10:43

Исхаков чувствовал, как его грудь сдавливала тяжесть обиды. Но, несмотря на это, он не мог найти в себе силы начать разговор. Афанасьев был на другом конце комнаты, его взгляд холодный и непроницаемый, будто он уже давно не чувствовал того, что когда-то связывало их. — Ты же обещал, — сказал Исхаков, голос его звучал напряжённо, но сквозь слова пробивался этот застарелый упрёк. Афанасьев не ответил сразу, только молча посмотрел на пустую бутылку, оставленную на полу. Это был один из тех моментов, когда что-то незначительное вдруг могло стать причиной бурной ссоры. Маленькая деталь, но такая болезненная.  — Подумаешь, — буркнул Егор, нахмурив брови, но это было не просто недовольство. В его глазах была ярость, которая вот-вот прорвётся. — Не собирайся меня учить, как жить, — ответил Исхаков, и его слова прорезали тишину, как нож. — Ты же всегда так, просто уходишь от проблем, а я остаюсь. И тут произошёл первый жестокий момент: Афанасьев резко ударил кулаком по стене, заставив Исхакова дернуться, как будто это был удар по его собственному телу.  — Заткнись! — выпалил он. Исхаков почувствовал, как из груди вырывается что-то горячее. Он уже не мог молчать. Ответ был дан, и он был жестким. Каждый из них на мгновение почувствовал, как их связь разрывается, но ни один не мог отступить.