Земляничное вино

      Ночь окутала побережье темнотой. Небо было чёрным, уже проблескивали звëзды. Волны мерно накатывали на берег, будто убаюкивая его своим тихим шёпотом.       Мария медленно спускалась по узкой тропинке к морю, придерживаясь за деревянный поручень. Здесь, у кромки воды, было тихо. Большинство людей уже ушли — усталые после насыщенного дня, разбрелись по номерам, скрылись за дверями. Лишь некоторые ещё сидели вдалеке на пляже, наслаждаясь звёздным небом. Но её интересовал только один человек.       Таня сидела на старой деревянной лавке у самой воды, подперев щёку ладонью. Она выглядела так, будто растворилась в этом ночном пейзаже — лёгкая, немного потерянная, погружённая в свои мысли. Мария ненадолго замерла, разглядывая её. Было в этом что-то непривычное — видеть Таню такой тихой. Без её привычного озорства, без этой вечной готовности к спору, без лукавой улыбки.       Мария сделала шаг вперёд. Таня не обернулась.       — Если ты собираешься читать мне лекцию, то можешь не напрягаться, — её голос был тихим, с едва заметной хрипотцой. — Я и так всё знаю.       Мария усмехнулась.       — Нет.       Она шагнула ближе и, не говоря больше ни слова, протянула Тане бутылку. Таня моргнула, наконец-то повернув голову, и уставилась на неё с лёгким недоумением.       — Что это?       — Земляничное вино, — спокойно ответила Мария.       Таня выпрямилась, удивлённо приподняв брови.       — Ты… Принесла мне вино?       Мария не ответила, просто чуть покачала бутылку в руке, намекая, чтобы та уже забрала. Таня хмыкнула, но послушно протянула руки, забирая бутылку. Прохладное стекло приятно легло в ладони.       — Не ожидала, что ты умеешь вот так… По-человечески, — сказала она с лёгким смешком.       Мария закатила глаза, но не стала ничего отвечать. Таня повертела бутылку в руках, разглядывая этикетку, потом подняла на неё взгляд.       — А ты знала, что я люблю земляничное вино?       — Догадалась, — Мария пожала плечами. — Вообще подумала, что символично вот и всë.       Таня улыбнулась, но в её взгляде мелькнуло что-то тёплое, благодарное.       — Ну ладно… Тогда будем пить? Или ты просто принесла мне её, чтобы я в одиночку спилась? Или посмотрела и поставила на полочку?       Мария вздохнула, опустилась рядом на лавку.       — Открывай уже.       Таня усмехнулась, ловко открыла бутылку, сделала первый глоток прямо из горлышка, поморщилась от сладости, а потом протянула её Марии. Та чуть помедлила, но всё-таки приняла бутылку и сделала осторожный, неглубокий глоток. Вино и правда было сладким, тягучим, с лёгким ягодным привкусом.       Некоторое время они просто сидели в тишине, передавая бутылку друг другу, глядя на спокойное ночное море.       Таня сделала очередной глоток вина прямо из горлышка. Оно было сладким, немного терпким, обволакивало язык тёплой земляничной ноткой. Она тихо выдохнула и передала бутылку Марии. Мария приняла её молча, но сначала не пила — просто крутила в пальцах, глядя на отблески луны, что отражались в стекле.       — Ты не любишь сладкое вино, да? — спросила Таня, лениво вытягивая ноги перед собой.       — Нет, — честно ответила Мария и всё-таки сделала очередной глоток.       Таня усмехнулась, откидывая голову назад.       — Тогда почему ты его выбрала?       Мария не сразу ответила. Она просто передала бутылку обратно, позволив Тане снова приложиться к ней. А потом тихо сказала:       — Просто захотелось сделать тебе приятно.       Таня замерла с бутылкой в руках.       На какое-то мгновение между ними повисла пауза. Только море продолжало нашёптывать что-то, облизывая берег, да ночной ветер лёгкими порывами пробегался по их волосам.       — Ого, — наконец-то протянула Таня с кривоватой, но искренней улыбкой. — Это что, забота?       Мария закатила глаза.       — Не начинай.       Таня засмеялась, чуть качнувшись в сторону Марии. Она смотрела на неё.       — Ладно-ладно, молчу.       Она снова сделала глоток, запрокинув голову, а потом вдруг прижала бутылку к груди, сжимая её в ладонях.       — А ты вообще когда-нибудь вот так… Сидела ночью на берегу и просто болтала?       Мария задумалась, рассматривая темную воду.       — Давно. Очень давно.       — И с кем? — полюбопытствовала Таня, делая очередной глоток алкоголя и не сводя взгляда со своей собеседницы.       Мария пожала плечами.       — С подругой.       Таня чуть склонила голову набок, разглядывая её. Блики от луны отражались е её глазах       — А она сейчас где?       Мария усмехнулась, но в этом смехе было что-то тоскливое.       — Далеко.       Таня ничего не сказала, просто сделала ещё один глоток и вернула бутылку Марии.       Ветер мягко играл Таниными волосами, взъерошивал лёгкие, вьющиеся пряди, которые щекотали её лицо. Мария какое-то время наблюдала за этим, а потом, не раздумывая, протянула руку и мягко прибрала эти выбившиеся пряди за ухо. Таня вздрогнула от неожиданности, но не отстранилась.       — Мария Генр…       Мария убрала руку, как ни в чём не бывало.       — У тебя волосы в глаза лезут.       Таня улыбнулась.       — Спасибо.       Мария хмыкнула и снова сделала глоток из бутылки.       Вино постепенно кончалось. Таня лениво крутила бутылку в руках, наблюдая, как остатки розовой сладкой жидкости перекатываются по стеклу. Мария сидела рядом, положив локти на колени и глядя в темноту. Их разговоры постепенно затихли, но тишина между ними не была неловкой — скорее тёплой, как мягкое ночное море, что ласково обнимало берег.       Таня снова сделала глоток, запрокинув голову, потом тихо вздохнула.       — Знаешь… Иногда мне кажется, что я делаю всё не так, — призналась она и выжала улыбку.       Мария чуть повернула голову.       — Это почему?       Таня пожала плечами, задумчиво поводя пальцем по горлышку бутылки.       — Потому что… Мне уже давно не пятнадцать, а я всё ещё веду себя как ребёнок. Всё воспринимаю слишком остро, слишком громко реагирую, делаю глупости…       Мария мягко улыбнулась.       — В этом же твой шарм, — произнесла она и мягко забрала из рук Тани бутылку, делая ещё глоток.       — Шарм? — фыркнула Таня.       — Ну да, — Мария протянула руку и ткнула Таню в плечо. — Ты живая. Настоящая. Не боишься эмоций. Это… Это редкость. Благодаря этому дети тебя так сильно любят.       Таня чуть склонила голову, смотря на неё.       — А ты боишься?       Мария немного помолчала. Таня улыбнулась, замечая то, как Мария Генриховна покусывала губу, раздумывая и словно решаясь продолжить или нет.       — Я не боюсь. Я просто привыкла их контролировать.       Таня усмехнулась, вновь поднося бутылку к губам. Перед глазами всё уже немного плыло, а голова кружилась.       — Значит, ты из тех, кто прячет всё внутри и делает вид, что ей всё равно?       — Вроде того.       Таня повернулась к ней, чуть придвигаясь ближе.       — А бывает вообще что-то, что тебя выбивает из колеи?       Мария усмехнулась.       — Конечно.       — Например?       Мария опустила взгляд на свои руки, сцепленные на коленях.       — Например… Когда меня действительно кто-то волнует.       Таня замерла, крепче сжимая бутылку. Она на секунду поежилась от порыва ветра, пытаясь укутаться в свою кофту посильнее.       — А кто тебя волнует?       Мария посмотрела на неё. Их взгляды встретились, и Таня ощутила, как что-то внутри сжалось. На лице возникла слабая улыбка, которая отблескивала заинтересованностью. Мария не ответила, лишь шумно сглотнула и сделала ещё глоток вина. В её взгляде читалось больше, чем могли сказать любые слова.       Мария смотрела на море. Её взгляд был прикован к бесконечному, тёмному горизонту, где тонкая серебристая лунная дорожка растворялась в воде. Волны мягко накатывались на берег. Ветер играл с её волосами — короткие рыжие пряди беспорядочно взлетали, касаясь её скул, щёк, но она не обращала на это внимания.       Таня смотрела только на неё. Она зябко поёжилась, натягивая рукава кофты на ладони, словно пытаясь спрятаться в тёплой ткани, и слабо шмыгнула носом. Ночь становилась всё прохладнее, но уходить совсем не хотелось. Она не хотела, чтобы этот момент заканчивался. Не хотела, чтобы вино кончалось.       Она поднесла бутылку к губам, сделала маленький глоток, смакуя сладкую терпкость на языке, и тихонько выдохнула. Всё казалось слишком хрупким — это море, эта ночь, этот разговор… И Мария, такая спокойная, будто бы отстранённая, но при этом завораживающая. Таня слабо улыбнулась.       — Хочешь ещё? — спросила она, протягивая бутылку.       Мария наконец-то посмотрела на неё, потом медленно кивнула и забрала вино из её рук. Сделала глоток, а потом чуть склонила голову, задумчиво разглядывая Танино лицо.       — Замёрзла? — тихо спросила она чуть охрипшим голосом.       Таня пожала плечами, пряча нос за воротник кофты и слабо улыбаясь.       — Немного.       Мария протянула руку, слегка сжав её запястье — так, мимолётно, почти незаметно.       — Тогда зачем сидишь?       Таня пожала плечами и перехватила руку Марии, прижимая её ладонь к своему колену. Она мягко погладила костяшки её пальцев и улыбнулась.       — Не хочу уходить.       Мария ничего не сказала. Только снова сделала глоток вина и отвернулась к морю. Руку из-под руки Тани не вытащила, всё ещё ощущая подушечки её прохладных пальцев на своей коже.