс посмотрел в его глаза, и, не сдерживая себя, ответил: — Да. Он не знал, что будет дальше. Но этого момента было достаточно, чтобы понять, что их мир больше не будет прежним. Момент становился горячим, напряженным, и их тела говорили больше, чем любые слова. Хёнджин подхватил его за талию и потянул в сторону ближайшей темной улицы, в которой не было ни звука, кроме их дыхания, становившегося все глубже и быстрее. Весь город исчез за их спинами, и остался только один шаг, который они сделали вместе. Хёнджин толкнул Феликса к кирпичной стене, дыхание сбивалось, руки сжимали его запястья, прижимая к холодному камню. Их губы снова встретились – жадно, отчаянно, с нотками боли, что копилась между ними все это время. Это не был поцелуй нежности, это было столкновение двух стихий, двух сломленных душ, что искали утешение друг в друге. Феликс задыхался, но не от нехватки воздуха – от жара, который растекался по телу с каждым прикосновением. Он стиснул пальцы на пальто Хёнджина, притягивая его ближе, вжимаясь в него, словно пытаясь слиться воедино. Их сердца колотились в унисон, сливаясь с далеким шумом ночного города. Хёнджин скользнул губами вниз, по линии челюсти, оставляя горячие, почти обжигающие поцелуи. Его руки наконец отпустили запястья Феликса, но тот и не думал отстраняться – наоборот, его пальцы уже скользили под ткань пальто Хёнджина, чувствуя под ней тепло его тела. — Ты… — голос Феликса сорвался, когда Хёнджин прижался бедром к нему, — ты сводишь меня с ума… Хёнджин усмехнулся, губами касаясь его уха, а потом шепнул: — Хорошо. В его голосе было что-то темное, что-то завораживающее. Феликс задрожал от одного этого слова. Он не знал, куда заведет их эта ночь, но впервые за долгое время не боялся будущего. Потому что прямо сейчас, в этом мгновении, он был живым. И если быть живым означало гореть – он был готов сгореть дотла. Хёнджин резко развернул Феликса, заставляя его ладонями упереться в кирпичную стену. Грубые камни врезались в кожу, но боль была приятной, острой, как и жара, растекавшаяся по телу. — Хёнджин… — голос Феликса сорвался, когда горячее дыхание коснулось его шеи. Он чувствовал, как пальцы Хёнджина скользят по его талии, обжигая даже сквозь ткань. Движения были медленными, нарочито неторопливыми, словно Хёнджин наслаждался каждой секундой. Феликс не мог сдержаться – он выгнулся навстречу, требуя большего, требуя, чтобы этот момент не заканчивался. — Ты дрожишь, — голос Хёнджина был хриплым, тяжелым. — Потому что ты… — Феликс стиснул зубы, когда руки Хёнджина скользнули под его одежду, прокладывая горячий след по коже. — Ты сводишь меня с ума… Хёнджин усмехнулся, прижимаясь ближе, так что Феликс чувствовал каждое движение его тела. — Тогда скажи мне, чего ты хочешь, — прошептал он, касаясь губами его уха. Феликс закрыл глаза. Его дыхание сбилось, мысли путались. Он никогда не позволял себе хотеть. Никогда не говорил вслух того, что горело в нем прямо сейчас. Но с Хёнджином… С Хёнджином все было иначе. — Тебя, — выдохнул он наконец. И этого было достаточно, чтобы мир вокруг исчез, оставляя только их двоих.

***

Комната была наполнена полумраком – только уличные фонари пробивались сквозь неплотно задернутые шторы, отбрасывая мягкие блики на кожу, на спутанные волосы, на пальцы, цепляющиеся за простыни. Феликс лежал на спине, тяжело дыша, все еще не до конца осознавая, что только что произошло. Он чувствовал, как тепло Хёнджина все еще остается на его коже, как следы поцелуев горят в тех местах, где к нему прикасались губы. Рядом, на полу, валялась одежда – их вещи смешались, став единым хаосом, как и они сами. Хёнджин лежал рядом, повернувшись к нему лицом. Его пальцы лениво скользнули по груди Феликса, очерчивая невидимые узоры. — Ты слишком тихий, — сказал он, голос еще с хрипотцой после их ночи. Феликс прикрыл глаза, глубоко вдохнул. — Просто не хочу, чтобы это заканчивалось. Хёнджин чуть усмехнулся, но в его взгляде была мягкость, какой Феликс раньше не замечал. Он склонился ниже, легко коснувшись губами его ключицы. — Тогда не заканчивай, — тихо сказал он. Феликс повернул голову, их взгляды встретились. Он не знал, что будет дальше. Не знал, сломает ли этот момент их обоих или, наоборот, соберет из осколков. Но пока Хёнджин был рядом, пока его руки все еще касались его, а сердце билось в одном ритме с чужим – ему было неважно. Потому что этой ночью, среди мрака и света, он впервые за долгое время чувствовал себя живым.