Математика любви

На улице уже давно смеркалось, а в офисе молодого человека до сих пор горел свет. Что поделать, когда ты почетная верхушка КММ? Не спрашивая, блондина в срочном режиме отправили в командировку на новую планету.  Изначально туда должен был направится Сугилит, для восстановления дипломатических отношений и обновления базы данных. Но каким-то образом, этот парень оказался вне игры, а Авантюрину досталось доедать за ним объедки.  По рабочему графику у него наконец-то намечалась хоть какая-то разгрузочная неделя. Она обещала быть не омраченной тяготами жизни. К тому же, ответное внимание от доктора, которое стало явным в последнее время, точно ее скрасило бы. Но нет, этому не суждено было сбыться. Спасибо, Сугилит.  Авантюрин ещё раз вздохнул, ставя на каждой бумажке свою размашистую подпись. Если сравнивать его почерк и её, то будет казаться, что это написали совершенно разные люди. Хоть его и обучили на кратких и емких курсах грамоте и наукам, этого времени все равно было не достаточно чтобы сформировать толковый почерк. А вот подпись - другое дело. Она была эталоном броскости и изящности, как и его образ на публике.  Часики все тикали, лишь раздражая и без того уставшего работягу. Серьезно, он высокопоставленное лицо, в конце концов. Им не хватило средств на кварцевые часы, или как понимать их громкое тиканье? Спасибо, что напомнили ещё раз, о том как время бежит, а от личной жизни остаются осколки.  От сиюминутного размышления о личной жизни, в его голове вновь появился образ Веритаса Рацио. Такого непоколебимого и безразличного. Такого умного и педантичного. Такого..  За ним будто чувствуешь себя как за каменной стеной. И нет, дело не в его нелепой гипсовой маске, и даже не в высоком росте с развитой мускулатурой. Хотя.. последнее точно добавляет лишние пару очков. Но не в этом суть. Рядом с ним, он просто чувствует себя в безопасности. Будто все так, как и должно быть.  Сигониец и сам не понял, как и когда это произошло. Как ему умудрилось.. влюбиться в такого холодного гения-ученого. Но ведь, правда в том, что он лишь кажется холодным. На самом деле, он весьма прямолинейный, его принципы прочны как скала, а сам он глубоко предан горячей цели обучать людей. В отличие от некоторых, его сложно переубедить, и он не будет как они тянуть к нему свои пальцы с самодовольством.  Рацио такой, какой он есть и это и притягивает безостановочно Авантюрина. Ему нравиться его честность, ему нравиться его принципность, несмотря на свой собственный характер. Ему просто нравиться Веритас Рацио.  Это ведь не так плохо и странно, если посмотреть с такой стороны, верно? В конце концов, блондину уже давно за двадцать, и интересоваться потенциальными партнерами логично. Однако… ответных чувств он все же боится, хоть этого и страстно желает душа. Разум бьет тревогу, а инстинкты самосохранения, хотят оттолкнуть. Но Авантюрин не был бы собой, если не сразился с трудностями.  Все таки как тут не сразиться, когда этот сексуальный до чертиков мужчина, начинает к нему оттаивать? Рацио никогда не носит с ним гипсовой маски, да и вроде стал дружелюбнее. К слову, он даже вручил ему книгу, перед тем как Авантюрин удалился на другую планету.  Точно. Книга. Рацио ведь вручил ему книгу.  Авантюрин со злостью и досадой посмотрел на время на часах, а потом на документацию. К черту, его основная компетенция кроется точно не в этих бумажках.  Он сдвинул все это добро на край стола, а потом нагнулся, чтобы поднять свою увесистую сумку. Она была темно-коричневого цвета, с узором из бубнов, ромбов, и тому подобного. Ее внешний вид выдавал в себе роскошь, а содержимое крыло в себе непостижимые тайны. Такие как: бумажки от чеков, фантики от жвачек, купюры наличными и его опороный камень. Ну и на данный момент там ещё скрывалась книга от Рацио.  Его взгляд стал с любопытством рассматривать обложку. Она не была пестрой, выглядела весьма минималистично. Хотя, от Веритаса бульварного романа он точно не смеет ожидать.  Название книги: «Математика любви. Закономерности, доказательства и поиск идеального решения». Блондин ещё раз прошелся пальцем по корешку, будто пытаясь найти там то, что хотел сказать Рацио, давая ее ему.  Что же, ученому удалось его заинтриговать. Быть может он даже постарается прочесть одну главу, так уж и быть.  Книга была теперь открыта на предисловии, а в глаза сразу врезалась выделенная маркером фраза:  «Эта книга ни в коей мере не призвана заменить собой другие (и превосходные) источники знаний о человеческих отношениях. Описывать нежный трепет, всепоглощающую страсть или беспросветное отчаяние, которые может принести любовь, – вне моей компетенции.» Блондин приподнял бровь от такого странного выбора подчеркнутой фразы. Ну впрочем.. Не в силах бороться с искушением и сосредоточить себя на строках, авгин перелистнул пару страниц. А потом ещё, и ещё, листая все вдоль и поперек, ища маркер на листках бумаги «Но если они считают, что ваша красота совершенно бесспорна» «Это не просто химическая реакция, это целый комплекс эмоций, которые делают нас уязвимыми и прекрасными одновременно».     «Влюбленность — это состояние, в котором все кажется возможным; это магия, которая окутывает нас и делает мир ярче». «Любовь — это не только страсть, но и глубокое доверие, которое требует времени для формирования». «Любовь может приводить к радости, но она также порождает страх потери — это двойственность, с которой мы все сталкиваемся».  Авантюрин растерянно смотрел на книгу в своих руках. Рацио серьезно ему просто подсунул это? Что он ему этим хотел сказать? Намекнуть что у него какие-то проблемы с восприятием любви, или что.  К чему эти выделенные фразы посреди контекста и огромной тонны теории? Они же буквально ни с чем не вяжутся. Все это выглядит так, будто Рацио в порыве сентиментальности подчеркнул те чувства, что испытывает к любимому человеку.  Авантюрин прозрел. К любимому человеку? Глаза ещё раз пробежались по буквам, ища в чем подвох. Что-то не так, верно? Он точно понял все не так.  Но от долгого взгляда на буквы, информация в книге не менялась, а глаза лишь начинали болеть. Авантюрин захлопнул книгу.  Где-то точно подвох. Разум вопит ему. Но сердце забилось в груди чаще, и вместе с этим к нему подступил жар.  Черт, ну почему его чувства всегда расходятся с желаемым?  ***  — Ну как? Прочитал книгу?  — Это первое, что тебя волнует, док?  — Это подразумевает отрицательный ответ?  — Своего рода - да. Ты же не ожидал, что я почту те 160 страниц чистой нудятины?  — Весьма ожидаемо. Но количество страниц ты запомнил.  — Я их все таки пролистал - гордо произнес блондин, будто ребенок, что говорит матери о том что прочитал книгу, когда на деле лишь глазел на картинки.  — Нелепо надеятся, что книга как по-сказке будет усвоена, стоит её пролистать. У тебя не такое быстрое скорочтение.  — А у тебя?  — Это не в рамках человеческого разума.  — А мне кажется для тебя нет ничего невозможного. - пропел Авантюрин, перекатываясь с ноги на ногу, и подошёл ближе к Рацио.  Тот сосредоточенно посмотрел на него, вскидывая бровь в немом вопросе.  — Меня очень заинтриговал текст, что ты выделял маркером. Могу полюбопытствовать, что это значит?  — Картежник, всё весьма очевидно.  — Ну это ты у нас тут такой умный. Для кого-то «элементарно», а для кого-то целая загадка. Скажи мне прямо, что ты хотел этим сказать? - будто давя своим авторитетом, он подошёл к нему уже на неприличное расстояние. Это навевало воспоминание о той их игре на доверие с револьвером…  Но ему правда нужен был четкий ответ, и на этот раз он даже не издевался над ученым. Ну, разве что совсем чуточку.  Его глаза пристально изучали лицо напротив, будто ища ответ в микро выражениях. Не зря, сигонийцы прославлены своим высоким эмоциональным интеллектом.  Тишина уже начинала становиться неловкой даже ему. Как вдруг он услышал:  — Я выделял то, что испытываю к тебе.  Короткий ответ, но должно быть Авантюрина ещё никакие такие слова не сбивали с толку так сильно.  Это правда? Ему не снится? Это не какие то слуховые галлюцинации?  Сам Веритас Рацио признался ему в чувствах? Да вы шутите.  Но он не находил никаких противоречий в отведенном взгляде доктора. Да бог с ним, щеки ученого даже покраснели!  Оттого, жар тоже прилил к его лицу, а ноги стали ватными.  И как на это прикажете отвечать? Он вообще достоин его?  — Авантюрин, я люблю тебя. - крепкие руки легли ему на дрожащие плечи.  — Я.. я…  Разум и инстинкты умоляли его отказать. Оборвать все нити с концом, и вовсе забыть о существовании этого ученого. Но.. сердце таяло, стоило ему посмотреть на пронзительные глаза Рацио, что теперь смотрели на него. Только на него.  — Это взаимно. - произнес он с небывалой легкостью, будто бы не эти слова он пытался невыговорить с трудом.  Один обмен взглядами, и вот они уже целовались, как в дешевом романе сразу после признания. Будто бы ждали этого вечность, хоть это и не было лишено истины.  Пока рука блондина сжимала галстук ученого, а губы рдели от интенсивности поцелуя, на ум приходило два других их поцелуя. Те были спонтанными, возможно не взаимными. Тогда их связывала лишь красота момента. Быть может, танец со смертью этому способствовал не меньше.  Но сейчас все было иначе. Он чувствовал себя любимым, желанным и это было взаимно.  Он хотел целовать Рацио, и Рацио хотел целовать его.