КАРТ - БЛАНШ

Работа, работа, работа.. -Гриша, - голос гаснет с каждой секундой. В тяжёлом пространстве проносится мягкий свет из-за жалюз. Мужчины близко, их сплетённые руки, сбитое, горячее дыхание, выпитый алкоголь, сигареты - какие-то мелочи. Между ними ничтожные сантиметры, одно малейшее движение и разум окончательно покинет их, а после понесет делать того, чего нельзя.. Шатохин теряется, подаётся. Селезнёв решается, целует. И целует мягко, долгожданно. Губы нежные и вкусные, прямо таки конфета какая. Вадим удовлетворённо мычит, просит разрешения на большее, а Гриша разрешает. Лижет языком, дёргается когда натыкается на чужой, однако мигом привыкает. Детские игры языками быстро переменились на нечто пошлое и требовательное. Селезнёв четко и жадно впивался, заглатывая слюни и прижимая к себе Шатохина за лицо. Тому оставалось лишь лихорадочно постанывать и вдыхать хоть немного кислорода. А когда Вадим стал кружить их по направлению к столу, чуть ли не задохнулся. -Ты хочешь прямо на столе?! - раздался возмутительный тон Гриши, в попытках оттолкнуть от себя светлого. -Гришенька, - дразнясь прошептал Селезнёв, приподнимая Шатохина за ноги, дабы тот уселся. - Потерпи, пожалуйста. И веди себя потише. Вадим опускается на колени и берётся руками за ширинку чужих джинс. Перед началом медлит, но всё же берёт в рот головку. Он освоенно мазнул языком по плоти, наслаждаясь вкусом и сдержанными ахами Шатохина. С каждым движением Вадим брал больше и больше, тщательно вылизывая все, что было во рту. Он сосал приподняв голову, его глаза с наслаждением смотрели на дрожащего Гришу, тот весь сжался, ужасно тихо стонал и кусал губы. Однако никак не хотел прикасаться рукой к Селезнёву, не пытался заставить взять больше. Между тем Шатохин был близок к разрядке, о чем не соизволил предупредить. Всего лишь откинул голову назад, чуть толкнувшись пахом вперёд, кончая в чужой рот. Вадим от неожиданности подавился жидкостью, глотнув меньше половины, остальное с брызгом полилось на пол. -Предупредил бы, - усмехнулся Селезнев, поднимаясь на ноги. -Давай быстрее, - сердито сказал Шатохин, упав на спину. -Ну раз, ты просишь.. Вадим встал рядом, спуская с себя штаны с бельем. И так же избавляя от всего этого Гришу. Палец коснулся промежности, начиная копошится в тугой дырке, очень сухо. Слава, смазка ускорила дело. Селезнев обмазал свой член и слегка растянул Шатохина, на что тот горячо проскулил. -Я вхожу, - предупредил Вадим, вставляя член в промежность. Член лёгкими рывками входил в тугое отверстие, а для удобства Селезнев подхватил руками ножки Шатохина, одну закинув себе на плечо. Вадим входил медленно. Делал максимально приятно, редко срываясь. С порывом страсти ему помогала чужая шея. Когда член был полностью внутри, Селезнев отпускал ноги Гриши, падая на него поверх. Летящие постанывания, переходили в мычание, когда Вадим впивался в чужие губы, впуская в дело руки. Те позабыв о личных границах, скользили по давным давно исследованным изгабам чужого тела. Ложились на талию, зарывались в волосах, шлёпали по заднице и иногда дотрагивались пульсирующего члена. Приятность всех этих ласков Гриша с диким возбуждением отмечал в поцелуе. Грубо сминал их губы об друг друга, спетал языки, проявлял инициативу, почти трахая в рот светлого. В ответ Вадим совсем выбился из клеи. Однако чуть осмеливался и возбуждённо толкался в зад, в такт поцелуев. Сейчас рабочее время. Людей в офисе Чикен Карри полно, ни одна душа не должна узнать чем они заняты, как они довольствуются друг другом, как тихо шипят и роняют стоны.. Между тем Селезневу все сильнее хотелось кончить в Шатохина. Но он ждал момента, когда тот проскулит и попросит сам. -Ах.. быстрей.. - сдержано выдавил Гриша, хватаясь за футболку Вадима. Селезневу открылся зелёный свет, он как-то выругавшись, кончил глубоко в Шатохина, падая головой о его грудь. Тот лишь жадно вдыхал воздуха, чувствуя как жидкость стала выливаться наружу. Вадим удовлетворённо вынул член, опираясь руками об стол. Его глаза упали на Гришу, тот медленно поднимался, пытаясь сесть. А когда у того это получилось, вновь заманил в поцелуй, выпрашивая чего-то. -Что ещё? - усмехается Селезнев, не понимая чего хочет Шатохин. -Моя очередь, - улыбается тот, резко меняя их позициями. - Раздевайся.. Он срывает с Селезнева всё что снизу, так же ловко подстраиваясь, что бы войти. От неожиданности Вадим совсем растерялся, но принял всё, что делал с ним Шатохин. Гриша в отличии от Селезнева действовал менее аккуратно, однако намного быстрей. Он чуть неуклюже растягивал и входил. Но со временем приноровился, двигаясь плавней. Вадим закусывая губу от режущей боли, обхватил Шатохина за шею, роняя свои сдержанные стоны тому на ухо. -Ах, Гриш, мне больно.. -Потерпи. Шатохин толкается, вдыхает родной запах Селезнева, вслушивается в его редкие стоны. И этого хватило, что бы вызвать волну оргазма. Жидкость так же заполняет Вадима изнутри, начиная вытекать когда член вынимают из зада. ... -Ох.. что-то мы с тобой задержались, - усмехается Гриша, уже одевшись. -А я же тебя отговаривал, - напомнил Селезнев, заметая следы. -Ты уж прости. -Прощаю. Тут в коридоре слышатся чьи-то шаги вместе со скрип половиц. Мужчины мигом заняли свои места на креслах, притворяясь занятыми. Но стоило им поднять друг на друга свой взгляд, как счастливый смех становилось уже не ударжать..