Дама в рыжем и кавалер в темно-сером

Балы в Мондштадте никогда не проходят без происшествий.  Драматичные сцены, подковерные игры, яд в бокалах, мертвые тела в подвалах - будь воля Дилюка, запретил бы все, к чему аристократия может приложить хотя бы мизинец. Достаточно было бы и Луди Гарпастума, праздника ветряных цветов, фестиваля в честь окончания сбора урожая, празднования конца года - все, где горожане могут веселиться наравне со знатью, не задыхаясь в духоте пышных зеркальных залов, украшенных сотней свечей. Это кажется правильным.  На этот раз бал имеет тему - Фонтейнский маскарад, но Дилюк не раздумывает долго - просто заказывает вместо привычного темного или бордового костюма синий - в цвет любимой травы светяшки и родных волос, что по ночам окольцовывают пальцы. Очевидно, предсказуемо, но за две недели до бала ему удается разоблачить три заговора, вылить пять бочек с прекрасным вином, в которое уже успели добавить подозрительные кристаллы, а Кейя буквально селится в сторожке над въездом в город, разворачивая каждую вторую телегу.  Не сговариваясь, они выбирают цвета друг друга. Кейя в красном сам напоминает бутылку дорогого вина - Дилюк примечает его у стола с закусками уже от входа, любуется, рассматривая детали костюма, руки покалывает внутри перчаток от желания коснуться, поделиться знанием, они не видели друг друга почти неделю. Но пока время танцев еще не пришло. Нужно подождать и потратить время на оценку обстановки. Стоит только приглядеться, и знакомые фигуры, жесты и силуэты проступают поверх пышных платьев и костюмов, а маски, надетые на лица, больше ничего не скрывают.  Он слишком долго изучал каждого жителя этого города.   Вот Лиза, Джинн в голубом - видимо, собиралась на бал в последний момент и даже не узнавала указания по дресс коду, Эола в золоте, Эмбер в пышном бархатном черном платье, Барбара в бордовом - красиво, но так ее кожа кажется чересчур бледной и болезненной. Лоуренсы в зеленом - разных оттенков, но все равно слишком очевидно. Рыцари в привычной форме, несколько знакомых купцов, главы гильдий, персонал в сером, и все - в масках и перчатках, призванных сбивать с толку. Воздуха, как и всегда, не хватает, голова слегка кружится от благовоний, сонма духов, перемешанных друг с другом, и цветов - бал пышный, цветастый, каждый постарался украсить свой наряд перьями или бутонами. Даже без вина под утро будет болеть голова. Несколько поверхностных разговоров тут и там, смятая записка, переданная информатором - официантом вместе с напитком, жадные глотки свежего воздуха на балконе - Кейя уже ждет его, они запахивают занавески, запирают дверь и крадут у всего мира пятнадцать сладких минут, пока зал готовят к танцам, а затем - снова в бой, пусть и не такой, как привычно.  Вместо мечей в руках бокалы, вместо угроз - масляные улыбки, увороты-реверансы, взгляды скрыты под доспехами масок. Вызвать бы каждого второго на поединок, да и дело с концом. Как же Дилюк ненавидит все это.  Практически единственное, чем можно искренне насладиться - Кейя приглашает его - в этот раз ведомая роль, и Дилюк привычно вкладывает свою ладонь в протянутую руку.  Он первый выступал за изменение правил, позволяющее танцевать без строгого разделения на роли и пол. Лоуренсы тогда ожидаемо уперлись, но у Дилюка было слишком много власти, абсолютно отсутствовало желание танцевать со всеми купеческими дочками по очереди, пусть и ради приличия, и за право кружиться в танцах с тем, с кем он искренне жаждет - с Кейей, был готов спорить и давить до последнего.  Как и всегда, он выиграл.  И теперь они могут вести друг друга по залу - красное и синее, перепутанное, рука на талии, ладонь сжимает плечо, время от времени лаская шею. Первый танец Дилюк не смотрит по сторонам - только на Кейю, его блестящий небесной синевой на восходе глаз в прорезях маски, алые акценты с одежды ласкают спелую кожу, от него пахнет Сумерскими пряностями и мускусом.  Под воротником, скрытые от всех, наливаются бордовым засосы-укусы - завершающий штрих чужого костюма, пока он ставил их, Кейя жарко дышал ему в ухо, и легкая дрожь желания все еще живет у Дилюка под кожей.   - Насчитал на тебе минимум восемь ножей. Выглядишь великолепно. - Они разговаривают тихо, практически не шевеля губами, нужно быть очень близко, чтобы услышать хоть слово. Танцы как раз подходят, за неимением того, чего всегда хочется больше. - Двенадцать. Меч. И глаз бога. - Кейя поддерживает его под спину, помогая наклониться после широкого разворота, и Дилюк откидывается без страха - знает, его удержат, он никогда не сомневается в этом. - Я взял еще глаз порчи. Тоже чувствуешь? Это знание приходит с опытом - после десятого ранения, сотого выигранного сражения, когда атмосфера из чего-то абстрактного, воздуха и флера легких разговоров превращается в материю, покорную для разгадывания. Что-то происходит. Слишком много напряжения.  - Слишком давно было спокойно. - Кейя согласно сжимает плечо, как будто специально уводя на другую часть зала, и кивком указывает на затемненный угол. Дилюк ждет, пока угол обзора сменится, всматривается внимательнее и поджимает губы. Эту пару сложно не заметить - высокая, статная блондинка с шикарными светлыми волосами почти до пола, и ее партнер - широкоплечий, мощный, тени словно сами липнут к нему. Яркий рыжий на платье и землистый, зеленый в строгом костюме. Маски скрывают лица. Мелодии сменяют друг друга, Дилюк выдыхает сквозь зубы - даже для его тренированного тела это ощутимо, спина под тремя слоями тяжелой одежды намокает. Радует лишь то, что они оба обучены еще с детства и тела двигаются сами, в отрыве от разума. Мысли уже давно заняты пересчетом рыцарей поблизости, проверкой основных и запасных выходов и продумыванием нескольких стратегий на случай того, если ситуация выйдет из под контроля.  - Лиза в белом просто неподражаема. - Кто бы это мог быть? - Кейя, как обычно, читает его мысли. Азарт делает его голос немного ниже, добавляя нотки бархата. Дилюк переплетает их пальцы крепче, получая ответное пожатие, и улыбается уже искреннее - даже сейчас он может наслаждаться происходящим. Кейя все всегда делает лучше просто потому, что они снова справляются со всеми трудностями вместе.  - Алиса?  Действительно есть что-то общее в оттенке их волос. Но уши сбивают с толку - зал ярко освещен, и Дилюк отчетливо видит человеческую форму. Эльфийские уши больше и длиннее.  Дальняя родственница? Рейндоттир? Альбедо говорил о том, что был создан по ее образу и подобию, и, вновь - светлые волосы, но как будто еще холоднее по оттенку... - Похожа, но нет. И ее спутник... В нем есть что-то незримо знакомое. Это заставляет Дилюка глубоко задуматься, пристально наблюдая за незнакомой парой - они присоединяются к танцующим, и теперь то и дело проплывают мимо друг друга, перемещаясь по залу.   Мощные плечи, словно два огромных дерева, упавших друг на друга. Цвет костюма - темный, болотный, пустые, без меча, ножны на поясе, до боли знакомые движения. Словно выпады при фехтовании - основы, которым учат всех будущих рыцарей.  Пусть не сейчас, но десять, пятнадцать лет назад. Он бы запомнил такого сильного воина. Кто же это может быть? Очередной танец заканчивается, перерыв пролетает незаметно - Дилюк и успевает, что отойти за напитками для себя и Кейи, как вдруг его приглашают. Та самая незнакомка, выше его почти на голову, приседает в легком полу поклоне, но держится так, словно отдает приказ. Приходится согласиться. Навряд ли она заколет его ножом прямо во время танца. Да и опыт у него уже имеется - выжил тогда, выживет и сейчас. На балу минимум три лекаря.  А пока можно воспользоваться возможностью разглядеть загадочную леди в рыжем поближе. От нее пахнет огненными цветами - но запах слишком далекий, призрачный, Дилюк чувствует пиро отклик, элементальный, один на всех носителей стихии. Что-то знакомое до боли.   Отточенные движения, обманчиво хрупкие руки. Пышное платье шуршит, поскрипывая, словно толстый слой снега, в котором вязнешь, проваливаясь сразу по колено. Она позволяет вести себя, но и это обманчиво - ничто в ней не желает покориться ему. И по росту, и по возрасту, и по силе он слабее.  Этот танец напоминает ему то, что происходило несколько лет назад. Темные леса, стылые реки, точные атаки, бой, из которого он чудом смог выйти живым, и только спустя время догадался, что на самом деле его пощадили.  Догадка обжигает ледяной водой из проруби. Дилюк пытается вырвать руку, но ее хватка на секунду становится железной, не позволяя даже дернуться. - Не переживай, молодое пламя, мы просто зашли проведать всех вас. Невозможно. Неужели все донесения были ложью?  Дилюк не верит ни одному ее слову. Следом за озарением приходит страх - не зря ее спутник казался таким странным, точно так выглядели самые мощные из Фатуйцев, даже вдвоем они способны принести много неприятностей на балу. Вечер уже поздний, половина гостей или пьяна, или устала после бесконечных танцев. Платья и костюмы не позволят сражаться в полную силу. Вряд ли каждый носитель глаз бога взял их с собой на это мероприятие - это всегда было признаком дурного тона.  Забыв о приличиях, Дилюк поворачивается, ища взглядом Кейю. Тот танцует с тем самым болотным рыцарем, идеальный обман партнерами, похожий на захлопнувшуюся ловушку. Но вот что странно - Кейя не выглядит напряженным. Они беседуют, явно увлеченные, и это сбивает Дилюка с толку сильнее всего.  Леди по доброму хмыкает, совершенно не похожая на себя, ту, от которой у Дилюка в свое время кровь стыла в жилах, и поясняет спокойным голосом: - Скорее всего они говорят об оружии. Или методах боя. Он всегда был одержим этим. Она сжимает его руку вновь, кружа, они оказываются под особенно большой люстрой, и только сейчас, приглядевшись, все еще пытаясь понять, что происходит, чему верить, Дилюк замечает, что охристая перчатка слегка просвечивает. Вместе с пальцами. Краткий миг, и все становится ясно. Облегчение накатывает, словно теплая волна прибоя жарким августовским днем. напряженные мышцы пресса расслабляются, дыхание выравнивается, Дилюк дергает плечами, откашлявшись, и возвращает себе ведущую роль в танце. Он знает эту музыку - осталась еще половина, прошло всего пара минут, но даже они показались ему вечностью. Сердце все еще пляшет польку где-то под подбородком, да так, что вены на шее пульсируют сквозь кожу.  - У вас все хорошо? - выходит слегка хрипло, но ему искренне интересно. Еще никогда до этого ему не удавалось побеседовать с тенями людей, ушедших из этого мира. Ах да Кейя - ведет в танце настоящую легенду, человека, заложившего основу всему фехтовальному стилю Ордо Фавониуса. И, конечно, у него была возлюбленная. Он никогда не думал о ней так.  - Теперь да. - Она улыбается искренне, пухлыми губами, выкрашенными в персиковый цвет. Платье, маска, наряд, фруктовые духи - все рыжих оттенков, смешение двух ее основных цветов - красного и белого, серого, лед и пламя. Очевидно, но только если знать всю историю целиком. Вряд ли на балу присутствует еще хоть кто-то, кто сможет догадаться.  Танец заканчивается, пары склоняются в прощальном полупоклоне, и на этот раз Дилюк искренен. Вслед за облегчением приходит меланхоличная радость - того, что эта пара пришла вместе, мысли о туманном будущем, надежды на то, что они сами однажды смогут также - быть вместе даже в посмертии, не смотря ни на что.  - Береги свое сердце, молодое пламя.  Все крио так проницательны? Она смотрит внимательно - даже сквозь тени маски Дилюк чувствует на себе тяжелый ясный взгляд, но, к своему стыду, не может вспомнить цвета глаз. В прошлую их встречу было не до этого - он просто пытался не умереть. - Берегу. - Он бросает быстрый взгляд на Кейю, пронося обещание сквозь расстояние. - Я спокойна. Этот город в надежных руках.  Кейя уже ждет его с очередным напитком - Дилюк берет бокал, не проверяя осадок и чистоту стенок, выпивает в два глотка и возвращает на поднос проходящему мимо официанту. Сражается со своими желаниями ровно секунду, но затем все равно тянет руку к Кейе, опуская ему на плечо - теперь это всегда происходит, когда он нервничает слишком сильно. Помогает заземлиться и успокоиться намного быстрее.  - Я понял кто это.  - Было познавательно, но я никогда не встречал его прежде. - Кейя наклоняет голову, скользя щекой по костяшкам его пальцев в мимолетной ласке, поворачивается полубоком, продолжая наблюдать за эффектной парой, провожая их взглядом до балкона.   - Все в порядке. Они уйдут с рассветом. - Дилюк подходит ближе, сохраняя чужую тайну только для них двоих, шепчет прямо в ухо. Плечи Кейи удивленно поднимаются, а поза становится напряженнее - но это все, как он реагирует, услышав разгадку тайны.  Затем кто-то с пронзительным звоном роняет бокал, спустя час старик Лоуренс пытается начать скандал из-за косточки в оливке в своем бокале с мартини, молодая дочь главы гильдии мельников теряет сознание от слишком туго затянутого корсета, и бал, наконец, заканчивается.  Станцевав еще несколько раз и посвятив остаток вечера разговорам с Джинн, Дилюк специально задерживается, пытаясь разглядеть уже знакомую пару, в которой не осталось загадки, но так и не находит их среди прощающихся гостей.  - Они так и не вышли тогда с балкона. Проверим? - Кейя оглаживает рукой его спину, зовя за собой, и Дилюк идет следом, отодвигая шторы, распахивая тяжелые двери, за которыми их ожидаемо встречает только свежее прохладное утро. Хмыкнув, Кейя опирается руками на парапет, подставляя лицо первым солнечным лучам, и Дилюк не может отказать себе в удовольствии обнять его сзади - уставшего, пропахшего духами и вином, с ножами, спрятанными под одеждой, влажной от пота спиной. Он зарывается носом под расстегнутый ворот алой рубашки, наконец сняв маску, целует бордовые следы на коже, вдыхает и выдыхает, наконец окончательно расслабившись.  Кейя кладет свои ладони поверх его, переплетая пальцы, поворачивает голову, и предлагает задумчиво: - Съездим в ущелье Дадаупа на днях? Дилюк согласно мычит, прикрыв глаза, уже продумывая как и куда сдвинет большую часть грядущих дел, и сжимает руки крепче. - Я никогда об этом не думал до этого, но она действительно была той, кто защищал Мондштадт после бедствия очень долгое время.  Солнце, безразличное к их тихим беседам, поднимается все выше и выше - здесь, за чертой города, его не заслоняют ни каменные стены, ни близко растущие деревья. Позади них, в танцевальном зале, полупустом без гостей, ходят с места на место музыканты, собирая инструменты. Кто-то, шутя, играет старинную мелодию на триангле. Если закрыть глаза и забыться на секунду, звук будет точь в точь как от элементальных бабочек над виноградниками. Тихий волшебный звон. Точно так же звучит сердце Дилюка, когда Кейя рядом. - И теперь они навсегда вместе.  Святые ветра, даруйте им такое же чудо. Большего Дилюку и не нужно. Он даже готов ходить на все балы без разбора, хоть по несколько раз в месяц.